Готовый перевод Transmigrated to the Republic Era: Stitching My Way / Открыть ателье в эпоху Миньго (Трансмиграция) [❤️]: Глава 66. Большой подарок

— Повседневная одежда? — услышав этот вопрос, Цзи Цинчжоу почувствовал, что дело пахнет новым заказом, и с приветливым выражением лица ответил: — Цена на индивидуальный пошив повседневной одежды у меня обычно колеблется между пятнадцатью и тридцатью юанями, конкретная стоимость зависит от ткани и сложности работы.

Цена в пятнадцать-тридцать юаней для обычных работающих по найму, несомненно, была довольно высокой, но для такой богатой и состоятельной женщины, как Тан Суда, хозяйки торговой фирмы, это было почти как цена платья в обычном модном магазине — расходы, которые она могла принять без труда.

Тан Суда отложила шляпку, устроилась в кресле и мягко произнесла:

— Увидев платье сестрицы Юйлин, я просто не смогла усидеть на месте, захотелось заказать себе костюм, подходящий для повседневных выходов и общения. Как у вас устроен процесс пошива одежды на заказ?

Цзи Цинчжоу подал собеседнице одну из чашек чая, которую заварила Сун Юйэр, затем сел на стул и ответил:

— Если вы точно решите шить, то расскажите мне о своих пожеланиях. В течение трёх-семи дней я специально для вас разработаю дизайн комплекта одежды. Если он вам понравится, вы внесёте предоплату. Если нет — обсудим изменения.

Тан Суда задумчиво кивнула и спросила снова:

— А если вы создадите дизайн, а он мне не понравится, после нескольких правок я всё равно останусь недовольна, могу я тогда отказаться от заказа?

— Это ваше право, — уголки губ Цзи Цинчжоу чуть приподнялись. — Однако, на мой взгляд, индивидуальный пошив одежды — это процесс взаимного выбора между заказчиком и дизайнером. Если найдётся такой клиент, который после нескольких исправлений всё равно останется недоволен и в итоге откажется от заказа, это будет означать, что моя эстетика ему не подходит. Тогда мне и в дальнейшем незачем будет иметь с ним дело.

Это был завуалированный способ занести клиента в чёрный список.

— Неплохой подход, — услышав это, госпожа Тан улыбнулась, почувствовав, что манера речи этого молодого человека пришлась ей по душе.

Но она не стала принимать решение о покупке сразу же, решив подождать, пока её подруга переоденется и выйдет, чтобы увидеть, как сидит на ней вечернее платье.

Через некоторое время дверь примерочной открылась изнутри. Первой вышла Сун Юйэр в коричневом фартуке, а следом за ней, бережно придерживая подол, из комнаты выплыла госпожа Пань, облачённая в вечерний наряд.

Тан Суда обернулась, взглянула на элегантную женщину, вышедшую из примерочной, и её глаза сразу же загорелись. Она легонько прикрыла рот рукой:

— О, сестрица Юйлин, ты просто очаровательна!

— Ты слишком преувеличиваешь, — с лёгким упрёком сказала Пань Юйлин, смущённо правой рукой в чёрной шёлковой перчатке коснулась покрасневшей щёки, а затем подошла к обрамлённому массивным деревом трюмо, чтобы оценить, как сидит платье.

Взглянув на своё отражение, она и сама удивилась.

Хоть она и вышла замуж за хозяина иностранной фирмы, испанца, в стиле одежды фактически склонялась к сдержанности и консерватизму. Например, длинное чёрное платье, надетое сегодня на выход, с кружевной отделкой на подоле и воротнике — это уже был предел модности, который она могла принять.

А слово «модный», которое она добавила, формулируя для Цзи Цинчжоу требования к вечернему платью, возникло потому, что ей показалось, будто в последнее время муж уделяет ей меньше внимания, и она захотела попробовать сменить стиль, чтобы посмотреть, удастся ли улучшить супружеские отношения.

Дизайн-проект этого платья действительно соответствовал её требованиям: цветовая гамма сдержанная и элегантная, фасон и узоры изящные. Рукава, хоть и открывали руки, но после надевания длинных перчаток обнажали лишь небольшую часть плеч.

Единственное, что вызывало у неё некоторое беспокойство в процессе примерки, — это слегка слишком глубокий вырез горловины платья, который открывал всю шею и ключицы, да и декольте тоже было несколько откровенным, к чему она не совсем привыкла.

Однако, взглянув сейчас в зеркало, она по-настоящему очаровалась своим отражением.

Естественно лежащий шёлковый шифон с принтом обвивал плечи, как раз скрывая её округлые, полноватые плечи. Перекрещивающийся на груди V-образный вырез также зрительно сделал её шею значительно более длинной и изящной.

Обычно, во что бы она ни одевалась, всегда казалась словно шилом — с большой головой и тонкими конечностями. Но сейчас благодаря визуальной коррекции с помощью формы горловины, и подчёркивающему силуэт пышному, естественно лежащему подолу платья, пропорции головы и тела вдруг стали выглядеть нормально.

— Кажется, и правда хорошо, — проговорила Пань Юйлин, невольно дотронувшись до своей шеи и уже представляя, какое ожерелье надеть на предстоящий бал.

И ещё макияж. Надев такое красивое платье, непременно нужно нанести изысканный макияж.

Жаль, что от природы у неё округлое лицо, да и годы уже дают о себе знать — в уголках глаз появились мелкие морщинки... Будь это десять с лишним лет назад, в таком платье она бы, несомненно, выглядела ещё прекраснее.

Пока она предавалась этим слегка печальным мыслям, в зеркале она увидела, как молодой хозяин мастерской с изящной широкополой шляпой в руках подошёл к ней и спросил:

— Помочь вам надеть?

Пань Юйлин не смогла отказать предложению этого статного юноши и с улыбкой слегка кивнула:

— Побеспокою вас.

Когда Цзи Цинчжоу надел на неё шляпу, поправил угол наклона полей и помог расправить складки на подоле, в полутени, создаваемой полями шляпы, Пань Юйлин вдруг поняла, что её предыдущие переживания были, пожалуй, излишни.

В этой изящной широкополой шляпе в зеркале она видела лишь своё модное и утончённое изящество. Какая-то там округлость лица, какие-то там морщинки в уголках глаз, проявившиеся с возрастом, — всё это теперь казалось совершенно незначительным.

— Какое идеальное вечернее платье! — Тан Суда, стоявшая позади и немного сбоку от зеркала, повысила тон: — Тебе теперь нужно только накрасить губы, надеть сверкающие украшения и туфли на каблуках — и ты готова появиться на любом банкете.

Улыбка Пань Юйлин невольно стала мягче:

— Мне действительно нужно специально подобрать к нему туфли, именно такие, с узкими каблуками, чёрные, как нарисовано на эскизе господина Цзи.

Хотя в примерочной для клиенток и были приготовлены тапочки, на ней всё ещё оставались её собственные туфли красно-коричневого цвета. Эти неуклюжие туфли на ногах были сейчас единственным диссонансом во всём её облике.

— Тогда отлично, чуть позже зайдём в обувной магазин, я тоже хочу купить новые туфли, — тут же решила Тан Суда.

— Я как раз об этом думала, — сразу же согласилась Пань Юйлин, затем повернулась к Цзи Цинчжоу: — Кстати, господин Цзи, сколько там осталось доплатить, сорок восемь или сорок девять?

— Весь комплект одежды, включая аксессуары, стоит пятьдесят девять юаней, остаток к оплате — сорок девять, — ответил Цзи Цинчжоу, а потом спросил: — Вы точно не хотите больше ничего менять?

— Сначала хотела попросить вас изменить вырез горловины, но теперь, глядя в зеркало, чувствую, что всё хорошо. Наверное, если сделать горловину меньше, не будет такого стройнящего эффекта, как сейчас?

Пань Юйлин сказала это и снова перед зеркалом прикрыла рукой область декольте, проверяя. Обнаружила, что действительно, стоит только закрыть вырез — и платье тут же теряет свою душу.

Поэтому она решительно сказала:

— Значит, оставляем как есть. Только вот денег с собой у меня немного. Когда вернусь домой, велю слуге принести вам в мастерскую. Вы не против?

Обычный человек, выходя из дома, и правда не станет носить с собой слишком много серебряных юаней. В конце концов, Пань Юйлин вращается в высшем обществе Шанхая, поэтому Цзи Цинчжоу, естественно, не приходилось беспокоиться, что она кинет его с оплатой. Он с улыбкой ответил:

— Конечно, нет проблем. Вы можете прислать человека завтра.

Пань Юйлин кивнула, затем ещё немного полюбовалась перед зеркалом на свой новый облик, после чего поманила к себе Сун Юйэр, всё это время стоявшую в углу комнаты:

— Помоги мне переодеться.

— Хорошо, госпожа Пань, — Сун Юйэр, казалось, уже полностью вжилась в роль помощницы хозяина. Хотя дома она тоже была барышней, здесь, за работой, вполне умела отбросить амбиции.

Когда обе женщины снова вошли в примерочную, Тан Суда тут же повернулась к Цзи Цинчжоу и, сидя в кресле, с улыбкой произнесла:

— Я решила, закажу у вас повседневное платье.

— Конечно, — отозвался Цзи Цинчжоу и одновременно подошёл к комоду, вынул из ящика блокнот, затем доброжелательно пояснил: — Однако сейчас у меня довольно плотный график работ, сроки, возможно, сдвинутся к концу следующего месяца. Вам срочно нужно? Или можете подождать?

Тан Суда подумала несколько секунд и сказала:

— Ничего страшного, в Шанхае в сентябре-октябре погода ещё не прохладная. Вы просто подберите мне жакет. Чтобы платье можно было носить и в жару, а когда похолодает — надеть жакет, и тоже будет уместно.

— Хорошо, — Цзи Цинчжоу повернулся, непринуждлённо облокотившись на комод, открыл колпачок ручки и спросил: — Есть требования к фасону и стилю? Есть особые предпочтения по цвету?

— Мне нравится зелёный, чёрный тоже хорош... — Тан Суда отвечала, раздумывая: — Стиль я хочу лаконичный, элегантный и благородный. Меня не слишком привлекают очень лёгкие, струящиеся ткани. Платье, которое вы разработали для сестрицы Юйлин, очень красивое, но на мне оно, несомненно, будет выглядеть катастрофой. Я больше люблю ткани с плотной, основательной фактурой, простые фасоны, без лишних украшений. И обязательно должно быть модно, фасон — новым.

— Понятно, — он вычленил ключевые слова и быстро записал требования клиентки в блокнот, затем сказал: — Не знаю, видели ли вы вывешенный снаружи баннер? В настоящее время мастерская только что открылась, при заказе в течение первого месяца прилагается небольшой подарок. Этот подарок я потом изготовлю в соответствии со стилем разработанной для вас одежды. Или, может, у вас есть особо любимые аксессуары?

— Ещё и подарок? — Тан Суда, конечно, не испытывала недостатка в деньгах, но предложение подарка тоже очень её обрадовало, она не удержалась и улыбнулась, показав зубы: — Конечно, полагаюсь на ваше чувство стиля.

— Хорошо, тогда вопросов нет, госпожа Тан, — Цзи Цинчжоу решительно кивнул, зажал авторучку в блокноте и протянул его собеседнице: — Оставьте, пожалуйста, контакты или адрес. А также через пять дней, то есть в эту субботу, до шести часов вечера, вы можете прийти сюда посмотреть дизайн-проект. Если всё пойдёт гладко, в это же время можно будет снять мерки.

Теперь, когда появилась помощница, Цзи Цинчжоу мог прямо в мастерской снимать мерки с клиенток.

Подумав об этом, он решил, что Сун Юйэр и правда стала отличной подмогой.

Тан Суда взяла блокнот, указала на листе адрес кондитерской, затем сначала прикинула, нет ли у неё планов на субботу, после чего радостно согласилась:

— Без проблем.

***

На следующий день вновь настал день иглоукалывания для Цзе Юаня. Цзи Цинчжоу, как обычно, остался дома, чтобы составить ему компанию во время процедуры.

Возможно, потому что лечение уже вступило в завершающую стадию, после окончания этого сеанса иглоукалывания Цзе Юань явно не чувствовал такой усталости, как после первых двух курсов лечения. Он почти не вспотел, цвет лица был нормальным, словно он просто прошёл сеанс массажа.

Увидев, что тот в хорошем состоянии, после окончания обеда, перед тем как отправиться на работу, Цзи Цинчжоу спросил у супруга, не хочет ли тот поехать с ним в мастерскую, чтобы составить компанию.

Возможно, Цзе Юаню тоже наскучило сидеть дома, захотелось сменить обстановку, потому что, услышав это предложение, он сразу же согласился. Так что они взяли из дома газеты и журналы, сели в автомобиль, который вёл А-Ю, и отправились на проспект Жоффр.

Добравшись до перекрёстка у дома № 6 по улице Баоцзяньлу и выходя из машины, Цзи Цинчжоу вдруг заметил, что впереди припаркована знакомая чёрная машина.

Взглянув на номерной знак, он узнал тот самый маленький «Форд» Ло Минсюаня.

Само собой разумеется, раз машина этого парня стоит здесь, значит, и он сам находится в его мастерской.

Как и ожидалось, когда Цзи Цинчжоу с Цзе Юанем поднялись по ступеням и взглянули сквозь щели кованых перил с узором, во дворе они увидели Ло Минсюаня в ярко-жёлтом¹ чаншане и со складным веером в руке. Очень заметный на фоне светлого дома, он сидел на стуле под арочным проёмом ведущего в дом крытого коридора, то поворачивался, чтобы перемолвиться парой слов с кем-то внутри, то высовывался, чтобы несколько раз посмотреть в сторону ворот, словно дожидался чьего-то возвращения.

Примечание 1: Дословно «рубаха цвета гуммигута (жёлтой смолы)». Это яркий жёлтый цвет с оранжевым или зеленоватым оттенком, традиционный для китайской одежды. Этот цвет исторически ассоциировался с императорским двором и высоким статусом, и наш Ло Минсюань, естественно, достоин.

— Твой закадычный друг опять здесь, не зря говорят, что дружба с детства — особая, есть между вами понимание, — сказал Цзи Цинчжоу Цзе Юаню и, взяв его под руку, прошёл через открытые ворота во двор.

Услышав это, Цзе Юань слегка пошевелил бровями:

— Ло Минсюань?

— А то кто ещё, разве что Синь-гэр?

— Он часто приходит?

— Не то чтобы, в последний раз виделись... в прошлый раз. Наверное, что-то нужно.

Цзи Цинчжоу неосознанно сказал бессмыслицу, а Цзе Юань даже не обратил на это внимания.

В это время Ло Минсюань тоже заметил их, и в момент встречи взглядами с Цзи Цинчжоу его лицо тут же расплылось в широкой улыбке.

Подождав, пока они подойдут, он вскочил с места и воскликнул:

— Я уже давно вас жду! Ну же, быстрее, заходите, посмотрите, какой большой подарок я вам приготовил!

Цзи Цинчжоу приподнял бровь. Увидев его такой нетерпеливый вид, он почувствовал некое сомнение в надёжности всего этого.

Войдя в прихожую, они увидели, что Ху Миньфу стоит рядом с лестницей и присматривает за подарком Ло Минсюаня — тот был упакован в деревянный ящик высотой по колено, сверху ещё таинственно прикрытый обрывком ткани.

— Что это вообще такое? Так загадочно всё устраиваешь? — Цзи Цинчжоу на время отпустил руку Цзе Юаня и подошёл поближе, чтобы рассмотреть.

Ло Минсюань хихикнул, затем наклонился и одним движением сдёрнул покрывало с ящика.

Цзи Цинчжоу заглянул внутрь и от удивления широко раскрыл глаза:

— Щенок!

— Именно! — Ло Минсюань, казалось, был очень доволен его изумлённой реакцией и самодовольно рассмеялся.

Тут же он протянул руку, вытащил чёрно-белого щенка, который, задрав голову, с любопытством разглядывал их, взял на руки и начал гладить по шёрстке.

— Это же иностранная порода, купил у знакомого английского торговца, они сами этих собак разводят. Вроде называется шотландская овчарка, говорят, очень умная и сообразительная. Я заказал щенка, ещё когда сука была беременна, растили полных два месяца, прежде чем отдать. Изначально хотел оставить себе, но посмотрел — у тебя здесь слишком много дверей и окон, не очень безопасно, как раз можно завести собаку для защиты от воров.

Цзи Цинчжоу на самом деле был скорее кошатником. Ещё в современности он виртуально «держал» на электронных устройствах немало котиков, но и собак тоже очень любил. С первого взгляда на этого пушистого малыша трудно было не растрогаться.

Он не удержался и поднял руку, чтобы погладить щенка, у которого на мордочке было растерянное выражение.

Затем его взгляд задержался, он заметил окрас собаки: по бокам головы — чёрный, а посередине — белая полоса. Не мог не возникнуть вопрос.

Погодите-ка, щенок же, кажется, похож на бордер-колли?

http://bllate.org/book/14313/1347409