Готовый перевод Transmigrated to the Republic Era: Stitching My Way / Открыть ателье в эпоху Миньго (Трансмиграция) [❤️]: Глава 28. Вечернее платье

Шёлковое платье-ципао Фан Бижун на самом деле не было столь изящным и утончённым, как то, что носила Шэнь Наньци. Его силуэт в целом был более прямым, лишь слегка подчёркивающим талию, что делало его более облегающим и изящным на юной девушке.

Тем не менее в глазах Лу Сюэин, никогда прежде не видевшей нового стиля ципао, это платье нежно-жёлтого цвета было уже вполне новым и удивительным.

Оно не было таким широким и тяжёлым, как обычные халаты, наводящими на мысль о торжественности и строгости древних реликвий. Напротив, оно было лёгким и живым, изысканным и скромным.

Его рукава были узкими, удобными для движений, подол был ни длинным, ни коротким — ровно на пять сантиметров выше лодыжки. Разрез ниже колена при ходьбе иногда обнажал оборки светло-розовой нижней юбки, что, хоть и выглядело целомудренно, всё же выдавало девичью хитрость.

Фасон сочетал в себе модность платья западного кроя и изящную скромность традиционной одежды, идеально подходя для повседневного ношения ученицами их возраста.

Лу Сюэин была буквально сражена наповал этим платьем, в каждой детали которого сквозили изящество и озорство юной девицы.

Если бы она только что не высказала целый поток критики в адрес недостатков ципао, да и создатель этого ципао был с ней в речах весьма неучтив, то, вероятно, ещё когда Фан Бижун только вошла в гостиную, она бы не удержалась и бросилась к ней, захлопав в ладоши и восхищаясь этим оригинальным фасоном ципао.

В отличие от Лу Сюэин, что с трудом сдерживалась, Ши Сюаньмань могла не задумываться о таких вещах. Увидев, как Фан Бижун вышла в новой одежде, она тут же встала, подошла к подруге и, обойдя её кругом, весело произнесла:

— Бижун, этот цвет тебе невероятно идёт! Даже мне, не особо любящей жёлтый, он кажется очень красивым, — затем её взгляд, сияющий от восторга, упал на Цзи Цинчжоу: — Господин Цзи, у вас поистине золотые руки! Это ципао в точности такое, как на вашем эскизе. Теперь я жду своё платье с ещё большим нетерпением!

Цзи Цинчжоу, польщённый похвалой клиентки, ощутил приятное удовлетворение и тут же спросил Фан Бижун:

— Фан-сяоцзе, когда платье надето, есть ли какие-либо неудобства? Не жмёт, не болтается или, может, натирает кожу?

Фан Бижун, слегка покраснев, покачала головой:

— Размер сидит идеально, ткань мягкая и приятная. Ваше мастерство превосходно, мне очень, очень, очень нравится.

Она не удержалась и использовала трижды слово «очень», чтобы выразить степень своей симпатии, — настолько это ципао пришлось ей по душе.

На самом деле, ещё там, в комнате, когда она развязала ленту и развернула обёртку из бамбуково-конопляной бумаги и увидела аккуратно сложенное платье с воротником сверху, её взгляд был поражён свежей, нежной и изящной цветовой гаммой.

Хотя она уже видела дизайн-эскиз и трогала образцы ткани, готовое изделие оказалось ещё более изысканным и красивым, чем она себе представляла.

Ткань из тонкопряденого рами была лёгкой, гладкой и прохладной. Светло-пурпурный и сиреневый принт на нежно-жёлтом фоне прекрасно сочетался с окантовкой цвета гиацинтового мускуса¹. Подкладка платья была из тонкого хлопкового батиста, который прилегал к телу, будучи лёгким, мягким и впитывающим влагу.

Примечание 1: Устойчивое цветовое сочетание в китайском языке, описывающий оттенок пурпурного, ассоциирующийся с цветами гиацинта.

Даже маленькая бирочка на внутренней стороне воротника была полна всяческих остроумных задумок.

Поначалу Фан Бижун, увидев бирочку с вышитыми вешалкой и красной юбкой-полусолнцем, была несколько озадачена, приняв её за съёмный кармашек для мелочи. Но когда она разглядела вышитые на бежевой бирочке иероглифы «Шицзи», до неё наконец дошло — это же вывеска магазина!

Это забавное открытие вызвало у неё улыбку. Она подумала, что господин Цзи, должно быть, очень любит своё дело, раз даже в таком незаметном уголке размещает столь милые креативные детали.

— Раз всё подходит, значит, никаких изменений не требуется? — спросил Цзи Цинчжоу.

Фан Бижун, слегка сжав губы, кивнула:

— Вы потрудились, зайдя к нам. Пожалуйста, подождите немного, я принесу серебряные юани.

Сказав это, она снова побежала в комнату за деньгами.

Цзи Цинчжоу спокойно уселся обратно на диван и отпил горячего зелёного чая. В этот момент он услышал, как Ши Сюаньмань говорит Лу Сюэин:

— Платье, что только что была на Бижун, — это и есть новое ципао. Выглядит неплохо, да?

— Сойдёт, — по-прежнему упрямо буркнула Лу Сюэин. — Подумав, она добавила: — Очевидно, даже если из ципао выжать все соки, лучше не сделаешь. В Шанхае по-настоящему талантливые портные славятся именно пошивом западной одежды.

Цзи Цинчжоу дома то и дело обменивался с Цзе Юанем колкостями, поэтому подобного уровня насмешки Лу Сюэин были для него как комар, укусивший слона.

Со спокойным выражением лица он поставил чашку и уже собирался ответить, как Ши Сюаньмань опередила его:

— У господина Цзи и вкус к западным платьям превосходный. Несколько дней назад я как раз заказала у него костюм, который собираюсь надеть на твой день рождения.

— Правда? — круглые глаза Лу Сюэин, слегка приподнятые к вискам, устремились на Цзи Цинчжоу. Она склонила голову набок и сказала: — Тогда мне уже любопытно. Если господин Цзи также искусен в пошиве западной одежды, то, может, сошьёте мне вечернее платье для приёмов?

Услышав это, Цзи Цинчжоу удивился. Не ожидал он, что она умеет быть столь гибкой и уступчивой.

— Вы уверены? Мои услуги стоят недёшево.

— Если результат мне понравится, деньги не проблема, — прозвучало в ответ. Лу Сюэин произнесла это с таким видом, будто смотрела на деньги как на грязь.

Хоть эта девушка и была склонна превозносить одних и принижать других, не отличаясь особой вежливостью, но в конце концов она была всего лишь несовершеннолетним ребёнком. Цзи Цинчжоу не стал бы отказываться от пришедшего ему заказа из-за небольшой размолвки, что произошла минуту назад.

Более того, она хотела именно вечернее платье, а от такого Цзи Цинчжоу было ещё труднее отказаться.

После более чем трёх недель пошива костюмов и ципао ему ужасно хотелось сменить ощущения и поэкспериментировать с чем-то новым.

И потому, когда девушка напротив с долей вызова сделала своё предложение, Цзи Цинчжоу отбросил расслабленное выражение лица, достал из сумки авторучку и альбом для эскизов, наугад открыл страницу и спросил:

— Когда и для какого именно мероприятия вам нужно платье? Утреннего, дневного или вечернего?

На самом деле Лу Сюэин больше хотелось очаровательное ципао, подобное тому, что было на Фан Бижун, но ей было неловко в этом признаться. Поэтому она намеренно приняла позу «сейчас проверю тебя», пытаясь спровоцировать собеседника на создание для неё западного наряда.

Если бы Цзи Цинчжоу отказался, она могла бы сделать вид, что ничего не говорила. Если бы согласился, то потом, независимо от того, получится платье хорошо или плохо, у неё был бы повод снова обратиться к нему за ципао в новом стиле.

Однако деловой подход Цзи Цинчжоу к ситуации несколько удивил её. Такая официальность, напротив, заставила её почувствовать, что она раздула из мухи слона.

Возможно, если бы она прямо заявила, что хочет ципао нового фасона, он не придал бы значения её предыдущим высказываниям.

Но раз уж разговор зашёл так далеко, она, подумав несколько секунд, вынуждена была ответить:

— Двадцать шестого числа следующего месяца у меня день рождения. Я надену его на вечерний приём по случаю моего совершеннолетия.

— Это будет приём в китайском или западном стиле?

— Конечно, в западном, — звонко и уверенно ответила Лу Сюэин.

— Будете танцевать?

— Обязательно.

Цзи Цинчжоу сделал пометку в блокноте и тут же спросил:

— Какой степени открытости может быть вечернее платье по вашим меркам? Например, оголять часть плеч, руки или голени?

Он задавал вопросы совершенно серьёзно, не вызывая у девушки чувства оскорбления или неловкости.

Выслушав вопрос, Лу Сюэин невольно замерла в нерешительности.

На самом деле, до этого момента все её вечерние платья для банкетов выбирала мать. Их шили либо домашний портной, либо заказывали в магазине западной одежды, а сама она не имела права голоса.

Наряды, которые подбирала семья, как правило, отличались консервативностью. Например, платье для банкета в следующем месяце мать уже заказала у портного.

Лу Сюэин видела их эскизы — это было очень заурядное платье. Оно ей не особо нравилось, но и найти лучший фасон она не могла.

Сначала она сказала, что ей нужно платье для дня рождения, просто как случайный предлог. Не ожидала она, что собеседник задаст такие подробные вопросы.

Впервые взяв на себя право выбора наряда, она невольно отнеслась к этому серьёзно, и в душе у неё зародилось смутное ожидание.

— Я могу принять немного более глубокий вырез, оголять часть рук и голеней, — сказала она.

Изначально даже эти детали строго контролировались матерью, но она подумала, что раз уж скоро станет совершеннолетней, то иметь право самой принимать решения.

Цзи Цинчжоу сделал несколько кратких пометок и тут же спросил:

— Есть ли предпочтения по стилю? Например, благородный и роскошный, простой и скромный, элегантный и зрелый или же молодой и яркий?

«Неужели нужно так детализировать...» — Лу Сюэин сдержала желание нахмуриться и почесать голову, бросив взгляд на Ши Сюаньмань с застывшим выражением лица и на Фан Бижун, которая, неизвестно когда вернувшись в гостиную, тихо стояла в стороне, чтобы не мешать им.

Подумав некоторое время, Лу Сюэин дала весьма абстрактный ответ:

— Я хочу, чтобы каждый гость на моём совершеннолетии мог сразу увидеть меня и запомнить меня. Но при этом я не люблю слишком броскую и вычурную одежду. Хотелось бы чего-то максимально сдержанного, но в то же время достаточно эффектного, способного раскрыть мою личность и обаяние как женщины новой эпохи.

Цзи Цинчжоу сначала хотел записать это, но, выслушав пару фраз, остановился. Дождавшись, когда она выдохнет всё одним махом, он подытожил на бумаге одной фразой: «Она хочет быть потрясающе прекрасной, но словно без малейших усилий».

— На этом пока закончим. Госпожа Лу, не забудьте потом дать мне ваш домашний адрес или контакты. В течение недели я подготовлю для вас эскизы двух платьев, вы выберете одно. Если что-то не устроит, обсудим на месте, — кратко изложил Цзи Цинчжоу.

Лу Сюэин кивнула без особого энтузиазма:

— Ладно.

Убедившись, что они закончили разговор, Фан Бижун наконец оплатила оставшуюся часть за ципао — четыре юаня и восемь цзяо.

Цзи Цинчжоу получил деньги, взял у Лу Сюэин контактный телефон и, не задерживаясь, покинул особняк семьи Фан.

Хотя один индивидуальный заказ и был завершён, груз работы не только не уменьшился, но и прибавился.

По пути обратно в магазин на трамвае Цзи Цинчжоу мысленно составил план предстоящих заказов.

Что касается клиентов его лавки: сроки пошива ципао для Ши-сяоцзе и госпожи Ван составляли месяц, то есть закончить нужно было примерно до конца этого месяца.

Но он не мог тянуть так долго, лучше было уложиться в две недели.

Кожаная куртка Ло Минсюаня была на данный момент самой срочной работой. Этот парень ждёт-не дождётся, чтобы надеть её пятого числа на свадебный банкет и произвести ошеломляющее впечатление на родных и друзей в родном городе.

В общем, времени сегодня ещё много, можно, вернувшись, сразу взяться за эту куртку. Поколдовать три-четыре часа, а завтра доделать — и будет готово.

Самым же неспешным, конечно, был заказ на вечернее платье для госпожи Лу.

Её день рождения был двадцать шестого числа следующего месяца, а сегодня всего лишь второе. В запасе был как минимум месяц, чтобы не спеша продумать дизайн и подготовиться.

Затем были обещанные Шэнь Наньци и Цзе Линлун вязаный кардиган и платьице. Их тоже нужно было закончить в этом месяце, нельзя было, раз это не клиентский заказ, откладывать и не воспринимать всерьёз.

«Вот как посчитаешь — я и правда в долгах по уши!» — подумал он.

А ведь ещё раньше он собирался выкроить время, чтобы спроектировать одежду для своей официальной модели Чжу Жэньцина и потенциальной музы Цзе Юаня. Судя по нынешнему раскладу, на это просто нет времени.

На самом деле, если бы можно было нанять опытного портного, его нагрузка значительно уменьшилась бы. Но он ещё только начинал своё дело, нанять одного помощника уже было накладно, где уж тут взять деньги на портного...

Всё-таки это Шанхай — здесь зарплата опытному, искусному портному наверняка начиналась от тридцати юаней в месяц.

А он за эти более чем три недели работы, если вычесть расходы на ткани и фурнитуру, заработал всего около сорока восьми юаней, и половину из них внёс молодой господин Ло...

Видимо, пока что придётся выжимать все соки из самого себя.

Как раз в момент, когда Цзи Цинчжоу предавался этим невесёлым размышлениям, в окне трамвая он увидел впереди знакомый магазин импортных товаров, где бывал раньше.

Он припоминал, что там, кажется, продавали крашеную шерстяную пряжу. Схватив сумку, он протиснулся к двери, крикнул водителю: «Я выхожу!» — и затем, когда трамвай немного сбавил скорость, спрыгнул на ходу.

http://bllate.org/book/14313/1267156