Готовый перевод Breaking Through the Clouds 2: Swallow the Sea / Разрывая облака 2. Поглотить море [❤️]: Глава 33.

Щелк!

Одним ловким движением У Юй вправил челюсть участкового. От резкой боли тот чуть не стал кататься по земле, едва не вырвавшись из хватки Бу Чунхуа.

— Бфлять, бфлять, как зе больно, — он давился слюной и с трудом мог складывать слоги в слова.

Его прервал строгий голос Бу Чунхуа:

— Сколько в деревне сектантов?

— О… осен маво...

— Он сказал, что очень мало, — перевел У Юй.

Бу Чунхуа с силой впечатал его в землю:

— Говори нормально!

Участковый, задыхаясь, закатил глаза:

— Н-не так мново! Павда, не так мново!

— Он говорит, что довольно много, — У Юй.

Бу Чунхуа сказал:

— Я понял это и без перевода, — после чего вновь строго спросил:

— Гао Вэй и его жена Сюн Цзиньчжи здесь главные?

— Д-да... они сташие, они глафные у нашей гуппе...

— Кто такой учитель Ба?

— Я не знау, я павда не знау, знау токо сташих у нас…

— Церковь Всемогущего Бога имеет несколько "пасторских зон", под ними находятся провинции и округа, затем микрорайоны, религиозные общины, группы, отряды и пункты. В одном отряде около двадцати человек, а несколько групп составляют общину, — Бу Чунхуа шепотом рассказывал У Юю. — Этот культ распространяется как чума: вошла одна семья, и попалась половина деревни. Вероятнее, здесь уже почти все замешаны.

У Юй спросил:

— И что будем делать?

— Сначала вернемся в машину, уедем и потом поговорим. Вечером в деревне небезопасно.

У Юй кивнул. Бу Чунхуа схватил участкового за шею, потянул, заставляя того встать и шепотом заговорил:

— Я сейчас выведу тебя отсюда, если посмеешь издать хоть звук — убью на месте. Я руководитель в структуре общественной безопасности, за твою смерть мне ничего не будет. Можешь попробовать, если не веришь.

Участковый взглянул на блеснувший в его руке кинжал, и тот испугал его до смерти. Он поспешно кивнул.

Бу Чунхуа толкнул его:

— Вперед!

Весь дрожа, участковый пошел открывать дверь. В этот момент У Юй вдруг резко схватил Бу Чунхуа за руку:

— Постой.

Наступала ночь, звезды и луна еще не взошли, но в сельской местности не горело огней, было так темно — хоть глаз выколи. Среди кромешной тьмы только луч фонарика косо падал в угол дома. В слабом свете был виден лишь неподвижный взгляд У Юя, которым тот посмотрел на Бу Чунхуа. Глаза его стали настолько черными, что это пугало.

Бу Чунхуа поднял бровь:

— В чем дело?

— Ты... не чувствуешь запах?

— Какой запах?

Губы У Юя, казалось, слегка задрожали. Он резко развернулся, обегая взглядом южную сторону комнаты: ванную, угол лестницы, окна с решетками — и наконец выплюнул одно слово:

— Бензин.

— Бензин?

Бу Чунхуа сделал два вдоха. Деревенский ночной воздух пах травой, деревьями и землей, в нем не ощущалось чего-то явно необычного. Он еще не успел прийти к какому-то выводу, когда участковый, стоявший перед входной дверью, обернулся и, заикаясь, проговорил:

— Н-начальник, эта дверь н-не открывается...

Противокражного замка на этой двери не было, снаружи ее закрывала примитивная и надежная цепь, на которой висел обычный тумблерный замок, однако совсем недавно они этот замок вскрыли. Бу Чунхуа оттолкнул участкового и потянулся к ручке двери, но та в самом деле не сдвинулась с места. Осознав, что что-то тут было не так, он тут же с силой ударил ее ногой. Тяжелая дверь из цельного дерева дернулась, послышался лязг металла. Кто-то намертво обмотал ее снаружи цепью!

Как это возможно?

Свист! Свист! Свист!

В этот момент за окном вдруг раздался пронзительный звук.

Снаружи кто-то был!

— Кто еще знал о нашем приезде?!

Участковый был перепуган до смерти:

— Никто! Никто! Я никому не успел рассказать!

Если никто больше не знал об их приезде, кем же был тот человек, что сейчас запер их и дул в свисток? А главное, чего он этим добивался?!

Свист! Свист! Свист!

Этот свисток был подобен смертельному проклятию в темной ночи, каждый следующий звук был стремительнее и яростнее предыдущего, каждый следующий звук становился тяжелее и вселял ужас. В отдалении в деревне один за другим загорались огни, людские крики и собачий лай слились воедино. Среди всего этого хаоса Бу Чунхуа наконец услышал самый зловещий звук, звук, который он менее всего желал услышать...

Плеск!

Плеск!

Сильный запах бензина проникал в нос из каждой оконной рамы и каждого цуня кирпичной кладки, затем свист прервался, а спустя две секунды ночь прорезала огненная вспышка из окна, отразившись в глазах Бу Чунхуа, который, казалось, не мог в это поверить.

Бум!

Бушующее пламя со всех четырех стен взвилось к небесам.

События кровавой ночи в тот год, когда ему было девять, обрушились на него из пустоты: звуки выстрелов, брань, кровь, вопли, смешались в миллион истерических нот, что рвали барабанные перепонки, и словно из-под земли тянулись бесчисленные пары окровавленных рук. Они хватали его за ступни, опутывали ноги и тащили его залитое кровью тело под землю.

Бу Чунхуа судорожно вздохнул и заставил себя сделать пару шагов. Его руки ослабли.

Цзынь!

Кинжал упал на пол, однако он этого будто и не заметил.

Он словно стал на мгновение меньше ростом, оказался запертым в невидимую клетку в шкафу и сквозь щель в двери увидел, как в двух шагах от него вновь развернулась трагедия. Он слышал пронзительный отчаянный детский крик:

"Папа! Мама!"

Дуло пистолета уже упиралось в голову его матери.

"...скажи им, умоляю, просто скажите им..."

Палец лежал на спусковом крючке.

"Умоляю, скажите им!.."

Крики ужаса, рев страдания и надрывный плач не имевшие тогда возможности выйти наружу, превратились в бесчисленные стальные когти. Они раздирали его грудь изнутри, но он не мог издать ни звука. Все что он мог — это беспомощно наблюдать, как палец жмет на курок...

Бах!

Бах!

Деревянный стул ударился о дверь и разлетелся на части, но толстый кусок древесины лишь угрожающе пошатнулся несколько раз. У Юй вновь схватил другой стул и свирепо ударил им по двери. С треском на пол посыпались деревянные бруски, смешанные со штукатуркой.

— А-а-а-а-а!

В заполнившем все помещение черном дыме участковый схватился за голову и неистово вопил. Он рефлекторно попытался вцепиться в ногу У Юя, но тот оттолкнул его к еще не начавшей гореть южной стене, а затем занес ногу и несколько раз с силой ударил по двери в то место, где только появились трещины. Дыщ! Дыщ! Под непрерывным напором участок двери продолжал разрушаться и прогибаться, и наконец с очередным громким грохотом в ней образовалась дыра.

У Юй выдернул из дыры ногу, высыпав на пол пригоршню щепок, развернулся и бросился в ванную комнату, небрежно стянул полотенце, облил его водой, аккуратно обернул вокруг худой и сильной левой руки и вернулся к двери. Он просунул руку в дыру, пытаясь нащупать и ослабить цепь, намотанную на задвижку снаружи.

Однако было уже поздно: пламя, питаемое бензином, быстро расползалось по наружной стене, и хотя еще не добралось до двери, но температура металлической цепи уже была слишком высока. У Юй успел развязать только первый круг цепи, когда его пальцы обожгло. Послышалось шипение.

— !..

У Юй отдернул руку и быстро развернул полотенце, взглянул на свою ладонь и тихо выругался.

К этому моменту огонь уже разошелся в полную силу, температура в помещении резко повысилась, от жара покалывало кожу; черный дым валил, заполнив весь первый этаж, сквозь его пелену почти ничего не было видно. У Юй кружил по комнате, его острый взгляд подобно молнии метался из стороны в сторону. Он дернул, поставив на ноги, обезумевшего и задыхавшегося участкового, толкнул его к лестнице и выпалил:

— Беги!

Участковый не мог встать, все пространство озарял свет пламени. Лицо мужчины исказилось от страха и отчаяния:

— Спасибо, спасите, я не могу бежать...

— На лестницу! Бегом!

— Я умру, я умру… Кха-кха-кха, блядь...

— Бегом!!!

— Спасите, спасите меня...

Очевидно, из-за окружавшего их жара и нехватки кислорода Бу Чунхуа как будто примерз к месту. Его глаза, уши, рот и нос погрузились в ледяное море, а все, что он мог слышать — это крик ребенка из пропасти, что разверзлась у него под ногами. "Я не могу бежать" — эти душераздирающие слова были ему слишком хорошо знакомы.

"Я не могу бежать".

"Папа и мама все еще здесь, я не могу бежать…"

В следующую секунду в его глазах отразился растрепанный У Юй. Подняв участкового за воротник, он влепил тому оплеуху.

Шлеп!

Звук пощечины прозвучал подобно грому, ладонь с силой впечаталась в лицо ребенка, скорчившегося и плачущего в огне и крови.

— Ты не умрешь! — яростный рев У Юя и крик подростка поздней ночью двадцать лет назад наложились друг на друга, даже обрывки последних слов звучали похоже как две капли воды. — Беги! Быстро!

"Они нас догонят? Мы умрем?"

"Нет, мы должны выжить..."

"Что нам делать? Мы умрем, мы умрем! Что делать?!"

"Бежать, чтобы выжить..."

Что бы ни случилось, он должен выжить. Только если он выживет, он сможет отомстить!

Язык пламени лизнул его бок, и Бу Чунхуа вновь ощутил обжигающую боль на своей щеке — это была окровавленная рука подростка, с силой вытиравшая его слезы. Тот момент глубоко проник в его костный мозг и оставил неизгладимый след в его душе.

— За мной, — Бу Чунхуа схватил У Юя за руку. — За мной! Идем, быстрее!

У Юй торопливо поднял голову и увидел, как Бу Чунхуа, словно только что очнувшись от какого-то кошмара, потащил его, пошатываясь, на второй этаж. Стены уже горели, смертоносный дым не позволял различить где север, а где юг. Бу Чунхуа, полагаясь только на память, в темноте второго этажа плечом распахнул дверь хозяйской спальни. В стекле окна отразилось его искаженное светом огня лицо, совершенно не похожее на человеческое.

Стеклянное окно!

Только в ванной, соединенной со спальней, имелось окно без решетки!

Спасение было уже так близко. У участкового ослабли ноги, он едва не рухнул на колени, но Бу Чунхуа одной рукой потащил его и толкнул в хозяйскую спальню. Но как раз в этот критический момент вдруг раздался оглушительный грохот: в северном углу спальни обрушилась целая секция пылающих деревянных балок, черный дым мгновенно взвился вверх, брызнули искры, поток горячего воздуха разом вытолкнул их наружу.

— А-а-а!..

Участковый спиной налетел на У Юя, и они вместе врезались в покрытую трещинами стену. У Юю ничего не оставалось, кроме как стать мясной подушкой. От резкой боли он не мог говорить.

— Ты в порядке?! — Быстро вскочил и прокричал Бу Чунхуа.

Бледное лицо У Юя стало красным от света огня. Он покачал головой и толкнул кричащего участкового:

— Быстрее!

Бедный участковый ни разу в жизни не попадал в подобную переделку. Он в самом деле не мог больше подняться. Бу Чунхуа протащил его по полу, будто куль с песком, ворвался в горящую спальню и разбил ногой стекло:

— Прыгай!

— Спасите! Мама-а-а… Я не могу, не могу!..

Участковый замахал руками, а в следующую секунду его тело оказалось в воздухе. Бу Чунхуа просто выкинул его из окна!

— А-а-а!

Раздался звук тяжелого удара. Этот неудачник приземлился во дворе среди клубов черного дыма, и истошные вопли резко оборвались, сменившись на жалобные стоны. Должно быть, он вывихнул лодыжку.

— У Юй! — обернувшись, заорал Бу Чунхуа.

Однако в спальне среди прыгающего света огня больше никого не было.

— У Юй!

Подавившись кашлем, Бу Чунхуа закрыл рот рукой. Ступая по уже горящему деревянному настилу он выскочил из комнаты. На мгновение раем глаза он заметил силуэт у основания стены, и его сердце будто сдавила невидимая рука.

У Юй сидел, прислонившись к стене. Одной рукой он прикрывал рот мокрым полотенцем, другая же безвольно лежала на полу. Его окровавленная ладонь была обращена вверх, кровь сочилась из-под ногтей, оставляя перекрещивающиеся следы между тонкими пальцами.

Хотя он ясно понимал, что это игра воображения, но у Бу Чунхуа вдруг возникла абсурдная иллюзия.

Ему показалось, что человек перед ним был лишь миражом в море адского пламени, он никогда не существовал и мог исчезнуть в любой момент.

— Что такое? Ты ранен?!

Бу Чунхуа встал на колено, но У Юй только покачал головой и всучил ему мокрое полотенце:

— Я в порядке. Прыгай скорее, тут вот-вот все взлетит на воздух.

— Чего? Быстро вставай!

— Я хочу отдохнуть немного. Две минуты, и я…

— Не неси херни! Давай со мной! — почти прорычал Бу Чунхуа. — Бегом!

— ...

У Юй выглядел бледным и не произнес ни слова. Бу Чунхуа насильно притянул к себе его лицо и неожиданно обнаружил, что взгляд у того был рассеян, будто на этом перекрестке жизни и смерти его поразила какая-то внезапная мысль, заставлявшая его колебаться.

Почему он медлил?

Что он вспомнил за эти короткие десять секунд, пока сидел у стены в одиночестве посреди пожара?

По позвоночнику вдруг пробежала волна необъяснимого холода, Бу Чунхуа резко поменялся в лице. Он схватил мокрое полотенце и закрыл рот и нос У Юя, после чего закинул его руку себе на плечо и прикрикнул:

— Идешь со мной! Бегом!

— Тс… Больно-больно! — Казалось, У Юй пытался что-то скрыть. Он опустил голову и втянул в себя воздух. — Я только что подвернул ногу, полегче…

Дверная коробка спальни уже была охвачена огнем. Бу Чунхуа спешно встал на подоконник, со звоном выбил оставшееся стекло с другой стороны оконной рамы, схватил У Юя за плечо и прокричал:

— На счет "три" прыгаем как можно дальше! Понял?!

У Юй сглотнул.

— Умрем, и ничего не останется! Мы должны выжить и только так сможем поймать этих ублюдков! Только если выживем, мы сможем отомстить! — Бу Чунхуа большим пальцем убрал с его лба растрепавшиеся волосы, заставив его посмотреть себе в глаза. — Понял?!

— ... — У Юй перевел дыхание и наконец вздохнул. — Я понял.

— Прыгай!

В пожарище ворвался свежий воздух, спровоцировав детонационное горение. С оглушительным взрывом пламя взметнулось в ночное небо. В ослепительном море огня Бу Чунхуа обхватил У Юя и, сделав два шага назад, прыгнул с разбега с подоконника.

Бум!

Они приземлились одновременно, перекатились, вставали, шатаясь, выбираясь из серого дыма. То ползком, то кувырком они преодолели более десяти метров навстречу прохладному ветру и наконец упали на землю.

— Кха-кха-кха!.. Кха-кха-кха…

У Бу Чунхуа был полный рот сажи, он едва не выплюнул свои легкие. Прошло много времени, прежде чем он наконец смог откашляться. Он сел, перед глазами его потемнело, дыхание давалось с трудом.

Сзади раздался легкий щелчок и вспыхнуло пламя. Обернувшись, он увидел У Юя, лежащего в траве на спине с сигаретой во рту. Тот прикуривал от зажигалки.

— ... — Бу Чунхуа пошарил в кармане брюк. — Когда ты успел ее стянуть?

Трехэтажное бетонное здание полностью охватило пламя. В свете огня вырисовывается профиль У Юя — от лба до надбровных дуг, до прямой переносицы, узкого подбородка и глубокой яремной ямки. Подсветка теней делала эту картину настолько четкой, что захватывало дух. Бу Чунхуа видел, как уголки его рта устало опустились. Подкурив сигарету, он глубоко затянулся бледно-голубым дымом:

— Когда толкнул к тебе того неудачника, вытащил ее заодно.

Он сделал паузу, а затем вновь заговорил:

— Все-таки хочу выкурить еще одну.

Он самоуничижительно рассмеялся, а Бу Чунхуа уставился на него, не зная, что сказать. Некоторое время спустя он лишь покачал головой. Побывав в таком безнадежном положении, теперь оба были немного расслабленными и безвольными.

— Больше никогда в жизни, если только небо не упадет, я не возьму твою зажигалку, — Беспомощно проговорил Бу Чунхуа. — Как твоя рука?

У Юй махнул кистью, как бы говоря, что с ним все в порядке, но Бу Чунхуа через силу встал и подсел ближе, притянул к себе его руку и долго внимательно рассматривал. Кровавая корка на ладони уже спеклась, но пораженная область была не слишком большой. Должно быть, мокрое полотенце прикрыло большую часть ладони.

— Как вернемся, скатаемся в больницу обработать твой ожог, пока заразу не занес.

— Ага, ок.

Физическая нагрузка при прохождении через пожарище была колоссальной. Их грудные клетки и легкие покрылись копотью, даже каждый вдох был горячим и болезненным. Некоторое время они не могли встать. Бу Чунхуа сидел рядом с У Юем, глядя на его черные тонкие брови и ресницы, похожие на вороновы крылья, и вдруг ни с того ни с сего сказал:

— Знаешь, много лет назад один человек так же вытащил меня из огня.

— А?

— Он сказал мне, что только выжив, я смогу отомстить, но если умру, то ничего не останется. Впоследствии я всегда помнил эту фразу. Только пока я жив, я могу помнить, чувствовать все виды счастья и боли, понять всю ценность жизни, — Бу Чунхуа сделал паузу, а затем продолжил шепотом: — После смерти нет ничего, это страшно.

У Юй, собиравшийся стряхнуть пепел, замер, его зрачки внезапно сузились, а покрытые кровью пальцы слегка подрагивали в тени.

Он неподвижно лежал на земле. На мгновение показалось, что он даже не дышит. Прошло много времени, прежде чем У Юй открыл рот и под отдаленный звук треска пламени тихо спросил:

— Ты отомстил?..

Бу Чунхуа встал, топнул, стряхивая со штанин траву, и произнес:

— Еще нет.

Не желая больше ничего говорить, он протянул руку У Юю, жестом показывая, что поможет ему подняться:

— Ладно, сейчас придут местные тушить пожар. Тот поджигатель точно спрятался где-то поблизости, нужно быстрее вернуться в машину и ждать подкрепление.

У Юй выдохнул, схватился за его руку, подтянулся и, пошатываясь, встал. Неожиданно он весь замер и насторожился:

— Блядь!

— В чем дело?

У Юй не издал ни звука и даже не пошевелился. Через какое-то время он внезапно оглянулся и посмотрел в густую, как тушь, черную ночь вдали, его глаза были холодными и настороженными, а выражение лица сделалось необычным:

— Кажется, услышал какое-то движение…

Движение?

Ревущее пламя горящего дома, завывания и стоны ночного ветра, ожившая пустошь гор и лесов...

— Уходим! — У Юй сделал шаг назад и вдруг выпалил: — Валим отсюда!

Повторять не пришлось: они одновременно бросились наутек, но не пробежали и нескольких шагов, как резко остановились.

Дикие травы высотой в половину человеческого роста покачивалась из стороны в сторону в отдалении, и шорох, который от них исходил, становился все ближе. Неясный, он делался все более отчетливым, пока наконец в ночи не появились силуэты.

Это была не трава. Это люди.

Сотни жителей деревни медленно вышли вперед, выстроившись перед ними веером. В толпе в изобилии можно было заметить палки и кухонные ножи, на каждом лице мелькали холодность и настороженность, а глаза со всех сторон полнились враждебностью. Все они были устремлены в центр окружения — на У Юя и Бу Чунхуа.

Переводчику есть что сказать

Переводчика просто дико прет с этого фрейма. Наслаждайтесь и вы :)

http://bllate.org/book/14291/1265664