Готовый перевод ka pai mishi / Карточная комната/Card room: Глава 70. Чрезвычайно быстрый поезд 3: первая помощь

После того, как персонал вагона-ресторана раздал пассажирам вагона номер четыре заказанную еду, поссорившаяся пара принялась в молчании есть ужин. Остальные пассажиры тоже принялись за еду. Семья Юй Синьсинь отправилась в соседний вагон-ресторан, чтобы поужинать там. Количество людей в вагоне-ресторане продолжало расти. Было очевидно, что люди из других вагонов тоже пришли поесть.

В спальном вагоне, где ехал Юй Ханьцзян, пассажиров было немного меньше, к тому же там был гид, у которой имелся список группы. Он быстро проверил, как у них дела, прежде чем пройти в вагон-ресторан и кивнуть Сяо Лоу.

Сяо Лоу, заметив, что руководитель группы Юй, тоже освободился, быстро прошел к нему навстречу. Двое мужчин встретились в чайной комнате вагона-ресторана, где Юй Ханьцзян кратко обрисовал ситуацию в шестом вагоне.

– Туристическая группа из 12 человек проживают в купе с первого по третье. Едут из Солнечного города в Лунный город. Они пробудут в вагоне все три дня. Гида зовут Цинь Шиюэ, все называют её сяо Цинь. Она недавно окончила университет, ей 24 года, она очень жизнерадостная и разговорчивая. Всем пенсионерам в ее группе от 60 до 70 лет. До выхода на пенсию они работали в одной компании, поэтому у них очень хорошие отношения, и они часто ездят на подобные групповые экскурсии.

– А как насчёт остальных пассажиров? – спросил Сяо Лоу. – Было ли что-нибудь странное в их поведении?

– В купе номер четыре едет семья из четырех человек, – принялся дальше рассказывать Юй Ханьцзян. – Родители и двое детей. Они едут навестить родственников. В купе номер пять и шесть – одиночные пассажиры, они незнакомы друг с другом, ни с кем не разговаривают, просто едут и смотрят в свои телефоны. В купе семь и восемь люди сначала тоже не общались между собой, но после отправления поезда выяснилось, что все они едут на научную конференцию, они преподаватели физики из разных средних школ.

Сяо Лоу тщательно обдумал ситуацию.

– Маловероятно, что убийство произойдет в других купе: большинство пассажиров не знакомы друг с другом. Нам нужно сосредоточиться на этой группе пожилых туристов. Раньше они работали вместе, и, возможно, между ними есть какие-то разногласия.

– Да, от гида я уже получил полный список туристической группы, – согласился Юй Ханьцзян. – Я буду внимательно за ними следить, – он немного помолчал, прежде чем спросить. – А как у тебя обстоят дела?

Сяо Лоу кратко рассказал о результатах проверки билетов, упомянул ссору одной из пар и случай, когда Цзин Вэйгуан вывалил на одного из парней лапшу быстрого приготовления.

– Две пары и группа из пяти подруг – отношения между людьми в таких группах очень легко могут испортиться. Возможно, внешне они хорошо ладят, но ненависть уже давно затаилась в их сердцах, – слегка нахмурился Юй Ханьцзян.

– Я тоже так думаю, – кивнул Сяо Лоу. – Я сосредоточусь на этих людях… и на том опоздавшем, Цзин Вэйгуане. Он никого не знает, но его появление слишком необычно. Даже если он не жертва и не убийца, он определённо станет ключевой фигурой в этом деле, – Сяо Лоу посмотрел на постепенно заполняющийся вагон-ресторан и вдруг добавил. – Кстати, есть же еще вагон-ресторан, и все пассажиры поезда могут прийти сюда поесть. Есть ли вероятность, что убийца отравит еду?

– Даже если у кого-то с собой есть яд, то вряд ли это произойдет сегодня, – возразил Юй Ханьцзян. В этот момент мимо прошёл человек, и Юй Ханьцзян с Сяо Лоу отступили назад, чтобы уступить дорогу. Когда мужчина удалился, Юй Ханьцзян продолжил. – Большинство убийств тщательно спланированы, а не совершаются спонтанно. Поскольку убийца только сел в поезд, он, скорее всего, ещё не знаком с обстановкой в вагоне-ресторане. Если он действительно решит использовать яд, ему сначала нужно оценить обстановку. Надежнее действовать завтра или послезавтра.

Сяо Лоу подумал и о другой возможности:

– А что, если преступление совершит проводник? Он хорошо знаком с обстановкой в поезде и имеет лёгкий доступ в вагон-ресторан. Ему будет несложно отравить еду прямо на кухне.

– Мы не можем исключить эту возможность, – подумав, ответил Юй Ханьцзян.

Например, в тройке черв преступления совершала учительница. Возможно, в четверке черв пассажиры будут убиты ненормальным проводником.

Пока они анализировали ситуацию, в вагон-ресторан вошла та самая группа из стариков. Впечатляющая группа из двенадцати человек сразу же привлекла взгляды окружающих.

– Лао* Ли, еда в этом вагоне слишком дорогая. Пойдём обратно, поедим чего-нибудь другого. Сын купил мне пакет закусок перед отъездом, а я ещё даже не открыл его… – принялся жаловаться лысый старик, увидев меню.

*= старый/старик. Здесь это обращение, а не фамилия

Мужчина, которого называли «лао Ли», был аккуратно одет и выглядел энергичным. Несмотря на возраст, его волосы были подкрашены в чёрный цвет.

– Дорого? Да я не так давно потратил сотни тысяч на морепродукты за один приём пищи! – улыбнувшись, возразил он. Затем он похлопал другого человека по плечу и продолжил. – Не волнуйся, я угощу тебя ужином!

Глаза лысого старика тут же загорелись:

– Лао Ли такой щедрый!

– Лао Ли, сколько в год зарабатывает ваш сын? – поинтересовался кто-то из группы.

Старик Ли приподнял бровь, стараясь выглядеть смиренным:

– Не так уж много, должно быть, несколько миллиардов.

Сяо Лоу был потрясён: несколько миллиардов? Если перевести в юани по курсу 100 : 1, это десятки миллионов! Этот старик на самом деле отец магната! Он невольно задумался, чем же занимается его сын.

Юй Ханьцзян наклонился к уху Сяо Лоу и тихо пояснил:

– Ли Чжэминь, 66 лет. Он самый богатый среди этой группы. По словам гида, он часто угощает всех дороге и не устаёт хвастаться своим почтительным и состоятельным сыном.

Для пожилых людей естественно обсуждать своих детей, но когда кто-то постоянно подчёркивает успехи своего ребёнка, это рано или поздно вызывает раздражение у окружающих. Тем более что все они когда-то работали в одной компании и имели схожий уровень дохода. Их дети, вероятно, были примерно одного возраста. Тот факт, что Ли Чжэминь вырастил сына, состояние которого превышало 100 миллионов, неизбежно порождал зависть, а возможно, даже обиду и ненависть.

Сяо Лоу внимательно наблюдал за выражениями лиц пожилых людей. Несколько тех, кто стоял ближе к старику Ли, смотрели на него с завистью, рассыпаясь в комплиментах:

– Ваш сын такой успешный!

– Я помню вашего сяо Ли. В детстве он был таким воспитанным, всегда занимал первые места в школе, а на вступительных экзаменах в университет стал лучшим учеником, набрав по естественным наукам самые высокие баллы. В отличие от моего никчёмного сына, который после стольких лет работы даже дом себе позволить не может и до сих пор зависит от родителей…

– По крайней мере, ваш сын женат и имеет детей, – тихо вздохнула старушка с седыми волосами. – Вы можете проводить дни, заботясь о внуках, разве это не замечательно. Моей дочери тридцать три, а все её мысли только о работе и продвижении по службе. Она даже на свидания вслепую не ходит. Это сводит меня с ума!

– Сын лао Ли тоже холост, – кто-то шутливо подхватил. – Почему бы вам не познакомить его со своей дочерью? И вы станете родственниками!

Старушка покачала головой:

– Вы, должно быть, шутите. Моя дочь – обычная сотрудница компании. Как она может быть достойна господина Ли? Он такой богатый и красивый, наверное, целая толпа девушек выстроилась в очередь, чтобы попасть к нему на свидание!

– Ха-ха, действительно, за ним бегает много девушек, – согласился Ли Чжэминь, но на его лице промелькнуло беспокойство. – Однако у моего сына очень высокие требования. Он настаивает на том, чтобы найти умную, добродетельную, красивую и способную жену. И самое главное – она должна быть почтительна ко мне. Не так много девушек соответствует этим требованиям.

– Ваш сын такой успешный, так что действительно мало кто из девушек может ему подойти. Вам лучше быть внимательным и тщательно выбирать невестку.

– Конечно, – с улыбкой произнёс Ли Чжэминь.

– Кстати, лао Ли, – кто-то поспешил сменить тему, – жилой комплекс, которым владеет твой сын, расположен в отличном месте. Я как раз подумываю купить квартиру к свадьбе сына. Не мог бы он сделать мне скидку?

– Без проблем! Просто скажи мне, если решишься на покупку, и мой сын предложит вам особую цену! Но это строго между нами, – щедро пообещал Ли Чжэминь.

Три человека, сидевшие с ним за одним столом, явно были с ним в прекрасных отношениях. На протяжении всего разговора они неустанно хвалили его сына: кто-то рассчитывал получить выгоду и приобрести квартиру подешевле, кто-то просто следовал общему тону беседы.

Выражения лиц гостей за двумя другими столами были куда разнообразнее. Кто-то ухмылялся, когда Ли Чжэминь хвастался, что годовой доход его сына превышает 100 миллионов; кто-то оставался равнодушным, словно вовсе не был впечатлён его рассказами.

Одна пожилая женщина, едва Ли Чжэминь упомянул критерии, которыми его сын руководствуется при выборе партнёрши, шепнула подруге:

– Почему бы его сыну не найти настоящую богиню? Ха, а все потому, что сын унаследовал гены своего отца и его рост всего 168 сантиметров. Он даже ниже моей дочери.

Сяо Лоу и Юй Ханьцзян обменялись взглядами. Похоже, и в этой группе пожилых людей имелись свои трения.

Ли Чжэминь был слишком известным человеком и, похоже, не понимал принципа «не выставлять напоказ своё богатство». Он хвастался своим сыном, и это легко вызывало отвращение у окружающих. В то время как многие пожилые люди переживали из-за неудач своих детей, не могли позволить себе жильё или беспокоились о том, как их детям найти партнёра, Ли Чжэминь без устали рассказывал, что его сын зарабатывает свыше 100 миллионов в год, занимается недвижимостью и предъявляет чрезвычайно высокие требования к потенциальной избраннице.

Этот старик говорил, не задумываясь о ситуации вокруг: у него явно был низкий эмоциональный интеллект, а тщеславие зашкаливало. Он напоминал тех, кто ежедневно выставляет напоказ своё богатство в социальных сетях, – зрелище, вызывающее лишь отторжение.

Впрочем, таких людей немало. Большинство, столкнувшись с любителем хвастовства, в лучшем случае отпускают пару саркастических замечаний – вряд ли кто-то станет ненавидеть его настолько, чтобы пойти на убийство, верно?

Сяо Лоу наклонился к уху Юй Ханьцзяна и тихо спросил:

– Могут ли быть связаны пары в четвёртом вагоне и группа пожилых людей в шестом? Или кто-то из них – просто преднамеренный отвлекающий манёвр?

Юй Ханьцзян нахмурился, ненадолго задумался, а затем ответил:

– В секретной комнате тройки черв в ходе сюжета погибли пять человек.

Сяо Лоу был потрясен:

– Точно, девушка, которую столкнули со здания пять лет назад, трое убийц, убитых мстителем, плюс Ин Сяоя, которая была совершенно невиновна… Сложность четверки черв не должна быть ниже, чем тройки черв, значит, в этом поезде может погибнуть не один человек?

– С таким количеством людей, я предполагаю, что дальнейший сюжет окажется сложнее, чем в тройке черв. Нам следует внимательно следить за передвижениями этих людей и встречаться в вагоне-ресторане, как только мы что-нибудь обнаружим, – решительно произнес Юй Ханьцзян.

В тройке черв самой очевидной уликой был роман «Граф Монте-Кристо», и всё дело оказалось связано с местью. Но в четверке черв пока никаких явных улик найдено не было.

Сяо Лоу и Юй Ханьцзян как раз собирались вернуться в вагоны, когда одновременно в их наушниках раздался голос:

– Внимание, проводники поезда, время ужина. Пожалуйста, вернитесь в вагон номер девять и как можно скорее получите свою еду.

Они переглянулись, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Подчиниться указаниям начальника поезда было необходимо, но девятый вагон находился в самом конце состава. Они не могли предугадать, что произойдёт в вагонах после того, как они уйдут.

– Сегодня только первый день, – рассудил Юй Ханьцзян. – Маловероятно, что убийца решится на нападение прямо сейчас. Нам следует сначала поесть.

Это был единственный выход. Сяо Лоу повернулся и, последовав за руководителем группы Юем, быстро направился в девятый вагон.

Все проводники поезда собрались здесь. Каждый получил ужин и сел за стол, чтобы поесть и поговорить. Сяо Лоу навострил уши, но не услышал ничего полезного – большинство проводников лишь сплетничало.

Он и Юй Ханьцзян сели друг напротив друга и открыли свои ланч-боксы. Еда в четверке черв была действительно вкусной. Комплексный ужин включал щедрую порцию куриной отбивной, золотистый омлет, небольшую порцию маринованной редьки, салат с чесночным соусом и миску томатного супа с яйцом.

Сяо Лоу, который несколько дней питался кое-как, был невероятно тронут таким угощением и тут же принялся есть, ловко орудуя одноразовыми палочками. Они быстро расправились с едой и уже собирались вытереть губы салфетками, когда раздалось объявление. В женском голосе явственно звучала тревога:

– Объявление о поиске помощи! Если в поезде есть медицинский работник, пожалуйста, пройдите в шестой вагон. С ребенком случился несчастный случай, и он срочно нуждается в помощи медицинского работника… Объявление о поиске помощи! Если в поезде есть медицинский работник…

Сообщение повторилось дважды.

Сяо Лоу и Юй Ханьцзян переглянулись, собрали пустые ланч-боксы из-под еды и поспешили к шестому вагону.

По дороге Юй Ханьцзян с мрачным лицом произнёс:

– В моём вагоне дети есть только у молодой пары из четвертого купе — близнецы, им три, и они только начали ходить в детский сад.

– Это сообщение прозвучало слишком внезапно, – с беспокойством произнес Сяо Лоу. – И мы пока не знаем, в каком состоянии дети.

Во всех вагонах поезда царил хаос: люди суетились, ходили взад-вперед по проходу, кто-то только шел за горячей водой, кто-то нёс уже заваренную лапшу быстрого приготовления. Протиснувшись сквозь толпу, они наконец добрались до вагона номер шесть.

Юй Ханьцзян направился к двери четвертого купе, внутри он увидел крайне встревоженную молодую пару. Женщина держала на руках трёхлетнего сына: лицо малыша посинело, тело билось в конвульсиях.

Сяо Лоу поспешил к ней и спросил:

– Что случилось?

– Я только что кормила ребёнка, и вдруг он стал таким… – со слезами на глазах ответила женщина.

Это была асфиксия, вызванная попаданием инородного предмета в трахею. Сяо Лоу, будучи экспертом-криминалистом, сразу понял, в чём дело. Он шагнул вперёд, намереваясь помочь, но в этот момент кто-то подбежал и громко воскликнул:

– Что случилось? Что с ребёнком? – это был Цзин Вэйгуан из четвертого вагона. Сяо Лоу ещё не успел отреагировать, как Цзин Вэйгуан протиснулся в щель между ним и Юй Ханьцзяном и вошел в купе. – Дайте мне ребёнка!

Женщина, глаза которой покраснели от слёз, повернулась к растрёпанному молодому человеку в помятой одеждой и удивленно спросила:

– Вы кто?

– Я врач скорой помощи. Дайте мне ребёнка.

Словно хватаясь за соломинку, женщина тут же передала ему ребёнка и поспешно объяснила, что произошло.

Услышав это, Цзин Вэйгуан обхватил трёхлетнего мальчика сзади. Он приподнял одежду ребёнка, спокойно положил сжатую в кулак правую руку на два пальца выше пупка, и, обхватив малыша левой рукой, резко и быстро толкнул вверх и немного назад.

Ребёнок, лицо которого уже побагровело, после пяти толчков внезапно закашлялся – из его рта выскочила изюминка размером с ноготь. Постепенно цвет лица и дыхание малыша нормализовались. Он всё ещё испытывал сильную боль и расплакался.

Цзин Вэйгуан вернул ребёнка женщине и строго, но мягко предупредил:

– Будьте осторожны, когда кормите ребенка, особенно если он плачет. Пища может легко попасть в трахею. Если это повторится, вы можете оказать первую помощь, как только что сделал это я.

Женщина, успокаивая сына, благодарно посмотрела на него:

– Спасибо, спасибо! Спасибо вам огромное!

Ее муж пожал Цзин Вэйгуану руку:

– Спасибо, доктор! Как вас зовут, из какой вы больницы? Как только мы вернемся, мы обязательно навестим вас и отблагодарим!

Лицо Цзин Вэйгуана слегка покраснело, и он поспешно махнул рукой:

– Нет, не нужно. Кхм… Если больше ничего не требуется, я, пожалуй, пойду…

Он развернулся и быстро ушёл, оставив Сяо Лоу и Юй Ханьцзяна в недоумении смотреть друг на друга. Юй Ханьцзян подошёл, чтобы убедиться, что ребёнку ничего не угрожает, и лишь после этого отошёл в сторону.

Вокруг собралось довольно много пассажиров, которые переговаривались между собой:

– Как хорошо, что среди нас есть такие добрые люди!

– Этому маленькому мальчику повезло, что в поезде оказался врач…

– Это Цзин Вэйгуан — тот самый, кто опоздал. Никогда бы не подумал, что он врач, – тихо произнес Сяо Лоу, обращаясь к Юй Ханьцзяну.

Только что Цзин Вэйгуан применил приём Геймлиха – распространённый метод оказания первой помощи при удушье из-за попадания инородного предмета в дыхательные пути. Эту технику иногда называют «камень, ножницы, бумага». «Ножницы» обозначали положение двух пальцев выше пупка. «Камень» – рука, которую нужно было сжать в кулак и приложить к этой области. «Бумага» – вторая рука, обхватывающая «камень». Затем нужно было резко толкнуть вверх и назад, повторить пять раз, пока пострадавший не откашляет инородный предмет.

Принцип действия этого метода заключался в повышении давления в брюшной полости. Это приводило к подъёму диафрагмы, которая, в свою очередь, увеличивала давление в грудной полости и выталкивала инородное тело из трахеи. У детей риск подавиться особенно высок, и без своевременной помощи это может привести к летальному исходу.

Цзин Вэйгуан прибежал в купе номер четыре шестого вагона, чтобы спасти ребенка, и тем самым сообщил участникам, что он врач.

– Две девушки в восьмом ряду изучают медицину, – задумчиво произнес Сяо Лоу. – Юэ Сяоцюань изучает клиническую медицину, а Мо Цзяжань – сестринское дело. Такое скопление в одном вагоне людей, изучающих медицину, вряд ли случайно.

– Возможно, это намекает на то, что способ убийства в этой секретной комнате будет весьма специфичен, – предположил Юй Ханьцзян. – Те участники, у кого нет медицинского образования, вряд ли смогут разгадать эту тайну самостоятельно. Получается, если игроки не разберутся сами, они могут обратиться за помощью к Цзин Вэйгуану?

Цзин Вэйгуан был врачом, путешествующим в одиночку, и вряд ли мог быть убитым или убийцей. Теперь казалось, что его роль больше похожа на роль NPC, помогающего участникам узнавать необходимые медицинские знания.

http://bllate.org/book/14136/1616594