Готовый перевод Pretend to Be Crazy / Притворяясь сумасшедшим ✅: Глава 19 Конец и начало

Шэнь Янь проснулся.

Непонятно, что это за очередная VIP-комната. Стены были отделаны зеркальным металлом, а общий стиль был ближе к минималистичному научно-фантастическому будущему. Основным тоном был белый, что резко контрастировало с комнатой в стиле властного босса.

Шэнь Янь уставился на свое отражение на потолке и внезапно понял, что это место очень похоже на комнату для душевнобольных, которая часто появляется в фильмах ужасов.

Все вокруг было белым, и любой цвет становился очень ярким.

Шэнь Янь потрогал шрам на шее. Это была очень тонкая и длинная полоска, уже покрытая струпом. Она царапала кончики его пальцев и больше не болела.

Он пошел открывать дверь, и дверь, как и ожидалось, была заперта. Шэнь Янь посмотрел на время и с удивлением обнаружил, что сейчас прошло два дня.

Неудивительно, что он чувствовал такой голод и слабость в руках и ногах.

Шэнь Янь медленно вернулся к кровати, снова свернулся калачиком в одеяле и закутался в него.

Кажется, все не так уж плохо.

Он сбежал, он нарушил правила, Жуань Чжисянь рассердился, это было простительно.

Если бы он действительно сбежал, это было бы нормально, но теперь его остановил брат Корень, и он не сбежал. Напротив, он стал вероломным неудачником.

Решение есть, подумал Шэнь Янь.

Что, если связать это с эмоциями Жуань Чжисяня?

Жуань Чжисянь предположил, что разгадка этой игры заключается в информационной разнице. Шэнь Янь сначала тоже рассматривал информационную разницу в качестве ответа, но он был автором вопроса, и окончательное право интерпретации принадлежало ему, поэтому эмоции также могли быть ответом на эту игру.

Он предвидел эмоции всех участников игры в первом раунде.

Страх, гнев, радость после бедствия…

Используя это, он манипулировал эмоциями Жуань Чжисяня, заставляя его из игрока превращаться в свою шахматную фигуру.

Поэтому Жуань Чжисянь проиграл.

Во втором раунде, если Жуань Чжисянь захочет убить его, просто используйте эту причину.

Если это не сможет остановить убийственное намерение Жуань Чжисяня…

Тогда умрите.

А что еще можно сделать?

Шэнь Янь еще сильнее закутался.

Непонятно почему, с тех пор как он проснулся, ему все время было холодно.

Даже укрывшись одеялом, он не чувствовал никакого облегчения.

Возможно, это был эффект этой иглы.

Шэнь Янь, как совершенно здоровый и естественный человек, еще не успел подвергнуться какому-либо загрязнению в мире всеобщей модификации и инъекций, и у него почти не было лекарственной устойчивости. Любой препарат мог показать 200% эффективность.

Он дрожал от холода, но не мог остановить этот холод.

Пришлось стиснуть зубы и сопротивляться, закрыть глаза и уговаривать себя уснуть.

Считал овец, пел колыбельную, рассказывал истории, чуть не превратившись в многоликую личность, но так и не почувствовал сонливости.

Мозг был как никогда ясным, и все чувства тела становились все более чувствительными. Он даже мог отчетливо ощущать каждую мягкую ворсинку на одеяле.

К счастью, здесь было очень тихо, и не было механических часов, которые тикали бы. Иначе он мог бы действительно сойти с ума от этих звуков.

Неизвестно, сколько времени прошло. Шэнь Янь, закрывший глаза для отдыха, внезапно открыл их.

Он повернулся и посмотрел в сторону двери. Это был Жуань Чжисянь.

По его лицу было невозможно определить, рад он или сердит. На его лице не было выражения, и он был одет так же просто и сдержанно, как обычно. Он подошел прямо к кровати Шэнь Яня.

Он сел на Шэнь Яня, глядя на него сверху вниз.

Шэнь Янь встретился с ним взглядом.

Он не мог определить, какое отношение сейчас у Жуань Чжисяня, и не подходил для того, чтобы заговорить первым.

Взгляд Жуань Чжисяня, от покрасневшего от жара лица Шэнь Яня, перешел к порезанной шее.

Кончики пальцев слегка коснулись едва заметного тонкого шрама. Словно получив некую подсказку, тыльные стороны рук зафиксировали эту линию и схватили ее.

Сжал.

Он безучастно смотрел на лицо Шэнь Яня, постепенно краснеющее. Он не понимал, какова цель его нынешнего поведения. Гнев? Месть?

Или он боялся, что тот умрет, прежде чем умрет от его рук, унесённый чем-то непонятным, чему вообще не следовало вмешиваться между ними.

Неизвестно.

Он посмотрел на Шэнь Яня вопросительным взглядом, надеясь, что этот жертва, знающий о нем все, смилостивится и ниспошлет откровение, указав на его хаотичный путь.

Бог просто улыбнулся ему, а слезы скатились к вискам. Чистая белая ткань потемнела, и его рот дрожа открылся и закрылся, словно он хотел что-то сказать.

Он наклонился и поднес ухо, и только услышал слабый и хриплый шепот:

— Знаешь, почему ты проиграл?

Рука на его шее, после короткой трехсекундной паузы, внезапно отдернулась.

Воздух, снова попавший в легкие, заставил Шэнь Яня яростно закашляться.

Наконец остановившись, он только собирался что-то сказать, но перед ним потемнело. Надавивший на него поцелуй Жуань Чжисяня, заблокировал все слова, которые он еще не произнес.

Жуань Чжисянь яростно грыз его кончик языка и губы, распространяя вкус крови.

Шэнь Янь, собравшись с силами, схватил Жуань Чжисяня за волосы на затылке, пытаясь оттащить его.

Маска влюбленного была сброшена. Теперь он не был робким честным человеком. У него было достаточно сил и средств!

Тихий приглушенный смех, Жуань Чжисянь схватил запястье Шэнь Яня, прижал его обратно к кровати и снова поцеловал его.

Еще более нежно, еще более удушающе.

Шэнь Янь был ошеломлен поцелуями.

Неужели он умрет от поцелуев?

Какая абсурдная смерть.

За секунду до того, как Шэнь Янь потерял сознание от поцелуя, Жуань Чжисянь остановился, немного отстранившись.

Кончик его носа коснулся кончика носа Шэнь Яня, нежно потерся.

В его глазах были разные намеки, какие-то эмоции, которые не подходили для того, чтобы выносить их на всеобщее обозрение.

В то время как Шэнь Янь тяжело дышал, Жуань Чжисянь довольно прищурился.

— Если проиграл, разве нельзя получить награду?

— Мне очень нравится твоя игра, — он наклонился и снова поцеловал его, оставив между зубами слова: — Продолжай играть со мной, братец.

Чистая и аккуратная комната, выполненная в белых тонах, была изуродована.

Непонятно, сколько раз меняли одеяла и простыни. Они были в беспорядке сложены на полу. Темные пятна воды и крови на ковре и стенах разрушали предельную простоту комнаты. Выброшенный мусор, который сложили в узел в углу, ждал, когда его уберут. Отличная система циркуляции воздуха гарантировала, что в комнате не будет никаких наводящих на размышления запахов.

Шэнь Янь дрожащими руками устало потянулся за сигаретой.

Сигарета была зажата во рту, а затем появилась рука с укусами и царапинами и прикурила ее для Шэнь Яня.

Шэнь Янь не смотрел на Жуань Чжисяня, глубоко затянулся и выдохнул дым.

Жуань Чжисянь наклонился и поцеловал его в висок, а затем лизнул рану от укуса на плече Шэнь Яня. Он слез с кровати, чтобы сменить бинт.

Торс Жуань Чжисяня был весь в ранах, самая тяжелая из которых была на животе. Шэнь Янь был потрясен его помешательством, стиснул зубы и воткнул осколок стекла, который непонятно когда спрятал, ему в поясницу.

Незначительная небольшая рана, которая не убьет человека в одночасье.

Но ладонь Шэнь Яня была порезана стеклом во многих местах, и кровь текла по стеклу, смешиваясь с его кровью.

Полное единение в смысле.

Действия Жуань Чжисяня по снятию бинта остановились. Он с некоторым беспокойством посмотрел на свою инстинктивную реакцию, повернул голову и посмотрел на Шэнь Яня. Шэнь Янь не смотрел на него, а курил, погруженный в свои мысли.

Жуань Чжисянь снова посмотрел на маленького Жуань Чжисяня и отправился в ванную с марлей и бинтами.

Шэнь Янь не обратил внимания на Жуань Чжисяня.

Он снова зажег сигарету. Когда мундштук коснулся раны в уголке рта, он почувствовал легкую боль, но по сравнению с ранами на шее, груди и даже лодыжках и бедрах, этой болью действительно можно было пренебречь.

Шэнь Янь курил сигарету, тихо размышляя в тумане:

Жуань Чжисянь — гей.

И он.

Теперь ему неловко говорить, насколько он натурал.

Шэнь Янь потушил сигарету. Странное чувство, вызванное препаратом, рассеялось. Очевидно, что он так долго это делал, но Шэнь Янь был просто морально утомлен. Его тело было во многом лучше, чем когда он только поднялся на борт корабля.

Типа, что можно легко устроить еще один бойцовский турнир.

Он встал, оделся и подошел к окну.

Тощие и аккуратные здания стояли на обширной земле. Специальный трехступенчатый город был необычайно процветающим. Подвесные рельсы были построены вокруг города, а новейшие летающие автомобили летали организованно в соответствии с правилами воздушного движения.

Шэнь Янь перепрыгнул через эти вещи, отмечающие дальнейшее развитие научно-технического уровня, и остановился на далекой вершине облаков.

Он открыл свой телефон, сфотографировал и отправил его Блейзу.

【Самый преданный пес flame】: Хочешь встретиться, принцесса?

В портовом городе Седьмого района корабли приходили и уходили. Благодаря своему выгодному географическому положению, он стал портовым городом, специально принимающим дорогих гостей из других районов. Даже самые большие корабли, такие как «Жемчужина № 8», способны очень хорошо завершить прием.

Шэнь Янь и Жуань Чжисянь стояли в зоне безопасности порта. Жуань Чжисянь передал Шэнь Яню подготовленный пропуск и удостоверение личности.

Шэнь Янь уже умер на арене. Теперь Шэнь Янь был просто черным пользователем, которого в Тринадцатом районе все ненавидели, не говоря уже о Седьмом районе, где все были высшим классом.

До начала второй игры Шэнь Янь попросил Фэй Шэня помочь ему получить личность Тринадцатого района. Он знал сюжет и знал, что Жуань Чжисянь останется в Седьмом районе на некоторое время после взрыва корабля. Пытаться вернуться в Тринадцатый район было безопаснее, чем оставаться в Седьмом районе.

Шэнь Янь посмотрел на свою информацию на документах. Адрес был написан как «Седьмой район», а статус — «Третий уровень».

Жуань Чжисянь:

— Я уже заменил личность, которую Фэй Шэнь оформил для тебя. Братец, используй это. В Седьмом районе интереснее, чем в Тринадцатом. Я положил тебе пять миллионов на счет. Купи все, что тебе нравится.

Шэнь Янь искренне принял подарок Жуань Чжисяня и странно посмотрел на него сверху вниз:

— Ты не пойдешь со мной?

— Конечно, я хочу быть с тобой всегда, но братец, возможно, не захочет этого, — Жуань Чжисянь улыбнулся. Солнечный свет упал на него, смягчив немного мрачный смысл в его лице. — Я не хочу делать то, что тебе не нравится.

Шэнь Янь усмехнулся и с силой уколол его в рану на животе:

— Не нужно говорить лицемерные и лицемерные слова.

Если бы он был действительно послушным и действительно хотел, чтобы он был счастлив, Жуань Чжисянь не был бы порезан им большим ножом, когда он не мог этого вынести.

Жуань Чжисянь схватил руку Шэнь Яня, которую тот отдергивал, и поцеловал запястье с отпечатком укуса. Шэнь Янь выразил неприкрытую неприязнь, которая, наоборот, заставила Жуань Чжисяня смеяться еще больше.

— Конечно, я говорю искренне, — взгляд Жуань Чжисяня стал серьезным: — Ты можешь пойти куда угодно, я никогда не остановлю тебя, но когда я захочу тебя увидеть, независимо от того, где ты находишься и кто ты, я обязательно смогу вернуть тебя обратно.

— Ты понимаешь, что я имею в виду?

Эти слова были яснее ясного.

Шэнь Янь мог действовать только в пределах дозволенной ему свободы. Как только он превысит этот предел, Жуань Чжисянь в любой момент может отозвать право на свободу.

Хотя он и сражался на корабле с умом и храбростью, избежал угрозы своей жизни, но из-за неверного шага он был воспринят как канарейка в золотой клетке, находящаяся под контролем.

Если бы кто-то другой сделал это, Шэнь Янь даже если бы умер, все равно попытался бы избавиться от контроля.

Но это был Жуань Чжисянь. Шэнь Янь, наоборот, почувствовал, что это был неожиданный сюрприз.

Жуань Чжисянь был готов контролировать его. По крайней мере, это означало, что его нынешнее положение можно было сравнить с Фальсоном и другими в оригинальной истории.

С тремя великими королями, работавшими под руководством Жуань Чжисяня, обращались по той же логике.

Они могли делать то, что хотели. Жуань Чжисянь также мог помочь им в этом, но как только их собственные дела затрагивали интересы команды или противоречили целям Жуань Чжисяня, он безжалостно отзывал их право на свободу.

Прежде чем по-настоящему сойти с ума и убить их, Жуань Чжисянь не раз наказывал тех, кто пытался сойти с рельсов, так что три великих короля с чрезвычайно высокой поражающей способностью и сильной атакой могли продолжать работать вместе, несмотря на взаимную неприязнь.

Шэнь Янь несколько секунд смотрел на Жуань Чжисяня и вдруг усмехнулся.

— Не волнуйся, я не уйду от тебя слишком далеко.

Взгляд Жуань Чжисяня стал еще нежнее, даже можно сказать, что он был полон чувств, но сколько в этом было искренности, знал, вероятно, только он сам.

Они расстались в порту. Жуань Чжисянь, как и ожидалось, не последовал за ним, а просто спокойно смотрел, как Шэнь Янь уходит.

Они молча проигнорировали человека, которого не следовало игнорировать.

На корабле Фальсон, которого давила толпа, хотел убить их всех.

Он прислонился к перилам и ясно видел близкий разговор Жуань Чжисяня и Шэнь Яня.

Его зрение и слух были механически усилены, но в такой шумной обстановке было очень трудно разобрать, что они говорили.

Но видеть он все еще мог ясно.

Когда он увидел, как Жуань Чжисянь поцеловал запястье Шэнь Яня, зрачки Фальсона расширились, и он закричал, потеряв голос:

— Убери свою вонючую пасть!

— Подлый мужчина, тебе не позволено целовать мою маму!!!

— Не смей целовать!

— Мама! Шэнь Янь! Я здесь, мама!!

Звук далеко разнесся в толпе, и его почти не слышали те, кому он был адресован.

Пылкий взгляд Фальсона, возможно, тронул уходящего Шэнь Яня.

Шэнь Янь остановился и повернулся, чтобы посмотреть на Фальсона.

Фальсон внезапно разразился огромным волнением, желая немедленно прилететь к Шэнь Яню, и громко сказать: мама, ты забыла меня, пусть он подождет его.

Но Шэнь Янь просто помахал ему рукой, сделав прощальное движение.

А потом действительно попрощался с ним, утонув в толпе и исчезнув.

Фальсон долго тупо смотрел и почувствовал стеснение в груди.

Он постепенно перевел неподвижный взгляд на Жуань Чжисяня, который использовал свой телефон и непонятно с кем переписывался.

Зубы скрипели, издавая ужасный звук. Выражение лица Фальсона стало чрезвычайно ужасающим. Если бы у него сейчас было оружие, он бы без колебаний застрелил Жуань Чжисяня.

Подлый мужчина.

Что он только что сказал маме?

Неужели он рассказал маме об этих снах?

В голове Фальсона стало пусто, и в ушах раздался резкий гул.

Он обхватил голову руками и быстро прошептал:

«Нельзя, мама обязательно не поймет, мама очень любит меня, мама не может бросить меня, я убью подлого мужика, я пойду искать маму, я пойду искать его, я пойду искать его…»

Фальсон находился в плохом месте. Чтобы сойти с корабля, ему понадобилось бы как минимум полчаса. Он больше не мог терпеть. Он снова вошел во внутреннюю часть корабля, поменял маршрут, прямо прыгнул в море и поплыл к берегу.

Вооруженные до зубов сотрудники службы безопасности на берегу равнодушно направили на него оружие.

Мокрый Фальсон, как щенок, встряхнул волосами и очень послушно протянул руки, позволяя персоналу арестовать его.

Он найдет свою маму.

В любом случае, сначала нужно получить личность.

Шэнь Янь получил стимул.

По правде говоря, его физическая сила и умственные способности должны быть выше среднего уровня среди обычных людей. В сочетании с его пониманием сюжета и корабля, даже если бы он не мог преуспеть в этом мире, его не следовало доводить до полного краха плана из-за небольшой ошибки.

Хотя это и к лучшему, и конечный результат по существу не отличался от запланированного им, Шэнь Янь все еще не мог принять эту ситуацию.

Механическая модификация, да? Быстро бегать, да? Быть хладнокровным, да?

Он тоже хочет!

Методы протезирования и модификации в этом мире уже очень продвинуты. Даже если нет медицинской лицензии, черные клиники могут успешно выполнять операции.

Шэнь Янь хотел сначала установить себе чип, чтобы испытать воду.

Если он почувствует себя хорошо, он проведет масштабную модификацию.

Если кто-то не будет говорить о моральном кодексе и посмеет стрелять в него иглами, он просто застрелит этого человека!

Чем больше Шэнь Янь думал об этом, тем больше его сердце загоралось. Он загрузил карту портового города и был готов подробно ее изучить.

Прибыв на самую процветающую торговую улицу портового города, Шэнь Янь, стоявший на перекрестке, почувствовал головную боль от шума и толчков толпы.

После того, как он переспал с Жуань Чжисянем, его тело было очень здоровым, но его психическое состояние, казалось, ухудшилось.

Он не хотел сейчас идти в особенно шумное место.

На правой стороне торговой улицы было много людей, и они толкались взад и вперед. Внутри, казалось, проходило какое-то мероприятие. Громкий звук музыки долетел до ушей Шэнь Яня, и его барабанные перепонки зачесались.

Он без колебаний поднял ногу и выбрал тропу слева, где было меньше людей.

Поток людей на торговой улице, наконец, нормализовался. Там было не так много людей, и Шэнь Янь, наконец, смог перевести дух.

Он начал осматривать ситуацию на торговой улице.

Судя по расположению магазинов, левая сторона была более простой, чем правая. Было очень мало особых мест для посещения и еды, и продавалось больше оборудования и лекарств.

Разные функции с обеих сторон, неудивительно, что здесь мало людей.

Шэнь Янь вошел в частную больницу под названием «Порт», думая о том, что название здесь было действительно простым и понятным, и встал в очередь, чтобы получить номер.

В больнице было не очень много людей. Шэнь Янь нашел место, чтобы сесть и посмотреть на свой телефон. Блейз еще не ответил ему, поэтому он открыл игру и захотел поиграть пару раз.

Рядом с ним сидел старик с механическим глазом-протезом.

С того момента, как Шэнь Янь сел, старик все время смотрел на него. Красный свет механического глаза было трудно игнорировать Шэнь Яню.

Шэнь Янь, прежде чем его вызвали, повернул голову и посмотрел на него.

Старик улыбнулся ему:

— Ты из другого города? Приехал путешествовать или на операцию?

Шэнь Янь:

— Приехал навестить друга, и заодно пройти медицинское обследование.

— Хе-хе-хе, молодой человек, ты очень красивый. Нельзя сказать, сколько тебе лет. Тебе двадцать три?

Диалог был обычным, но Шэнь Янь был насторожен.

Если бы в его первоначальном мирном и спокойном мире старик не собирался поговорить с ним, он бы определенно не оставил слова без ответа.

Но это был хаотичный кибермир. Шэнь Янь действительно не мог расслабиться и отдать всю информацию о себе.

Поэтому он улыбнулся старику:

— Мне тридцать два. У меня маленькое лицо, этого не видно.

Говоря это, он встал, и взгляд старика переместился вместе с его движением, пристально глядя на его лицо.

Больница, в которой раньше ходили люди, непонятно почему затихла. Будь то врачи, медсестры или медработники, все стояли на месте и смотрели на Шэнь Яня.

Шэнь Янь открыл телефон, набрал номер Жуань Чжисяня, притворился, что звонок уже сделан, шел наружу, и шел все быстрее и быстрее, показывая на лице тревожное выражение.

— Что? Авария! Где ты? Подожди меня, я сейчас же приеду…

Грубая рука закрыла рот и нос Шэнь Яня.

Парализующий препарат, высвободившийся кончиками пальцев, мгновенно лишил Шэнь Яня сознания.

Старик подошел с тростью, его красный механический глаз-протез сверху вниз осмотрел Шэнь Яня. Все значения автоматически отображались в его голове.

Посох с позолоченной оправой поднял подол одежды Шэнь Яня и ткнул его в живот.

Старик зловеще усмехнулся.

Остальные постепенно подошли.

— Какая удача, не нужно искать людей самостоятельно.

— Нет никаких следов модификаций? Как он дожил до таких лет?

Мужчина, усыпивший Шэнь Яня, посмотрел на старика:

— Подходит?

Старик усмехнулся:

— Вид неплохой, запроси у Като больше денег, хотя бы в три раза больше.

— Если он согласится, то отправляй. Если нет, продай его кому-нибудь другому. Он должен быть востребован.

— Хорошо, я знаю.

В незаметном углу только что подключенный звонок дважды мигнул и отключился.

http://bllate.org/book/14064/1237881