Готовый перевод Giving Birth in a Supernatural Game / Роды в сверхъестественной игре ✅: Глава 28

— Спасибо, доктор.

— Служить прекрасной даме — моя честь, — слегка наклонившись, он сделал стандартный джентльменский поклон.

«Чэнь Цайсин… его “шестое чувство домохозяйки” подсказывало, что этот NPC действительно флиртует с ним».

«Глядя на его высокое, красивое, почти прекрасное лицо, он на мгновение прослезился от жалости к себе. Каким бы красивым ни был этот NPC, он всего лишь персонаж игры, никаких отношений на расстоянии тут быть не может. К тому же, он видит в нем мужчину, а тот в нем — женщину».

«Эх».

«Зачем это “мужчина на мужчине”?»

«Это выводит из себя».

— Пришли, — он остановился, его чистый, глубокий взгляд в лунном свете казался полным нежности. Слегда наклонившись, он поклонился и сказал: — Я провожу вас только до сюда. Доброй ночи, прекрасная леди.

Чэнь Цайсин поблагодарил его. Думая о Сяо Цзю, он поспешил к общежитию.

Дверь в общежитие была распахнута. Го Юй спал, закутавшись в одеяло, и храпел так, что сотрясались стены. У противоположной кровати стояла маленькая фигурка. Услышав шаги, она обернулась, увидела его и радостно подбежала.

— Сестрица, куда ты пропала? Сяо Цзю так испугался, — Юань Цзювань обнял Чэнь Цайсина за талию, его голос дрожал от страха.

Чэнь Цайсин сам испугался Сяо Цзю. Поглаживая его кудрявые волосы, он спросил: — Куда ты ходил? Сестрица проснулась и тебя не увидела.

— Я захотел писать, не смог больше терпеть, вот и пошел, — Юань Цзювань был весь в обиде, боясь, что Чэнь Цайсин рассердится. Он послушно поднял голову, его глаза-миндалинки были полны слез, и тихо сказал: — Сестрица, пожалуйста, не сердись на меня, хорошо?

«Кто может сердиться на милашку Юаня?» Чэнь Цайсин поймал себя на мысли, что, возможно, его выражение лица было слишком мрачным и испугало Сяо Цзю. Он поспешно сказал: — Сестрица на тебя не сердится. Но в игровом мире, что бы ты ни делал, всегда зови меня сестрицей.

— Понял, сестрица.

Они оба вернулись, но Чэн Лифэна нигде не было. Он все еще помогал ему искать Сяо Цзю. Чэнь Цайсин немного подумал и позвал Го Юя пойти с ним и посмотреть. Го Юй проснулся, потирая глаза, еще не до конца отошедший ото сна, и сказал: — Что случилось? Только хорошо заснул…

— Чэн Лифэн пропал.

Го Юй мгновенно проснулся, надевая куртку, и спросил: — Когда ты это обнаружил?

Чэнь Цайсин объяснил причину. Го Юй сказал: — Не бери в голову, старина Чэн раньше был военным, он в отличной форме, ничего серьезного не случится. Ты и твой брат оставайтесь в комнате, а я пойду поищу.

— Не нужно, пойдем вместе, — Чэнь Цайсин считал, что они оба неплохие люди.

Го Юй больше не уговаривал. Юань Син, будучи глубоко беременной и с братом, оставалась довольно спокойной с момента их прихода, должно быть, у нее был какой-то козырь в рукаве или пара трюков.

Втроем они вышли и направились к роще, где, по словам Чэнь Цайсина, находились гниющие кости.

Лунный свет, казалось, был полностью скрыт кронами деревьев, было слишком темно. В лесу мелькали тени, слышались еле различимые шорохи. Го Юй, широко раскрыв глаза, огляделся и сказал: — Какие кости? Ничего нет! — С этими словами он направился вглубь леса.

— Ты осторожней… — Чэнь Цайсин не успел договорить.

Луч точечного света ударил вперед. Го Юй узнал сигнал и первым сказал: — Старина Чэн говорит, там опасно, вы туда не ходите.

Чэнь Цайсин и Юань Цзювань смотрели на Го Юя, который уже почти наполовину вошел в лес.

«Так кто же собирался войти?»

Го Юй неловко улыбнулся: — Я же просто показываю тебе, это неправильный пример.

— Сестрица, он такой тупой, — тихо сказал Юань Цзювань, обняв Чэнь Цайсина за руку.

Чэнь Цайсин погладил его кудрявые волосы и сказал: — Сяо Цзю, нужно быть вежливым. Такую правду нельзя говорить при человеке.

— Понял, сестрица.

«Го Юй:… Эта женщина, Юань Син, вероятно, в одиночку сможет изменить его ориентацию».

Трое ждали у края леса. Прошло много времени, но Чэн Лифэна не было видно. Юань Цзювань зевнул, сонно прижался лицом к бедру Чэнь Цайсина. Чэнь Цайсин погладил его по кудрявым волосам и сказал: — Еще немного подождем.

Прошло еще немного времени, но Чэн Лифэн все еще не вернулся. Зато со стороны общежития послышался крик.

— Я пойду посмотрю, а ты оставайся здесь, — Чэнь Цайсин с Сяо Цзю направился к общежитию.

В общежитии было темно, ни в одной комнате не горел свет. Резкий крик временно стих. Когда Чэнь Цайсин и Юань Цзювань подошли, по обеим сторонам открылись двери, и кто-то тихо спросил: — Что случилось?

— Не знаю, из соседней комнаты вдруг раздался крик.

В кромешной тьме ничего толком не было видно. Чэнь Цайсин достал телефон и включил фонарик. Все, увидев это, вдруг вспомнили, что у них тоже есть телефоны, и достали их, включив фонарики. На мгновение стало светло, как днем.

— Почему вдруг все стихло?

— Не знаю, крик только что был из этой комнаты.

Чэнь Цайсин нахмурился и сказал: — Тишина. Кто-то презрительно скривил губы и собирался что-то сказать, но Чэнь Цайсин спокойно посмотрел на него. Тот почувствовал холодок и неохотно замолчал.

Стало тихо.

Был слышен шелест ветра.

Из плотно закрытой двери доносился очень слабый звук, словно ногти царапали деревянную дверь, такой тихий, что без внимательного прислушивания его было совершенно не разобрать.

— Ка-кажется, и вправду что-то слышно.

Чэнь Цайсин сделал два шага, остановился в одном шаге от деревянной двери и поднял руку, чтобы постучать.

— Есть кто? Что там случилось?

Внутри было тихо, никто не откликался, но именно эта тишина делала происходящее странным. В одной комнате спало четверо, и тот крик, который только что раздался, Чэнь Цайсин слышал даже из леса. Остальные, кто был в комнате, не могли спать, не проснувшись от такого шума.

«Тук-тук».

Чэнь Цайсин постучал еще два раза. На этот раз дверь со скрипом медленно открылась.

Навстречу хлынул запах крови. На полу окровавленная рука поднялась и схватилась за дверной проем. Чэнь Цайсин, быстро сориентировавшись, схватил Сяо Цзю и отскочил в сторону. По обеим сторонам раздались крики зевак: «Призрак! Призрак!»

«Какой призрак. Это человек».

Человек полз по полу, весь в крови, лицо его было неразличимо. Он поднял одну руку, взывая о помощи ко всем, и еле слышно проговорил: — Помогите.

Чэнь Цайсин велел всем успокоиться и сказал: — Это живой человек, — «И, возможно, скоро перестанет быть таковым».

Фонарик осветил внутреннюю часть комнаты, и зрелище было адским — повсюду была кровь.

У Чэнь Цайсина тяжело упало сердце. В первую же ночь все четверо исчезли.

«Эта игра очень сложная».

— Что случилось? — спросил Чэнь Цайсин, присев к ползущему по полу человеку.

Человек на полу открыл рот, изо рта хлынула кровь, и, задыхаясь от крови, он невнятно произнес: — Призрак… есть призрак… — Не успев договорить, он испустил дух.

— Призрак! Там и вправду призрак!

— Слишком страшно, я хочу домой, — кто-то плакал.

Чэнь Цайсин встал, взял Сяо Цзю за руку и тихо сказал: — Разве ты не говорил, что устал? Иди спать.

— Эй, ты просто уходишь? Вот так просто уходишь? — крикнул кто-то сзади.

— А что, мне нужно помочь собирать трупы?

Девушка подавилась словами. Чэнь Цайсин уже вернулся в комнату с Сяо Цзю. Сяо Цзю послушно лег в кровать, а Чэнь Цайсин сидел на краю кровати, погруженный в свои мысли.

— Сестрица, что случилось?

«Это моя вина, что перед приходом сюда я заговорил о составлении завещания. Флаг был установлен».

Юань Цзювань прижался к нему, его пухлое личико прислонилось к руке Чэнь Цайсина, большие глаза выражали напряжение, и он сказал: — Сестрица, все будет хорошо, не бойся, Сяо Цзю будет защищать сестрицу.

— Хорошо, все будет зависеть от Сяо Цзю, — Чэнь Цайсин погладил брата по кудрявым волосам.

«Настроение немного улучшилось. Раз уж пришел, то как мать-одиночка, Синсин, ты справишься, будь сильной!»

Вскоре дверь открылась, и вошли Го Юй и Чэн Лифэн.

— Еще не спите? Ну да, в первую же ночь четверо погибли, кто тут уснет, — Го Юй сам себе ответил, болтая без умолку: — Какой ужас, ты не видел ту комнату, сплошное месиво, язык был откушен самим собой.

— Я уже видел, — сказал Чэнь Цайсин. — Расскажи что-нибудь новое.

— Так ты хочешь подсказки, да? Мы же не в команде, не так хорошо знакомы, это не очень хорошо.

Чэнь Цайсин опустил голову, его тон был печальным: — Верно, — он одной рукой погладил живот и тихо сказал: — Я мать-одиночка, отца ребенка тоже нет, здесь мы, сестра и брат, полагаемся друг на друга. То, что вы нами пренебрегаете, это нормально, я не из тех, кто давит на жалость, чтобы получить подсказки.

«Го Юй:??? Сестрица, разве это не оно?»

— Старина Го, — Чэн Лифэн остановил Го Юя, который собирался что-то сказать, и посмотрел на Юань Син на кровати. Ее хрупкая фигура делала живот особенно большим, а в темноте лицо было бледным, вероятно, она испугалась сцены со мертвецами. Он не удержался и заговорил: — После того как ты пропал, я заметил, что гниющие трупы затихли и не двигались, словно ждали какой-то команды. Когда раздался крик, неподвижные трупы в лесу начали зарываться в землю. Я немного подождал и увидел, как темная тень промелькнула мимо и исчезла в лесу.

«Смерть четверых игроков связана с черной тенью в лесу».

«Гниющие трупы вышли в глубокую ночь, предвещая, что черная тень вышла вредить людям».

— А условия смерти? Случайные убийства? — размышлял Чэнь Цайсин.

Чэн Лифэн тоже не знал и покачал головой. Чэнь Цайсин и не ждал ответа, он просто задал вопрос попутно. Похлопав Сяо Цзю по плечу, он забрался под одеяло.

Четверо снова легли в кровати. В комнате было тихо, слышался лишь далекий шелест листьев, гонимых ветром.

Комната мертвецов находилась довольно далеко от их, но даже так Чэнь Цайсин чувствовал легкий запах крови. У него было хорошее обоняние, точнее, любой неприятный запах вызывал у него тошноту.

Рано утром второго дня.

Юань Цзювань сложил одеяло, и Чэнь Цайсин походя засунул его в свой рюкзак. Но оказалось, что в двух ячейках рюкзака — одна для еды, другая для предметов — одеяло не помещается.

«Чэнь Цайсин только теперь понял, что рюкзак сортирует вещи по свойствам».

— Сяо Цзю, ты его носи.

Чэнь Цайсин взглянул на Го Юя, который широко раскрытыми глазами смотрел, как они укладывают одеяло, и сказал: — Мы этим пользовались, так что отдавать тебе не очень хорошо. Я куплю новое и верну тебе.

— Ну что вы, это неудобно, будет выглядеть, будто я, такой взрослый мужчина, придираюсь к мелочам.

Чэнь Цайсин, поправляя волосы, с улыбкой сказал: — Экономить и вести хозяйство, это так мудро, я понимаю, моя дорогая сестра.

«Го Юй: Какая еще “дорогая сестра”?! Да что ж я такой болтливый!»

Снаружи их ждал Александр. В маске, он холодно сказал: — Господа доктора, многие пациенты ждут вашей помощи. Сегодня вы слишком медлительны. Я понимаю, что вы только прибыли, поэтому сегодня так. Завтра же, начиная с шести тридцати утра, направляйтесь в столовую, в семь тридцать собирайтесь в холле, и вам будет назначено место для лечения на весь день…

Дверь в комнату, где вчера погибли люди, была распахнута, тела не были убраны, оставаясь в прежнем положении. Александр, словно не замечая этого, даже не стал спрашивать. Отдав приказ, он, наконец, уходя, сказал своим сопровождающим: — Уберитесь как можно скорее, тела оттащите и закопайте.

«Закопать?»

— Доктор, а тела не нужно сжигать? — спросил Чэнь Цайсин, не понимая.

Александр повернул голову, бросил взгляд на Чэнь Цайсина и нетерпеливо сказал: — Они же не заражены болезнью.

Чэнь Цайсин, глядя на удаляющуюся спину Александра, слегка нахмурился.

— Что случилось? С этим NPC что-то не так? — с любопытством спросил Го Юй.

Взгляд Чэнь Цайсина мгновенно стал обиженным, отчего Го Юя пробрало до костей. Он услышал, как эта женщина фыркнула и сказала: — Все мужчины — ничтожества. Вчера ночью под луной он говорил со мной о поэзии, а сегодня отвернулся и притворился, что не знает.

Го Юй был совершенно сбит с толку. Поняв, он вдруг широко раскрыл глаза: — Ты… ты, ты и NPC???

— Я думала, ты понимаешь. Разве любовь делит полы? Не думала, что ты дискриминируешь NPC, — Чэнь Цайсин закрыл лицо руками, его голос был полон невыносимой боли: — Ладно, я думала, он хотел отношений, но оказалось, он просто хотел мое тело. Все моя вина, я слишком сильно полюбила.

«Го Юй:!!!»

«Черт возьми, что же случилось прошлой ночью, что он пропустил!»

«Это слишком сенсационно».

— Все мужчины — неверные свиньи, — фыркнув, закончил Чэнь Цайсин, глядя на Го Юя, и ушел, потянув за собой Сяо Цзю.

Го Юй стоял на месте, растрепанный ветром. Он обернулся к старине Чэну, заикаясь и размахивая руками: — Ты… она… ты понимаешь?

Чэн Лифэн тоже не понял.

Ранним утром два одиноких гетеросексуальных мужчины пережили сложную и короткую чужую любовь.

Столовая была маленькой, в ней стояло несколько длинных деревянных столов.

На столах лежала еда: в деревянных корзинах — черный хлеб, жесткий и грубый. Некоторые уже тихо жаловались, что хлеб царапает горло, ломает зубы и в нем попадаются камушки, а молоко такое вонючее и протухшее, что его невозможно пить, хочется блевать.

Игроки сидели за двумя столами. Сейчас их оставалось всего четырнадцать.

Вчера погибло пятеро, в этом мире много игроков, и смертность тоже очень высока.

Новички жаловались на еду, а опытные игроки спокойно ели то, что принесли с собой в рюкзаках.

После вчерашних быстрых смертей от заражения, а также по внешнему виду NPC и указанным местам, опытным игрокам было нетрудно догадаться, в какой период времени они попали. Боясь заражения, лучше всего было есть свою еду и пить свою воду.

Чэнь Цайсин и Юань Цзювань приняли иммунное зелье, но завтрак, приготовленный на столе, их все равно не заинтересовал.

Все ели свои завтраки. Новички не могли есть и просили помощи у опытных игроков, но никто не обращал на них внимания. Тогда кто-то обратился к Чэнь Цайсину. После отказа, тот обвинил Чэнь Цайсина в хладнокровии, бессердечии и отсутствии сострадания.

— Я беременна, еды с собой немного. Если я отдам ее тебе, что будет со мной, моим ребенком и братом? Ты такой бессердечный, безжалостный и бездушный, хочешь, чтобы я умерла вдвоем? — С этими словами он закрыл лицо и зарыдал.

«Тот человек:… это не то чтобы совсем нет».

«Не ожидал, что здесь еще и беременная женщина».

Взгляды опытных игроков на Чэнь Цайсина мгновенно стали презрительными.

Инцидент прошел, но во время еды кто-то неизбежно заговорил о комнате, где вчера погибли люди.

— Как они могли умереть? Были ли какие-то условия, которые были активированы?

— Кто знает, если тебе интересно, сходи посмотри их комнату.

Это явно был разговор опытных игроков, которые пытались выведать друг у друга подсказки, но при этом скрывали и остерегались. Однако один новичок случайно сказал: — Вчера вечером я видел, как они четверо вместе пошли в лес в туалет, неужели это лес…

— Если тебе интересно, иди и посмотри сам, — сказал опытный игрок.

Новичок больше не осмеливался говорить.

«Чэнь Цайсин, однако, задумался: неужели это действительно только из-за того, что они пошли в лес?» Он посмотрел на Чэн Лифэна и Го Юя. Вчера Чэн Лифэн заходил в лес, а Го Юй чуть не зашел. Очевидно, Го Юй тоже подумал об этом, его взгляд был полон беспокойства.

— Ничего, посмотрим вечером, — сказал Чэн Лифэн.

Го Юй все еще был очень беспокоен, но доверял старине Чэну.

В семь часов кто-то позвонил в колокольчик столовой, здесь еще было время для еды. В холле их ждал Александр. Он выглядел очень занятым и торопливо сказал: — Все наденьте маски, снова где-то вспыхнула инфекция, это, должно быть, явился дьявол. Сегодня вам предстоит отправиться в сельскую местность и в город, вы разделитесь на две части…

Все слушали Александра, только взгляд Чэнь Цайсина был прикован к рукам NPC.

«Они были очень грубыми, ногти грязными. Это был совсем не тот мужчина, которого он видел прошлой ночью — с ухоженными, длинными пальцами, четко очерченными суставами и аккуратно подстриженными, чистыми ногтями».

«Кто же был тот человек прошлой ночью?»

— Вот это да, что за запах, так и лезет в нос, — Го Юй сплюнул, держа маску.

Александр раздавал маски, приговаривая: — Внутрь, в области носа, положите вату, и да, лучше добавьте немного благовоний…

Когда настала очередь Чэнь Цайсина, он, глядя на грязную маску, неизвестно сколько раз кем-то ношенную, спросил: — Можно не надевать?

— Дьявол вторгнется в твое тело, — сказал NPC.

«Чэнь Цайсин: Пусть уж лучше дьявол вторгнется в его тело».

«Такие вещи не изолируют инфекционные бактерии, и многие доктора, которым суждено умереть, все равно умрут».

— Бог тебя не благословит, — сказал NPC, повернувшись к Чэнь Цайсину своим птичьим клювом. После долгого молчания он добавил: — Как хочешь.

Юань Цзювань, конечно, тоже отказался.

Все разделились на две группы. Опытные игроки предпочли отправиться в город, думая, что там будет удобнее что-нибудь купить. Те, кто говорил медленнее, могли только поехать в деревню. Чэнь Цайсин и Юань Цзювань отправились в деревню. Выйдя из больницы, когда они расходились, Го Юй с большим любопытством спросил: — Юань Син, почему ты не носишь маску?

— Уродливо, — Чэнь Цайсин сделал вид, что не замечает взглядов, брошенных на него. Спокойно поправив пальто, он медленно и нежно сказал: — Мы, девушки, лучше замерзнем, чем будем выглядеть некрасиво. Не говоря уже о том, что эта маска такая грязная, и кто ее до этого носил, я не знаю. Я ее не надену.

«Как же она жеманничает и выпендривается».

— Чего притворяешься? Выпендриваешься, да? С таким-то животом, еще и так вычурно одета. И думаешь, все мужчины поведутся на твои штучки? Отвратительно.

— Ну, тогда ты такая молодец, сестрица, — с улыбкой сказал Чэнь Цайсин, даже похлопав в ладоши в ответ.

Лицо девушки, которая возмущенно высказалась, стало землистым, и ее остановила подруга.

— Не обращай на нее внимания, с животом, еще и живет с мужчиной. Сразу видно, что она не приличная женщина.

— Да, и опытная. Наверное, и в предыдущем мире она пробивалась благодаря мужчинам.

— Давайте держаться от нее подальше, она без маски, осторожно, чтобы не заразиться.

В кругу новичков было много девушек, и Чэнь Цайсина исключили из их компании всего за несколько фраз.

— Мы можем поменяться, ты и твой брат пойдете в город… — подал голос Чэн Лифэн.

Взгляд Юань Цзюваня на Чэн Лифэна был очень настороженным. Чэнь Цайсин покачал головой, отказываясь, не обращая внимания на то, что девушки его игнорируют. С жалостливым видом он сказал: — Ничего страшного, это не их вина, это я плохая. Идите быстрее, не тратьте из-за меня время.

«Го Юй:??? Сестрица, ты заболела? Почему вдруг стала такой “зеленой” [лицемерной]?»

После того как они разделились.

Чэнь Цайсин, держа Сяо Цзю за руку, смотрел на новичков в масках, которые были в десяти метрах от них, и с глубокой печалью вздохнул: — Быть слишком выдающейся женщиной — это тоже своего рода ошибка.

«Юань Цзювань:… Достаточно, сестрица».

Чем дальше они шли, тем безлюднее становилось. Широкие, заброшенные поля, изредка несколько тощих фермеров, работающих на земле. Извилистые проселочные дороги с колдобинами. Поля усеяны разрозненными домиками, некоторые из которых — просто шалаши из соломы.

Новички, что пошли в деревню, уже исчезли из виду.

Чэнь Цайсин и Юань Цзювань шли очень неторопливо. Их одежда и манера держаться явно отличались, но встречавшиеся им фермеры смотрели на них, как будто не видели, их глаза были безжизненными, лица — безразличными, и они копали землю, не зная, что именно.

— Папа, папа, что с тобой? Мама, папа упал.

На поле ребенок горько плакал и звал людей.

— Быстрее сюда, не подходи! Твоего папу одолел дьявол! — Из соломенного шалаша выскочила женщина в рваной одежде, отчаянно потянула ребенка, стоявшего рядом с мужчиной, ее лицо исказилось от боли, и она, упав на колени, молилась: — Боже, что нам делать? Морфи увел дьявол, как нам теперь жить?

— Пойдем посмотрим, — Чэнь Цайсин с Сяо Цзю подошли.

Лежащий на земле мужчина имел побледневшие губы, на лбу выступили крупные капли пота. Он отличался от зараженного игрока, заболевшего вчера. Чэнь Цайсин присел и потрогал лоб лежащего фермера — он был очень горячим.

«Должно быть, обычная высокая температура».

— Нож! Возьми нож, чтобы выпустить кровь дьявола! — Женщина вдруг что-то вспомнила, бросилась в шалаш и вытащила нож.

«Чэнь Цайсин, глядя на этот грязный ‘нож’ непонятного материала:… Сестрица, давай поговорим спокойно, не поднимай нож».

— Не нужно пускать кровь, дьявол не в его теле, — Чэнь Цайсин перехватил нож из рук женщины. Она была худая, как скелет, и без сил, поэтому нож легко отобрался.

Женщина, растерянная и безэмоциональная, повторила слова Чэнь Цайсина.

— Да, сначала помоги ему отдохнуть, он просто слишком устал.

Мужчина, вспотевший от работы, лежал на земле, весь грязный. Чэнь Цайсин, который только что принцессой-замарашкой брезговал грязью, ловко подхватил мужчину с земли и понес его к шалашу. Сяо Цзю опустил взгляд на свои маленькие ноги и, рассерженный, последовал за ним.

— Сяо Цзю, возьми бутылку воды и сахар.

«Чэнь Цайсин изучал живопись, что он понимает в медицине? Кровопускание он не умел делать, бить дьявола — тем более. Что уж говорить об уборке? Осмотревшись, он понял, что шалаш был настолько простым, что воды в нем не было».

Юань Цзювань, неся за плечами маленький рюкзак, незаметно вытащил из него бутылку воды и сахар, и передал их.

— Дай ему попить воды. Есть ли тряпка? Намочи ее и протри ему лицо, — «Хоть как-то сбить температуру».

Женщина робко взяла предметы, оторвала кусок ткани от подола юбки и не могла открыть бутылку с водой. Чэнь Цайсин открутил крышку, делая вид, что не замечает, как ткань в руках женщины не поддается цветовому определению — сойдет и так.

Мужчине вытерли лицо, дали попить чистой воды и велели рассосать конфету.

— О Боже, Господи, прошу, не забирай Морфи, — закончив все, женщина опустилась на колени и стала молиться. Рядом с ней стоял худенький ребенок, который, как и мать, тоже молился.

«В этом доме царила крайняя нищета. Если мужчина умрет, мать с ребенком, вероятно, тоже долго не протянут».

«Ни еды, ни одежды, ни убежища от холода».

— Бог услышал, он поправится, — утешил Чэнь Цайсин. Мужчина пока не подавал признаков пробуждения, но и на чуму это не походило. Поэтому он перевел взгляд на худую мать с ребенком и решил немного поболтать.

— Мы пришли из больницы на том холме, — Чэнь Цайсин заметил, что, когда он это сказал, тело женщины задрожало от страха, а ребенок прямо закричал: — Не забирайте папу, пожалуйста, не забирайте папу!

Чэнь Цайсин был озадачен. Вспомнив, что, по слухам, куда приходят чумные доктора, туда приходит смерть, он сказал: — Мы живем неподалеку и не являемся официальными врачами. Я просто помогаю, я немного учился.

Женщина перестала плакать.

— Видишь, у меня нет маски, — Чэнь Цайсин показал свою фирменную «святошескую» улыбку.

Мать с сыном поверили. Они сжались в комок в углу, робко не осмеливаясь смотреть Чэнь Цайсину прямо в глаза. Женщина даже почтительно назвала Чэнь Цайсина «господином». Чэнь Цайсину не нужно было даже вытягивать информацию — что бы он ни спросил, женщина отвечала.

В этой семье женщина родила шестерых детей, которые один за другим умирали от болезней и голода, остался только один. Их поля были отняты, дьявол пришел в деревню, и многие погибли. Поэтому они переехали сюда. Зима приближалась, и они не знали, как выжить.

— … — Чэнь Цайсин, глядя на прижавшихся друг к другу, дрожащих мать с ребенком, вздохнул. «Ну что поделать, раз он такой красивый и добросердечный?» Смирившись, он сказал: — Сяо Цзю, отдай им одеяло.

Юань Цзювань не хотел расставаться, но все же послушно достал одеяло и протянул его матери с сыном.

Чэнь Цайсин погладил Сяо Цзю по голове.

Мать с дочерью взяли толстое одеяло, их глаза расширились, губы дрожали от растерянности и недоверия. В конце концов, они преклонили колени перед Чэнь Цайсином, кланяясь в знак благодарности.

Чэнь Цайсину было действительно не по себе от такого. Он попросил их встать, но они так и остались на коленях. К счастью, мужчина в углу очнулся.

Женщина бросилась к нему и что-то быстро рассказала, вероятно, что мужчина потерял сознание, Чэнь Цайсин его спас и даже дал им одеяло от холода. Глаза мужчины были полны благодарности, он попытался подняться, чтобы поклониться Чэнь Цайсину.

«У Чэнь Цайсина не было привычки принимать поклоны, ни дома, ни за границей».

— Все в порядке, я вроде как наполовину доктор.

— Доктор? — Мужчина опешил, глядя на лицо Чэнь Цайсина, возможно, ища маску. Женщина снова объяснила, используя предлог, который только что придумал Чэнь Цайсин. Чэнь Цайсин заметил, что взгляд мужчины был немного сложным. Наконец, увидев одеяло, он снова посмотрел на Чэнь Цайсина и испуганно прошептал: — В той больнице есть дьявол, есть ведьма…

http://bllate.org/book/14053/1236556