Готовый перевод Unbridled / Безудержный [👥]✅: Глава 13

После третьего класса никто больше не смел трепать Дин Цзи по голове. Даже дедушка с бабушкой не прикасались к его макушке.

Потому что он очень серьёзно их предупредил, что теперь он мужчина, а это — голова мужчины, и трогать её кому попало нельзя!

Кто тронет — с тем и будет скандал!

Но Линь Уюй вдруг взял и тронул. И не просто тронул, а потрепал целых два раза.

Хотя Линь Уюй сделал это очень естественно, и можно было понять, что он хотел сказать: «Я знаю, что ты ничего не нагадал, а просто обманул меня. Спасибо, что утешил».

Дин Цзи всё равно по привычке решил выразить протест.

— Не надо тут, раз тебя пару раз папой назвали, сразу себя старшим воображать, — он отвернул голову, глядя на руку Линь Уюя. — А вид-то какой благодушный...

— Голову трогать нельзя, да? — Линь Уюй убрал руку и улыбнулся.

— Естественно, — сказал Дин Цзи.

— Если так рассуждать, то в тот день, когда ты бросил мне на голову камень, я тебе ещё не предъявил, — сказал Линь Уюй, съедая ложку перемешанного мороженого.

— Это был камешек! Крошка! — поправил его Дин Цзи. — Если бы мне на голову бросили камень, а я бы тебе не предъявил, то я был бы идиотом, понял?!

Линь Уюй усмехнулся, но, увидев мороженое в его руках, замер:

— Даже мороженое ешь, подражая мне?

— Что за бред? — Дин Цзи посмотрел вниз. — Кто тебе подражает? Моя бабушка всегда говорила, что я ем отвратительно, сразу видно, что делиться не хочу...

Повернувшись, чтобы посмотреть на коробочку Линь Уюя, он остолбенел:

— Надо же, сам бог учёбы, а тоже, оказывается, тот ещё скряга! Неудивительно, что ты вечно пьёшь мою воду.

— И это уже скряга? — спросил Линь Уюй.

— Так же ни с кем не поделишься. По логике моей бабушки, это и есть скряжничество, — сказал Дин Цзи. — Но я впервые вижу, чтобы кто-то ел мороженое так же, как я.

— А я считаю, что так вкуснее, — сказал Линь Уюй.

— Это да, — кивнул Дин Цзи, отложил ложечку и протянул руку.

Линь Уюй взглянул на него и пожал протянутую руку.

— Приятно познакомиться, — сказал Дин Цзи.

— ...Приятно познакомиться, — сказал Линь Уюй.

Электроскутеру нужно было время, чтобы зарядиться. Дин Цзи медленно ел мороженое, размышляя, не отправить ли маме сообщение, что он вернётся домой попозже.

Линь Уюй встал и подошёл к мусорному баку.

— Ты уже съел? — спросил Дин Цзи.

Линь Уюй ничего не ответил, лишь помахал ему пустой коробочкой.

Дин Цзи посмотрел, как он выбросил коробочку и снова сел рядом, а затем с чувством и искренностью спросил:

— Ты что, голодный? В школе денег на еду нет?

— Да, денег на еду нет. С трудом экономлю десять-двадцать юаней, чтобы купить мороженое и утолить голод, — сказал Линь Уюй.

— Слишком много холодного и так быстро есть — вредно для здоровья, — вздохнул Дин Цзи. — Если бы моя бабушка это увидела, она бы тебя три дня и три ночи отчитывала, а потом каждый день заваривала бы тебе горячий чай.

Линь Уюй рассмеялся:

— Завидую.

— Чему завидовать, — сказал Дин Цзи. — Середина лета, а я по два часа таскаюсь с раскалённой бутылкой, не могу сделать ни глотка воды, от жажды выть хочется.

— Тогда, может, хочешь ко мне домой? — усмехнулся Линь Уюй. — Никто не контролирует, можешь хоть из унитаза пить.

— Ты за словами-то следи, — сверкнул на него глазами Дин Цзи.

Линь Уюй с улыбкой замолчал.

Он почти никогда ни с кем не говорил о своей семье и не давал никаких оценок родителям. Ещё с начальной школы, если сочинение было о семье или родителях, он всё выдумывал, отточив это искусство до совершенства.

С Дин Цзи он особо не церемонился, в конце концов, он сам попросил его помочь найти человека.

«Дин Цзи — человек, с которым легко расслабиться. И он очень умён».

— На самом деле, у меня с родителями тоже так себе отношения, — Дин Цзи медленно ел мороженое. — Они меня родили и уехали в Германию. Иногда приезжали на пару дней на Новый год, я их почти не помню.

— Вот как, — Линь Уюй посмотрел на него. — А сейчас вернулись?

— Ага, вернулись года два-три назад, — Дин Цзи нахмурился. — Я был совершенно не готов, а они ещё думали, что я должен радоваться... Внезапно заявили, что теперь я буду жить с папой и мамой. Я так разозлился, что даже есть не мог. На десять с лишним лет бросили меня на стариков, давали немного денег, махали ручкой по видеосвязи, а потом вернулись и получили готового сыночка. Слишком хорошо они всё придумали.

— Они тебя контролируют? — спросил Линь Уюй.

— Ещё как, — лицо Дин Цзи скривилось от недовольства. — Ещё и недовольны, что дедушка с бабушкой меня плохо воспитали. Мол, ты должен быть таким-то и таким-то, ты изначально должен был быть таким-то, почему ты сейчас не такой...

— Так тебе точно нужно ко мне домой, — рассмеялся Линь Уюй. — Мои бы тебе сказали, что ты вообще ни разу не такой, ты просто мусор.

— Если так сравнивать, то твои родители свихнулись ещё круче, — Дин Цзи облизал ложку.

«Возможно».

Линь Уюй никак не мог понять, кем в глазах некоторых родителей являются их дети — врагами или инструментами для достижения их «идеалов».

— Твой брат... почему он пропал? — Дин Цзи наконец доел мороженое. Из-за того, что Линь Уюй ел слишком быстро, он нарушил свой медлительный ритм и теперь, потрогав живот, чувствовал холод.

— Однажды вечером он спросил меня: «Любишь путешествовать?» — Линь Уюй задумался. — Я сказал, что люблю, а он ответил: «Я собираюсь в путешествие».

— И что потом? — спросил Дин Цзи.

— На следующее утро, когда я проснулся, его уже не было, — сказал Линь Уюй.

— ...То есть он тебя подразнил и ушёл? — сказал Дин Цзи. — А твой брат с характером.

Линь Уюй замер. Он никогда не думал об этой фразе с такой точки зрения. Теперь, когда Дин Цзи так сказал, ему вдруг захотелось рассмеяться.

— Я и правда об этом не думал, — Линь Уюй со смехом вздохнул. — После твоих слов мне действительно хочется спросить, не для того ли он это сделал, чтобы меня подразнить.

— Рано или поздно спросишь, — сказал Дин Цзи. — Я посчитал, это точно.

— Угу, — Линь Уюй взглянул на него.

— Не благодари. И не трепли меня по голове, — тут же посмотрел на него Дин Цзи.

Аккумулятор, который, по заверениям, мог выдержать два рейса в пригород и обратно, наконец-то зарядился на одно деление.

Когда Дин Цзи завёл скутер, уровень заряда внезапно подскочил до двух делений.

— Быстрее, быстрее, — он помахал Линь Уюю. — Пока два деления.

— Это, наверное, ложный заряд, — сказал Линь Уюй. — Только что было одно.

— Я знаю, — Дин Цзи похлопал по рулю. — Быстро садись, пока он не понял, что это ложный заряд, мы успеем проехать пару сотен метров.

— Пока кто не понял? — спросил Линь Уюй.

— Мой скутер! — сказал Дин Цзи.

— ...Отличная идея, — Линь Уюй быстро сел на скутер.

Скутер Дин Цзи, видимо, был довольно тормознутым, потому что он понял, что у него появилось лишнее деление заряда, только через несколько сотен метров. Впрочем, ехать оставалось недолго. Когда они вернулись к арбузной лавке, аккумулятор снова сел.

Арбузы ещё не были распроданы. Уже стемнело, и тот ассистент-мошенник по имени Лю Цзиньпэн всё ещё сидел на стуле. Рядом торчала палка, на которой висела аварийная лампа.

Дин Цзи слез со скутера, подошёл к нему и о чём-то поговорил. Лю Цзиньпэн с довольным видом пнул лежавший на земле старый кожаный мешочек с деньгами.

Линь Уюю стало до боли жаль его.

— Пусть Пэнпэн выберет тебе парочку, — сказал Дин Цзи. — Он отлично выбирает арбузы.

— Хорошо, — Линь Уюй огляделся. На прилавке не было пакетов. — А как я их понесу?

— Есть верёвка, — сказал Лю Цзиньпэн.

— Верёвка? — удивился Линь Уюй.

Дин Цзи поднял с земли моток красной пластиковой верёвки, отмотал несколько кусков и, склонив голову, начал завязывать узлы.

Линь Уюй смотрел, как он умело завязывает узел за узлом, а затем резко дёргает в сторону, и несколько верёвок превращаются в сетку-авоську. Ячейки были очень большими, но для арбузов подходили идеально.

Когда Дин Цзи протянул Линь Уюю арбузы в авоське, он пожалел.

«Надо было поручить это Лю Цзиньпэну».

Теперь он выглядел как заправский торговец арбузами.

К тому же Линь Уюй, ничего не говоря, достал телефон и отсканировал QR-код, не дав ему даже шанса объясниться.

— Получатель — Лю Чапэн? — спросил Линь Уюй.

— Да, — кивнул рядом Лю Цзиньпэн. — Я и есть Лю Чапэн.

Дин Цзи тоже кивнул.

«Да, он мой босс».

Линь Уюй заплатил и, взяв арбузы, собрался вызвать такси до общежития. Дин Цзи стоял рядом с ним.

Жёлтый свет позади... сейчас ведь есть такие белые и яркие аварийные лампы, от которых хочется убивать, но они почему-то раздобыли какую-то особенно жалкую, с жёлтым светом. Сейчас этот свет падал на Дин Цзи, и как ни посмотри, выглядел он одиноко и бедно.

— Когда распродашь эти арбузы, чем займёшься? — спросил Линь Уюй у Дин Цзи.

— Не знаю, — ответил Дин Цзи. — Пока так, подожду летних каникул.

«В любом случае, надо дождаться окончания экзаменов».

— Ты собираешься работать на летних каникулах? — Линь Уюй не совсем понимал.

— ...Ага, — вздохнул Дин Цзи.

— Ладно, не торопись, — Линь Уюй не стал продолжать. — Если захочешь найти нормальную работу и не сможешь подобрать подходящую, можешь обратиться ко мне.

— Ого, — Дин Цзи приподнял бровь. — А ты, сбежавший из дома студент, оказывается, такой способный? Сам-то живёшь в студенческой общаге.

— Я с средней школы мог в любой момент стать финансово независимым, — сказал Линь Уюй.

Скажи такое кто-нибудь другой, у Дин Цзи нашлось бы восемьсот с лишним язвительных ответов. Но когда это сказал Линь Уюй, он почему-то поверил, и возразить было нечего.

— Тогда, если не найду подходящую работу, обращусь к тебе, — сказал Дин Цзи.

— Хорошо, — кивнул Линь Уюй.

Проводив Линь Уюя до машины, Лю Цзиньпэн подошёл поближе:

— Когда это вы с ним так сблизились?

— Разве мы сблизились? — сказал Дин Цзи. — Ты каждый вечер сидишь на площади и можешь с любым незнакомцем разговориться до такого же уровня.

— Так это же я, — сказал Лю Цзиньпэн. — Ты даже с Да Дуном ленишься разговаривать. Старину Чэня знаешь уже несколько лет, он чуть ли не на коленях умолял тебя посмотреть его ладонь. Мы с тобой знакомы десять лет, и вот дослужились до того, что вместе продаём арбузы...

Лю Цзиньпэн не договорил. На его лице внезапно появились два комка чего-то ни чёрного, ни белого, ни зелёного.

С них ещё и капала жидкость.

— Какого хрена? — Лю Цзиньпэн вздрогнул и указал на своё лицо. — Что это за дрянь? Ещё и тёплая!

— Птичий помёт, — Дин Цзи подошёл поближе, чтобы рассмотреть.

«Получить сразу два комка помёта на одно лицо, даже если у Лю Цзиньпэна лицо и побольше, чем у других, — это что-то удивительное».

«И траектория этого помёта...»

Когда Лю Цзиньпэн достал салфетку, чтобы вытереть лицо, Дин Цзи схватил его за руку и, уставившись на птичий помёт на его лице, сказал:

— Подожди.

— Ты серьёзно? В такой момент ты собрался гадать? — Лю Цзиньпэн, как и подобает лучшему другу, сразу всё понял. — Ладно, ладно, может, нагадаешь мне...

— Заткнись, — Дин Цзи посмотрел на время на телефоне, а затем присел на корточки у обочины и начал считать.

Обычно, когда случалось что-то подобное, бабушка говорила: «Как удивительно, надо бы посчитать».

Дин Цзи тоже полюбил такие игры, но учился он плохо и обычно мог посчитать только что-то вроде «да» или «нет».

Сейчас он считал — восток или запад.

Дом бабушки был на востоке, дом родителей — на западе.

— Что считаешь? Получилось? — спросил Лю Цзиньпэн.

— Получилось, — Дин Цзи отдал Лю Цзиньпэну ключи от электроскутера. — Заряди и завтра отвези его к моей бабушке.

— Хорошо, — кивнул Лю Цзиньпэн. — Ты домой?

— К бабушке, — сказал Дин Цзи и заодно разблокировал стоявший рядом арендный велосипед.

Лю Цзиньпэн повесил арбуз ему на руль.

Пока он ехал на велосипеде к дому бабушки, настроение у него было прекрасное. Ему даже показалось, что он, может, и не считал вовсе, а просто сразу дал себе ответ — на восток.

Хотя он и решил до экзаменов не ссориться с родителями, но в тот момент ему вдруг так захотелось к дедушке и бабушке, что он был готов заехать хоть на полчаса и уехать.

К тому же, когда он отправил маме сообщение, что задержится, ответа не получил.

«Я ещё не ужинал. Можно попросить бабушку сварить мне лапши или налепить пельменей... нет, лучше лапши».

Когда он свернул на улицу, где жила бабушка, его обдало порывом ветра.

Дин Цзи необъяснимо вздрогнул.

Он инстинктивно нажал на тормоз и потёр руку, чувствуя, как волоски встали дыбом.

«Что-то не так».

«Что-то случилось?»

Возможно, на него повлияло то, что он с детства жил с бабушкой. Бабушка очень верила в «предчувствия», хотя в последние годы говорила об этом реже, потому что папа с мамой были очень против и считали, что это плохо на него влияет.

Дин Цзи тоже был против их точки зрения, не потому что верил, а потому что считал, что у них нет права осуждать дедушку и бабушку, которые заботились о нём больше десяти лет.

Он резко нажал на педаль, и велосипед рванул вперёд.

Внезапный холодный ветер исчез, и теперь его окутывал сухой тёплый поток, который при быстрой езде неприятно бил в нос.

За несколько десятков метров до дома бабушки Дин Цзи увидел припаркованную внизу машину мужа тёти.

Он тут же встревожился.

Тётя приезжала к дедушке с бабушкой почти каждые выходные, но в будни почти никогда, потому что работала, да и жила далеко.

«Раз в такое время приехал даже её муж, значит, точно что-то случилось».

Дин Цзи подлетел к дому, бросил велосипед с арбузом на обочину, даже не заперев, и бросился к машине, прижавшись к окну, чтобы заглянуть внутрь.

Никого.

Он развернулся и побежал по лестнице.

Едва добежав до второго этажа, он услышал голос соседки, бабушки Ян.

— Скорая, наверное, скоро приедет. Обычно минут за пять доезжают.

Дин Цзи словно внезапно бросили в морозильную камеру, он весь застыл.

— Бабушка! — закричал он и, бросившись наверх, закричал снова. — Дедушка!

— Дин Цзи? — послышался сверху голос тёти. — Ты как здесь оказался?

— Что случилось?! — крикнул Дин Цзи.

Тётя не ответила.

Но Дин Цзи и не нуждался в её ответе. Поднявшись по лестнице, он увидел распахнутую дверь и лежащую на полу бабушку.

— Бабушка! — у Дин Цзи от страха подкосились ноги, он почти на четвереньках подполз к ней. — Что с моей бабушкой?

— Упала, — муж тёти схватил его. — Не трогай её, нельзя трогать!

— Я знаю, знаю, знаю, — быстро ответил Дин Цзи. — Не трогаю, не трогаю... Бабушка?

— Ну что за наказание, — бабушка лежала на полу, нахмурившись. — Зачем опять прибежал?

Голос бабушки был тихим, дрожащим и слабым. Дин Цзи почувствовал, как у него сжалось сердце от боли.

— Куда ударилась?

Он поднял голову и посмотрел на тётю:

— Куда бабушка ударилась?

— Бедро. Говорит, бедро и нога болят, — сказала тётя. — Скорую вызвали, скоро приедут.

Дин Цзи повернулся и увидел, что дедушка сидит в стороне, и тут же спросил:

— С дедушкой всё в порядке?!

— В порядке, в порядке, — дедушка замахал рукой. — Ты не паникуй.

— Сначала мне позвонил твой дедушка, сказал, что у бабушки голова кружится, — сказала тётя. — Мы сразу приехали. По дороге позвонили твоему отцу, они тоже скоро будут. А потом твоя бабушка захотела налить воды, встала и упала...

— Попросила бы дедушку налить, — сказал Дин Цзи, стоя на коленях рядом с бабушкой, сжимая её руку и хмурясь.

— Он тоже разволновался, я побоялась, что он пойдёт за водой и упадёт, — сказала бабушка. — Он сейчас и на ногах-то еле стоит.

— А из-за тебя я бы не упал, — дедушка посмотрел на неё с улыбкой. — Я здоровее тебя.

Рука бабушки была холодной и всё время дрожала. Дин Цзи как раз хотел посмотреть, не ушиблась ли она ещё где-нибудь, как на лестнице снова послышались шаги. Он тут же обернулся:

— Это скорая...

Наверх вбежали его отец и мать. Мать, увидев его, очень удивилась, и первым её вопросом было:

— Ты как здесь оказался?

Не успел он ответить, как отец, нахмурившись, посмотрел на дедушку:

— Я же говорил не сообщать Сяо Цзи? Ему же надо готовиться к экзаменам!

— Я не говорил, — дедушка поспешно замахал руками.

Дин Цзи смотрел на отца, чувствуя, что от шока сейчас разучится говорить.

Только когда отец подошёл и присел рядом с бабушкой, он наконец заорал ему в лицо:

— Да ты, мать твою, вообще человек?!

Все в комнате замерли.

Отец только через несколько секунд пришёл в себя и тоже заорал:

— Что ты сказал?!

— Я спрашиваю, человек ли ты! — Дин Цзи вскочил, его голос сорвался, и он почувствовал, как защипало в носу. — Моя бабушка так упала, а ты что за чушь несёшь?!

— Сяо Цзи! — дедушка пришёл в себя и погрозил ему пальцем. — Не говори ерунды!

— Предок, — тётя обняла его и потащила в комнату. — Давай сначала не об этом...

— Какая же это чушь?! — отец был в ярости. — У тебя скоро экзамены, ты и так толком не готовишься, тебе вообще не должны были об этом сообщать!

— Только попробуй! Только попробуй мне не сообщить! — заорал Дин Цзи. — Хочешь, я...

Тётя зажала ему рот рукой:

— Ты с ума сошёл!

http://bllate.org/book/14030/1233658