Вернувшись в страну, Цзян Цзинтун тоже успокоился.
Независимо от того, какие унижения Ши Юаньбай причинил ему, теперь он должен с заботой сопроводить мужа домой.
В противном случае, окружение Цзян Цзинтуна стало бы злословить о нем за спиной.
А еще имидж компании: если бы другие узнали о разладе между супругами, цена акций на фондовом рынке могла снова упасть.
Эти годы ему и правда дались нелегко. Что такого в том, чтобы нежничать с любовниками? Он же никого не оплодотворил на стороне, с какой стати Ши Юаньбай пытается выставить его изменщиком?
Цзян Цзинтун не говорил Ши Юаньбаю ни слова.
Отношение главы семьи задавало тон для прислуги, и в эти дни Ши Юаньбаю жилось несладко.
Ши Юаньбай никогда не сталкивался с таким обращением на родине, отношение этих людей вызывало у него дискомфорт, и он мгновенно устроил скандал.
Позиция Цзян Цзинтуна была очевидна: если не можешь терпеть, уходи домой.
Цзян Цзинтуну в последнее время тоже жилось плохо, он даже не мог встречаться с любовниками.
В его семейном бизнесе, а также в нескольких связанных с ним компаниях, постоянно возникали проблемы – от незначительных до серьезных. Если не справиться, возможно, они рухнут в одно мгновение.
К тому же, его дядю по отцу и дядю по матери снова обвинили, так что в последнее время он был совершенно измотан.
Цзян Цзинтун, возвращаясь домой с плохим настроением из-за проблем в бизнесе и помня о «предательстве», часто ссорился с Ши Юаньбаем.
Но в глубине души он все еще чувствовал, что любит Ши Юаньбая, даже если тот и «предал» его.
В тот вечер Цзян Цзинтун снова поссорился с Ши Юаньбаем.
— Ши Юаньбай, есть ли у тебя вообще сердце? Я так люблю тебя, а ты посмел предать меня!
Ши Юаньбай усмехнулся от злости:
— Ты любишь меня? Видимо, высший пилотаж лжи — это когда сам веришь в свою ложь.
Цзян Цзинтун презрительно рассмеялся:
— Что ты такое говоришь, разве я недостаточно тебя люблю? Если бы не любил, разве я бы не развелся с тобой давно? И позволял бы тебе жить здесь?
Ши Юаньбай громко засмеялся и достал пачку цветных фотографий формата А4. Затем бросил всю стопку в лицо Цзян Цзинтуну. Ши Юаньбай совершенно не боялся его. Перед тем как выложить все карты на стол, он впустил на виллу телохранителей семьи Ши и нисколько не опасался, что не сможет дать отпор.
Он также связался с шиди Гу, велев ему засечь время: если он не выйдет в течение получаса после назначенного времени, пусть свяжется с ним. Если не сможет связаться, пусть сразу вызывает полицию.
Пришедшие телохранители были той же группой, которую Ши Юйцзэ брал с собой за границу; они были полностью осведомлены о всей ситуации.
Ши Юйцзэ не хотел так просто ссориться с семьей Цзян и не хотел, чтобы их скандал стал известен, поэтому, даже если он был против, ему пришлось одолжить этих людей.
Поэтому У, великий журналист, в этот самый момент вел прямую трансляцию рядом с виллой Цзян Цзинтуна.
Вокруг было полно комаров, а принесенный репеллент совершенно не помогал. У Сыюань брызгался каждые десять минут, но вместо того, чтобы убить комаров, он сам чуть не отравился.
Чэнь Сюйяо и остальные очень сочувствовали У Сыюаню и одновременно немного злорадствовали.
[Неужели ты настолько заслуживаешь доверия в глазах Ши Юаньбая!]
У Сыюань подумал и ответил:
[Хоть я и недоброжелателен, но я ведь не пытался навредить ему напрямую?]
У Сыюань пожал плечами. В любом случае, он не слишком хороший человек. Был бы хорошим — действовал бы согласно сюжету. Если бы он, вселившись в тело, не воспротивился навязанному поведению, все развивалось бы так, как описано системой.
Никто и представить не мог, что оба «протагониста» примут его, такого злодея, за хорошего, надёжного человека.
Эти двое были по-настоящему отвратительны. Нынешняя ситуация — это то, что они сами натворили. Никто не заставлял их изменять, обманывать и т.д.
— Хлоп! — очередной комар убит. У Сыюань безэмоционально смотрел на виллу: «Время уже почти вышло, почему они до сих пор не вышли?»
Цзян Цзинтун взял листы, брошенные ему в лицо. Фотографии, где он был запечатлён со своими любовниками, заставили его побледнеть.
Он яростно посмотрел на Ши Юаньбая:
— Ты следил за мной?
Ши Юаньбай усмехнулся:
— Если бы я следил за тобой, эти бумаги не попали бы тебе в лицо только сегодня.
Он, Ши Юаньбай, всегда считал свой вкус безупречным. Как он мог выбрать такое ничтожество?
— Ты постоянно твердишь, что я тебе изменил, а в итоге что? Ты мне изменяешь постоянно! Что? Не хочешь признавать?
Цзян Цзинтун в панике выдал:
— У мужчин всегда есть потребности, а тебя не было рядом, что мне было делать? К тому же, разве я не должен общаться с людьми?
Цзян Цзинтун был немного растерян: даже одной случайной фотографии было достаточно, чтобы ему влетело.
— Значит, я не мужчина? У меня не может быть потребностей?
— Ты, шлюха! — услышав это, Цзян Цзинтун тут же зарычал.
Ши Юаньбай уже не мог смеяться. Какая же мразь.
— О, мне не сравниться с тобой! Тебе приходится так тяжело! Ты лучшая «утка» Пекина? Днем занят работой, а ночью еще и на продажу выходишь?
(п/п: В Китае «утка» на сленге означает «мужчина-проститутка»)
— Ты! — Цзян Цзинтун в ярости хотел ударить, но Ши Юаньбай сам отвесил ему пощечину, а затем нанес несколько ударов кулаком.
Когда Цзян Цзинтун оттолкнул его, телохранители Ши Юаньбая вышли вперед.
Ши Юаньбай со всей силы пнул лежащего на земле Цзян Цзинтуна:
— Слушай сюда, этот брак не от тебя зависит. Даже если эти фотографии не одобрены законом, я могу публично показать всем твои «выдающиеся» выступления. Семья Цзян в последнее время, кажется, на грани краха, так что, возможно, я смогу помочь тебе получить немало клиентов.
— Ты… Ты посмеешь?! — слабо произнес Цзян Цзинтун.
— Мне уже ничего не страшно, — холодно усмехнулся Ши Юаньбай. Если с ним покончено, то и с Цзян Цзинтуном тоже скоро будет покончено.
Ши Юйцзэ ясно дал понять: если он разведется, те ничтожные дивиденды, что он сейчас получает, тоже исчезнут.
Чтобы сохранить эти деньги, его брак ни в коем случае не должен был дать трещину.
Ши Юаньбай повернулся к Цзян Цзинтуну:
— Я не ожидал, что ты даже нападение во время нашей первой совместной поездки подстроил. Как же это отвратительно. Впредь лучше не трогай меня. Ты такой грязный, кто знает, какой болезнью ты заразился.
Цзян Цзинтун мог лишь, лежа на полу, бессильно яриться и без конца звать Ши Юаньбая, умоляя его не уходить.
Он сожалел обо всём. Он ведь клялся, что будет парой с Ши Юаньбаем всю жизнь. Почему все так обернулось? Разве они не должны были быть очень счастливы?
Ши Юаньбай узнал даже о таких скрытых вещах. Что ещё он узнал?
Цзян Цзинтун в панике перебирал фотографии. Все его любовники были там, некоторых он даже совершенно не помнил.
«Это не Ши Юаньбай провёл расследование. Кто же это сделал?»
При взгляде на фотографии Сяо Юя, Цзян Цзинтуна вдруг осенило.
Он хотел связаться с Сяо Юем, чтобы допросить его, но в телефоне звучал холодный женский голос, и дозвониться было невозможно.
Когда он велел ассистенту найти Сяо Юя, выяснилось, что тот словно испарился. Сразу после окончания учебы он исчез без следа, будто никогда и не существовал.
Ши Юаньбай покинул виллу и увидел У Сыюаня, ждущего снаружи. Внезапно он вспомнил: «Гу Сыюань был тем, кто всегда сводил его с Цзян Цзинтуном. Какую роль он играл в этом процессе? О чем он тогда думал?»
Говорят, что Цзян Цзинтун когда-то имел виды на Гу Сыюаня, потому что тот немного похож на самого Ши Юаньбая.
Затем Ши Юаньбай снова отбросил эти мысли: Гу Сыюань не знал его брата и не любил ни его, ни Цзян Цзинтуна. Возможно, он действительно просто поддался промывке мозгов от фанатов их CP и стал просто ярым фанатом.
Ши Юаньбай с горькой улыбкой сказал У Сыюаню:
— Шиди Гу, мне и правда очень жаль, что снова доставляю тебе столько хлопот.
У Сыюань притворился, что не знает об инциденте с компрометирующими фото Цзян Цзинтуна, и утешал Ши Юаньбая:
— Возможно, шисюн Цзян все обдумает и перестанет злиться на тебя. В конце концов, ты ведь тоже жертва.
Ши Юаньбай, думая о тех фотографиях, ослепительно улыбнулся:
— Да, он очень скоро остынет.
Пришла очередь его контратаки. Спасибо доброму человеку, приславшему компромат. Хоть и неизвестно, кто это, но он очень помог.
Живой Лэй Фэн, У Сыюань, скрывающий свои заслуги и имя, не добыв больше сплетен, решительно удалился.
(п/п: Лэй Фэн — китайский сирота, воспитанник Народно-освободительной армии Китая, «безымянный герой», жизненный подвиг которого полностью заключался в бескорыстной помощи старшим товарищам, крестьянам и старикам; в Китае «Лэй Фен» стало именем нарицательным, означающим бескорыстного, безымянного героя)
Впоследствии, каждый день в группу приходили новости о «призрачных баталиях» между Ши Юаньбаем и Цзян Цзинтуном. Ши Юаньбай даже несколько раз жестоко избил Цзян Цзинтуна.
Несколько любовников Цзян Цзинтуна опубликовали в сети информацию о том, как Цзян Цзинтун обманывал их, призывая всех рассудить. Все в мире узнали, что Цзян Цзинтун — чжагун, и очень сочувствовали Ши Юаньбаю.
(п/п: Напомню: Чжагун (渣攻 Zhāgōng) — уничижительный термин из BL-литературы, обозначающий «нападающего» (активного партнера), который является «подонком», "отбросом" (например, изменяет, плохо обращается, но при этом является главным героем))
Из-за того, что Ши Юаньбай не уходил, все считали, что он не заслуживает такого отношения.
Чтобы заставить Ши Юаньбая замолчать или, возможно, подыграть его собственному представлению, Цзян Цзинтун потратил огромные деньги и передал Ши Юаньбаю две очень дорогие виллы.
Цзян Цзинтун также пытался заявить, что Ши Юаньбай ничуть не лучше его, ведь он тоже изменял все эти годы. Но поскольку доказательств не было, все просто считали, что он хочет облить супруга грязью.
Акции семьи Цзян из-за его слов снова немного упали.
В то же время пришла ужасная новость: его дядю по отцу и дядю по матери, у которых были обнаружены доказательства коррупции и злоупотребления служебным положением, уже взяли под арест.
В этот момент огромная семья Цзян рухнула.
Цзян Цзинтун не смел разводиться. Незадолго до этого он перевел большие суммы денег Ши Юаньбаю. Неизвестно, какие методы использовал Ши Юаньбай, но эти деньги не были признаны общим имуществом и были конфискованы.
Они вдвоем уничтожали друг друга, и Цзян Цзинтун не получил никакой выгоды.
Когда-то завидная пара, а теперь все, услышав о них, лишь качали головами.
Ещё более поразительно, что Ши Юаньбай действительно воплотил в жизнь свою идею — «помог» Цзян Цзинтуну организовать эскорт-услуги для богатых дам.
У Сыюань насвистывал, размышляя о сюжете: «На самом деле, если бы все продолжалось по оригинальному сюжету, тот Цзян Цзинтун, вероятно, снова прибегнул бы к своим старым трюкам и продолжал бы изменять Ши Юаньбаю втайне от него».
До самого конца У Сыюань не вмешивался, потому что ему просто не пришлось этого делать.
Крах родственников Цзян Цзинтуна произошел благодаря стараниям сестры Чэнь Сюйяо.
Когда-то она страдала от депрессии и была вынуждена уехать лечиться за границу. Помимо интриг и подстав со стороны Ши Юаньбая, основной причиной послужили действия Цзян Цзинтуна, он же нёс основную ответственность за произошедшее.
Из-за огромного влияния семьи Цзян Цзинтуна сестра Чэнь Сюйяо чувствовала, что подавать апелляцию бесполезно, и согласилась с советом семьи: сначала уехать на лечение за границу, а затем искать возможность отомстить.
Благодаря тому, что соседом по комнате, с которым ее брат познакомился в университете, оказался У Сыюань, они увидели луч надежды на месть.
У Сыюань и представить не мог, что поспособствует такому количеству событий. Подумать только, он ведь всего лишь искренне хотел, чтобы Цзян Цзинтун и Ши Юаньбай остались вместе.
Теперь они, образно говоря, «закованы в цепи» друг с другом, что весьма отрадно.
В последнее время он также считал, что нынешний Ши Юаньбай более счастливый, чем описанный в сюжете.
Семья полна и благополучна, и со стороны кажется, что они оба живут счастливо. Если это не любовь, то почему Цзян Цзинтун соглашается «продаваться»?
Они ссорятся, сильно ругаются и даже дерутся — это не проблема. Семьи, которые ссорятся из-за пустяков, встречаются повсюду, это просто обычное дело.
У Сыюань был доволен. На этот раз он, кажется, выполнил задание?
http://bllate.org/book/14029/1233573
Сказал спасибо 21 читатель