Готовый перевод I Am The White Moonlight Of The Paranoid Immortal / Я Белый Лунный Свет Параноидального Бессмертного [👥]✅: Глава 5.2 Предоставлю тебе радость откусить первым

Чу Ци снился сон.

Во сне…

Он оказался в бесплодных землях, окутанный злой аурой.

Воды горного ручья были темны, и ничто не нарушало тишины, не слышалось даже плеска водного потока. Свет солнца не проникал сюда из-за стоявших стеной зловонных миазмов, и вся растительность в округе была черной, мертвой на вид.

Склон утеса обвивали чахлые виноградные лозы, ниже из трещины в скальнике торчали хилые веточки, едва прикрывавшие распускающийся цветок воскрешения преисподней.

У него было девять листьев и девять лепестков на тонком изящном стебельке.

Согласно легенде, когда этот цветок распускался, он мог призвать блуждающие души и оживить их.

Вспыхнул серебристый свет, и меч вонзился в скалу, разрубив дикие лозы и ветки, вгрызаясь глубже в породу.

В итоге меч вырезал из скалы странный камень, питавший своей силой цветок воскрешения преисподней.

Все это время клинок повиновался Янь Цзюгэ.

После достижения совершеннолетия взгляд его стал немного холодным. Возмужав, Янь Цзюгэ редко проявлял какие-либо эмоции, даже не хмурился.

Когда тот вытаскивал свой духовный меч из ножен, Чу Ци заметил алый узор, зазмеившийся из-под рукава и в одно мгновение обвивший его правую руку.

Это был верный признак наличия в теле внутреннего демона. У одержимых такие отметины расползаются от центра грудной клетки, где расположено сердце, к кончику безымянного пальца, опутывая сердечную вену.

Теперь, когда Янь Цзюгэ сам пришел в наполненную миазмами долину, и духовную силу, защищавшую его тело, ослабили проклятые зловонные испарения, демон внутри него решил воспользоваться возможностью и попытаться утащить своего хозяина в бездну.

Но Янь Цзюгэ не останавливался ни на мгновение, позволяя демону терзать себя.

Он летел на мече, проделав путь в тысячи ли, чтобы добраться до хрустального гроба.

— А-Ци, я пришел повидаться с тобой. Я нашел для тебя цветок. Если ты очнешься, думаю, он тебе очень понравится.

Когда он обращался к усопшему, в глазах, как и в голосе говорившего плескалась, била через край редкая для его суровой натуры нежность.

Янь Цзюгэ наклонился, погладил тонкими пальцами древние руны на хрустальном гробу. Зловещий алый узор уже добрался до кончиков пальцев, но он, сам того не осознавая, продолжал говорить:

— Однако, похоже, что этот цветок только для того и годится, чтобы радовать глаз...

Куда мне податься, какие горы свернуть, чтобы найти тебя?

Он не заметил, как радужку его глаз заполнил темно-золотистый цвет, словно демон победил и полностью захватил его сердце, оставив своему хозяину лишь паранойю да пустые мечтания.

***

Чу Ци резко открыл глаза.

Он очнулся ото сна, и теперь ошеломленно глядел на белую полупрозрачную занавеску над головой.

Все вокруг словно в тумане, глаза красные. Эмоции из недавнего сна чуть не вырвались наружу.

«…»

К счастью, это был всего лишь сон.

Здесь и сейчас с Янь Цзюгэ все в порядке.

Чу Ци успокоил было себя этой мыслью, но вдруг обнаружил, что в комнате слишком тихо — он был здесь один.

— Янь Цзюгэ!

Где все?! Что случилось с Янь Цзюгэ и остальными?

Чу Ци вскочил с кровати и поспешил к двери. Мысли пребывали в полнейшем беспорядке, и из-за чрезмерного волнения он с трудом различал, где сон, а где реальность.

Щелк–

В этот момент дверь распахнулась, и в проеме показался тот единственный человек, у которого, помимо самого Чу Ци, был ключ от этой комнаты.

Он встал, как вкопанный, когда свет из коридора проник внутрь.

Чу Ци увидел Янь Цзюгэ, одетого в черное. Тот заложил одну руку за спину, а другой придерживал дверь. Подняв взгляд, он наткнулся на заплаканные глаза Чу Ци и не смог сдержать волнения.

— ...Что случилось? — шепотом поинтересовался Янь Цзюгэ.

Прошло не так уж много времени с тех пор, как он вышел, верно? Дверь была закрыта, так что никто не мог потревожить Чу Ци.

В ожидании ответа Янь Цзюгэ перебирал в голове все возможные сценарии.

После того, как Чу Ци увидел знакомую фигуру, он, наконец, смог отделить свой сон от реальности. Не заботясь о том, поставит ли он себя таким поведением в неловкое положение, Чу Ци спросил Янь Цзюгэ:

— Куда ты отлучался?

— Вот, — Янь Цзюгэ протянул вперед руку, которую до этого держал за спиной, передавая Чу Ци то, что так старательно прятал, и пояснил успокаивающим тоном,

— Я просто ходил за танхулу для тебя.

Выбранное им лакомство было большим и красным, и золотистая сахарная глазурь заманчиво сияла на солнце. Просто взглянув на эту прелесть, можно было сразу понять, что танхулу – просто объеденье.

— Пока ты спал, мимо проходил продавец танхулу, потому я решил спуститься вниз и купить тебе немного.

Чу Ци с детства обожал сладости, и ему действительно нравилось такое.

Получив танхулу от Янь Цзюгэ, он моргнул в попытке избавиться от боли в глазах.

— Почему... эм… Я хотел спросить, почему ты плачешь? — наконец подал голос Янь Цзюгэ.

— Песок в глаза попал.

— И ты вскочил с кровати, даже не надев обувь.

Оба сказали это почти одновременно, а потому ложь, выдуманная Чу Ци, оказалась более чем бесполезной.

«...»

Янь Цзюгэ мгновение просто смотрел на него, стараясь не слишком давить, затем, помрачнев, озвучил неприятное предположение:

— Если кто-то тебя обидел...

И Чу Ци больше не мог скрывать:

— Мне приснился плохой сон.

— Сны нереальны, не стоит воспринимать их всерьез. Как-то раз тебе даже привиделось, будто ты стал величайшим мастером меча царства Юньхуа, — Янь Цзюгэ расщедрился на столь редкие для него слова утешения.

«Да, расценю это, как слова утешения».

Не желая продолжать этот разговор о сновидениях, Чу Ци поднял руку, в которой держал танхулу, и поднес ее ко рту Янь Цзюгэ:

— Хочешь немного?

— …

«Пф, такое едят только дети».

Янь Цзюгэ уже собирался отказаться.

— Предоставлю тебе радость откусить первым, — продолжал Чу Ци.

«Первый кусочек танхулу всегда самый сладкий».

В памяти Янь Цзюгэ промелькнули сказанные когда-то Чу Ци слова. Через мгновение он неловко опустил голову и откусил первый кусочек танхулу.

Во рту растеклась приятная сладость.

«Что ж, а это детское угощение – неплохая вещь», — заключил про себя Янь Цзюгэ.

***

От Автора:

Янь Цзюгэ: Я не буду есть, это для моего Чу-диди.

Чу Ци: Хочешь немного?

_____________________________

Наша команда ищет переводчиков, если есть желание поучавствовать в нашем деле, пишите мне в лс: https://vk.com/id812103713

http://bllate.org/book/13996/1230001