Готовый перевод 2D Otaku with Social Anxiety Also Wants to Date! / 2D Отаку с социальной тревожностью тоже хочет на свидание!: Глава 34. Как-нибудь отведу тебя посмотреть на котов .

В последнее время Жуань Цуньюнь не мог прямо смотреть на Цинь Фанлу, опасаясь, что глаза выдадут все его неприличные мысли. Он осмеливался только украдкой на того посматривать.

Когда Цинь Фанлу то сосредотачивался на работе, то разговаривал с другими сотрудниками, Жуань Цуньюнь быстро бросал на него взгляд-другой и таким образом собрал много информации.

Например, пальцы Цинь Фанлу очень привлекательно сгибаются, когда он снимает очки одной рукой. Например, когда он работает за компьютером, уголки его губ расслабляются и выглядят не такими острыми, как обычно. Например, у него на самом деле очень густые ресницы, и, когда он опускает глаза, ресницы отбрасывают небольшую тень, добавляя его и так привлекательному виду немного мягкости.

Вернувшись тем вечером домой, Жуань Цуньюнь начал вспоминать привлекательное лицо своего начальника, и это тоже стало одним из способов поднять уровень крови.

Он быстро приготовил себе несколько домашних блюд и сел на кресло-мешок, скрестив ноги, чтобы перекусить.

На низком журнальном столике стоял ноутбук, а на его экране отражались фотографии в ханьфу, которые были сделаны в Кленовой долине. Команда постпродакшена их отредактировала, а теперь они с друзьями должны были обсудить каждое фото, после чего заняться компоновкой и видеомонтажом.

Все участники вчетвером общались в голосовом чате, обсуждая цветовой фон и яркость. От громкой и шумной болтовни Сюй Фейфея у Жуань Цуньюня заболели уши.

Внезапно в WeChat поступил второй звонок.

– Мне по видеосвязи звонит мама, – сказал всем ошарашенный Жуань Цуньюнь.

Бай Цянвэй и Сюй Фейфей все еще спорили из-за какой-то мелочи. Сквозь их разговор пробился спокойный голос Ци Чана:

– Сначала ответь на звонок из дома. Эти двое будут спорить еще долго.

– Хорошо, – ответил Жуань Цуньюнь, отключил групповой чат и несколько секунд смотрел на фотографию профиля своей матери, прежде чем нажал кнопку ответа.

На экране появилась женщина с мягкими волнистыми волосами и ухоженной кожей. Госпожа Жуань сидела во дворе в плетеном кресле, а позади нее свисали спелые виноградные грозди.

– Мама, – произнес Жуань Цуньюнь.

– Сяо Юнь, ты занят на работе? – поправив волосы, спросила она. – Когда ты приедешь домой? Виноград уже созрел.

– С работой все в порядке, я дождусь отпуска, – Жуань Цуньюнь опустил глаза.

– Почему у тебя такое худое лицо? Что ты ешь каждый день?

Жуань Цуньюнь поднял миску и показал ее своей матери.

– Я ем.

В миске лежало хорошее сочетание мяса и овощей, которое выглядело очень красочно. Госпожа Жуань одобрительно кивнула:

– Неплохо.

– Эй… А ты всегда ешь один? У тебя есть девушка? Девушка, которая тебе нравится?

Жуань Цуньюнь нахмурился, понимая, что сейчас разговор вернется к извечной теме, и сухо произнес:

– Нет, у меня нет таких планов.

– Почему бы тебе не вернуться в Хайши и не остаться на несколько дней? – примирительным тоном сказала его мать. – С тобой хотят познакомиться несколько девушек. Они все очень интересные, так почему бы тебе с ними не пообщаться? Возможно, ты встретишь ту, которая тебе понравится.

– Нет, – холодно и категорично отказал Жуань Цуньюнь. – Не устраивай мне свидания вслепую.

Прежде чем госпожа Жуань успела сказать что-нибудь, чтобы продолжить разговор, экран затрясся, повернулся под другим углом и в кадре появился господин Жуань.

Отец Жуань Цуньюня сидел рядом с его матерью. Одет он был по-домашнему, но в его внешнем виде все равно чувствовалась накопившаяся за десятилетия аура бизнесмена.

– Тебе уже 22, ты не глупый ребенок и должен понимать, что каждую минуту надо думать о своем будущем, – сказал господин Жуань.

– Я каждую минуту думаю о своем будущем, – слово в слово повторил Жуань Цуньюнь.

У господина Жуаня на лице дернулись желваки. Госпожа Жуань, похоже, потянула его за рукав, но он ее проигнорировал.

– Жуань Цуньюнь, ты все еще играешь в эти игры? – сурово спросил он.

– О чем это ты? – презрительно усмехнулся Жуань Цуньюнь.

– Хочешь, чтобы я за тебя это сказал? – нахмурился господин Жуань. – Комиксы, мультфильмы, всякие пластиковые фигурки, юбки и другая странная одежда.

– Зачем ты опять это вспомнил? – быстро вмешалась мать. – Сяо Жуань уже несколько месяцев работает, он взрослый, как он может до сих пор играть в эти игрушки? Не надо больше спрашивать.

Жуань Цуньюнь взглянул на свое фото на экране – там он был в женском ханьфу, с легким макияжем и колышущимися ожерельями. Затем он оглядел небольшую комнату, доверху заполненную комиксами, и искренне улыбнулся.

– Мама и папа, я все еще смотрю аниме, коллекционирую фигурки, занимаюсь косплеем и даже переодеваюсь в девочку, – Жуань Цуньюнь пристально смотрел в камеру, наблюдая, как у его родителей меняются лица.

– Это всего лишь хобби, вам просто нужно пересмотреть свою точку зрения. Сейчас многим людям это нравится. Я не брошу свое хобби только потому, что нашел работу. А если все пойдет по плану, то я и в пятьдесят лет буду ходить на конвенты.

– …Почему ты никак не можешь повзрослеть? – спросила госпожа Жуань, но обращая внимания на то, что ветер трепал ее волосы.

– Я повзрослел, – Жуань Цуньюнь глубоко вздохнул, в его голосе послышалась едва заметная дрожь. – В старшей школе я был незрелым и тратил ваши деньги на книги и развлечения. Теперь я зарабатываю сам, имею право распоряжаться свои имуществом и сам могу выбирать, чем мне заниматься.

– Ты разрушаешь собственное будущее, – строго сказал господин Жуань. – Твои коллеги вообще в курсе твоих так называемых увлечений? Они будут улыбаться тебе в лицо, а за спиной распускать сплетни, что новичок – незрелый и ненадежный человек. А что еще можно подумать о мужчине, который носит женскую одежду? Знаешь ли ты, с каким выражением они на тебя посмотрят?

Это было похоже на удар ножом в сердце. Именно поэтому Жуань Цуньюнь боялся рассказать коллегам о своем секрете. Что они о нем подумают? Что о нем подумает его начальник?

Господину Жуань хватило одного взгляда на лицо Жуань Цуньюня.

– Ты не решился рассказать коллегам о своих увлечениях, потому что боялся, что они тебя не примут? Тогда почему ты думаешь, что их должны принять твои родители?

– Я не просил вас их принимать! – голос Жуань Цуньюня дрогнул. – Это мои деньги и моя жизнь – я сам с ними разберусь, просто оставь их в покое.

– Я – твой отец, разве я не имею права тебя наказать?!

Жуань Цуньюнь чувствовал себя совершенно измотанным. Продолжать разговор смысла не имело.

– Я немедленно вешаю трубку.

– Сяо Юнь, – госпожа Жуань торопливо его остановила, – когда ты приедешь домой? Мы ведь сможем поговорить по-настоящему?

Жуань Цуньюнь поднял глаза на экран и четко произнес:

– Сначала папа извинится передо мной, а потом я приеду.

– Ты, сопляк, не понимаешь, кому перед кем надо извиняться! – сердито крикнул господин Жуань.

Жуань Цуньюнь повесил трубку, не теряя ни секунды.

В групповом чате из четырех человек продолжался разговор. Жуань Цуньюнь не стал отключаться сразу. Он некоторое время смотрел на фотографии в ханьфу, затем встал, отнес миску с рисом на кухню, открыл кран и начал мыть посуду.

Скорость, с которой губка оттирала стенки миски, постепенно замедлилась. Жуань Цуньюнь оперся о стол и опустил голову. Пустая миска крутилась в воде.

Отец должен был извиниться перед ним еще шесть лет назад.

※

Компания «Zhufang Technology» собиралась принять участие в международной выставке брендов, которые специализировались в области ИИ. В этом году выставка должна была пройти в Китае, и Zhufang Technology получила приглашение к участию.

Сестрица Юй, держа в руках список дел, сказала Жуань Цуньюню:

– Компания провела обсуждение и выбрала для участия двух сотрудников из программы «Восходящие звезды» – одного из технологического отдела, а другого – из отдела маркетинга. Ты – один из них. У тебя есть какие-нибудь возражения по этому поводу? Если ты не хочешь ехать – ничего страшного.

– А что именно надо будет делать? – спросил Жуань Цуньюнь.

– Подробности пришлют на электронную почту, – улыбнулась сестрица Юй. – Для новых сотрудников это прежде всего возможность расширить свой кругозор и обменяться идеями с другими командами и представителями других компаний. Опытные сотрудники на выставке будут принимать участие в интенсивных деловых переговорах, и это возможность увеличить собственную известность.

– Там будет и директор Цинь, – она указала на программу конференции. – В день открытия он выступит с речью. Мы будем с нетерпением этого ждать.

Глядя на роскошно оформленную программу выставки, Жуань Цуньюнь кивнул.

– Отлично, я очень хочу поехать. Спасибо, сестрица Юй.

– Не за что, – сестрица Юй щелкнула мышкой, пересылая Жуань Цуньюню электронное письмо. – Это твоя первая командировка. Можешь ознакомиться с условиями возмещения расходов на проезд и проживание. Если у тебя возникнут вопросы, не стесняйся, спрашивай.

Да, это была первая командировка Жуань Цуньюня, и он слегка волновался. Он начал внимательно читать расписание деловой поездки, и его взгляд замедлился, а потом остановился. Выставка проходила в городе Хайши, где жила его семья.

Пламя в его сердце погасло, превратившись в холодную реку. Жуань Цуньюнь слегка нахмурился, поджал губы и, не моргая, спустя долгое время перевернул страницу. Это такой огромный город, что он точно не встретит родителей.

Компания забронировала места бизнес-класса для всех сотрудников. Чжу Хань сидел вместе со своими новыми коллегами из отдела маркетинга, две коллеги-женщины из технологического отдела расположились в одном ряду, а Жуань Цуньюнь и Цинь Фанлу остались вдвоем.

Чжу Хань надел наушники, включил фильм и наслаждался просмотром. Цинь Фанлу, сидевший рядом с Жуань Цуньюнем, поправил очки. Сидя в самолете, он, опустив голову, изучал отчет.

Жуань Цуньюнь совсем не хотел ничего делать, ему было некомфортно. Он просто повернул голову и смотрел в окно на большие белые скопления облаков. Жуань Цуньюнь подумал, что хотя в его имени есть иероглиф «Юнь» (облако), как было бы замечательно, если бы он тоже был так свободен, как облака.

Его отец владел небольшой мебельной компанией. Первые несколько лет бизнес шел непросто, но все равно рос, развивался, и в конце концов компания вышла на биржу. Отец, безусловно, был успешным человеком в традиционном смысле этого слова.

Мать была партнером в юридической фирме. Обычно мягкая и спокойная, она обладала безжалостным стилем в работе. В отрасли у нее сложилась хорошая репутации.

Строго говоря, Жуань Цуньюня можно было считать представителем «богатого второго поколения», «золотой молодежи». Оба его родителя – и отец, и мать – были состоятельными людьми, и ему никогда не приходилось беспокоиться об еде или одежде с самого детства.

Успешные родители всегда считают, что они так же успешны в воспитании собственных детей. Согласно их ожиданиям Жуань Цуньюнь должен был стать гением бизнеса, способным с легкостью разрабатывать стратегии, вовремя маневрировать, наступать и отступать, а еще – обладать непревзойденными аналитическими способностями, чтобы в будущем возглавить семейное предприятие.

Вот только Жуань Цуньюнь оказался по натуре интровертом. С юных лет отец заставлял его произносить на пышных банкетах тосты и устраивать на семейных ужинах в честь начала китайского Нового года шоу. И каждый раз Жуань Цуньюнь чувствовал себя от всего этого несчастным.

Ему пришлось развить уникальный навык, позволявший ему выглядеть очень уверенно перед незнакомыми людьми – словно твердая раковина. Но в то же время мягкий моллюск внутри этой раковины просто хотел убежать оттуда подальше.

Аниме Жуань Цуньюнь увлекся еще в начальной школе и до сих пор оставался преданным фанатом. Это был его идеальный мир, в котором не существовало ни тостов, ни шоу талантов.

Виртуальные персонажи сражались рука об руку и наслаждались обществом друг друга в фантастических мирах. Много раз Жуань Цуньюнь думал, что они должны где-то существовать по-настоящему, и как было бы здорово, если он тоже смог бы отправиться в такой мир.

В родительском доме, где разрешалось держать только пианино, скрипку, учебники и научные монографии, Жуань Цуньюню приходилось прятать мангу и фигурки героев, на которые он копил карманные деньги, в глубине книжного шкафа. До окончания средней школы Жуань Цуньюнь осмеливался любить аниме только втихаря.

Сюй Фейфей был одноклассником Жуань Цуньюня в старшей школе, а познакомились они в аниме-клубе. На первом году обучения их клуб организовал мероприятие. Старшие ученики, увлекавшиеся аниме, привели младших на конвент и принесли очень красивые костюмы для косплея.

Сюй Фейфей никогда раньше этим не занимался и без зазрения совести попросил дать ему возможность приметить наряд.

– А ты хочешь примерить юбку и хвостики? – спросила Жуань Цуньюня старшеклассница.

– Я тоже могу! – влез Сюй Фейфей.

Старшеклассница посмотрела на него с улыбкой.

– Сюй Фейфей, на тебе это будет выглядеть нелепо, – сказал она. – Думаю, что этот наряд больше подойдет Жуань Цуньюню.

В те времена на комиконах появлялось уже немало мастеров кроссдрессинга, и никого не удивляла маленькая сестренка в пышной юбке, направлявшаяся прямиком в мужской туалет.

Жуань Цуньюнь был немного заинтригован и немного напуган, но в конце концов, по настоянию всех присутствующих, примерил один наряд: парик, собранный в два хвостика, матроска и черные чулки.

Когда ему нанесли грим, все были поражены. Несмотря на легкий макияж, выглядел он потрясающе. Старшеклассница тут же сказала, что теперь он будет это носить, а она сама больше не хочет. Жуань Цуньюнь отнекивался.

В итоге он решил сфотографироваться в этом наряде у входа на аниме-конвент, а потом вернуть костюм своей старшей. Но прямо перед тем, как надо было фотографироваться, старшеклассник, который должен был принести камеру, хлопнул себя по лбу и сказал, что забыл взять ее с собой!

Он извинялся снова и снова и готов был встать перед всеми на колени.

В этом не было ничего особенного. Жуань Цуньюнь жил неподалеку, и дома у него был фотоаппарат, поэтому он сказал, что сходит домой и его принесет.

Группа вызвала такси и торжественной процессией поехала к дому Жуань Цуньюня. Тот вспомнил, что родители в этот день должны были куда-то пойти, домработница взяла выходной, и дом остался пустым. Жуань Цуньюню было лень смывать грим и переодеваться, поэтому он вошел во двор в короткой юбке и с хвостиками на голове.

Жуань Цуньюнь вбежал во внутренний дворик и увидел отца, который сидел в саду с каким-то мужчиной в рубашке. Они пили чай.

Двое взрослых обернулись на звук шагов, затем повернулись друг к другу, и на их лицах отразились разные эмоции. Мужчина многозначительно улыбнулся и спросил господина Жуаня:

– Это ваша дочь? Насколько я помню, в вашей семье ведь нет дочерей?

Господин Жуань, неуклюже попытавшись скрыть шок, ответил:

– Это мой сын, – лицо у него было мрачным.

Мужчина покачал головой.

– Господин Жуань – проницательный бизнесмен, но с воспитанием детей у вас, видимо, не очень? Как говорится, если не можешь навести порядок в своем доме, то как наведешь порядок во всем мире? Ваш сын практически превратился в чудовище. Сотрудники вашей компании еще не собираются устроить грандиозный скандал?

Этот человек был крупным клиентом, которого отец Жуань Цуньюня очень хотел переманить к себе. С самого начала тот не проявлял никакого интереса к сотрудничеству, но господин Жуань до последнего не хотел признавать поражение. Он пригласил потенциального клиента к себе домой, чтобы поговорить с ним еще раз, но появление Жуань Цуньюня в странном костюме положило конец всем надеждам.

Только даже если бы Жуань Цуньюнь не пришел тогда домой, эта сделка вряд ли бы состоялась.

В тот вечер господин Жуань пришел в ярость. Он вытащил всю мангу и фигурки персонажей из глубины книжного шкафа Жуань Цуньюня и с налитыми кровью глазами спросил:

– Что это такое?! И что это ты сегодня надел?!

Отец обрушил на него все возможные резкие слова и беспощадные оскорбления. Жуань Цуньюнь поначалу яростно с ним спорил, но в конце концов впал в полное отчаяние.

С того самого момента, когда отец разбил вдребезги фигурку Гандама, Жуань Цуньюнь понял, что ему необходимо как можно быстрей повзрослеть и покинуть эту семью.

Этот Гандам был его первой работой, кропотливо собиравшейся из разных частей многими днями и ночами. Он не был шедевром, но для Жуань Цуньюня значил очень много. То, что отец мгновенно его уничтожил, превратив в мусор, стало для Жуань Цуньюня настоящим ударом в сердце.

– Я давал тебе деньги, я тебя воспитывал, я платил за уроки на фортепиано и учил навыкам публичных выступлений не для того, чтобы ты стал распутным и женоподобным, ни мужиком, ни бабой! Скажи, что такого особенного в этих пластиковых игрушках?! От этого другие люди будут тебя только презирать!

Когда речь зашла о «ни мужчинах, ни женщинах», выражение отвращения на лице господина Жуаня стало подобием ножа, который вонзился Жуань Цуньюню в грудь и оставил там шрам на всю жизнь.

– Ты никогда не спрашиваешь меня, чего хочу я! – громко крикнул Жуань Цуньюнь. – Почему я должен жить по твоей указке?!

– Потому что ты – мой сын, гребаный ублюдок!

– Я – независимая личность! – не отступил Жуань Цуньюнь. – Ты не можешь контролировать мою жизнь только из-за кровного родства!

Они спорили, кричали друг на друга, гнев нарастал, и в конце концов оба впали в истерику.

Драгоценная коллекция манги, фигурки и модели Гандамов лежали на полу, разбитые вдребезги. Торнадо пронесся по комнате, и там наступила мертвая тишина.

Жуань Цуньюнь, опустив голову, очень долго стоял среди руин, но не проронил ни единой слезинки.

С тех пор отношения в их семье обострились. Время от времени вспыхивали ссоры, которые всегда заканчивались плохо. Жуань Цуньюнь ждал от отца извинений, но тот так этого и не сделал.

Больше он не ждал ничего.

Теперь у него были деньги, работа и собственный дом, так что запоздалые извинения потеряли весь смысл.

По своему характеру Жуань Цуньюнь привык переступать через собственную гордость, но об этом он никогда не рассказывал даже Сюй Фейфею. Тот вырос в семье с широким взглядами, и как-то раз мать даже подарила ему на день рождения подарок с аниме-символикой. О такой жизни Жуань Цуньюнь не смел и мечтать.

Каждая семья уникальна. Сюй Фейфей, возможно, никогда не поймет, в чем сложность ситуации Жуань Цуньюня. А если ему рассказать, то слова ничем не помогут и лишь усугубят проблемы друзей. Поэтому Жуань Цуньюнь и скрывал все следы своих увлечений на работе – он боялся, что другой человек, не увлекающийся аниме и мангой, может наступить ему на сердце и раздавить весь его мир.

Не нужно, чтобы все об этом знали.

– …Цуньюнь, Жуань Цуньюнь, – раздался голос.

– Да? – Жуань Цуньюнь выпрямился. Цинь Фанлу смотрел на него сквозь очки. Рядом улыбалась стюардесса.

– Что ты хочешь выпить? – вместо нее спросил Цинь Фанлу.

– Мне… мне все равно, – Жуань Цуньюнь, не особо задумываясь, выбрал один из предложенных вариантов. – Апельсиновый сок, пожалуйста.

Когда сок принесли, Жуань Цуньюнь отпил всего лишь небольшой глоток. У него совершенно не было аппетита.

Кислый сок стекал по пищеводу. Жуань Цуньюнь, увидев, что Цинь Фанлу по-прежнему внимательно читает документы, невольно задумался. Что бы подумал его нынешний начальник, если бы узнал, что он – мужчина, который переодевается в женскую одежду? Будет ли Цинь Фанлу смотреть на него с презрением? Назовет ли «ни мужчиной, ни женщиной»? Или чудовищем, как говорил его отец?

Одна только мысль о выражении отвращения, которое могло появиться на лице Цинь Фанлу, заставила сердце Жуань Цуньюня сжаться, как будто его пронзили ножом.

Это было еще более неприятно, чем когда его ругал отец.

Жуань Цуньюнь, перетерпев кислоту и горечь, выпил половину стакана.

Апельсиновый сок… не понимаю, почему так происходит… почему у меня от него болит голова.

– Не заставляй себя пить, если не хочешь, – Цинь Фанлу бросил косой взгляд. В глазах у него была нежность. Вероятно, Жуань Цуньюнь и сам не подозревал, как сильно он нахмурился.

Цинь Фанлу взял со своего столика стакан молока и протянул ему.

– Вот, выпей свежее, я его не пробовал.

Жуань Цуньюнь медленно взял стакан, и его пальцы слегка коснулись тыльной стороны кисти Цинь Фанлу.

– Спасибо, господин Цинь.

Цинь Фанлу некоторое время смотрел на него молча, а потом спросил:

– У тебя всегда такие холодные руки?

В прошлый раз, когда они ехали на канатной дороге в Кленовой долине, у него и ноги тоже замерзли.

– Нет, может быть… – Жуань Цуньюнь с запозданием почувствовал холод. – Кондиционер работает слишком сильно?

К ним подошла стюардесса, наклонилась и протянула что-то Цинь Фанлу.

– Господин Цинь, вот одеяло, которое вы просили.

Цинь Фанлу расправил одеяло и укрыл им Жуань Цуньюня, который все еще находился в оцепенении, целиком, от подбородка до лодыжек.

– Теперь все должно быть в порядке.

Все еще ошеломленный Жуань Цуньюнь не успел даже поблагодарить – Цинь Фанлу действовал слишком быстро. Но еще до того, как Жуань Цуньюнь успел прийти в себя, Цинь Фанлу достал из сумки маску для сна и сунул ему в руки.

Взяв ее, Жуань Цуньюнь с удивлением обнаружил, что плюшевая маска для сна была сшита в форме кошачьей мордочки с заостренными ушками.

Вещи господина Циня такие милые… Не выдержав, Жуань Цуньюнь улыбнулся и спросил:

– Господин Цинь, вы очень любите кошек? Я помню, на вашей аватарке в WeChat три кошки.

– Я вырастил всех троих, – ответил Цинь Фанлу.

– Ух ты! – не удержавшись, воскликнул Жуань Цуньюнь. Какая большая семья!

– Они все такие милые, – прошептал Жуань Цуньюнь.

– Они все – дармоеды, – сказал Цинь Фанлу. – Как-нибудь я тебя с ними познакомлю.

Глаза Жуань Цуньюня слегка расширились.

– Правда?! – недолго думая, воскликнул он.

Цинь Фанлу согласно кивнул.

– Ты им очень понравишься. Надень повязку на глаза и отдохни, – он мягко сменил тему, перейдя от одной фразы к следующей.

Жуань Цуньюнь послушно надвинул повязку на лицо. Веки были покрыты плюшем, а все тело – укутано одеялом, отчего он ощущал тепло с головы до ног.

На этот раз он отчетливо почувствовал, как большая рука легла ему на макушку и нежно взъерошила ему волосы. От теплой мужской ладони у Жуань Цуньюня побежали мурашки по коже.

– Какими бы сложными ни были проблемы, их всегда можно решить. Если ты зашел в тупик, просто отложи их на время и не торопись, – медленно произнес Цинь Фанлу.

Мужская рука исчезла с головы Жуань Цуньюня, а голосе, казалось, звучало успокаивающее волшебство:

– Отдохни и поспи. Я разбужу тебя, когда самолет пойдет на посадку.

Жуань Цуньюнь порадовался, что надел маску: глаза у него горели и болели. Несмотря на все ссоры с отцом и то, что его работы превратились в обломки, Жуань Цуньюнь не проронил по ним ни слезинки. Но теперь, после нескольких простых слов Цинь Фанлу ему захотелось расплакаться.

За мгновение перед тем, как заснуть, Жуань Цуньюнь подумал, что даже если бы Цинь Фанлу узнал про его увлечения, которые не одобряет большинство людей, то, наверное, не стал бы говорить таких злых и обидных слов.

Потому что Цинь Фанлу всегда обладал некой силой, которая позволяла ему видеть Жуань Цуньюня насквозь и одновременно принимать его таким, какой он есть.

http://bllate.org/book/13910/1500743