Готовый перевод Quick Transmigration – Villain Walkthrough / 🌸 Быстрая трансмиграция - Приручение злодейки 🌸: Глава 5

Усадьба семьи Ли была расположена в самом центре города, родовой особняк возвышался, словно древний замок. Усадьба раскинулась на столь обширной территории, что, даже воспользовавшись скоростным шаттлом, потребуется не менее получаса, чтобы объехать лишь внешний периметр каменной ограды.

Когда Ань Мулань прибыла в поместье Ли вместе с Лин Сихань, солнце уже клонилось к закату. Сумерки ещё не полностью окутали землю, а на обширной парковке то и дело приземлялись роскошные аэромобили. 

В лучах закатного солнца старинное поместье выглядело поистине величественно.

Ань Мулань равнодушно наблюдала эту картину, но в душе неожиданно шевельнулось смутное чувство узнавания.

Ей вспомнилось, как в былые дни, когда ещё была жива, видела немало таких живописных пейзажей на картинах. Юной девицей грезила она, что выйдет на пенсию и отправится странствовать по тем дивным местам, чтобы воочию насладиться их красотами.

Но тут она опомнилась, взглянула на женщину, что шла впереди, и безмолвно опустила голову.

Она молча и послушно шла рядом с Лин Сихань, наблюдая, как та общается с высокопоставленными особами. В одно мгновение та будто преобразилась: на губах её играла поистине умиротворяющая улыбка, весь облик излучал безмятежность и радушие — совсем иная, нежели холодная и отстранённая, какой она была с ней.

Однако Ань Мулань, поразмыслив, пришла к выводу, что именно такой образ Лин Сихани был наиболее естественным.

Хоть она просто выполняла задание, всё в этом мире было подлинным. Виртуальная реальность подчинялась собственной системе законов, способной самостоятельно восполнять любые сюжетные несоответствия в литературном произведении.

Потому даже холодная и безразличная героиня романа Лин Сихань ныне, вращаясь в кругу знатных особ, представала искушённой в светских делах особой, точно знающей, как поддержать беседу с мягкостью и обходительностью, следуя принципу «сохраняя гармонию — приумножаешь благополучие».

За время, проведённое вместе, Ань Мулань успела заметить, что Лин Сихань отнюдь не была лишена рассудка — напротив, она обладала мышлением здравомыслящего человека. Даже в обращении с ней самой та не напускала на себя ледяную маску, подобно злодейке из романа.

Возможно, из-за того, что они были ещё мало знакомы, а может, потому что она была ей чем-то полезна, Лин Сихань в её присутствии ограничивалась сдержанной молчаливостью, не проявляя той пугающей жестокости, что описывалась в книге.

Пока мысли вихрем кружились в голове, на губах Ань Мулань уже играла дружелюбная улыбка — она приветствовала знакомых, встречавшихся по пути.

Переступив порог особняка Ли, Лин Сихань поднесла приглашение к электронному экрану у входа. После сетевой регистрации они вошли внутрь, где их уже ожидал ретро-экипаж с кучером.

Сихань, придерживая Мулань, помогла ей подняться в карету — каждый жест её был пронизан заботой и вниманием, создавая у окружающих полное впечатление тёплых и гармоничных отношений. В высшем свете все привыкли играть роли, и мало кто заботился о подлинности чувств, но ношение этой маски считалось обязательным.

Дорога заняла немало времени, прежде чем они, наконец, достигли сада при особняке, проделав путь от ворот усадьбы Ли.

Выйдя из экипажа, Лин Сихань с безупречной учтивостью взяла Ань Мулань под руку и направилась с ней к собравшемуся обществу.

Едва она вышла из замкнутого пространства кареты, на её лице тут же расцвела утончённая улыбка. Она непринуждённо беседовала с гостями и представила Ань Мулань своим деловым партнёрам.

Ань Мулань понимала, что это прекрасная возможность проявить себя, и потому немедленно на её лице появилось мягкое и учтивое выражение. Она вежливо приветствовала каждого представленного ей человека.

Каждое её движение было исполнено изящества и безупречности, являя собой образец благородной барышни. Это снискало ей всеобщее одобрение окружающих и придало Лин Сихань немало достоинства в глазах общества, отчего та смотрела на неё с возрастающей нежностью.

После более чем получасового предварительного общения, когда, казалось, уже собрались все гости, Лин Сихань подвела Ань Мулань к одной из групп. Кругом воцарилась согласованная тишина, и голоса постепенно смолкли.

И в этот самый момент огни замка сфокусировались на массивной лестнице, по которой из тени верхней площадки медленно спустились две женщины, держась за руки.

Одна из них излучала благородство и достоинство.

Несмотря на вполне зрелый возраст, было видно, что она прекрасно сохранилась и явно хорошо ухаживала за собой — выглядела она лет на тридцать с небольшим.

Крупный жемчуг украшал её волосы, уши, шею, и даже на тёмно-фиолетовом вечернем платье сверкали бесчисленные россыпи бриллиантовой крошки. Она буквально сияла, ослепляя очарованием, которым обладали только зрелые женщины.

В этот момент она слегка приподняла подбородок, величественно осматривая собравшихся гостей. Это была госпожа Ли, хозяйка дома.

Под руку с ней шла юная дева, поразительно похожая на неё — их черты имели явное сходство. На девушке было алое ципао, расшитое изысканными пионами. Цветы распускались на её груди, изгибе талии и бёдрах, словно сама природа одарила её этим цветочным одеянием.

Выражение её лица было мягким и утончённым, полным неподдельного очарования.

Ань Мулань, придя в себя от восхищения, тут же осознала: перед ней главная виновница торжества — старшая дочь семьи Ли, Ли Цзяжоу.

Когда обе женщины приблизились к главе клана Ли, собравшиеся будто очнулись от чарующего видения. Глава семьи, стоявший на возвышении и приходившийся отцом Ли Цзяжоу, заговорил:

— Благодарю всех, кто, несмотря на занятость, почтил своим присутствием день рождения моей старшей дочери. Прошу чувствовать себя как дома и наслаждаться этим прекрасным вечером.

С этими изящными словами он отступил в сторону, уступая место Ли Цзяжоу. Та ответила ему лёгкой улыбкой и вышла вперёд. Молодой человек в чёрном смокинге с галантным поклоном пригласил её на танец.

Статный юноша и прекрасная барышня — они выглядели идеальной парой, когда под взорами всех гостей начали первый танец вечера.

Ань Мулань с внутренней усмешкой наблюдала за этой сценой. Она знала, что этот молодой человек — старший сын семьи Чжан. Внешность, конечно, представительная, но кто бы мог подумать, на какие низкие поступки он способен?

Эта ночь обещала быть беспокойной. Согласно сюжету и полученным воспоминаниям, в этот вечер должно было произойти множество событий.

Ань Мулань отвела взгляд, сосредоточив внимание на окружающей обстановке. Она внимательно изучала каждую деталь, сердце её тревожно билось.

Возможно, её напряжение было слишком заметно, потому что Лин Сихань мгновенно приблизилась к ней, приняв интимную позу. Обняв её за талию, она склонилась так, что губы почти касались мочки уха Ань Мулань. Со стороны это выглядело как нежный момент между влюблёнными, и гости с понимающими улыбками отходили, оставляя пространство «помолвленной паре»

Лишь одной Ань Мулань было слышно, что на самом деле прошептала Лин Сихань у её уха. Тихим, приглушённым голосом она спросила:

— В чём дело?

Сердце Ань Мулань ёкнуло. Она чувствовала, что с тех пор, как сегодня днём она невольно вырвавшимся комплиментом «ты прекрасно выглядишь» нарушила дистанцию, отношение Лин Сихани к ней изменилось. Ещё в офисе та начала позволять себе вольности, и прежняя отстранённость растаяла без следа — словно они перескочили со стадии "едва знакомы" сразу к режиму старой супружеской пары.

Ань Мулань загадочно улыбнулась, затем, подражая манере Лин Сихань, обвила её стройный стан и прижалась, томно шепча на ухо:

— Смотрю, как они близки, и тоже захотелось станцевать с тобой. Только не знаю, удостоюсь ли такой чести?

Лин Сихань на мгновение застыла, затем на её губах расцвела улыбка с хитринкой. Она отступила на шаг, изящно склонилась и, подняв левую руку Ань Мулань, коснулась губами её пальцев. Глубокий взгляд из-под прикрытых век пронзил девушку:

— Моя дорогая невеста, для меня честь пригласить тебя на танец. Прошу.

В сознании Ань Мулань молниеносно пронеслась догадка — она нашла объяснение многозначительному поведению Лин Сихань.

Лин Сихань нуждалась в её статусе в высшем свете: этот брак был призван сократить пропасть между простолюдинами и аристократией. Демонстрируя при всех их близость, она показывала знати свою искренность и решимость.

Осознав это, Ань Мулань смущенно окинула взглядом окружающих, вызывая у присутствующих понимающие улыбки, и сладко прошептала:

— Хорошо, Сихань.

Они шагнули на паркет. В памяти первоначальной хозяйки тела Ань Мулань нашлись движения футуристического танца, удивительно напоминавшего современные стили.

Она приблизилась к Лин Сихань, положив руку на её плечо. Расстояние между ними сократилось до предела. Под нежные аккорды музыки их тела начали плавное движение.

На лице Ан Мулань играла привычное чуть робкое выражение. Время от времени она смело поднимала взгляд на Лин Сихань, но, встретившись с её глазами, тут же опускала голову.

Она чувствовала, как рука на её талии слегка сжимается в ответ на её смущение — Лин Сихань явно нравились застенчивые девушки. Ан Мулань вложила всю энергию в этот образ, стремясь тронуть её сердце.

Когда последние аккорды смолкли, Лин Сихань коснулась губами её лба и отпустила руку:

— Мне нужно обсудить дела с партнёрами. Можешь перекусить и отдохнуть.

Ань Мулань послушно кивнула и направилась в освещённую зону с угощениями. Наполнив тарелку изысканными десертами в кондитерском уголке, она отошла в затенённое место и начала медленно изучать взглядом весь банкетный зал.

Рядом с Лин Сихань она заметила Чжан Яо; на танцполе — Ли Цзяжоу с молодым господином Чжан; вот и четверо её братьев, а за третьим братом — съёжившаяся тенью женщина.

Её глаза сузились при виде этой женщины.

Если она не ошибалась, эта женщина была главной героиней романа — той самой служанкой-Мэри-Сью.

Это была их первая реальная встреча, хотя ранее она уже монтировала видео с её участием.

Но разница между записью и непосредственной близости была разительной. При виде её Ань Мулань ощутила приступ острой неприязни и ненависти.

Это было самое глубокое и неизжитое чувство, оставшееся от первоначальной хозяйки тела.

Перед её глазами внезапно возникла сцена.

Воспоминание подлинной Ань Мулань: та возвращалась домой с потерянным выражением лица, стояла в своей девичьей комнате, переполненная онемевшей горечью.

И в этот момент появилась эта женщина — с притворно-виноватым выражением лица, сразу же упала на колени и, рыдая, рассказала как жестоко и несправедливо обошлись с ней братья Ань Мулань.

Она умоляла её помочь, безостановочно рыдая, а затем удалилась. И для первоначальной владелицы тела это стало началом конца. 

Картина застыла на этом кадре, когда внезапно появившаяся тень прервала ход её мыслей.

На мгновение она потеряла ощущение реальности — пребывала ли она в памяти прежней хозяйки тела или в настоящем?

Ибо мгновение назад она вспоминала заплаканные глаза той женщины, а сейчас эта женщина предстала перед ней с точно таким же выражением.

Уголки губ Ань Мулань поползли вверх, образуя милую улыбку. Но подумала она совсем не с добрым намерением: Е Цзысюань, вот мы наконец и встретились.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://bllate.org/book/13885/1224134