Готовый перевод Regression Of The Dating Sim Player / Вернувшись в прошлое, я стал игроком в симулятор свиданий [❤️]: Глава 6. Первая цель для завоевания

После появления врат изменилось многое, но одним из главных изменений было отношение к сексуальной ориентации. Когда не знаешь, умрешь ли завтра, не было времени заботиться о том, кто является объектом любви другого человека — противоположный пол или тот же. Особенно эта тенденция была заметна среди охотников.

Возможно, из-за этого более снисходительного отношения гомосексуальность стала более распространенной, чем раньше, но гетеросексуальность все еще оставалась мейнстримом.

Жизнь была тяжелой, поэтому он ни разу не встречался, но Йехён смутно представлял, что когда-нибудь встретит добрую женщину, женится и создаст семью.

Но цель для завоевания — мужчина. Голова пошла кругом.

— Под ноги смотреть надо.

Были виноваты оба, но тот парень уверенно обвинил Йехёна. Йехён, будучи в полушоковом состоянии, поднял голову.

Первое, что бросилось в глаза, — это волосы, выглядевшие пушистыми. Они были очень вьющимися и тонкими, казалось, что на ощупь они будут приятными, если их погладить.

Густые брови под слегка длинной челкой были сильно нахмурены. Судя по тому, как он плотно сжал губы, он, видимо, пытался выглядеть устрашающе, но из-за слегка опущенных уголков глаз и оставшейся детской припухлости на щеках он выглядел просто рассерженным.

Йехён внимательно рассмотрел парня, от которого веяло юностью. Он выглядел моложе, чем в его воспоминаниях, поэтому он не сразу его узнал, но это определенно было знакомое Йехёну лицо.

Юн Сынчжэ. 22-е место в рейтинге. Необычный танкер, использующий щит с вычурными украшениями.

Он был многообещающим новичком, который так стремительно поднимался, что все ожидали, что через несколько месяцев он войдет в топ-20, который называли «бетонным слоем». Он никогда не встречал его лично, но ходили известные слухи, что он был «барчуком», живущим в свое удовольствие.

«Кажется, он был намного моложе меня. Ему сейчас лет двадцать?»

[<Окно статуса >]

[Имя : Юн Сынчжэ]

[Возраст : 19]

[Уровень : 4]

[Класс : Хранитель ??(?)]

[Титул : Кандидат в охотники(F)]

[Навык : ???(?), ???(?), ???(?)]

[Состояние : Норма]

— Девят...

Проверив окно статуса Юн Сынчжэ, Йехён едва не схватился за затылок.

19 лет. Хоть он и регрессировал и стал на 3 года моложе, его ментальный возраст был 27 лет, так что по ощущениям разница была целых 8 лет.

«Вот это уж точно настоящее преступление, нет?»

В голове все помутилось. Йехён снова и снова проверял возраст Юн Сынчжэ, хотя и знал, что он не изменится.

— Чего уставился? Недоволен? Или влюбился, потому что я такой красивый?

Тот факт, что он был таким молодым, ударил по нему в несколько раз сильнее, чем то, что целью для завоевания был парень. Йехёну хотелось отрицать реальность.

«Может быть, «ён» в «миёнси» — это не «ё(н)э» (романтика). Может, это «ми(сонён) (ён)су»  - (обучение красавчиков), и мне нужно хорошо воспитать этого красавчика...»

Йехён с молитвой открыл окно целей для завоевания.

[<Цель для завоевания>]

[1. ???]

[2. ???]

[3. ???]

[4. Юн Сынчжэ : Близость 0 / Привязанность 0]

[Очки близости : 0]

[Очки привязанности : 0]

Но окно статуса, как и всегда, обмануло его ожидания. Если бы было что-то одно — или близость, или привязанность, — он мог бы как-то себя убедить, но то, что они были разделены, очевидно означало, что его нужно соблазнять.

— Эй, эй. Чего не отвечаешь?

Йехён был так потрясен, что просто тупо смотрел в пустоту. Юн Сынчжэ, видимо, почувствовав неладное, присел рядом с ним на корточки и легонько потряс его за плечо.

— Ха-а...

А он-то уж было подумал, что дела пошли на лад. Голова разболелась от беспокойства: что, если и другие цели для завоевания окажутся такими же молодыми? Йехён схватился за лоб.

— Ты что, головой ударился?

В этом недружелюбном вопросе слышалось скорее презрение, чем беспокойство.

Йехён с раздраженным видом отмахнулся от него, словно от надоедливой мухи.

— Отвали от меня и иди своей дорогой.

У него на душе кошки скребли, поэтому и слова вылетали не самые добрые. Однако, возможно, из-за того, что он годами всем кланялся и не мог показать характер, для раздраженного человека его тон был довольно мягким.

— «Ты»? Ты сейчас сказал мне «ты»?

Юн Сынчжэ сам первый начал говорить неформально, но когда Йехён тоже перешел на «ты», он аж подскочил.

Йехён злобно усмехнулся. Он прекрасно знал, что выглядит моложе своих лет. Куда бы он ни пошел, к нему относились как к легкому противнику, смотрели свысока и игнорировали — невозможно было этого не заметить.

Моложавая внешность ни капли не помогала выживать в этом суровом мире. Йехён ненавидел свою внешность. Когда Юн Сынчжэ задел то, что можно было назвать его комплексом, он слегка разозлился.

Йехён в открытую смерил Юн Сынчжэ взглядом с ног до головы и заговорил.

— Да, «ты». Я сказал «ты», потому что ты выглядишь как ребенок. Я как минимум лет на пять тебя старше.

— Что? На пять лет? Сколько тебе лет?

— А почему я должен тебе говорить?

Йехён понимал, что ведет себя по-детски, но продолжал слово в слово пререкаться. Юн Сынчжэ не был виноват, но Йехёну было так паршиво, что ему хотелось хотя бы выместить злость, подразнив его.

— Ха, вот же ж. Ха. Просто слов нет.

Юн Сынчжэ несколько раз хмыкнул, а затем схватил Йехёна за оба предплечья и рывком поставил на ноги.

— О-о...

Йехён, опешив, выпрямился. Юн Сынчжэ почти что поднял взрослого мужчину, но при этом не выказывал ни малейших признаков усилия.

Хоть Юн Сынчжэ и был 4-го уровня, их характеристики не должны были сильно отличаться. Было обидно осознавать, что он уступил в силе сопляку, который еще даже не пробудил способность. К тому же и ростом они, похоже, были почти одинаковые, их глаза находились на одном уровне.

— Если бы меня не вызвали, я бы тебя так не оставил. В следующий раз, когда встретимся, готовься.

Юн Сынчжэ проворчал что-то, проверил время и, бросив фразу в стиле третьесортного злодея, прошел мимо Йехёна.

«Откуда ты знаешь, увидимся мы в следующий раз или нет».

Мысленно он ворчал, но на самом деле, если они больше не увидятся, проблемы будут как раз у Йехёна.

При каждом шаге его волосы мягко колыхались. Йехён еще долго неподвижно стоял, глядя вслед, даже после того, как светло-каштановый затылок Юн Сынчжэ полностью скрылся из виду.

«И что мне делать с таким сопляком? Страшно, как бы меня не арестовали».

Он как раз мотал головой, когда за спиной раздался лязг металла. Йехён, у которого самого рыльце было в пушку, съежился и обернулся.

— Эй, минуточку! В здании штаб-квартиры запрещено носить оружие!

— Ой, простите.

Человек с нунчаками на поясе смущенно потер затылок. Йехён издал звук, похожий на спускающийся воздух, и опустошенно усмехнулся.

«Пойду-ка я домой».

В автобусе по дороге домой Йехён прислонился к окну и потухшим взглядом смотрел на быстро меняющийся пейзаж. Он, в общем-то, ничего и не сделал, но чувствовал себя уставшим.

Йехён изо всех сил пытался принять ситуацию, которая менялась так стремительно, независимо от его воли.

Если хорошенько подумать, то, может, это и к лучшему, что целью для завоевания стал Юн Сынчжэ. Раз он несовершеннолетний, значит, это не симулятор свиданий 19+.

Может быть, все ограничится пожатием рук или объятиями. Нет, должно ограничиться.

«Какой бы там ни была система, у нее же должна быть хоть капля совести».

Йехён согласно кивнул сам себе.

И то, что Юн Сынчжэ был не №1, а №4, означало, что все цели для завоевания уже определены. Неизвестно, позаботилась ли система о балансе, но если предположить, что разброс между целями не так уж велик, то была вероятность, что и другие цели были ранкерами примерно того же уровня, что и Юн Сынчжэ.

Он с облегчением вздохнул от того, что по крайней мере одна из них — ранкер. Йехён открыл окно квеста, которое с самого начала мерцало и мозолило глаза.

[Обучение 2]

[Повысьте Близость или Привязанность на 10.]

[Награда : 100 Очков Привязанности]

Йехён с серьезным видом потер подбородок. Кто был его целью — это второй вопрос, но он никогда в жизни не встречался, поэтому понятия не имел, как, черт возьми, повышать эту привязанность.

«Может, забить на привязанность и повышать только близость?»

С близостью будет нетрудно, если отнестись к этому как к продолжению бизнеса. Он же ребенок, может, она взлетит до небес, если просто потрепать его по голове.

— Ха-а...

Йехён снова тяжело вздохнул. Сколько бы он сейчас ни думал, это ничего не решит. Казалось, лучше подготовиться к разговору с сестрой.

«Да что такого может случиться».

***

В тот вечер Йехён дождался времени, когда сестра должна была закончить работу, и позвонил ей.

— С чего это ты вдруг решил позвонить?

— Просто так. Ты сейчас занята?

— Нет. Только что добралась до общежития. А что?

Йехён колебался, не решаясь начать.

До регрессии, когда он сказал, что станет охотником, он сильно поссорился с сестрой, которая была категорически против, и сбежал из дома. Они часто пикировались, но с тех пор, как умерли родители, они ни разу по-настоящему не ссорились. Тогда они не разговаривали почти полгода.

Йехён понял беспокойство сестры, только когда чуть не потерял ногу во вратах, куда его отправили в первый раз. Они помирились, когда сестра, бледная как смерть, примчалась в больницу, и они, обнявшись, разрыдались.

«Теперь это все воспоминания. Только мои воспоминания».

— Ну что там? Что ты хочешь сказать, почему так тянешь?

Когда тяжелая тишина затянулась, сестра засмеялась, разряжая обстановку. Йехён глубоко вздохнул.

— Я пробудился.

— ...Что?

— Я собираюсь стать охотником. Завтра отправляюсь в тренировочный лагерь.

— Не неси чушь! Какой еще охотник!

Голос сестры дрожал.

— Если и с тобой что-то случится из-за врат, я, я...

Ее дыхание стало прерывистым. Плача не было слышно, но он ясно представлял, как она зажимает рот рукой, сдерживая рыдания.

Йехён не мог так просто ни уговорить ее, ни утешить. Смерть родителей была большой раной и для него, но для сестры она стала еще большей травмой.

Их родители погибли во время поездки в честь поступления сестры в университет. Вся семья из четырех человек отправилась в Тэгваллён, куда так хотела съездить сестра, и попала под взрыв врат, которые в то время не смогли обнаружить из-за отсутствия технологий обнаружения.

Люди говорили, что это чудо, что Йехён и его сестра хотя бы выжили.

Тела родителей так и не нашли. В поминальном зале стояли только два пустых гроба.

Рядом с рыдающим Йехёном сидела сестра с мертвенно-бледным лицом и смотрела в пол.

Компания отца обанкротилась, оставив их по уши в долгах, а страховая компания отказала в какой-либо компенсации, заявив, что взрыв врат — это стихийное бедствие. У них не было родственников, к которым можно было бы обратиться за помощью.

Сестра, которой было всего двадцать лет, внезапно стала единственным опекуном своего брата, ученика 2-го класса средней школы. Они переехали в крошечную полуподвальную комнатушку и кое-как продолжали жить.

Маленький Йехён верил словам сестры, которая всегда говорила, что все в порядке. Он хотел в это верить. Он и не подозревал, что сестра тайно отказалась от поступления в университет и пошла работать на фабрику, чтобы заработать на жизнь.

Он узнал правду, когда был в 1-м классе старшей школы. Он хотел сделать сестре, которая, будучи студенткой, не имела ни красивой одежды, ни даже косметики, хотя бы маленький подарок, и поэтому во время каникул прогулял дополнительные занятия и пошел на фабрику.

Там он и столкнулся с сестрой. Эта фабрика была известна на сайтах по поиску работы как место, где много платили, но и работа была самой тяжелой.

Йехён растерялся и просто сбежал.

Поздно вечером сестра вернулась домой, обняла Йехёна и молча заплакала. Эмоции, исходившие от нее, были такими тяжелыми, и ему было так невыносимо жаль ее, что Йехён не смог сказать ни слова.

Только тогда Йехён понял, что сестра винит себя в смерти родителей. Поглощенная чувством вины и долга, сестра поставила все на то, чтобы вместо родителей достойно вырастить Йехёна.

Йехён, знавший, что это у сестры, а не у него, был интерес к учебе, пытался уговорить ее, принеся заявление об уходе из старшей школы.

— Я буду зарабатывать деньги. А ты учись, сестра.

В ответ на эти слова сестра с выражением лица, будто она вот-вот сломается, упрямо покачала головой. Йехён понял еще кое-что. В каком-то смысле он был опорой для сестры.

Исключительно ради сестры, Йехён исполнил ее желание: окончил хороший университет и устроился в приличную компанию. Но сколько бы он ни работал, основной долг не уменьшался.

Примерно в то время, до регрессии, Йехён и пробудился.

— Прости. Я знал, что тебе это не понравится, поэтому не говорил, но я с самого детства мечтал стать охотником.

— ...Мечтал?

Ее голос был севшим и надтреснутым. Йехён, скрывая досаду, облизал нижнюю губу.

— Я хочу своими собственными руками остановить их, чтобы врата больше никогда не взрывались.

Его рука, сжимавшая телефон, напряглась. Хорошо, что это был телефонный разговор. Выражение его лица сейчас точно не было выражением человека, движимого высоким чувсом долга.

— Хотя я и не знаю, есть ли у меня для этого способности.

Горько усмехнувшись, добавил Йехён.

Наступило долгое молчание. Йехён не торопил и терпеливо ждал. По ту сторону трубки было слышно, как она время от времени пытается что-то сказать, но умолкает.

— ...Только не поранься.

— Угу.

Это было разрешение, вырванное с таким трудом спустя долгое время.

— Спасибо, сестра.

В это короткое слово он вложил всю свою искренность. В такие моменты он ненавидел себя за то, что так плохо умел выражать свои чувства.

«Я во что бы то ни стало защищу тебя, сестра».

Йехён вновь поклялся себе, его решимость разгорелась.

— Хватит уже. До сих пор ни разу проблем не доставлял, и вдруг... Мне в душ надо, так что давай, отключайся.

— Хорошо. Спокойной ночи.

Хоть сестра и говорила ворчливо, она не повесила трубку, пока Йехён не отключился первым.

Йехён посмотрел на погасший черный экран. На душе было неспокойно.

«Надо собрать вещи».

Йехён потер горящие щеки и поднялся с места.

http://bllate.org/book/13875/1223654