Готовый перевод Winter Season / Зимняя пора [❤️]: Глава 2. Начало зимы

Звуки музыки, доносившиеся со сцены, отражались от стен, постепенно превращаясь в неприятный гул.

Когда к звуку капающей воды добавился шум из-под крана, Ильхёну захотелось заткнуть уши руками. Но его ладони уже были заняты — в одной мокла губка, в другой скользила тарелка.

Не в силах пошевелиться, он лишь слегка прикусил нижнюю губу, сдерживая раздражение. Гора посуды наконец подходила к концу.

Тарелки были сравнительно чистыми — на них лежали лишь фрукты и печенье, не чета жирным кастрюлям. Но их главным недостатком оказался нелепый размер — ни одну не получалось уверенно держать одной рукой. Сполоснув последнюю тарелку, Ильхён разжал закоченевшие пальцы, только теперь осознав, как затекли руки.

Оглядевшись, Ильхён не нашёл больше ни одной грязной тарелки. Казалось, сегодняшняя работа близится к завершению — оставалось лишь выбросить пакет с пищевыми отходами, одиноко притулившийся в углу стойки.

— Фух…

Он коротко вздохнул и снова потянулся к раковине, машинально схватив очередное блюдо. Нанеся на губку каплю моющего средства, Ильхён принялся водить ею по тёмной стеклянной поверхности, как вдруг за спиной раздался знакомый голос.

— Ильхён, заканчивай уборку. Нас просят ненадолго собраться в зале.

Повернув голову, он увидел мужчину, небрежно прислонившегося к дверному косяку.

Это был Субин — единственный человек в этом месте, с кем Ильхён был хоть сколько-то близок. Вместо ответа Ильхён машинально поднял глаза на настенные часы и лишь тяжело вздохнул.

Шесть тридцать утра. Даже если он помчится домой сломя голову, в лучшем случае успеет поспать пару часов перед новым подъёмом — и теперь ещё это внезапное собрание без причины. К тому же из-за предновогодней суеты сегодня их задержали на целый час дольше обычного.

Даже если сейчас всё быстро доделать, вряд ли получится уйти до семи. А если ещё и в зал идти — значит, добираться придётся ровно в час пик.

— Сейчас?..

Даже для Ильхёна мысль о том, чтобы втиснуться в автобус, полный бодрых офисных работников, пропахший табачным перегаром и вчерашним алкоголем, была неприятна. Особенно этот контраст: он, помятый, с тушью, размазанной под глазами, — среди людей в отглаженных рубашках, с кожей, пахнущей дорогим лосьоном после душа. Каждый раз это вызывало странное, почти иррациональное чувство стыда.

Он не из тех, кто зацикливается на таких вещах, но отрицать дискомфорт было бессмысленно.

— Ага. Всех временщиков уже отпустили, а штатным велели спуститься. Вроде ненадолго.

— Внизу что-то случилось?

Ильхён резче обычного провёл губкой по тарелке, торопясь закончить. Тем временем Субин шагнул внутрь кухни, приблизившись к нему.

— Да ничего особенного. Говорят, владелец клуба внезапно решил заглянуть. Менеджер уже который час носится, вылизывая всё до блеска.

Субин приблизился вплотную, так что Ильхён инстинктивно подался вперед, к раковине, будто пытаясь увернуться. Но тот лишь усмехнулся его реакции и игриво щипнул за белесую мочку уха.

— Владелец приедет?..

— Ага. Помнишь слухи, что охранники с третьего подземного и на входе — бандиты? Так вот, он, похоже, с ними связан.

Пальцы, сжимавшие тонкую мочку, медленно поползли вниз — по скуле, к шее, под воротник.

Ощущение, будто по коже пробежал жук, заставило Ильхёна слегка вздрогнуть. Субин другой рукой обнял его за талию, притворно-успокаивающе.

— Передохнём после смены?

Тёплое дыхание обожгло ухо, но Ильхён лишь резко отстранился, оттолкнув его лицо, и снова принялся скрести тарелку губкой.

— Нет. У меня ещё одна подработка.

Субин надул губы, но не сдался: ладонь сползла ниже, к пояснице.

— Опять в той забегаловке с сундэ¹? Зря мучаешься. Я же говорил — просто дам тебе денег. Эти утренние смены тебя добьют. Ну сколько тебе там платят? Я покрою.

Шёпот всё лился и лился, проникал в сознание, искушая, но руки Ильхёна продолжали методично мыть посуду.

С каменным лицом он ополоснул последнюю тарелку, стряхнул воду с пальцев и поставил её на сушку.

Субин к этому моменту уже открыто ласкал его бедро, глаза тлели нетерпением.

Ильхён вытер руки полотенцем, развернулся и железной хваткой перехватил его запястье.

— Хён, ты же знаешь — я так не работаю.

Голос звучал ровно, но непререкаемо, показыая, что спорить бесполезно. 

Субин цокнул языком и нехотя разжал пальцы. Неловко рассмеявшись, он почесал затылок и отступил на шаг.

— Ладно, ладно. Я просто переживаю за тебя, вот и всё. Ты закончил с посудой? Пойдём вместе?

— Нет, иди без меня. Я ещё выброшу мусор и тогда спущусь.

Когда Ильхён кивнул в сторону пакетов с отходами в углу кухни, на лице Субина мелькнула гримаса недовольства. Но он лишь пару раз похлопал Ильхёна по плечу, мягко улыбнувшись:

— Босс скоро будет. Закончишь — спускайся.

— Ага.

Ильхён ответил короткой улыбкой, глядя, как Субин уходит. Он на мгновение задержал взгляд на его удаляющейся фигуре, закусив губу.

Субин был тем, с кем Ильхён часто проводил ночи — ему нравилась его прямолинейность и то, что он никогда не лез в личные дела.

Ильхён не хотел места для лишних эмоций или сложностей. Он на секунду задумался, не был ли слишком резок, но, поразмыслив, решил, что всё сделал правильно.

Отбросив мысли о Субине, Ильхён взял пакет с пищевыми отходами. Добавив туда очистки и недоеденные остатки, он быстро заполнил большой мешок.

В голове пронеслось «поторапливайся и спускайся», и он на мгновение замешкался. Но оставить мусор на столешнице казалось ему неправильным.

Недолго поколебавшись, Ильхён собрал туго завязанные пакеты и коробки для переработки и направился к чёрному ходу.

Дверь с противным скрипом поддалась под нажимом плеча, и тут же колючий ветер вцепился в волосы.

Утренние сумерки, холодные и безжалостные, обрушились на него вместе с иссушающим ветром, мгновенно смывая остатки сна. Ладони, сжимавшие мусорные пакеты, онемели от холода, и Ильхён пожалел о забытой в раздевалке куртке. Но возвращаться только за ради куртки было нелепо. Стиснув зубы, он ускорил шаг.

Площадка с мусырными контейнерами ютилась за углом здания, возле служебной парковки. В тот момент, когда Ильхён обходил выступ стены, на территорию плавно въехал чёрный седан, бесшумный и зловещий, как ночной хищник.

В свете фар клубился бледный туман, окутывая машину с узнаваемой эмблемой класса люкс. Едва автомобиль остановился, как перед ним выстроилась шеренга рослых охранников.

Ильхён, собиравшийся просто выбросить мусор и уйти, замер как вкопанный, невольно став свидетелем этой сцены.

Сомнений не оставалось — в машине находился тот самый новый владелец, о котором говорил Субин.

По напряжённой позе телохранителей было ясно: выходящий человек должен излучать такую же мощь и опасность.

Прижавшись к стене здания, стараясь держаться в тени, Ильхён затаил дыхание, надеясь остаться незамеченным.

Его пальцы, цепко державшие мусорный пакет, онемели от холода, а ледяной ветер пробирал до костей через тонкую ткань рубашки. Когда же фары внезапно погасли, он непроизвольно съёжился.

Охранники склонились в синхронном поклоне, словно заранее отрепетированном.

Ильхён нервно прикусил губу. Такое он видел разве что в криминальных драмах — в реальности подобное казалось почти гротескным.

Несмотря на всю абсурдность ситуации, он не мог отвести взгляда. Тишину нарушил лишь скрип открывающейся двери.

— Здравствуйте!

На мгновение мелькнули крепкие лодыжки в чёрных носках, скрытые затем идеально сидящими брюками.

Но вместо ожидаемого грузного телахранителя из машины поднялась атлетичная фигура — будто спортсмен контактных единоборств.

Какой-то человек начал суетливо кланяться рядом, но тот, кому предназначались приветствия, даже не удостоил его взглядом.

И в этот момент свет встречных фар на долю секунды высветил его лицо.

Резкий профиль с выразительным носом буквально врезался в память. Ильхён, неосознанно облизывая пересохшие губы, впился взглядом в незнакомца.

Это совершенно не соответствовало ожиданиям... Не будь вокруг этой свиты из накачанных головорезов, его можно было бы принять за знаменитость, заглянувшую в клуб.

Ильхён усмехнулся собственной странной ассоциации, поправляя дрожащими пальцами перекосившийся пакет с отходами.

— Добро пожаловать, я директор заведения... — голос менеджера Кима прозвучал неестественно громко в ночной тишине.

Он что-то бормотал, потирая руки, но мужчина даже не повернул головы в его сторону, направляясь ко входу размеренным шагом.

Среди этой многочисленной свиты слышался только четкий стук каблуков по асфальту и сдержанное шуршание одежды. Группа людей в темном сливалась с ночью, словно тени.

— Для нас большая честь принимать господина Гу в Nexus...

Красная рубашка с цветочным принтом абсурдно выделялась в этой мрачной процессии. Нереальность происходящего заставила Ильхёна на мгновение забыть, где он находится — он просто стоял, завороженно наблюдая.

Только когда фигура босса окончательно растворилась в здании, охранники начали выпрямляться, словно освобождаясь от невидимых пут.

По их лицам было видно, что эта внеплановая встреча не доставила им удовольствия. Они перебрасывались редкими фразами с безразличными выражениями.

Кто-то достал пачку сигарет, собрав вокруг себя небольшую группу, другие растирали затекшие шеи.

Ильхён все еще смотрел на пустое место, где минуту назад стоял тот человек. Ледяной ветер обжигал его пальцы.

— Эй, вы там! Хватит болтать, по местам! — чей-то резкий голос нарушил тишину.

Охранник направился к брошенному автомобилю. Его удлиненная тень поползла в сторону Ильхёна.

Почувствовав этот мрачный силуэт приближаться, парень вдруг содрогнулся всем телом.

Не то от холода, не то от внезапного внутреннего озноба. Собравшись, он крепче сжал пакет и зашагал прочь, почти бегом.

¹ сундэ — блюдо корейской кухни, кровяная колбаса. Это популярная уличная закуска как в Южной, так и в Северной Корее.

http://bllate.org/book/13864/1222389