Готовый перевод Elder Brother distorted the merciless Dao / [Возрождение] Шисюн сбился на Путь Бесстрастия [❤️]: Глава 2. Попытка загладить вину

В глазах Линь Сыбэя мелькнул холодный блеск, но тут же погас.

Я знал — этими словами я не дал ему повода для мести.

Система много раз говорила: даже если он главный герой романа, его ждёт возмездие по законам кармы. Пока я не совершу ошибку, он не сможет ничего мне сделать.

Иначе я стану его кармой.

Но и за прошлые грехи мне придётся просить прощения.

— В тот день я был неправ, — я положил руку ему на плечо. — Надеюсь, мой шиди¹ не держит зла?

Он посмотрел на мою руку, затем поднял глаза, делая вид, что не понимает:

— О чём это ты, шисюн?

— О том, как завлёк тебя в запретную зону.

Система раскрыла мне, что именно из-за моего коварства он случайно нашёл там легендарное искусство Ваньцюэ Инь — технику «Десять тысяч врат».

Но мой умысел изначально был дурным. Его ненависть — закономерна.

Линь Сыбэй удивлённо посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на Зал Парящих Облаков и усмехнулся с горькой издёвкой:

— Так старый хрыч наказал меня ради сохранения твоей репутации, а теперь прислал извиняться?

— Линь Сыбэй! — я вспылил. — Ты забыл, что значит почитать учителя?!

На его лице не было и тени раскаяния.

— Разве не он первый проявил пристрастность?

Он был прав.

Мне нечего было возразить.

Я уже собирался уйти, как вдруг за спиной раздался его ленивый голос:

— Раз шисюн извинился, я, конечно, не стану таить обиду.

Я обернулся.

— Но шисюн... — он шагнул ко мне, остановился вплотную и с вызывающим видом склонил голову. — А как насчёт Змеиного логова?

И ушёл.

А я остался, сжимая кулаки.

Он знает...

Вернувшись в комнату, я услышал презрительный смешок Системы:

— Конечно знает. Но пока лишь подозревает. Сегодня он проверял твою реакцию.

— Почему не предупредила раньше? — нахмурился я.

— Потому что раньше тебе было на всё плевать! — отрезала система.

История со Змеиным логовом случилась, когда Линь Сыбэй только прибыл в секту Цюнъюнь. Причина проста — мне не понравилось, как он кокетничал с моей шимэй.

Подстрекаемый пятым братом, я ослабил канат над логовом, и он рухнул вниз. И яд шэинь² проник в его тело.

Этот яд — проклятие змеиного ложа.

Каждое полнолуние яд напоминает о себе — тело бросает то в ледяной жар, то в лихорадочный холод, и лишь на рассвете муки ослабевают.

Со временем приступы станут лишь сильнее, пока жертва не умрёт в агонии.

Но, как говорила Система, главный герой не может умереть.

Во всех прошлых перерождениях он излечивался, разделив ложе с демонической святой.

Каким образом — мне неизвестно.

До полнолуния оставались считанные дни.

Месторождение селитры находилось далеко. Я летел на мече без отдыха, потратив три дня на путь туда и обратно, и успел вернуться как раз в ночь полнолуния.

С селитрой в руках я постучал в его дверь.

Ответа не последовало.

И тогда я вошёл без приглашения.

Он лежал на кровати, скрючившись от боли. Одежда была в беспорядке, обнажая мускулистую грудь, покрытую испариной.

Я подошёл и приложил ладонь ко лбу.

Обжигающе горячий.

Не теряя времени, я принёс таз с водой, поставил на стул и бросил внутрь селитру.

Вода моментально превратилась в лёд. Я обмахивал его веером, создавая поток холодного воздуха.

Он постепенно пришёл в себя.

— Что ты... делаешь? — его взгляд был полон подозрения. Черты лица, резкие даже в полумраке, искажала тень. Пот стекал по напряжённой шее, где пульсировали вены.

Я смотрел на него:

— Теперь лучше?

Он уставился на лёд, морща лоб:

— Гдe ты взял селитру?

— Добыл в шахте, — я продолжил обмахивать его.

— Даже на мече туда и обратно — пять-шесть дней...

Он замолчал, вдруг понимая, что я покинул секту три дня назад. Что я летел без сна и отдыха.

И после долгой паузы спросил, не отводя недоверчивого взгляда:

— Зачем тебе это?

Я поднял на него глаза:

— Это я ослабил канат, и ты упал в логово.

Моя откровенность ошарашила его. Затем он усмехнулся:

— Ну ты и наглец.

— Какая разница? — я не отводил взгляда. — Теперь ты знаешь правду. Убьёшь меня?

Его руки ещё не запятнаны кровью.

Вряд ли он решится.

Моя наглость поставила его в тупик.

— Раз моя жизнь тебе не нужна, я оставлю её себе, — я добавил ещё селитры в таз. — Не переживай, яд излечим.

— А если нет? — Его глаза потемнели, в них читалась сдерживаемая ярость, но на губах играла улыбка.

Я пристально посмотрел ему в глаза:

— Если умрёшь ты — умру и я.

Он остолбенел.

Прошло несколько мгновений...

— Лян Сяо, запомни свои слова!

В часы жара помогла селитра. Но когда наступал холод...

Я укутывал его в одеяло, но дрожь не прекращалась. В полубреду он хватал мою руку, кусал пальцы, жадно впитывая тепло живого тела.

Так мы и провозились до рассвета.

Наконец он успокоился и уснул.

¹ шиди — младший брат-соученик, родственная связь не подразумевается.

² шэинь — вымышленный яд, буквально: змеиный разврат, яд змеиной похоти, смертельного соблазна.

http://bllate.org/book/13861/1222326