Готовый перевод My Nemesis Has Finally Gone Bankrup / Мой заклятый враг наконец-то обанкротился: Глава 59*

Вечером сельская местность просто кишела насекомыми, а поскольку Юэ Вэньвэнь был в шортах, его постоянно кусали за голые ноги, поэтому он снова позвал:

— Сяо Жаньжань, чего вы там застряли? Меня уже комары заели!

Цзи Жань оглянулся на приятеля:

— Ничего, садись в машину.

Затем он вновь повернулся к Цинь Маню:

— Ну и? Разве ты только что не сказал это перед Хэ Суйжанем? Или я не так понял?

Цинь Мань спокойно посмотрел на него и через какое-то время уклончиво ответил:

— А ты как думаешь?

Как он думает?

Кто кому нравится и насколько это важно для него? Может ли этот человек разобраться в ситуации?

Цзи Жань моргнул.

Он думает... он определенно думает, что это полная фигня. Как он мог понравиться Цинь Маню?! За эти несколько коротких минут он даже помог Цинь Маню придумать целую кучу оправданий.

К тому же, если он сейчас ответит «да», а Цинь Мань станет все отрицать, разве он не опозорится по полной программе?

Поэтому он произнес:

— Ты выдумал эту чушь, чтобы заставить Хэ Суйжаня сдаться?

Цинь Мань приподнял бровь и ненадолго замолчал, не говоря ни да, ни нет.

Как только эти слова прозвучали, Цзи Жань почувствовал, что сказал все правильно.

Хотя все видели, что он не интересовался Хэ Суйжанем, до завершения аукциона Цинь Мань оставался на мели. В случае если Цзи Жань влюбится в кого-то, он точно даст пинка под зад своему незадачливому любовнику.

К тому же он обычно так жестоко обращался с Цинь Манем и ежедневно изводил его в старшей школе... Как он мог нравиться Цинь Маню! Он же не мазохист!

Чем больше он думал, тем сильнее убеждал себя в этом. Цзи Жань постепенно начал успокаиваться, но в каком-то оцепенении его захлестнуло необъяснимое чувство.

Чувство легкого сожаления.

Эта мысль внезапно огорошила его. Блядь, о чем он сожалеет? Между ними всего-навсего чистые денежные отношения!

— Ладно, я понял, — прежде чем Цинь Мань успел ответить, он решил прекратить этот разговор. — Я был шокирован, услышав это, и, наверное, умом тронулся. Пойдём в машину.

Договорив, Цзи Жань развернулся и хотел уйти, но его схватили за руку.

— Уйдёшь без моего ответа? — спросил Цинь Мань.

Цзи Жань на мгновение остолбенел, а затем сказал:

— Давай сядем в машину, и ты мне ответишь. Я не хочу кормить тут комаров.

— То, что я только что сказал — правда.

— Здесь столько странных летающих насекомых… Что? — Цзи Жань замер.

— Я сказал, — отчётливо произнёс Цинь Мань, — ты мне нравишься, и это правда.

— ...

— Ты дурак? — с улыбкой поинтересовался Цинь Мань. — Если бы ты мне не нравился, зачем мне заставлять его сдаться?

Цзи Жань предположил:

— ...Из-за контракта?

— Деньги уже у меня, к чему мне заморачиваться ради него?

— ...

Цинь Мань почувствовал, что это нелепо. Тот, кто только что агрессивно настаивал на ответе, теперь молчал, как воды в рот набравши.

Его игривая натура взяла вверх, и он снова повторил своё заявление:

— Тут слишком ветрено, и ты не расслышал меня? Я сказал, что ты мне нравишься.

— …Мм.

— В смысле «Мм», — рассмеялся Цинь Мань. — Ты все ещё должен дать мне ответ.

Мозг Цзи Жаня снова отключился.

Что? Как такое возможно? Почему я тебе нравлюсь?

Я должен ответить? Что я могу ответить?

— Ты же не шутишь? —  он долго молчал, прежде чем выдавил эти слова.

— Не шучу, ты правда мне нравишься.

— ...Ясно, не надо повторять это без конца.

Цинь Мань действительно хотел рассмеяться:

— Разве это не ты постоянно меня переспрашиваешь? Ничего страшного, я отвечу тебе столько раз, сколько потребуется.

Цзи Жань долго колебался, прежде чем задать вопрос:

— Почему?

Цинь Мань не понял:

— Что?

— Почему я тебе нравлюсь?

— С чего бы начать? — расплылся в улыбке Цинь Мань. — Ты действительно хочешь, чтобы я перечислил всё?

Цзи Жань поспешно отказался:

— Нет.

Сопливые разговоры были ему не по душе, и он боялся, что упадет замертво, выслушивая это.

Цинь Мань кивнул:

— Так что ты ответишь?

Цзи Жань на какое-то время растерялся и вдруг почувствовал, что что-то не так.

Подождите, это же Цинь Мань признался ему, а не наоборот, так почему он паникует?

Подумав об этом, он сразу же разозлился.

Можно сколько угодно паниковать в душе, но ни в коем случае нельзя этого показывать.

— Не торопи меня! Кто получает ответ сразу же после признания? Будешь наседать на меня, и я просто откажу тебе, веришь?

Цинь Мань кивнул, сдерживая смех:

— Тогда ты хотя бы можешь сказать мне, сколько времени тебе понадобится, чтобы как следует всё обдумать.

— Как минимум пару недель, — неуверенно произнёс Цзи Жань.

— Это слишком долго.

— Что с тобой? Ты еще торгуешься, после признания?

— Хорошо, — согласился Цинь Мань. — Я подожду, пока ты подумаешь.

Они забрались в машину, и Юэ Вэньвэнь принюхался:

— Эй, разве ты не говорил, что собираешься покурить? Почему от тебя не пахнет дымом?

— Сигареты закончились, — без раздумий брякнул Цзи Жань.

Ночью было еще труднее ехать по узкой грунтовой дороге — уличных фонарей почти не было, и в основном она освещалась за счёт автомобильных фар. Юэ Вэньвэнь волновался и постоянно напоминал Чэн Пэну, чтобы тот не торопился.

Цзи Жань подпер подбородок и смотрел в окно, размышляя о словах Цинь Маня. Чем больше он думал об этом, тем больше ему становилось не по себе.

Цзи Жань получил много признаний, особенно в старших классах. В то время девушкам нравились плохие парни, а Цзи Жань к тому же был красавчиком, что делало его еще более привлекательным. Ему признавались разные люди с самыми разными характерами и внешностью, но он без колебаний отказывал всем.

Почему же он сразу не отверг Цинь Маня?

И... пару недель? Почему он не сказал пару лет?!

По дороге в гостиницу Юэ Вэньвэнь заснул, потому что его разморило после обильной еды. В салоне повисло молчание, и Чэн Пэн просто включил музыку.

По прибытии Чэн Пэн припарковался и вышел из машины со словами:

— Возвращайтесь без меня.

— А ты куда? — потер глаза Юэ Вэньвэнь.

— Схожу на массаж, — в последнее время он целыми днями просиживал в офисе, отчего у него неизбежно разболелась шея.

Чэнь Ань сказал:

— Я составлю тебе компанию.

— Не надо, — Чэн Пэн бросил ему ключи от машины и небрежно произнёс: — Иди в номер.

У Цзи Жаня внезапно появилась идея, и он выпалил:

— Я пойду с тобой.

Чэн Пэн немного удивился. Обычно Цзи Жань не жаловал такие методы релаксации, потому что ему не нравилось, когда другие прикасались к нему. Он кивнул и легко согласился:

— Ладно.

Цзи Жань передал ключ-карту от комнаты Цинь Маню и, прежде чем тот успел открыть рот, сказал:

— Я пойду один. Возвращайся в номер и не вздумай увязаться за мной.

Цинь Мань без возражений взял ключ-карту.

Юэ Вэньвэнь немного боялся высоты, поэтому остановился на третьем этаже. После того как он вышел, в лифте остались только Цинь Мань и Чэнь Ань.

Цинь Мань вытащил мобильный телефон и начал просматривать электронные письма, которые уже рассортировал, но ещё не успел прочитать.

Чэнь Ань тоже разглядывал полученное голосовое сообщение, но не осмеливался прослушать его.

Гипнотизируя взглядом голосовую запись, он хотел длительным нажатием преобразовать ее в текст, но случайно слишком быстро убрал палец, и она начала проигрываться вслух.

Голос мужчины был груб и нетерпелив:

— Осталось всего четыре дня, поторопись...

Цинь Мань бросил на него озабоченный взгляд.

Чэнь Ань так испугался, что побледнел как полотно и быстро заблокировал экран.

— П-п-прости! — поспешно извинился парень. — Я, я случайно н-нажал не на ту кнопку.

Когда он нервничал, то заикался ещё больше.

Цинь Мань произнёс:

— Это я услышал твое сообщение, тебе не за что извиняться.

Лифт остановился, и как только двери открылась, Чэнь Ань быстро выскочил наружу.

— Мне о-очень жаль, — он бросил эти слова и побежал в свой номер.

Цинь Мань наблюдал за его удаляющейся спиной, чувствуя себя немного странно.

В массажном салоне, ожидая пока из отеля пришлют мастера, Цзи Жань набрал стакан кипяченой воды и рассеяно сделал большой глоток.

— В чём дело? — присел рядом с ним Чэн Пэн. — Ты хотел поговорить со мной?

Цзи Жань не стал спрашивать, как Чэн Пэн догадался об этом, и просто кивнул.

— Сколько любовников у тебя было на содержании?

— …

Чэн Пэн не ожидал такого вопроса, и долго молчал, прежде чем ответить:

— Всего трое.

— Да ладно?! — Цзи Жань прикинул в уме. — Только на моей памяти их было не меньше шести или семи человек.

— Существует большая разница между любовником и сексом на одну ночь, — поправил его Чэн Пэн.

— Тогда уделяй больше внимания мерам безопасности и не забывай предохраняться.

Чэн Пэн сердито рассмеялся:

— Ты пришел сюда поговорить о моей личной жизни?

— Нет, — Цзи Жань заёрзал на диване, — ...Как ты справляешься с такими отношениями?

— Какими отношениями? — уточнил Чэн Пэн. — Ты имеешь ввиду после расставания?

Цзи Жань спросил:

— Разве среди тех, кого ты содержал, не было никого, кому ты действительно нравился?

Чэн Пэн улыбнулся:

— Откуда мне знать?

Цзи Жань удивился:

— Неужели тебе ни разу не признавались?

Такого просто не может быть. За примером далеко ходить не надо, достаточно одного Чэнь Аня. Каждый раз, когда он смотрит на Чэн Пэна, его глаза сияют.

— Признавались, — подтвердил Чэн Пэн, — но кто знает, правда это или ложь. Поскольку я их спонсор, они не могут сказать, что ненавидят меня.

Цинь Мань был не из тех людей, что признаются в угоду кому-то, и Цзи Жань прекрасно понимал это.

— А если это всё-таки правда? — допытывался Цзи Жань. — Как бы ты поступил?

— Как бы я поступил? Естественно, я бы разорвал отношения.

Цзи Жань опешил:

— Почему?

— Они мне нужны только для удовлетворения определённых потребностей. С появлением чувств всё становится слишком сложным, — признался Чэн Пэн. — А раз беды не миновать, лучше сменить любовника, чтобы избежать лишних хлопот и сэкономить силы.

Цзи Жань задохнулся от слов друга.

Однако Чэн Пэна тоже нельзя было считать подонком, поскольку такие отношения с самого начала строились на взаимной выгоде и обоюдном согласии.

— А что, Цинь Мань признался тебе? — с энтузиазмом поинтересовался Чэн Пэн.

Цзи Жань не стал ничего скрывать и угрюмо кивнул.

— Так это же замечательно! Почему ты такой грустный?

— Замечательно? — переспросил Цзи Жань. — С какой стати? Не ты ли только что заявил, что чувства всё усложняют.

— Но ваша ситуация отличается от моей. Разве изначально ты не связался с ним только для того, чтобы унизить? — поддразнил его Чэн Пэн. — Теперь, когда он влюбился в тебя, ты можешь делать с ним всё, что угодно. Отныне его печали и радости полностью в твоей власти.

— ...

Что ж, Цзи Жань только сейчас понял, что эта мысль никогда и не приходила ему в голову.

Возвращаясь в отель, он думал только о том… как так получилось, что Цинь Мань признался ему? Почему этот человек играет не по правилам? Как он вообще должен реагировать?

И… нужно ли ему соглашаться встречаться с Цинь Манем?

Цзи Жань с испугом осознал, что серьёзно размышляет над тем, согласиться ему или нет?! Он спятил?!

— Я… я не хочу использовать его чувства, чтобы издеваться над ним, это совсем не по-мужски.

Слова Цзи Жаня прозвучали довольно неуверенно, потому что уловки, которые он использовал, чтобы доставать Цинь Маня в школе, были еще менее мужественными и больше напоминали детские проделки.

— Тогда чего ты хочешь? — в свою очередь задал вопрос Чэн Пэн.

— Не знаю, — вздохнул Цзи Жань, — вот почему я спрашиваю тебя.

Чэн Пэн решил больше не дразнить его:

— Никто не может помочь тебе с твоими сердечными делами. Как он относится к тебе, что ты о нем думаешь… Посторонние ничего не знают об этом, и ты должен сам во всём разобраться.

Что он думает о Цинь Мане?

Цзи Жань нервно запустил руку в волосы. Чем больше он говорил, тем больше запутывался.

Ему пришлось сказать:

— Ладно, мне нужно хорошенько всё обдумать.

У него ещё есть время, он может спокойно принять решение.

Чэн Пэн уже собирался лечь на кровать, когда краем глаза взглянул на приятеля и подколол:

— Почему следы на твоем теле до сих пор не исчезли?

Цзи Жань давно привык к этому.

По правде говоря, дело было вовсе не в силе Цинь Маня, а в его нежной коже: на ней легко оставались следы. Если так подумать, Цинь Мань на самом деле был довольно нежным любовником. Все эти красные отметины на его теле в основном были обычными засосами, остальные же появлялись, когда они достигали пика и сила в руках Цинь Маня становилась неконтролируемой. Это тоже вполне понятно...

Размышляя об этом, Цзи Жань вдруг почувствовал, что что-то не так.

Ему стало немного жарко.

Через пять минут пришёл опоздавший массажист и второпях извинился перед ними.

Чэн Пэн сказал:

— Все в порядке, давайте начнем.

Цзи Жань крепко сжал подушку, чувствуя, как холодные пальцы касаются его кожи.

— Подождите минутку! —  он поспешно остановил мастера. — Я передумал.

Чэн Пэн скосился в его сторону:

— Что случилось? Тебе надоело ждать?

— Нет, — Цзи Жань быстро сел и молниеносно закутался в банный халат.

Сглотнув, он торопливо выпалил:

— Я больше не хочу, чтобы мне делали массаж. Ты можешь оставаться, а я, пожалуй, пойду.

Затем он стремительно сбежал из массажного салона на глазах у озадаченного Чэн Пэна.

В лифте Цзи Жань посмотрел в зеркало и увидел своё раскрасневшееся лицо.

Он крепко вцепился в пояс халата, его сердце переполнилось потрясением и недоверием.

Что происходит? Не может быть...

Он никогда не был рабом собственных желаний и всего лишь вспомнил пару сцен...

И у него на самом деле... просто... встал?!?

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/13834/1220698