Готовый перевод Pastel Colours / Цвета акварели: Глава 12

День 4-й  23:18

Сун Жань был в замешательстве.

Хочу ли я увидеть мистера Хэ? 

Хочу. 

Посмею ли я нажать на переключатель?

Определённо нет. 

Оба ответа были правдивы, но при этом противоречили друг другу.

Сам же Сун Жань не понимал, почему так мучительно колебался. Однако прежде чем он сделал окончательный выбор, дверь в комнату неожиданно открылась, спустя пару мгновений являя его взору Бубу, одетого в жёлтую пижаму в виде утки. Малыш надул губы и засопел, глядя на парня полными слёз глазами. 

– Что случилось, Бубу? – молодой человек был озадачен его появлением.

– Ты лжец! – выкрикнув обвинение, мальчик моргнул, и по его щекам скатились первые слезинки. – Ты сказал, что будешь рядом, когда я проснусь. А я… Я проснулся уже второй раз!

Бубу надулся и ещё сильнее скривился, отчего его маленькая мордашка стала похожа на морщинистое лицо старика. В мгновение ока комнату заполнили чёрные тучи со вспышками молний и раскатами грома, готовые пролиться дождём.

Ранее Сун Жань согласился лечь вместе спать с малышом, но появившийся шанс на примирение с господином Хэ заставил его почувствовать себя настолько счастливым, что он напрочь забыл об этом. Как только Бубу заплакал, чувство вины острой иглой пронзило сердце парня, вмиг заставляя позабыть о мистере Хэ. Он поднял ребёнка на руки, нежно вытирая ему слёзы и извиняясь.

Бубу знал, что Сун Жань любит его. Полагаясь на это чувство, он капризничал, чего никогда не осмеливался делать в присутствии отца или няней. Подняв истерику, он не сразу успокоился и продолжал всхлипывать, выражая свою обиду и недовольство. 

– Старший братик был неправ. Я уложу тебя спать. Бубу же простит братика разочек? – молодой человек состроил жалостливую мину, упрашивая ребёнка. 

Со слезами на глазах малыш протянул Сун Жаню мизинчик.

– Только один раз.

– Один-единственный раз!

Сун Жань поспешно отнёс Бубу в спальню, выключил свет и уложил спать в успокаивающей темноте, укрыв одеялом. Только когда ребёнок окончательно уснул, продолжая держать руку художника, тот внезапно вспомнил о господине Хэ, которого, кажется, он бросил в углу вместе с телефоном.

О нет, мои баллы снова понизятся.

Молодой человек сначала осторожно высвободил руку, затем опустил ноги на пол и, пригнувшись, на цыпочках вышел из комнаты. Детский мобильник нашёлся возле домашнего кинотеатра. Он поднял его, чтобы включить дисплей и увидел, что звонок, вопреки всем его ожиданиям, всё ещё не был сброшен, а отображаемое на экране время увеличилось до двух часов и двадцати трёх минут.

– Эм-м-м… Господин Хэ, вы ещё тут? – робко спросил Сун Жань.

Ответ последовал незамедлительно.

– Да, – в голосе мужчины не было ни намёка на гнев или нетерпение.

Немного успокоившись, парень принялся извиняться:

– Простите, господин Хэ, я пообещал Бубу, что посплю с ним. Как насчёт того, чтобы мы… мы… эм-м-м, созвонились в другой раз?

Изначально он хотел сказать «поговорили по видеосвязи», но из-за охватившего его смущения не смог выдавить из себя эти два слова. 

– Или можем поговорить по видеосвязи, – Хэ Чжиюань взял на себя инициативу. 

Щёки Сун Жаня заалели.

– Х… хорошо.

Точка в беседе была поставлена, следующим шагом было завершение звонка. На несколько секунд воцарилась приятная тишина. Никто из них не говорил, но и не клал трубку. Сун Жань был довольно чувствительным к подобному, потому растерялся, продолжая держать сотовый в руке.

Хэ Чжиюань едва сдерживал улыбку.

– У тебя сегодня был трудный день. Ложись скорее спать, чтобы Бубу смог тебя найти, если проснётся… Спокойной ночи.

Слово «ночь» Хэ Чжиюань произнёс пусть и устало, но настолько чувственно, что оно защекотало ухо парня, заставляя жаркую волну растечься по всему телу, отчего в его джинсах стало заметно теснее. 

– Спокойной… Спокойной ночи!

Он в панике сбросил звонок и перевёл дух.

***

Однажды в будущем, в той же комнате с домашним кинотеатром, Сун Жань прислонится к плечу Хэ Чжиюаня во время совместного просмотра старого фильма и спросит: 

– В тот день… В четвёртый день с момента как мы познакомились. Предположим, если бы я действительно нажал на кнопку и увидел тебя, между нами что-нибудь изменилось?

Хэ Чжиюань опустит на него глубокий взгляд, и бурные реки любви между ними сольются в единый ночной океан. 

– Если бы ты действительно нажал на кнопку, – начнёт он, – у нас была бы самая обычная первая встреча. Я тогда был в пижаме, с нечищеными зубами и небритым лицом, потому выглядел крайне непривлекательно, как любой другой неряшливый мужчина. Ты бы обнаружил, что твой мужской Бог на самом деле не обладает никаким обаянием и является самым обыкновенным человеком, разве что его одежда чуть дороже и роскошнее. А значит, твоё очарование мной пропало бы.

Сун Жань обнимет его за шею, бросаясь на защиту своей драгоценной первой любви.

– А вот и нет!

– Правда?

– Правда! – настойчиво повторит молодой человек.

– Тогда всё было бы ещё хуже, – Хэ Чжиюань приподнимет подбородок Сун Жаня и проведёт пальцем по его губам так нежно, как пролетающая стрекоза касается глади озёрной воды. – Как только ты увидел бы такого «меня», то, вероятно, превратился бы в зайчишку-трусишку и вёл передо мной себя, словно послушный ученик, спрятав себя настоящего. А после только дрожал бы от страха и рассчитывал, как заработать в моих глазах побольше очков. Ты бы ни на что не жаловался, молча проглатывая слова о том, какой я негодяй, и сдерживал бы свою милую болтовню. Звучит довольно ужасно, не так ли?

Сун Жаню захочется поспорить. Слова уже будут готовы сорваться с кончика его языка, но тут он внезапно осознает, что любимый прав. Тогда он ещё не был готов встретиться с этой стороной господина Хэ.

Как бы он ни восторгался внешностью этого мужчины, увлечение, возникшее после одной встречи, всё же оставалось слишком поверхностным. Тогда Сун Жань не был достаточно зрелым, чтобы избавиться от комплекса неполноценности, и такой «господин Хэ» уничтожил бы его разум одним лишь своим видом. Сун Жань и представить себе не мог свою реакцию, если бы тот разговор лицом к лицу состоялся. 

Возможно, он бы встал на колени, глядя на него снизу вверх, и начал бы гадать о предпочтениях господина Хэ. После этого, он бы заставил себя создать идеальную, по его представлениям, личину «достойного поклонника». Боясь ошибиться, он неоднократно совершал бы ошибки, и в конце концов его действия привели к результату прямо противоположному той заинтересованности, которой он едва добился… 

Это даже не плохо, это была бы просто трагедия! 

Запоздало испугавшись, Сун Жань примется грызть уголок воротника своей рубашки и прижмётся к груди Хэ Чжиюаня, изо всех сил желая спрятаться в его горячих объятиях. Оба прижмутся друг к другу, сцепив пальцы, подобно шестерёнкам, обжигая прикосновением тела сквозь пряжу свитера. Тёплый свет будет мягко освещать комнату, заставляя отсвет обивки дивана цвета камелии падать на их кожу, окрашивая её в бледно-розовый цвет.

Поглаживая тыльную сторону руки Хэ Чжиюаня, молодой человек тихо спросит:

– Если бы я действительно спрятался, я бы тебе по-прежнему нравился?

Мужчина удивится.

– Ты думаешь, если кролик спрячется в норе, я не смогу его поймать?

Когда Сун Жань услышит эти слова, его ресницы опустятся и задрожат. Не поднимая головы, он лишь крепче вцепится в длинные тонкие пальцы Хэ Чжиюаня. Через некоторое время он, рассмеявшись, согнёт колени и с силой сожмёт ими талию своего любимого, отвечая:

– Сам ты кролик!

***

На четвёртую ночь знакомства Сун Жань так и не смог увидеть господина Хэ.

Это была апрельская ночь; в воздухе всё ещё чувствовался холод уходящей зимы, но магнолии в Шанхае уже начали цвести. Аромат цветов сгущался, расстилаясь по безлюдным улицам в свете уличных фонарей. На двенадцатом этаже пятого корпуса «Бишуйвань» Сун Жань лежал под уютным одеялом из утиного пуха, обнимая маленького Бубу, и видел акварельные сны. 

Его сон был окрашен яркими живыми красками. Солнечный свет проникал через большие двустворчатые окна, заполняя все уголки гостиной. Котёнок вытянул свои лапки и лениво переворачивался с боку на бок, подставляя их золотистым лучам.

До слуха доносился мелодичный звук музыкальной шкатулки, и игрушечная балерина, стоящая в арабеске, кружилась в танце.

Журнальный столик в гостиной был усыпан бумажными звёздами; на нём располагались две книжки со сказками и три милые кружки в виде семейки пухлых бурундуков. На ковре валялись куклы и сосновые шишки; Сун Жань стоял на коленях в центре комнаты, помогая Бубу строить замок из конструктора. 

На кухне тихонько звякнула посуда – высокий и статный широкоплечий незнакомец варил кофе и жарил яичницу. 

Он стоял спиной к Сун Жаню, но тот знал, что если он повернётся, то ему определённо понравится это лицо.

Пока молодой человек смотрел сны, на другой стороне Тихого океана наступил новый день. Сотрудники Swordarc Inc к своему изумлению обнаружили, что их технический директор сегодня пребывал в необычайно хорошем настроении.

В девять часов утра все сотрудники компании, работающие на первом этаже, стали свидетелями великолепного дрифта, сопровождаемого визгом шин от трения о цементный пол. В гараж въехал автомобиль, и его чёрно-красный с золотом логотип, ослепительно блестящий под палящим солнцем, выглядел крайне показушно. На самом деле подобный заезд в гараж компании не был чем-то удивительным, более того, Карл Клаус ежедневно проделывал такое шоу. Вот только на этот раз человеком, появившимся из машины, ко всеобщему удивлению оказался Хэ Чжиюань. 

Значит, слухи о том, что мистер Хэ обошёл Карла на повороте, оказались правдивы?

Всегда яркий и привлекательный мистер Клаус завершил дрифт в 9:08, и его встретил нетипичный хор утешений по неизвестной ему причине, сильно озадачивший его. По пути в отдел исследований и разработок он без конца слышал о Хэ Чжиюане, в итоге увидев его стоящим у стола с чашкой кофе в руке. Засунув другую руку в карман брюк, тот оживленно болтал с подчинёнными. 

После того, как все разошлись, восторженный Карл с силой дёрнул Хэ Чжиюаня за плечо.

– Дай угадаю. Гватемальский кофе в зёрнах, два кубика сахара, медовый маффин и настроение поболтать с людьми перед работой... Готов поспорить, твоя душа уже поменялась с душой моей бабушки.

Хэ Чжиюань ответил с легкой улыбкой:

 – Тогда техника дрифта твоей бабушки действительно великолепна.

Будучи вне себя от радости Карл поднял вверх большой палец.

– Ты не можешь больше сдерживаться, верно? Как насчёт раунда после окончания пресс-конференции? Обычные правила, Sonoma Raceway, тюнингованные машины.

– В этот раз действительно не могу, – покачал головой мистер Хэ. – Бубу ждёт меня дома, поэтому я не могу задержаться даже на день.

Карл разочарованно пожал плечами.

На самом деле, время младенчества Бубу не было таким уж беззаботным. Как близкий друг Хэ Чжиюаня, Карл не единожды выбросил бесчисленное количество предметов своей одежды, пропитанных детской мочой, что оставило после себя горькую психологическую травму и заставило его отказаться от желания вырастить собственного ребенка. Но из-за крепкой дружбы с бывшим сокурсником он всё же очень любил драгоценного малыша Хэ Чжиюаня.

– Без проблем. Я не хочу заставлять нашего папочку чувствовать себя неловко, – Карл с лёгкостью перескочил с одной темы на другую. – Итак, ты сегодня прямо светишься от счастья. Получил прибыль с акций?

Хэ Чжиюань развел руками. 

– Акции концепта ИИ стабильно растут уже полмесяца.

– Неужели ты разобрался со всеми техническими вопросами? – предположил Клаус. – Тц-тц, не похоже.

Он повернул голову и посмотрел на окружающих их многочисленных сотрудников отдела исследований и разработок, дав ту же оценку, что и раньше. 

– Сущий ад. 

– Достаточно. Прекрати гадать и удели больше внимания своей работе. Если бы у меня были хорошие новости, ты был бы первым, с кем я ими поделился, – Хэ Чжиюань поставил чашку и скинул руку Карла со своего плеча. – Увидимся в конференц-зале номер два через десять минут. Искренне надеюсь, что те две неуместные шутки уже удалены из твоего выступления. В противном случае, ради сохранения имиджа компании мне придётся подшучивать над тобой в моей части речи.

– Их правда нельзя оставить? – расстроенно спросил Карл. 

Хэ Чжиюань вежливо улыбнулся. 

– Нет. 

http://bllate.org/book/13825/1220195