Готовый перевод Stealing The Wind But Not The Moon / Крадя ветер, но не луну: Глава 10. Сян Минчжан приказал уволить Чу Чжичэня

Из-за двойной ошибки «Yisi» оказалась в крайне затруднительном положении.

Чу Чжичэнь смотрел на пустые слайды презентации, в то время как Чжай Фэн с озадаченным выражением лица застыл рядом с ним.

По конференц-залу прокатился беспокойный ропот, никто не ожидал, что участие в тендере закончится таким фарсом. Кто-то громко смеялся, в то время как другие недоверчиво качали головами. Но как бы то ни было, большинство присутствующих тихо переговаривались между собой, желая поделиться своими мыслями о неожиданном повороте событий.

Проигравшие члены проектной команды «Yisi» покинули территорию фармацевтической компании на корпоративном минивэне. Директор по продажам трижды поднимал и опускал свой мобильный телефон, прежде чем, набравшись смелости, с четвертой попытки все же нажал кнопку вызова.

Все затаили дыхание, слушая, как директор вполголоса рассказывает о случившемся. Однако, прежде чем у него появился шанс принести извинения, Ли Цанцю пришел в ярость, его гневный голос эхом разнёсся по всему салону машины.

То, что совсем недавно было спокойным и небогатым на события путешествием, внезапно налетело на скалу и перевернулось, превратившись в настоящую катастрофу.

На перекрестке, пока они стояли, ожидая разрешающего сигнала светофора, Чу Чжичэнь слегка наклонил голову, его отражение в стекле казалось холодным и незнакомым, как будто там сидел совершенно другой человек.

В отчаянии он закрыл глаза, однако, его разум был предельно ясен. Сегодняшние события не были просто чьей-то случайной «ошибкой», скорее всего, это был «заранее спланированный» заговор.

Буквально вчера вечером Чу Чжичэнь лично убедился, что тендерная документация соответствует всем требованиям, после чего он должным образом запечатал ее и убрал в сейф. А Чжай Фэн репетировал выступление с презентацией, и, похоже, проблем с ней тоже не возникало.

Итак, кто же успел подменить их до начала этого инцидента?

Больше никто не знал пароль от сейфа, а доступ к компьютеру и тендерной документации имели только сотрудники проекта. Ни у кого из работающих над этим проектом не было веского мотива совершать подобные действия. С самого начала каждый выкладывался по полной, тратя на разработку и согласование деталей огромное количество сил и энергии. Успешное заключение этой сделки означало, что люди могли рассчитывать на продвижение по карьерной лестнице или повышение зарплаты. Кто бы добровольно стал действовать во вред своим интересам?

Кроме того, Ли Цанцю очень ценил этот проект, практически вся команда состояла из его доверенных людей. Кто бы посмел вмешиваться в это?

Загорелся зеленый свет, и машина бесшумно пересекла перекресток. На полпути к офису фирмы менеджер по предпродажной подготовке приглушенным голосом спросил:

– Директор, что, по-вашему, нам следует делать в подобной ситуации?

Разочарование директора вылилось в тихий вздох.

– Господин Ли скоро прибудет в компанию. Дождемся его, а после уже решим.

Пытаясь утешить и себя, и всех окружающих, менеджер по предпродажной подготовке заметил:

– Мы с господином Ли столько лет проработали бок о бок. Он не предаст нас.

– Господин Ли не предаст нас? А «Xiangyue» нас тоже не предаст? – в глазах директора вспыхнул холодный блеск.

Чу Чжичэнь открыл глаза. Эта сделка должна была доказать, что «Yisi» еще на что-то способна. Теперь, когда выиграть тендер не вышло, даже если Ли Цанцю и был готов отнестись к этому снисходительно, что насчет судей из «Xiangyue»?

Посмотрев на Чжай Фэна, Чу Чжичэнь увидел, как тот медленно покачал головой, словно именно такой исход он и ожидал.

В «Xiangyue», на двенадцатом этаже отдела продаж «Yisi», царила зловещая тишина.

Дверь конференц-зала с громким стуком распахнулась, и на пороге с крайне озабоченным выражением лица появился вице-президент «Yisi». Он жестом пригласил всех войти и сухо произнес:

– Вас уже все ждут.

Сотрудники проектной команды с широко распахнутыми от страха глазами вошли в конференц-зал. Чу Чжичэнь шел последним. Помимо вице-президента, там присутствовали генеральный менеджер и специалист по персоналу «Yisi». Ли Цанцю прибыл в фирму в такой спешке, что совершенно забыл переодеться в костюм. А во главе стола для совещаний, занимая центральное место, сидел Сян Минчжан.

Это был первый визит Сян Минчжана в «Yisi». Он сидел спокойно, выражение его лица было нечитаемым, не выдавая никаких эмоций или мыслей. В левой руке он держал стакан с водой, время от времени делая из него глоток. Иногда он поглядывал на часы, давая понять, что его время ограничено, и этот визит продлится недолго.

Сян Минчжан внимательно оглядел всю команду проекта, его взгляд скользнул по руководителям, стоящим в первом ряду, прежде чем задержаться на Чу Чжичэне чуть дольше, чем это было необходимо. После этого его глаза слегка сузились. Выражение лица Чу Чжичэня было спокойным, даже более спокойным, чем он ожидал.

– Господин Сян, господин Ли, вся команда в сборе, – нарушая затянувшееся молчание, произнес вице-президент.

Ли Цанцю, умело скрывая свой гнев, спокойно сказал:

– Для начала объясните, что именно произошло.

Директор по продажам вышел вперед и принялся подробно описывать ход событий во время сегодняшней встречи. Под давлением вопросов вышестоящего руководства он не мог уклоняться от сути или играть словами, ему только и оставалось, что говорить правду. В завершении рассказа, он попытался несколько сгладить возникшую ситуацию, но тут, к сожалению, вмешался Сян Минчжан, полностью нарушив его намерения.

– Итак, торги были внезапно отменены?

Директор проглотил слова, которые хотел произнести, и неохотно признался:

– Да.

Сян Минчжан, сохраняя бесстрастное выражение лица, продолжил задавать вопросы:

– Кто нес ответственность за документы и презентацию?

– С учетом сложившейся ситуации, – начал говорить директор. – Менеджер Ван и руководитель группы Чжай отвечали за управление файлами на компьютере. Сегодня они выступали в качестве основных докладчиков.

Менеджер Ван быстро пояснил:

– Я отвечал за бизнес-раздел, который в презентации был представлен в самом конце и содержал меньше информации, поэтому компьютер сначала использовал руководитель группы Чжай. Он работал на нем вчера вечером и сегодня утром.

– Все так и было, – кивнул в знак согласия Чжай Фэн.

– Тогда как файлы и документы могли быть испорчены? Кто-то другой еще работал с ними? Связано ли это с ошибкой в заявке? – задал вопрос вице-президент.

– После брифинга Чу Чжичэнь отвечал за подготовку документов, включая тендерную заявку, – ответил директор по продажам.

– Чжай Фэн, Чу Чжичэнь, – обратился к ним вице-президент, – у вас есть что добавить?

Чжай Фэн, казалось, совсем растерялся, не зная, что еще можно сказать.

– Есть, – неожиданно заговорил Чу Чжичэнь. – Я проверил всю тендерную документацию перед тем, как убрать ее в сейф, и никаких проблем не обнаружил. Если к ней никто больше не прикасался, как она могла превратиться в первоначальную версию? Здесь что-то не так.

Тогда вице-президент задал следующий вопрос:

– Вы имеете в виду, что кто-то тайно подменил тендерную документацию?

– Да, я считаю, что необходимо провести внутреннее расследование, – подтвердил Чу Чжичэнь.

– Подмена тендерной документации? Вы имеете в виду, что кто-то сделал это намеренно, чтобы подставить вас? – воскликнул Ли Цанцю.

– Я возражаю, – вмешался директор. – В последнее время все усердно работали, полностью посвятив себя этому проекту. Делать что-то подобное совершенно не в интересах других членов команды. Человеческой натуре свойственно совершать ошибки, а вот перекладывать вину на других – совершенно неэтично!

– Я не перекладываю вину, – твердо произнес Чу Чжичэнь.

Но директор по продажам совершенно не желал его слушать:

– Вчера вечером именно вы провели заключительную проверку, и именно вы были первым, кто прибыл сегодня утром на работу. Вы лично несли коробку с документами для участия в тендере. Когда мы прибыли в фармацевтическую компанию, все находились в одной комнате. Я открыл коробку и передал тендерную документацию и чек на депозит в вашем присутствии. Никто, кроме вас, не прикасался к коробке.

Чу Чжичэнь поджал губы, стараясь сдержать рвущиеся наружу слова. После нескольких секунд молчания он, наконец, взял себя в руки и спросил:

– Значит, вы пришли к выводу, что я подменил тендерную документацию?

– В основе любого заключения должны лежать доказательства. В настоящее время нет доказательств того, что другие люди могли подменить документы. Вы отвечали за документацию, поэтому основная ответственность за нее лежит на вас, – поддержал директора по продажам вице-президент.

Директор повернулся к Чу Чжичэню и фальшиво попытался его утешить:

– Все понимают ваши чувства. Это не только ваша вина. Вам не хватает опыта работы, что вполне понятно. Руководитель группы Чжай также несет определенную ответственность за то, что поспешно рекомендовал вас на такую ответственную должность.

– У Чу Чжичэня может и не хватает опыта, но у нас уж точно нет недостатка в менеджерах или директорах, – допив воду, Сян Минчжан аккуратно поставил пустой бумажный стаканчик на стол, а затем серьезно продолжил. – Он совершил ошибку и берет на себя ответственность, но неужели вы, как его непосредственное начальство, думаете, что просто можете снять с себя всю ответственность?

– Нет, нет, я ни в коем случае не хотел уклоняться от ответственности! – поспешно попытался объяснить свою позицию директор по продажам.

– Это хорошо, – ответил Сян Минчжан. – Жертвовать пешками, чтобы спасти короля – этот принцип не вписывается в концепцию «Xiangyue».

В этот момент директор не осмелился произнести больше ни слова. На некоторое время в конференц-зале воцарилась тишина. Вице-президент колебался, перед принятием решение, он невольно по привычке взглянул на Ли Цанцю, ожидая от того указаний.

После неудачи на торгах, Ли Цанцю немедленно получил уведомление от Ли Хэна, в котором сообщалось, что заявка, которая должна была гарантированно выиграть, была провалена столь унизительным образом. Это был мощнейший удар по его самолюбию и репутации.

«Xiangyue» до сегодняшнего дня не вмешивалась в этот проект, предоставив Ли Цанцю максимум уважения и полную свободу действий. Однако, когда появились новости об инциденте, Сян Минчжан лично прибыл в «Yisi», явно намереваясь вмешаться в исход дела. Его предыдущее замечание о «жертвовании пешкой ради спасения короля» было завуалированным предупреждением.

Выражение лица Ли Цанцю стало мрачным, и он тяжело вздохнул. Чтобы заключить эту сделку, он положился на своего верного помощника, с которым работал уже много лет. Однако эта ошибка была настолько вопиющей и абсурдной, что места для маневра не осталось. Он не мог никого защитить. «Xiangyue» была основным владельцем акций «Yisi», и он больше не мог диктовать свои условия за столом переговоров. Если он назначит слишком мягкое наказание, это только усилит впечатление, что он намеренно «покрывает подчиненных.

– В любом случае, Чжай Фэн и Чу Чжичэнь, как лица непосредственно взаимодействовавшие с компьютером и тендерной документацией, несут основную ответственность. В равной степени виноваты и те, кто не осуществил за ними должный контроль, – произнес Ли Цанцю.

Сян Минчжан на мгновение задумался, прежде чем спросить:

– Каковы ваши рекомендации, мистер Ли?

– Мы должны действовать согласно регламенту и официальным процедурам, – мудро ответил Ли Цанцю. – Я все еще в отпуске, поэтому с моей стороны было бы неуместно вмешиваться. Пусть господин Сян примет решение.

Сян Минчжан не стал возражать, заявив:

– Тогда позвольте мне заняться этим. Директор – руководит отделом продаж, а два менеджера – опытные сотрудники бизнес-отдела. Они временно отстраняются от работы, отдел кадров обсудит их дальнейшую судьбу на совещании.

Специалист отдела кадров, который все это время не вмешивался в разговор, получив рекомендации, быстро кивнул.

– Что же касается руководителя группы Чжай, – продолжил Сян Минчжан. – Насколько я понимаю, он работает в «Yisi» уже более десяти лет, и как опытный сотрудник, он не должен был допустить такой фатальной ошибки.

Эти слова Сян Минчжана допускали некоторую свободу действий, а не прямое наказание Чжай Фэна. Понимая это, Чжай Фэн глубоко вздохнул и произнес:

– Я готов взять на себя всю ответственность и подать в отставку.

Оставался только один человек.

Взгляд Сян Минчжана встретился с взглядом Чу Чжичэня. Он вспомнил яркое и оживленное выражение лица Чу Чжичэня, когда вчера вечером они вместе спускались в лифте. Он был полон жизни, это так разительно отличалось от того, что он видел в этот момент. Мгновение они смотрели друг другу в глаза, а после Сян Минчжан легко произнес:

– А Чу Чжичэня следует уволить.

Закончив с ним, Сян Минчжан занялся другими делами. Прошептав несколько слов Ли Цанцю, он встал, чтобы уйти. Чу Чжичэнь стоял возле двери, и Сян Минчжан шаг за шагом приближался к нему. Когда он проходил мимо, слабый аромат лосьона после бритья достиг носа Чу Чжичэня, и на мгновение его разум опустел.

Секунду спустя Сян Минчжан уже ушел.

Ли Цанцю похлопал Чу Чжичэня по плечу и тихо утешил его:

– Не то чтобы я не хотел тебе помочь, но, как ты сам видел, дядя ничего не мог сделать.

Чу Чжичэнь не нуждался в утешении. Он повернулся и вышел из конференц-зала. Он не чувствовал себя подавленным, скорее, был разочарован тем, что «Yisi» упустила этот проект. Однако он не стал зацикливаться на внутренних терзаниях, поскольку считал, что вопрос еще далек от разрешения.

Следуя установленной процедуре увольнения, Чжай Фэн сдал служебный пропуск, а затем вернулся на свое место, чтобы написать заявление на увольнение.

Вещи Чу Чжичэня находились на девятом этаже «Xiangyue». Он вышел из отдела продаж «Yisi» и направился к залу, где была выставлена каллиграфия и живопись.

Он решил в последний раз полюбоваться на отрывок из «Почжэньцзы»: «Опьянев, беру свой меч при свете фонаря. Эхо труб, как сон, разносится по лагерю…» Штрихи были полны скрытого негодования, но по мере того, как Чу Чжичэнь вчитывался в каллиграфию, его разум становился все спокойнее и собраннее.

Кто это сделал?

И кому это принесло выгоду?

Поскольку посторонние не могли получить доступ к документам, это должен был сделать кто-то из команды проекта. Раннее он промолчал. Но кроме него к коробке с тендерной документацией прикасался только один человек.

Чжай Фэн.

Чжай Фэн был последним, кто уходил вчера вечером, и у него была возможность подменить заявку.

Чжай Фэн был тем, кто свободно пользовался компьютером.

Чу Чжичэнь считал, что сохранности тендерной документации уделялось слишком мало времени, поэтому он был осторожен. Единственным человеком, которому он безоговорочно доверял, был Чжай Фэн. В тот день в выставочном зале Чжай Фэн удрученно признался: «У меня низкая должность, и я не вхожу в круг руководства».

Таким образом, единственным, кто не попал под непосредственное руководство Ли Цанцю, действительно был Чжай Фэн.

Было ли его чрезмерное волнение перед началом торгов вызвано давлением или чувством вины?

Чу Чжичэнь теперь все ясно видел, но, даже хорошенько подумав над этим, он не мог найти причину для действий Чжай Фэна. Зачем было разрушать собственное будущее, когда можно было использовать эту возможность для продвижения по службе? Если это было спланировано заранее, то зачем ему нужно было заботиться о Чу Чжичэне в последние несколько дней.

Чу Чжичэнь вернулся в отдел продаж только для того, чтобы обнаружить, что Чжай Фэн уже ушел, оставив заявление об увольнении. Он поспешно бросился к лифту, чтобы перехватить его у выхода из здания. Чжай Фэн, стоя в тени дерева, разговаривал по видеосвязи.

Когда же он увидел Чу Чжичэня, то даже не пытался сбежать от него. Прикрыв рукой микрофон, он одними губами произнес: «Подожди минутку».

Стоя в двух метрах от него, Чу Чжичэнь мельком увидел маленькую девочку на экране телефона. Она выглядела старше, чем он себе представлял.

– Я сегодня еще не обедал, – тихо произнес Чжай Фэн. – Поскольку папа сегодня в отпуске, я заберу тебя из школы после обеда.

– Тогда отведи меня купить новый портфель, – ответила девочка.

– Нет проблем, мы купим самый большой, – согласился Чжай Фэн.

Но девочка возрзила:

– Нет, давай купим самый красивый, и я возьму его, когда мы поедем к маме.

Чжай Фэн улыбнулся и сказал:

– Хорошо Доу-Доу. А теперь верни телефон учителю и усердно учись.

Чу Чжичэнь не слышал подавленности в словах Чжай Фэна. Это было странно, особенно после того, как он взял вину на себя и написал заявление на увольнение. Вместо этого в них звучало глубокое облегчение. Видеозвонок закончился звонким, беззаботным смехом маленькой девочки, а затем воцарилась тишина, нарушаемая лишь пением птиц в кронах деревьев.

Чжай Фэн опустил глаза, избегая взгляда Чу Чжичэня.

Чу Чжичэнь с трудом сглотнул и спросил:

– До конца учебного года осталось всего несколько месяцев, а ты вдруг покупаешь дочери новый портфель?

Чжай Фэн был слегка озадачен, не ожидая такого вопроса:

– Ну, в следующем году он ей все равно понадобится.

– Логично, – сказал Чу Чжичэнь. – В каком классе учится Доу-Доу?

– В шестом.

– Выходит, этим летом она закончит начальную школу и пойдет в среднюю, – принялся вслух размышлять Чу Чжичэнь. – Вы уже определились со школой?

– В прошлом году ее мать перевели на работу в Шэньчжэнь, и она присматривает школу там. Я планирую отвезти Доу-Доу туда.

– А что насчет тебя? Ты тоже едешь в Шэньчжэнь? – обеспокоенно спросил Чу Чжичэнь.

Чжай Фэн помолчал, прежде чем ответить:

– Я никуда не спешу. Буду искать работу там.

– Что ж, в таком случае написать «По собственному» выгоднее, чем быть уволенным, – многозначительно сказал Чу Чжичэнь.

– Мне жаль, – рефлекторно ответил Чжай Фэн.

Чу Чжичэнь тут же спросил:

– Почему ты извиняешься? Ты допустил ошибку и понес наказание. Почему извиняешься передо мной?

Чжай Фэн внезапно вскинул голову, долго колебался и, наконец, опустил плечи. Подойдя на шаг ближе, Чу Чжичэнь сквозь стиснутые зубы выдавил из себя:

– Ответь на последний вопрос. Это же международная частная школа?

– Как ты узнал?.. – неуверенно воскликнул Чжай Фэн.

– Это был ты, – теперь все подозрения Чу Чжичэня подтвердились.

Он все понял. Шестой класс, вступительный экзамен в среднюю школу, частную среднюю школу со строгими критериями отбора, рекомендательное письмо, лежащее на чайном столике в квартире Сян Минджана...

Оказывается, за Чжай Фэном все это время стоял кукловод. Он был пешкой Сян Минчжана. Все случившееся сегодня было организовано Сян Минчжаном.

Предложение Чжай Фэна доверить Чу Чжичэню ведение тендерной документации, вероятно, тоже было частью плана. Доброта, проявленная в этот период, была всего лишь прелюдией к тому, чтобы сегодня утянуть его за собой.

Так какой смысл извиняться?!

Кипя от злости и негодования, Чу Чжичэнь оставил Чжай Фэна и вернулся в офисное здание, а именно в отдел продаж на девятом этаже. Весть о его увольнении уже распространилась, и все коллеги смотрели на него. Он знал, что они будут смотреть на него, поэтому он не хотел доставлять им удовольствия видеть его разъяренным.

Чу Чжичэнь направился прямиком в кабинет президента, но помощница Гуань ловко преградила ему путь.

– Я хочу видеть Сян Минчжана, – произнес Чу Чжичэнь.

– Господина Сян нет на месте, – ответила помощница.

– И куда он делся? Мне нужно его увидеть, – настаивал Чу Чжичэнь.

– Господин Сян уехал на несколько дней в командировку, – любезно сообщила помощница Гуань. – Вероятно, он уже на полпути к аэропорту.

Чу Чжичэнь выбежал из здания и поймал такси до аэропорта. Сев в машину, он почувствовал, как энергия покидает его тело.

Какой замечательный ход, заранее спланированным этим волком в овечьей шкуре!

О чём думал Сян Минчжан прошлым вечером в лифте, когда спрашивал о проекте? Он предвкушал сегодняшнее представление или насмехался над Чу Чжичэнем за то, что его держали в неведении и манипулировали? Когда он объявлял о его увольнении, ему было все равно или он ликовал внутри?! В этот момент Чу Чжичэнь почувствовал, как внутри все сжалось.

Прибыв в аэропорт, он вышел из машины и бросился к посадочным терминалам.

Современный вестибюль аэропорта был ему совершенно незнаком, объявления эхом разносились по воздуху, пока он бегал взад и вперед под пристальные взгляды толпы. Им двигало чистое отчаяние, сердце бешено колотилось в груди. Чу Чжичэнь лихорадочно искал Сян Минчжана, отказываясь сдаваться, пока в конец не обессилел.

Внезапно откуда-то выехала моечная машина, резко повернув прямо в сторону Чу Чжичэня. Не понимая, что такое на него несется, он уже не успевал отреагировать и отскочить с ее пути. Беспомощный, он стоял перед лицом неминуемого столкновения, его чувства притупились, а страх отступил. Но в последний момент какая-то мощная сила резко отбросила его с пути машины.

Пошатнувшись, он сделал шаг назад и врезался в чью-то твердую грудь.

Обернувшись, Чу Чжичэнь оказался лицом к лицу с Сян Минчжаном. Его глаза были холодными, а выражение лица непроницаемым. Большие руки крепко сжали Чу Чжичэня, когда Сян Минчжан пристально посмотрел на него и спросил:

– Не пострадал?

http://bllate.org/book/13805/1218500