Готовый перевод Stealing The Wind But Not The Moon / Крадя ветер, но не луну: Глава 8. Значит, я могу быть твоим водителем, а ты не можешь прислуживать?

Чу Чжичэнь несколько раз внимательно прочитал документ, тщательно изучая имеющуюся в Интернете информацию. Этот проект был сосредоточен на интеграции корпоративных приложений. Клиент, крупная фармацевтическая компания, хотел интегрировать различные системы, такие как управление ресурсами заказчиков, страхование и выставление счетов. Аспект интеграции был более сложным, чем создание единой системы. На рынке было не так много подобных примеров, что затрудняло поиск соответствующих ссылок. Однако успешное осуществление этого проекта имело огромный потенциал. Благодаря пилотному внедрению и расширению охвата компания могла бы повысить свою конкурентоспособность.

Чу Чжичэнь задумался над этим. Он знал, что «Yisi» обладала обширным опытом работы в фармацевтической промышленности и прочной технической базой. Однако потеря компанией в последние годы постоянных клиентов указывала на проблемы в работе.

Всю ночь он был погружен в написание текстов и набросков. На рассвете раздался звуковой сигнал телефона, вернувший его к реальности.

Сян Минчжан прислал сообщение, в котором спрашивал: [Что за суп ты привез?]

Было всего половина шестого утра, и Чу Чжичэнь не мог пойти и спросить домработницу Сю. Он удивился, почему Сян Минчжан интересуется этим супом. Неужели он проснулся так рано, только чтобы узнать его рецепт?

Немного посомневавшись, Чу Чжичэнь ответил: [Если тебе понравилось, я могу принести его еще раз.]

Сян Минчжан, только что принявший душ, с мокрыми от холодной воды волосами, прочитал ответ. Его красивое лицо было полно гнева, кипящая внутри ярость разгорелась с новой силой.

Слова обожгли, как кислота.

Это подорвало его терпение и доброжелательность.

Он сжал руку в кулак. И его глаза вспыхнули гневом.

Затем он позвонил и забронировал в клубе скалодром, намереваясь выплеснуть скопившуюся за ночь энергию.

Чу Чжичэнь немного подождал ответа, вертя телефон в руках, но, почувствовав, что его клонит в сон. Он решил просто его выключить и лечь спать.

На следующее утро Чу Чжичэнь прибыл в компанию на полчаса раньше. Он подготовил отчет о встрече, состоявшейся на прошлой неделе, но не смог получить доступ к внутренней системе, поэтому ему пришлось распечатать его и передать Пэн Синю.

– Ты это сделал? – Пэн Синь был немного удивлен. В конце концов, Чу Чжичэнь был приглашен на встречу совершенно спонтанно, и от него требовалось только выполнять роль переводчика.

– Хотя мне и поручили это в последнюю минуту, лучше довести дело до конца, – ответил Чу Чжичэнь.

Пэн Синь открыл отчет, изначально планируя бегло просмотреть его. Однако, углубившись, он не смог удержаться и внимательно прочитал его. Отчет был подробным и лаконичным. То, что он был подробным, указывало на скрупулезность человека, который его составил, а лаконичность – на мастерство в составлении отчетов.

Любопытство взяло верх, и Пэн Синь спросил:

– Ты уже писал отчеты раньше?

Опасаясь углубляться в тему, Чу Чжичэнь просто кивнул.

После отправки отчета, Чу Чжичэнь временно покинул отдел продаж.

Пережив быстрый период роста, «Xiangyue» продолжала стабильно развиваться. Во время первоначального строительства парка для офисного здания было зарезервировано достаточно места. Несколько этажей были спроектированы с учетом различных функций, что позволяло адаптировать их использование. К этому моменту «Yisi» и «Xiangyue» практически завершили интеграцию, и отдел продаж был первым, кто переехал сюда, чтобы способствовать консолидации бизнеса.

Чу Чжичэнь поднялся на лифте на двенадцатый этаж. Хотя рабочее оборудование было уже в основном установлено, люди все еще находились в процессе обустройства. Он предложил свою помощь и воспользовался возможностью познакомиться с сотрудниками «Yisi».

Основные члены команды, которые работали над данным проектом, уже прибыли и даже успели провести небольшое совещание. Руководителем проекта был назначен директор по продажам из «Yisi», а два менеджера курировали предпродажные консультации. Руководитель отдела продаж и несколько старших специалистов по планированию отвечали за продажи.

Из головного офиса «Xiangyue» уже было передано сообщение, что Чу Чжичэнь присоединится к команде, и, хотя все выглядели недовольными, они решили промолчать. По их мнению, этот «молодой босс» казался невежественным, и его привлечение только усложнило бы ситуацию.

Более того, теперь, когда Чу Чжичэнь больше не владел никакими акциями и не обладал реальной властью, его прежний титул «сын Чу Чжэ» больше не имел никакой сентиментальной ценности.

Новый император назначает новых министров, так было всегда. И недовольство членов команды было ощутимым, оно напоминало медленно тлеющий огонь, готовый в любой момент вспыхнуть с новой силой. Придворные с мрачными лицами перешептывались между собой.

По мере того как Чу Чжичэнь осматривался, атмосфера вокруг него становилась все более напряженной. Казалось, почти все избегали его, как горячей картофелины, боясь, что его вмешательство приведет к неприятностям.

Повисла долгая тишина.

– Почему бы вам не пройти со мной? Я покажу вам вашу рабочую зону, – внезапно сказал руководитель отдела продаж.

Чу Чжичэнь оглянулся на руководителя отдела продаж, которого звали Чжай Фэн. Чжай Фэн отличался мягким и добросердечным характером, интеллигентностью и дружелюбием. Чу Чжичэнь одобрительно кивнул, выражая ему свою благодарность.

Во время обсуждения проекта они говорили о предстоящем совещании по продвижению, коротком цикле торгов, сжатых сроках и большой рабочей нагрузке. Чжай Фэн, стремясь поднять моральный дух Чу Чжичэню, подбодрил его:

– Все одинаково. У нас мало времени, но и конкурентов не много. Не торопитесь, продвигайтесь шаг за шагом.

Чу Чжичэнь тщательно изучил две конкурирующие компании, одна из которых была иностранной, а другая – «Du Heng».

Вспомнив, что у Ли Цанцю был сын по имени Ли Хэн, Чу Чжичэнь поднял голову и спросил:

– «Du Heng» это...

– Да, это компания Ли Хэна, – слабо улыбнулся руководитель отдела продаж. – Неважно, в бизнесе нет семейных уз. Господин Ли всегда проводит четкую грань между личными и профессиональными делами. Он высоко ценит этот проект и неоднократно подчеркивал важность того, чтобы сделать все возможное для его победы.

Чу Чжичэнь не ожидал такого и, немного поразмыслив, произнес:

– Господин Ли, должно быть, находится в трудном положении.

– Господин Ли, безусловно, заинтересован в победе «Yisi», – ответил Чжай Фэн. Будучи давним сотрудником компании, он был осведомлен о положении семьи Чу. – Возможно, Ли Хэн тоже. Он и Шихуэй – пара, вскоре ваши семьи будут связаны.

Чу Чжичэнь был слегка озадачен. Значит Чу Шихуэй и Ли Хэн встречаются.

– Есть еще вопросы? Мы можем обменяться идеями, – в этот момент спросил Чжай Фэн. Лицо Чу Чжичэня ничего не выражало, и он не мог понять, о чем тот думает.

– Раз уж господин Ли так серьёзно относится к этому проекту. Придёт ли он, чтобы проконтролировать его?

Руководитель отдела продаж покачал головой:

– Господин Ли в отпуске и не будет участвовать в этом проекте.

После встречи Чу Чжичэнь в одиночестве направился в выставочный зал каллиграфии и живописи, находящийся в западном здании. Он прогуливался с двумя чашками кофе в руках. Зал напоминал небольшую художественную галерею, в которой были выставлены только работы сотрудников компании.

Вскоре, как и планировал Чу Чжичэнь, сюда прибыл Чжай Фэн:

– Чу...

Чу Чжичэнь протянул Чжай Фэну одну из чашек кофе и сказал:

– Руководитель группы Чжай, называйте меня просто по имени.

Чжай Фэн проработал в «Yisi» более десяти лет и обладал сильной деловой хваткой. Однако, по сравнению с другими сотрудниками его уровня, его коммуникативные навыки были слабее. Он не умел ходить вокруг да около, поэтому просто сказал:

– Если у вас возникнут какие-либо вопросы или вам понадобится помощь, не стесняйтесь спрашивать. Я помогу вам во всем быстро разобраться.

– Каковы у «Yisi» шансы на победу? – прямо спросил Чу Чжичэнь.

Чжай Фэн был на мгновение ошеломлен. Непрофессионалу были бы интересны поверхностные детали, но Чу Чжичэня интересовал исход. Это был типичный образ мышления дальновидного лидера.

– Еще слишком рано говорить об этом, – ответил Чжай Фэн. – Но я уверен в способностях нашей команды. Директор и другие сотрудники участвовали во многих битвах и успешно выигрывали крупные контракты.

– Вы, должно быть, тоже исключительный человек, – высказал шутливое предположение Чу Чжичэнь.

Чжай Фэн улыбнулся, и в выражении его лица промелькнул намек на одиночество.

– Я бы не осмелился так сказать. У меня низкая должность, и я не вхожу в круг руководства. Я просто выполняю приказы.

Эти двое продолжили свой разговор, прогуливаясь по залу. Чу Чжичэнь заранее подготовился, и теперь задавал подробные вопросы и обсуждал различные идеи. Чжай Фэн понял, что Чу Чжичэнь обладает ценными навыками, и тоже поделился с ним некоторыми своими идеями.

Время для них пролетело незаметно. Они опомнились, только когда внезапно зазвонил телефон Чжай Фэна. На заставке появилась фотография очаровательной маленькой девочки.

– Ваша дочь? – спросил Чу Чжичэнь.

– Да, – радостно ответил Чжай Фэн. – Она учится в начальной школе и очень любопытна. Всегда спрашивает, что я ел на обед.

На этом Чу Чжичэнь попрощался и шутливо заметил:

– Столовая в «Xiangyue» просто отличная. Вам стоит туда сходить. Не позволяйте дочке беспокоиться о том, что её отец голодает.

После ухода Чжай Фэна выставочный зал постепенно опустел. Чу Чжичэнь на некоторое время погрузился в тишину. Отвлекшись от каллиграфии и картин, он продолжал бродить по залу, пока не наткнулся на особое произведение. Смелые каллиграфические штрихи, написанные с невероятной энергией, копировали отрывок из «Почжэньцзы»* Синь Цицзи*.

* Это стихотворение в жанре цы было написано Синь Цицзи своему хорошему другу Чэнь Ляну. В нём он выражает свои идеалы о служении стране, разгроме врага и возвращении утраченных территорий, а также скорби по неисполненным амбициям. Правила формы Цы: это двухтональное стихотворение из 62 иероглифов с пятью строками в каждой из верхней и нижней частей и тремя плоскими рифмами

*китайский военный деятель и поэт времён империи Южная Сун.

Чу Чжичэнь всегда восхищался ровным почерком, его красотой и изяществом, на которые стоило обратить внимание, поэтому он не мог удержаться и некоторое время читал представленную каллиграфию. Чем больше он читал, тем сильнее ощущал неописуемое негодование, сквозившее в каждом штрихе. Иероглифы, казалось, корчились от боли, их линии говорили о несправедливости и угнетении в этом неспокойном мире. Из любопытства он поискал подпись. Там было три иероглифа: Сян Минчжан*.

*напомню, имя Сян Минчжана на китайском пишется как项明章

Чу Чжичэнь неожиданно улыбнулся, отметив это совпадение. Указательным пальцем он дважды через стекло легонько постучал по подписи «Сян Минчжан».

Вернувшись в отдел продаж, Чу Чжичэнь заметил, что все его коллеги ушли на обед. Он вымыл руки и запер информацию о проекте в ящик стола.

Подняв глаза, он увидел, что кто-то входит.

Сян Минчжан все утро просидел в компьютерном зале на первом этаже, и теперь, после обеда, не собираясь никуда выходить, снял костюм, ослабил галстук, закатал манжеты рубашки и держал в одной руке коробку с бутербродами.

Мысли Чу Чжичэня по-прежнему были сосредоточены на событиях той ночи, на том, чтобы «отпустить прошлое». Он решил проявить инициативу и поприветствовать Сян Минчжана:

– Господин Сян.

Воспоминание о той тарелке супа не давало Сян Минчжану покоя. Он не мог понять, как у этого человека хватило наглости притворяться невежественным. С ничего не выражающим лицом он просто сказал:

– Следуй за мной.

Чу Чжичэнь последовал за ним в кабинет генерального директора и плотно закрыл дверь. Его мысли были заняты серьёзными делами, и он планировал обсудить работу во время обеденного перерыва, когда вокруг было меньше людей. Когда Сян Минчжан устроился на диване, Чу Чжичэнь произнес:

– Сегодня утром у меня была встреча с проектной командой «Yisi».

Сян Минчжан выдавил немного дезинфицирующего средства для рук на ладони, но промолчал.

– На этот раз одним из наших конкурентов является «Du Heng». Ли Цанцю взял отпуск, чтобы избежать подозрений в фаворитизме, – сразу перешел к делу Чу Чжичэнь.

Сян Минчжан открыл коробку, взял бутерброд и откусил.

– Я полагаю, что Ли Цанцю искренне рассматривает победу с этим проектом, как демонстрацию верности «Xiangyue». Если он проиграет собственному сыну, его репутация не только будет унижена, но и неизбежно он будет объявлен предателем, – продолжил Чу Чжичэнь.

Сян Минчжан молча жевал, не проявляя никаких признаков реакции.

– Таким образом, ответственным лицом должен быть тот, кому Ли Цанцю доверяет, – произнес Чу Чжичэнь. – Директор был его правой рукой в течение многих лет, поэтому он должен быть очень компетентным, – после изложения своего анализа сложившейся ситуации, Чу Чжичэнь в заключении спросил. – У вас есть какие-либо вопросы?

Сян Минчжан, все еще занятый делами даже в обеденный перерыв, почувствовал, что у него начинает болеть желудок.

– Давай обсудим это после брифинга. К чему эти ежедневные отчеты. Думаешь, ты в школе, где надо сдавать домашнее задание?

– Тогда зачем вы позвали меня сюда? – почувствовав себя нелепо, спросил Чу Чжичэнь.

Сян Минчжан качнул подбородком в сторону декоративного шкафчика, где стоял бумажный пакет.

– Я хочу, чтобы ты принес мне термос, – произнес он.

– Наслаждайтесь обедом. Я пойду, – повернувшись, чтобы взять его, ответил Чу Чжичэнь.

– Я еще не давал тебе разрешения уйти, – остановил его Сян Минчжан.

Чу Чжичэнь не мог до конца понять. Сян Минчжан намеренно достает его, пытаясь усложнить ему жизнь? Хотя они и поссорились в тот вечер, разве они не перевернули эту страницу?

– Что-то еще? – сохраняя терпение, спросил он.

Сян Минчжан проглотил последний кусочек своего бутерброда. Посчитав, что копчёная говядина была суховата, а сыр слишком жирным, он сказал:

– Я хочу пить. Очисти для меня яблоко.

– Считаете меня слугой? – нахмурившись, возразил Чу Чжичэнь.

– Значит, я могу быть твоим водителем и подвозить тебя до дома, а молодой господин Чу не может почистить для меня яблоко? – ответил Сян Минчжан.

Чу Чжичэнь понял: Сян Минчжан хотел немного отомстить. В конце концов, он был родом из двадцатого века, и к нему стоило быть снисходительнее, как если бы он являлся младшим членом его семьи. В конце концов, любовь к своим потомкам и внукам имела самое большое значение.

Чу Чжичэнь устроился рядом с Сян Минчжаном и взял большое яблоко с хрустальной тарелки. Размышляя, он почувствовал необходимость похвалить Сян Минчжана:

– Я обратил внимание на вашу каллиграфию в выставочном зале, и она впечатляет.

– У меня отлично получается уставное письмо, – ответил Сян Минчжан.

*Китайский обычный стиль (楷書/kǎishū) кайшу или «уставное письмо». Самый распространённый современный стиль китайской каллиграфии, который характеризуется стандартностью, чёткостью и строгостью. В этом стиле каждый иероглиф пишется в строгом порядке черт, помещаясь в условный квадрат, и черты имеют разную толщину. Обычный стиль является наиболее часто используемым стилем китайской каллиграфии как для официального, так и для неофициального письма. Это также наиболее широко распространенный стиль каллиграфии, который считается основой для всех других стилей китайской каллиграфии.

Из любопытства Чу Чжичэнь поинтересовался:

– Сколько лет вы практикуетесь?

– С пятилетнего возраста. Тем, кто хорошо разбирается в каллиграфии, обычный стиль кажется сложным. – Сян Минчжан процитировал слова Оуян Сю. Затем он вспомнил почерк самого Чу Чжичэня, который видел в его блокноте и не удержался от вопроса. – А как насчет тебя? Когда-нибудь практиковался в каллиграфии?

Чу Чжичэнь поднял взгляд, прищурился и ответил:

– Я практикуюсь с более мелкими иероглифами. В конце концов, «обычный стиль кажется сложным».

Сян Минчжан издал легкий смешок и откинулся на мягкую спинку дивана.

Звук, с которым лезвие ножа скользило по яблочной кожуре, был мягким, как скрежет песка по стеклу. Время от времени раздавались резкие щелчки, когда нож входил в сердцевину яблока. Сян Минчжан не мог видеть, как продвигается работа, но он мог наблюдать за слегка сгорбленной спиной и узкой талией Чу Чжичэня, когда тот работал. Мышцы на его руках напрягались и расслаблялись, когда он орудовал ножом, а его сосредоточенность была очевидна по сжатию челюсти.

Каждый вечер Чу Чжичэнь старательно расправлял свой костюм, чтобы на следующий день на нем не было складок. Всю ночь в его комнате были зажжены благовония, отчего от его одежды исходил их слабый аромат. Сян Минчжан принюхался и, казалось, уловил какой-то тонкий приятный запах.

Опустив голову, Чу Чжичэнь был занят черной работой по очистке яблок. Это дело было для него в новинку. Он осторожно обращался с ножом, используя разную глубину, чтобы случайно не порезать пальцы. Его движения были медленными и обдуманными. По прошествии значительного времени Чу Чжичэнь повернулся с очищенным яблоком в руке и обнаружил, что Сян Минчжан заснул.

Благодаря этому необычному инциденту с волшебным супом, произошедшим прошлой ночью, Сян Минчжан спал беспокойно. Кроме того, его энергия была истощена целым днем скалолазания, а сегодня с самого раннего утра он был невероятно занят, не имея ни минуты свободного времени. Уловив тонкий аромат благовоний, исходящий от тела Чу Чжичэня, Сян Минчжан быстро расслабился и погрузился в мирный сон.

Чу Чжичэнь посмотрел на спящего Сян Минчжана, казалось, резкие черты его лица слегка смягчились, морщинки на лбу разгладились, а уголки рта приподнялись в легкой улыбке. Его взгляд больше не придавал лицу холодное и расчетливое выражение, вместо этого на нем читалась теплота и нежность, которые редко можно было увидеть.

Однако вопрос, что делать с яблоком, оставался открытым. Должен ли Чу Чжичэнь оставить его на тарелке и дать ему окислиться, или лучше будет съесть самому в качестве небольшого перекуса?

Чу Чжичэнь рассудил, что последний вариант имеет больше смысла, и откусил кусочек.

Хрустящий звук вывел Сян Минчжана из состояния дремы. Хотя он все еще пребывал в полусонном состоянии, он не забыл выказать свое недовольство:

– Кто дал тебе разрешение есть его? Очисти еще одно.

Чу Чжичэнь, желая отклонить эту просьбу, воспользовался новой для себя фразой, которую услышал от Цянь Хуа. К сожалению, он не смог вспомнить ее в точности.

– Вы действительно чрезвычайно утонченный эгоист, – пошутил он.

Сян Минчжан вздохнул и потер лоб, а затем сдался:

– Ладно, иди и наслаждайся своим яблоком, а я еще немного вздремну.

http://bllate.org/book/13805/1218498