Готовый перевод Stealing The Wind But Not The Moon / Крадя ветер, но не луну: Глава 3. Он был телефонным зомби в течение трех дней

На второй день после того, как Шэнь Жочжэнь очнулся, семья Чу перевела его в другую больницу, прежде чем он успел пройти детальное обследование.

Его поместили в высококлассную частную больницу с более просторной палатой, более качественным медицинским обслуживанием, более уединенной обстановкой и практически полным отсутствием других пациентов на том же этаже.

Скука не беспокоила Шэнь Жочжэня, и у него не было никаких дополнительных потребностей. Все, чего он желал, это газеты, и чем больше газет от разных издательств, тем лучше. Он жаждал всевозможной информации: о международных отношениях, экономическом развитии, промышленных технологиях, жизни людей и образовании. Всякий раз, просыпаясь, он брался за газету, погружался в чтение новостей.

Шэнь Жочжэнь удивлялся колоссальным переменам, охватившим мир. Беспокойство, которое в первые дни охватило его, постепенно сменилось чувством радости.

Госпожа Чу также была удивлена ​​тем, что ее сын, ранее ничем не интересующийся, начал читать книги и газеты.

– Сяо Чэнь, ты не устал? – однажды не удержавшись, спросила она.

Шэнь Жочжэнь, еще не привыкший к такому обращению, немного с опозданием поднял глаза и ответил:

– Я не устал, – затем он на какое-то время замолчал. Он не мог называть ее «матерью» или притворяться близким человеком, поэтому добавил. – Твое платье сегодня выглядит очень мило.

Госпожа Чу сияла от радости, ее глаза, казалось, наполнились слезами. Она задержалась у кровати, надеясь, что ее «сын» вступит в разговор, несмотря на потерю памяти.

Шэнь Жочжэнь свернул газету. Как говорится, «чем больше говоришь, тем больше ошибок совершаешь», поэтому он решил заранее обезопасить себя:

– Я многого не помню и многого не знаю, а некоторые обыденные вещи для меня остаются загадкой.

– Не переживай. В прошлом ты был довольно невежественным и не обладал обширными знаниями, – попыталась утешить его госпожа Чу.

– Правда? – Шэнь Жочжэнь был ошеломлен.

– К счастью, твоя сестра преуспевает в учебе и имеет хорошие оценки, иначе мне было бы неловко общаться с другими женщинами из нашего круга.

Шэнь Жочжэнь молчал.

Во время их разговора он не мог не вспомнить о своей матери. Она происходила из влиятельной семьи и была его первым учителем. Ее руководство было строгим, но любящим, и, в отличие от его отца, она возлагала на него большие надежды.

С другой стороны, госпожа Чу воплощала собой архетип «заботливой матери». Она ничего не требовала от Чу Чжичэня и принимала его безоговорочно. Она никогда не задумывалась о последствиях, если однажды произойдет что-то необратимое.

Шэнь Жочжэнь обдумывал свое затруднительное положение. Жить как «Чу Чжичэнь» казалось бесчестным. Если бы он просто наслаждался привилегиями, не выполняя своих обязанностей, разве он не был бы полным злодеем?

Как сын и старший брат, как взрослый мужчина, он должен был делать то, что от него ожидали, и взять на себя ответственность за Чу Чжичэня.

Он хорошо помнил слова незнакомца, которого увидел в тот день, когда очнулся:

«Бесполезно притворяться, что у тебя амнезия после такого большого происшествия».

Шэнь Жочжэнь не мог избавиться от подозрения, что Чу Чжичэнь каким-то образом был в этом замешан. Хотя последние несколько дней были спокойными и мирными, он не знал, было ли это дело решено должным образом. И затронет ли это его близких.

Воспользовавшись возможностью, Шэнь Жочжэнь попытался осторожно расспросить об инциденте госпожу Чу. Опасаясь расстроить его, она преуменьшила серьезность, но заверила, что дядя Ли с этим разберется.

Позже Шэнь Жочжэнь узнал от Чу Шихуэй, что это был взрыв яхты. И его перевод в эту больницу был из-за большого количества пострадавших. Его родственники беспокоились, что в предыдущей больнице из-за него могут возникнуть проблемы. Что же касается последующего лечения и процедур, Чу Шихуэй не была полностью уверена. Она упомянула, что дядя Ли обо всем позаботится.

Шэнь Жочжэнь внимательно наблюдал и обнаружил, что истинной силой семьи Чу был Ли Цзанцю. Именно он принимал решения по официальным вопросам «Yisi» и занимался последствиями взрыва. Он не спрашивал мнения госпожи Чу, просто сообщая ей, когда все было решено.

Госпожа Чу не возражала, явно привыкнув к этому.

День ото дня ​​здоровье Шэнь Жочжэня улучшалось, и вместе с этим увеличивалось время, проведенное за разговорами с госпожой Чу. Хотя он редко говорил, он был внимательным слушателем. Воспользовавшись этой возможностью, он ознакомился с некоторыми особенностями семьи Чу и компании.

«Yisi» занималась технологиями. Это было то, что Шэнь Жочжэнь с трудом понимал. Компьютерное программное обеспечение, оборудование и разработка систем были для него чуждыми понятиями, но он молча впитывал каждое слово, запоминая их.

Госпожа Чу сохранила несколько фотографий, чтобы Шэнь Жочжэнь мог их просмотреть, это помогло ему идентифицировать различных людей, таких как домработница, водитель, близкие родственники и даже топ-менеджеры компании.

Любого, кто навещал его в больнице, Шэнь Жочжэнь мог вспомнить, пусть даже видел этого человека всего один раз. Госпожа Чу была приятно удивлена его улучшившейся памятью.

– Как так получилось, что ты не помнишь прошлого, зато точно помнишь настоящее? Это как в поговорке: «Если солнце не встанет на востоке, то оно встанет на западе».

Шэнь Жочжэнь выучил всех людей, которых видел на фотографиях, исключение составлял только один:

– Кем был тот мужчина, которого я увидел первым, когда пришел в себя?

– О, его зовут Сян Минчжан, – ответила госпожа Чу. – У него деловые связи с нами. Мы называем его просто «Минчжан», и он занимает высокую должность.

Шэнь Жочжэнь молча повторил это имя про себя.

– Он родственник или друг?

– Семью Сян трудно заполучить в родственники, – ответила Госпожа Чу. – Они друзья. Мы дружим с ними еще со времен твоих бабушки и дедушки. Жаль, что твой отец рано ушел из жизни, и процветающей семьи Чу больше не существует.

Шэнь Жочжэнь вспомнил высокомерное поведение Сян Минчжана и произнес:

– Похоже, что отношения между нашими семьями стали не такими уж теплыми.

– Все не так плохо, – отмахнулась госпожа Чу. – Хотя в последние годы у нас было меньше контактов. Цена, которую Сян Минчжан предложил за покупку «Yisi», довольно хороша, а это лучше, чем что-либо еще показывает глубину наших отношений.

Именно в этот момент Шэнь Жочжэнь узнал, что акции Чу Чжичэня и госпожи Чу были проданы. Другими словами, компания, основанная его отцом, больше не принадлежала семье Чу.

Он не мог этого понять.

Семья Шэнь в период Гуансюй* основала банк. На улице Цзянся в Нинбо было более тридцати компаний, и семье Шэнь принадлежало 12 из них. Когда в страну хлынул иностранный капитал, его отец, Шэнь Цзожунь, выступил за реформы и отправился в Шанхай, чтобы открыть там крупный современный банк.

*Период Гуансюй был периодом в истории Китая с 1875 по 1908 год во время династии Цин. Это было правление императора Гуансюй, чье личное имя было Цзайтянь. Императору было всего 4 года, когда он взошел на престол, и его тетя, вдовствующая императрица Цыси, была его регентом. Цыси была могущественной и амбициозной женщиной, именно она правила Китаем большую часть периода Гуансюй.

С юности на Шэнь Жочжэня влияла его семья, и он понимал, что в бизнесе первостепенное значение имеет грамотное руководство, стремлении к прогрессу и настойчивость.

Расширение с одного магазина до двух, выход на новые территории и блокирование конкурентов – вот действия, необходимые для того, чтобы стать лидером во времена экономических потрясений. В его картине мира продажа бизнеса была позором, колоссальным провалом и возможностью для других поиздеваться над ним.

Выражение его лица стало серьезным, и госпожа Чу спросила:

– В чем дело?

– Все хорошо, просто легкое чувство сожаления, – слегка приподняв бровь, ответил Шэнь Жочжэнь.

– Сынок, будь разумным, – отругала его госпожа Чу. – Сначала ты хотел продать бизнес, даже угрожал покончить с собой, будучи за границей, если я не соглашусь. А теперь ты об этом сожалеешь?

– Прости, – беспомощно извинился Шэнь Жочжэнь.

Сердце госпожи Чу тут же смягчилось, и атмосфера стала более расслабленной.

– Последние несколько лет были трудными, поэтому хорошо, что мы продали его. «Xiangyue» – лидер отрасли, возможно, они смогут оживить нашу компанию. Что касается Сян Минчжана, он может показаться вежливым, но он вполне способный. Предоставь ему в будущем со всем разобраться.

Равнодушный вид Сян Минчжана мелькнул в голове Шэнь Жочжэня. Почему слово «вежливость» в XXI было переосмыслено?

Вероятно, господин Сян обладал проницательным умом, и хорошо умел прятать волчий хвост.

Полностью выздоровев, Шэнь Жочжэнь был выписан из больницы. В тот момент, когда он вышел на улицу, целый новый мир предстал перед его глазами.

Вилла семьи Чу находилась на западном берегу реки. После смерти господина Чу, и многих лет, проведенных Чу Чжичэнем за границей, на вилле проживали только женщины. Они старательно поддерживали как внутреннее, так и внешнее убранство дома.

Двери широко открылись, чтобы поприветствовать Шэнь Жочжэня, когда он вышел из машины и прошел в сопровождении госпожи Чу через сад. Во дворе стояли двое: пожилая женщина по имени тетя Тан, которая занимала должность, близкую к главному управляющему, и молодая девушка по имени Сю, отвечающая за различные домашние дела.

Первая трапеза по возвращении домой была обильной, с множеством горячих и холодных блюд, но Шэнь Жочжэнь оставался осторожным. Он ел только то, что давала ему госпожа Чу, стараясь не ошибиться в выборе.

После обеда его отвели в спальню Чу Чжичэня. Стены комнаты украшала большая картина в темных тонах. Среди хаотичных линий виднелся силуэт мятежного юноши с высунутым языком.

– Это я нарисовал? – спросил Шэнь Жочжэнь.

Тетя Тан улыбнулась и ответила:

– Ты не смог бы создать произведение такого уровня. Ее купили.

Шэнь Жочжэнь внимательно осмотрел картину и на боковом шкафу заметил фотографию в рамке. На фотографии был запечатлен Чу Чжичэнь. Сходство между ними было поразительным.

Решив не вторгаться в личные вещи бывшего владельца комнаты, Шэнь Жочжэнь вышел из нее. Он решил занять давно пустующую гостевую комнату с пыльным фортепиано «Steinway» у стены.

Тетя Тан принесла ему картонную коробку, заполненную различными электронными устройствами, включая два мобильных телефона, две пары наушников и зарядное устройство.

– После происшествия я купила новый телефон, – объяснила тетя Тан. – Номер изменился. Но на этот раз я взяла еще и запасной телефон. Они полностью заряжены, но не включены.

Заметив, что госпожа Чу тоже пользуется мобильным телефоном, Шэнь Жочжэнь спросил:

– У всех есть такой?

– Конечно, в наше время никто не может выжить без мобильного телефона, – ответила тетя Тан. – Особенно такие молодые люди, как вы, должны всегда иметь его под рукой. Он позволит вызвать помощь, когда это будет необходимо, поэтому постарайтесь избегать мест с плохим сигналом.

Шэнь Жочжэнь кивнул в знак согласия, быстро осмотрел телефон и неохотно обратился за помощью к Чу Шихуэй.

После перевода в другую больницу Чу Шихуэй навестила его только один раз, и то ее быстро увела госпожа Чу. Сегодня, когда Чу Шихуэй вернулась домой, она до обеда просидела в своей комнате, не сказав ему ни слова.

Из нескольких разговоров стало ясно, что Чу Шихуэй испытывает очень мало привязанности к Чу Чжичэню, можно было даже сказать, что ее чувства граничат с отвращением.

Постучав в дверь, Шэнь Жочжэнь, подражая госпоже Чу, спросил:

– Сяо Хуэй, как мне его включить?

Это был первый раз, когда Чу Шихуэй услышала, как ее брат называет ее «сяо Хуэй», и ей потребовалось несколько секунд, чтобы отреагировать:

– Ты забыл, как пользоваться мобильным телефоном?

– Я не помню. Пожалуйста, можешь научить меня? – сохраняя спокойствие, ответил Шэнь Жочжэнь.

Чу Шихуэй находилась в ступоре еще несколько секунд. Брат редко использовал слово «пожалуйста».

В течение всего дня Шэнь Жочжэнь учился включать, настраивать и использовать различные функции телефона, он был глубоко впечатлен современными технологиями. Чу Шихуэй, сбитая с толку его скромностью и стремлением учиться, на мгновение забыл об их отношениях с братом.

Последние два дня в компании «Xiangyue Communication».

Команда, ответственная за проект сервисно-ориентированной архитектуры, заканчивала работу с проектом. Сян Минчжан наблюдал за их действиями, временами прося что-нибудь подкорректировать. Только когда его все устроило, он покинуть центр исследований и разработок и вернуться в офисное здание.

Когда Сян Минчжан проходил мимо живописного озера, весенняя листва сияла в мягком свете заходящего солнца. Нежась в последних лучах солнца, листья на деревьях пылали буйством красок: от огненно-красных и оранжевых у кленов до темно-фиолетовых у дубов. Озеро, как зеркало, отражало закатное небо. А облака, плывущие по нему, были окрашены во всевозможные оттенки розового и лавандового.

Сян Минчжан остановился, чтобы полюбоваться видом, и глубоко вдохнул свежий весенний воздух. Глядя на озеро, он почувствовал умиротворение и спокойствие.

– Господин Сян, наконец-то я вас нашел, – подошел к нему личный помощник.

– Организуй, чтобы кто-нибудь поймал живую рыбу и отправил ее в «Маньчжуан», – ответил Сян Минчжан.

– Понял, – кивнул помощник, а после начал докладывать последние новости. – Семья Чу недавно связалась с нами, сообщив, что Чу Чжичэнь два дня назад был выписан из больницы.

Услышав новость о его амнезии, Сян Минчжан небрежно спросил:

– И как он сейчас?

– Он провел последние три дня, играя со своим мобильным телефоном.

Выражение лица Сян Минчжана не изменилось.

Помощник не смог сдержать улыбку, продолжая:

– Госпожа Чу спрашивала, свободны ли вы в эти выходные. Она хотела бы пригласить вас на ужин.

После аварии семья Чу была втянута в юридические вопросы, разбираясь с выплатами компенсацией. А также они прилагали значительные усилия, чтобы скрыть инцидент в новостях. Сян Минчжан знал, что Ли Цзанцю был слишком занят, справляясь с ситуацией, поэтому передача бизнеса после подписания контракта была отложена.

Дело было не только в том, что Сян Минчжан был тактичен. «Xiangyue», будучи крупной рыбой, должна была осторожно поглотить мелкую рыбешку. Если он будет есть слишком поспешно, его неизбежно будут критиковать за «грабеж». Если он замедлится на некоторое время, и будет терпимым и щедрым, никто не посмеет опорочить его доброе имя.

После того, как пыль улеглась, Сян Минчжан хотел сосредоточиться на деловых аспектах и не тратить время на обсуждение вопросов, не имеющих к делу никакого отношения. И уж тем более он не хотел поддерживать иллюзорные отношения с семьей Чу.

– Мне помочь вам отклонить приглашение? – спросил его помощник.

Ровно в тот момент, когда личный помощник заговорил, на мобильный телефон Сян Минчжана пришло текстовое сообщение.

Десять минут назад, когда Шэнь Жочжэнь практиковал скорость набора текста, госпожа Чу сообщила ему, что первоначальное приглашение Сян Минчжану не удалось доставить, и попросила его связаться с ним еще раз, чтобы продемонстрировать их искренность.

Шэнь Жочжэнь на мгновение задумался, прежде чем отправить свое первое текстовое сообщение.

Сян Минчжэнь взглянул на номер с надписью «Чу Чжичэнь». Его после инцидента сообщила ему семья Чу, и он просто сохранил его, не рассчитывая хоть когда-нибудь им воспользоваться.

Теперь, когда Чу Чжичэнь потерял память, какой нормальный разговор мог у них состояться? Но любопытство взяло верх, и Сян Минчжан открыл сообщение, обнаружив, что Чу Чжичэнь отправил ему две строки стихотворения:

[Тысяча лодок скрыты туманом, но огни на берегах горят,

Путешествие еще не окончено, я не почтил еще памяти предков]

Сян Минчжан перечитал строки еще один раз. Первая половина метафорически изображала взрыв, произошедший той роковой ночи, в то время как вторая, скорее всего, передавала текущее состояние Чу Чжичэня. Казалось, он хотел сказать, что неудачи должны быть преодолены, и путешествие должно продолжаться, даже если это означало столкнуться с критикой.

На поверхности это представляло позитивный настрой.

Но в нем был и скрытый подтекст... Автор двустишия, не дожив и до тридцати лет, встретил безвременную смерть из-за жизни, полной потворства своим слабостям. Интересно, что элегическое стихотворение, написанное сейчас, несло тот же посыл, который Сян Минчжан пытался передать во время посещения Чу Чжичэня в больнице.

Оказалось, что Чу Чжичэнь не только услышал его, но и понял.

Отправив эти строки, Чу Чжичэнь изящно и цивилизованно отреагировал на инцидент с яхтой. Он также умно ответил на саркастическое замечание Сян Минчжана, сказанное с той ночью, не критикуя его напрямую.

Этот неожиданный ответ застал Сян Минчжана врасплох.

– Относительно семьи Чу... – личный помощник все еще ждал его указаний.

– Ответьте от моего имени, – передумал Сян Минчжан. – Сообщите им, что в эти выходные я приеду на ужин

____________________________________

Автору есть что сказать:

[Крупные банки] Банки с большим оборотным капиталом, как правило, более 60 000 серебряных долларов

Автор стихотворения Чжан Ипо (династия Цин).

http://bllate.org/book/13805/1218493