Готовый перевод Imprisoned in Eternal Night / В плену вечной ночи: Глава 1. Горожане, вы до смерти пугаете

«9-го числа текущего месяца группа компаний Байцин официально объявила о приобретении Ricno. Данное соглашение о покупке предоставляет Байцин право на использование запатентованной технической платформы DSAE, принадлежащей компании Ricno. Кроме того, группа компаний Байцин также получит доступ к доклиническим исследовательским разработкам Ricno, которые включают в себя…»

На металлической кнопке, расположенной в нижней части прибора для мониторинга уровня феромонов, нечетко отражались кадры утренних экономических новостей. Вэнь Жань с трудом открыл глаза. Уткнувшись подбородком в подушку, он уставился на ту кнопку, пребывая в полусонном оцепенении.

В палате слышались голоса, которые было невозможно разобрать, так как они смешивались с выпуском новостей. Вэнь Жань попытался поспать еще пару минут, но боль в задней части шеи пробудилась быстрее, чем сознание. От головокружения снова возникла тошнота, но он привычно приоткрыл рот и сделал несколько глубоких вдохов, подавляя неприятные ощущения.

Пришла медсестра, чтобы сменить повязку. В процессе на лбу Вэнь Жаня постепенно начал выступать пот, а и без того бледные губы побелели еще сильнее. Медсестра наклонилась к подушке и тихо спросила:

— Все еще очень болит?

Вэнь Жань с трудом улыбнулся:

— Уже намного лучше, спасибо тебе.

— Через пару дней станет полегче, — медсестра бросила взгляд в сторону, а затем выпрямилась и, собрав вещи, поспешно ушла.

Подобные слова едва ли могли утешить Вэнь Жаня. Дело в том, что он уже сбился со счета, сколько этих «пар дней» прошло. Он словно овощ был прикован к постели 24 часа в сутки. Хотя даже «овощам» не приходилось, как ему, постоянно лежать на животе, чтобы не тревожить послеоперационную рану на задней стороне шеи.

У подушки лежала только принесенная из дома книга. Он снова и снова перелистывал ее, уже почти наизусть выучив содержимое.

Экономические новости закончились, голоса тоже стихли. Боковым зрением Вэнь Жань увидел, как врач вышел из палаты, а затем кто-то подошел к кровати.

— Мам, — Вэнь Жань с трудом повернул голову и слегка приподнял ее, а затем проявил инициативу и поприветствовал женщину.

В этот момент Чэнь Шухуэй пристально смотрела в телефон, а ее ногти стучали по экрану, издавая частые клацающие звуки. В коротком промежутке между набором текста, она одарила Вэнь Жаня быстрым взглядом:

— Не двигайся. Если повредишь рану, то и до конца жизни не мечтай встать с больничной койки.

Вэнь Жань послушно промычал «угу» и осторожно снова уткнулся лицом в подушку.

— Врач сказал, что если показатели будут в норме, то все неприятные ощущения постепенно пройдут. Потерпи немного, все будет хорошо, — она выключила телефон и пристально посмотрела на молодого человека. — Перед возвращением в страну у тебя возьмут пробу феромонов и проведут точную проверку совместимости. Так что слушайся врачей и восстанавливайся. Я надеюсь, что не будет никаких сюрпризов.

— Я знаю.

Дверь открылась и закрылась. В палате снова остался только Вэнь Жань. Он немного сдвинул подушку вниз, протянул руку и нащупал свою книгу, после чего открыл первую страницу.

***

С первой страницы до последней, с ранней весны до начала лета — благодаря отчету о совместимости феромонов, томительное пребывание в больнице наконец-то подошло к концу. 96,8% — цифра, пугающе точная и высокая, никого не разочаровала. Вэнь Жань впервые увидел на лице Чэнь Шухуэй такую улыбку, словно она искренне радовалась его выздоровлению.

Собрав свои вещи, Вэнь Жань стоял у поста медсестер в ожидании звонка от водителя. Из багажа у него была только одна небольшая сумка. Вэнь Жань держал ее, в оцепенении уставившись на лифт. На нем была надета та же самая одежда, в которой он поступил сюда весной: верх с длинными рукавами, обнажающими бледные запястья, и брюки. Его тонкую шею охватывал черный ошейник.

— Выписываешься? Поздравляю!

Вэнь Жань обернулся. Это были две медсестры, которые последние несколько месяцев постоянно проводили мониторинг и меняли ему повязки, но которым было запрещено лишний раз с ним разговаривать. Они сидели за стойкой и слегка улыбались.

— Угу, — из-за долгого отсутствия общения Вэнь Жань сделал небольшую паузу и только потом смог продолжить. — Извините, что доставил вам столько хлопот.

— Все в порядке. После выписки не забывай вовремя принимать лекарства, а если почувствуешь себя плохо, сразу же… — медсестра внезапно осеклась, переглянулась с коллегой и тут же совершенно неестественно сменила тему. — Береги себя.

Ее голос был преисполнен жалости и сочувствия. После операции, вероятность успеха которой оценивалась всего в 60%, Вэнь Жаня перевели в палату интенсивной терапии. Из-за общего наркоза он не мог быстро прийти в себя, но находясь в полубреду слышал, как медсестра тихо вздохнула и таким же тоном сказала:

— Бедняжка.

— Обязательно, спасибо, — сказал Вэнь Жань, и телефон в его кармане как раз завибрировал. — Тогда я пойду. До свидания.

Он слишком долго не видел полуденного солнца. Спустившись по лестнице и сделав всего несколько шагов, Вэнь Жаню уже стало трудно дышать. Он открыл дверцу машины и только тогда обнаружил, что на заднем сиденье сидит Вэнь Жуй.

— …Гэ, — непривычно обратился к нему Вэнь Жань.

— Что же ты, словно крыса из сточной канавы? — Вэнь Жуй скрестил руки и непринужденно откинулся на спинку сиденья. — Похоже, после возвращения придется записать тебя на несколько уроков по социальным коммуникациям. В таком виде показываться на людях нельзя.

Вэнь Жань позволил себе не согласиться — крысы выглядят гораздо энергичнее, чем он.

— Когда мы возвращаемся?

— Примерно через полмесяца. В этом филиале возникла пара проблем, и нужно подчистить хвосты, иначе я бы не приехал сюда, — Вэнь Жуй разблокировал телефон и посмотрел сообщение. — Ты же не думал, что я специально приехал, чтобы забрать тебя?

— Нет, — ответил Вэнь Жань, совершенно трезво оценивая ситуацию.

Однако, Вэнь Жуй как-то странно усмехнулся:

— Впрочем, можешь думать и так. В конце концов, ведь в будущем семье Вэнь придется полагаться на тебя, верно?

На подобные слова совершенно не имело смысла отвечать, и Вэнь Жань отвернулся и посмотрел в окно.

***

В день возвращения на родину шел дождь. Столица, в которой Вэнь Жань не бывал за все свои семнадцать лет жизни, была окутана густым туманом, исполненная атмосферой чего-то неизведанного. Неизвестно, произошло ли это из-за того, что в машине работал кондиционер, и температура была низковата, но Вэнь Жаня пробрала дрожь.

Машина миновала тенистую аллею и остановилась у садовых ворот старого особняка семьи Вэнь. Дождь немного стих, и Вэнь Жань открыл дверцу и вышел из машины. Он поднял голову и осмотрел черно-белое здание — очевидно, оно уже долгое время не подвергалось ремонту и одиноко стояло под мелким дождем, создавая унылую атмосферу упадка.

— Ты возвращайся, а мне нужно съездить в компанию, — Чэнь Шухуэй осталась в машине. — Если проголодаешься, попроси тетушку Фан что-нибудь приготовить.

— Хорошо.

Вэнь Жань закрыл дверцу машины, достал из багажника свои вещи и вместе с водителем прошел через боковую калитку в сад перед домом. Стоило ему подняться на крыльцо, как входная дверь распахнулась. Одетая в фартук женщина-бета быстро вышла из особняка и, вежливо улыбаясь, произнесла:

— Жань-Жань, верно? Давай, я возьму багаж.

— Тетушка Фан, — поздоровался Вэнь Жань, — не нужно, я сам.

Водитель закатил чемодан Чэнь Шухуэй в гостиную и передал тетушке Фан поручение:

— Отнеси чемодан госпожи в комнату.

После этого он поспешно побежал под дождь, чтобы отвезти Чэнь Шухуэй в компанию.

Тетушка Фан взяла чемодан и повела Вэнь Жаня наверх. Лестница из черного ореха была довольно старой и издавала жалобный скрип от каждого шага. Вэнь Жань огляделся вокруг — с высокого потолка просторной и пустынной гостиной свисала выключенная люстра длиной более десяти метров. Она выглядела подобно черному, как смоль, огромному чудовищу, расположившемуся вниз головой.

Тетушка Фан остановилась, дойдя до единственной гостевой спальни, выходящей на север. Женщина открыла дверь:

— Жань-Жань, это твоя комната, — затем она указала на две спальни, выходящие на юг.  — А вон там комнаты госпожи и Вэнь Жуя.

— Спасибо, тетушка Фан. Тогда я пойду разбирать вещи, — улыбнулся ей Вэнь Жань.

— Ох, хорошо.

Комната была небольшой и с очень простой обстановкой: кровать, шкаф и письменный стол. За окном стояло дерево жакаранда с пышной кроной. Вэнь Жань оперся о подоконники и посмотрел вниз. Вся земля вокруг дерева была усыпана опавшими цветами сине-фиолетового цвета. Позади раздался звук шагов. Вэнь Жань обернулся и увидел в дверном проеме тетушку Фан. Женщина спросила:

— Проголодался? Сварить тебе миску лапши?

— Да, немного. Тогда придется побеспокоить вас, тетушка Фан.

Взгляд женщины задержала на лице Вэнь Жаня на пару секунд, и только потом она с улыбкой ответила:

— Никакого беспокойства. Как будет готово, я тебя позову.

Когда дверь в комнату закрылась, Вэнь Жань зашел в ванную. В идеально чистом зеркале отразилось его бескровное лицо. Он осторожно снял ошейник и правой рукой медленно ощупал заднюю часть шеи. Шрам от хирургической операции уже практически разгладился. Только едва заметный бугорок под кожей мог свидетельствовать о том, внутрь его тела действительно была вживлена искусственная железа, и введены синтетические феромоны омеги.

Все обследования перед выпиской из больницы подтвердили, что его железа уже начала функционировать как обычный орган и способна выделять и распространять небольшое количество феромонов. Вот только сам Вэнь Жань ничего не чувствовал.

Это означало, что он по-прежнему оставался бетой. Только беты лишены чувствительности и не могут обонять феромоны.

Длительный перелет привел к тому, что теперь железа припухла и болела, но Вэнь Жань отдохнул меньше полминуты, прежде чем снова застегнуть ошейник. Чэнь Шухуэй требовала, чтобы он носил его даже во время сна. Это позволит ему полностью адаптироваться и приспособиться к аксессуару, словно Вэнь Жань был омегой с рождения.

Это «промывание мозгов» началось с того момента, как Вэнь Жаня приняли в семью взамен рано ушедшего из жизни младшего сына Вэнь. В свои семь лет он унаследовал все, что принадлежало покойному Вэнь Жаню — имя, пол, личность. Кроме семьи Вэнь никто не знал, что настоящий Вэнь Жань уже давно скончался за границей. Никто не знал, что он стал заменой Вэнь Жаня и вместо него достиг возраста семнадцати лет.

Таким образом, он с семи лет носил ошейник, играя роль идеального омеги. Он почти не ходил в школу, не участвовал в общих медосмотрах. Весь прошлый год он провел в исследовательском институте, где в соответствии с составленной врачом диетой и курсом препаратов он подготавливал свое тело к имплантации искусственной железы.

Как следует надев ошейник, Вэнь Жань довольно долго смотрел на ту пару черных, как смоль, зрачков, что отражалась в зеркале. Наконец он перевел взгляд на крошечную слезную родинку, расположенную под правым глазом. Десять лет назад именно из-за этой родинки Чэнь Шухуэй выбрала его среди сирот с той же группой крови, обойдя более десятка детских домов. На лице настоящего Вэнь Жаня была такая же родинка, расположенная в том же самом месте. В этом мире просто случаются такие жуткие совпадения, которые невозможно объяснить.

Вэнь Жань вспомнил задумчивое выражение лица тетушки Фан — должно быть, она тоже вспомнила того погибшего маленького господина.

Вэнь Жань разложил свои скудные пожитки и в оцепенении просидел на краю кровати, пока не услышал, что тетушка Фан зовет его. Только тогда он встал, спустился вниз и обнаружил, что Вэнь Жуй тоже вернулся домой и уже ест лапшу. Та огромная люстра была зажжена, но было странно, что вся гостиная по-прежнему выглядела мрачно и гнетуще, словно никакой свет не мог бы этого изменить.

Вэнь Жуй вернулся в страну на два дня раньше и, судя по одежде, только что приехал из офиса. Когда Вэнь Жань сел на противоположный стул, тот поднял глаза:

— Почему ты опять нацепил это рванье, которое не подходит по размеру? Твоя мать даже одежду не покупает?

Несмотря на то, что мать у них была одна и та же, в его присутствии Вэнь Жуй всегда использовал «твоя мать», когда говорил о Чэнь Шухуэй.

— Она не такая уж и рваная, — ответил Вэнь Жань.

Просто  одежда стала мала, вот и все. В конце концов, она была приобретена два или три года назад. А последний год Вэнь Жань все время носил больничную одежду, поэтому в новой не было никакой нужды. 

Вэнь Жуй усмехнулся:

— Как доешь, я отвезу тебя в торговый центр.

— Может, не стоит? — Вэнь Жань и правда начал подозревать, что он «крыса из сточной канавы» — он боялся больших скоплений людей. И пусть у крыс больше энергии, но, возможно, их внутренняя суть была схожа.

— Ты одет как нищий. Вэнь Жань, не успеешь войти в дверь, как тебя вышвырнут вон, — Вэнь Жуй взял салфетку и вытер уголки рта. — После прибытия в столицу настанет время, когда тебе нужно будет проявить себя, так что будь благоразумен.

Вэнь Жуй встал и, проходя мимо Вэнь Жаня, похлопал его по плечу, загадочно добавив:

— Завтра отведу тебя в одно интересное место.

***

Следующим вечером Вэнь Жань, облаченный в костюм, не очень хорошо сидящий по фигуре, сел в машину вместе с Вэнь Жуем. Они ехали очень долго. Так долго, что Вэнь Жань чуть не задремал, когда машина наконец-то въехала на территорию, похожую на базу отдыха, с обширными зелеными насаждениями и озером.

У входа их встретил служащий и проводил к лифту. Поднявшись наверх, они зашли в отдельный кабинет. В обеденной зоне расположились несколько альф, куря и переговариваясь.

— Наконец-то старший господин Вэнь пожаловал. Дай-ка взгляну, что за незнакомый омега? Где ты откопал этого старшеклассника?

— Нигде не откапывал, — Вэнь Жуй усадил Вэнь Жаня рядом со столом. — Это мой диди.

— О, так он вернулся в страну? С таким-то личиком неудивительно, что ты его все время прятал. Боялся, что кто-нибудь глаз положит, да?

Вэнь Жуй бросил:

— Он еще ребенок, не пугайте его. Велите подавать еду.

Разговор быстро переключился на другие темы, а Вэнь Жань молча ел, терпя запах табака. К счастью, похоже, компания собралась вовсе не ради еды — вскоре они переместились на диваны в соседней гостиной и развалившись принялись за алкоголь. Только тогда Вэнь Жань смог перевести дух.

Постепенно перезвон бокалов и звуки разговоров и смеха становились все тише, а, значит, они наконец-то дошли до того, ради чего действительно собрались. Понимая это, Вэнь Жань подошел к брату:

— Гэ, я хочу прогуляться.

Вэнь Жуй, уже слегка захмелевший, вытащил из кармана рубашки карту и, зажав ее между средним и указательным пальцами, протянул Вэнь Жаню:

— Приложи в лифте. На нужном этаже просто выходи и развлекайся.

— Хорошо, — Вэнь Жань взял карту.

— Попрощайся с шушу Вэем и шушу Таном.

Совершенно не зная, кто из них шушу Вэй, а кто Тан, Вэнь Жань послушно произнес:

— Шушу Вэй, шушу Тан, до свидания.

Кто-то со смехом выругался, спрашивая Вэнь Жуя, с какой стати он «гэ», а они — «шушу».

***

Выйдя из кабинета, Вэнь Жань зашел в лифт и приложил карту, после чего автоматически загорелась кнопка девятого этажа. Он перевернул пластик и в левом нижнем углу увидел надпись, выполненную шрифтом лишу: «Резиденция Хуянь».

Динь — двери лифта открылись, но Вэнь Жань увидел не коридор, а помещение. Он замер в нерешительности, прежде чем выйти. Это место выглядело как комната для приема гостей, но обстановка была слишком роскошной.

— Здравствуйте, добро пожаловать, — из-за стола поднялась омега, одетая в черную форму. — Позвольте спросить, вы один?

На ее лице была маска, похожая на карнавальную, закрывающая половину лица.

Вэнь Жань ответил:

— Да, один.

— Хорошо.

Омега протянула к Вэнь Жаню обе руки, и тот машинально передал ей карту.

Она взяла карту и провела ей через считывающее устройство, а затем вернула молодому человеку. После этого омега достала совершенно новую карнавальную маску и двумя руками протянула ее Вэнь Жаню:

— Пожалуйста, во время пребывания здесь обязательно носите маску. Использование мобильных телефонов в зале запрещено.

Вэнь Жань не понимал сути происходящего, но все же кивнул. Омега обошла стол, подошла к нему и проверила, хорошо ли надет ошейник. Затем она приблизилась к двери в конце комнаты и разблокировала ее отпечатком своего пальца.

Дверь плавно открылась, и Вэнь Жань сделал несколько шагов вперед. Поправив маску, он поднял взгляд и услышал мягкое «Желаю приятного вечера» от омеги. В этот же момент по правой стороне коридора плечом к плечу мимо двери проходили двое альф в строгих костюмах.

Оба были очень высокими, а из-за своего расположения Вэнь Жань смог разглядеть только того, кто был ближе к двери. Его волосы были небрежно уложены, а одна рука лениво покоилась в кармане брюк. Из-под манжеты виднелось бледное запястье с черным браслетом.

Словно почувствовав взгляд, альфа на ходу слегка повернул голову. Странным оказалось то, что время будто замедлилось. Тусклый свет с потолка мягко падал вниз, тенью ложась на наполовину скрытое маской лицо.

Безупречный кончик носа, четкая линия челюсти, холодно сжатые губы и этот взгляд, полный высокомерия — всего за одну секунду игра света и тени словно превратила все в замедленный кадр, который в мельчайших деталях отпечатался во взгляде Вэнь Жаня. А альфа, лишь мельком взглянув, сразу отвел взгляд и продолжил идти вперед, скрывшись за дверью.

Вэнь Жань моргнул, непонятно почему испытав запоздалое чувство страха. Придя в себя, он вышел за дверь и посмотрел направо — должно быть, та комната была соединена с другим лифтом. В помещении витал странный аромат, а темно-красный ковер под ногами был неправдоподобно мягким. Вэнь Жань медленно шел по извилистому коридору, видя вдалеке силуэты альф, которые то и дело исчезали за каким-то поворотом.

Пройдя по этому извилистому пути, напоминающему собой лабиринт, молодой человек наконец-то оказался перед позолоченной дверью. Охранник сначала открыл ее для двух альф, а затем для Вэнь Жаня. Под круглым куполом небольшого банкетного зала красовалось выполненное маслом средневековое полотно, краски и содержание которого были невероятны в своем роскошном великолепии. В зале не было основного света — только желто-оранжевые бра. Звуки музыки доносились неизвестно откуда, обволакивая слух.

Вэнь Жаня усадили ближе к центру. Мест было немого, и они представляли собой полукруглые диваны, расставленные в шахматном порядке, чтобы все зрители беспрепятственно могли любоваться зрелищем, происходящем на углубленной сцене, покрытой красным бархатным ковром. Вокруг нее стояли статуи ангелов и Мадонны из чистого золота, а в самом центре — огромная золотая клетка для птиц.

Сначала Вэнь Жань не обратил внимания на сцену, которая происходит в птичьей клетке. Он удобно устроился на диване, но, ощущая духоту, расстегнул еще одну пуговицу на рубашке. В этот момент краем глаза он заметил движение. Вэнь Жань поднял взгляд и оцепенел — внутри клетки находились омега и альфа. Абсолютно обнаженные, они находились в процессе совокупления.

Потребовалось примерно полминуты, чтобы он оправился от шока. Вэнь Жань наконец-то понял, что Вэнь Жуй подразумевал под словом «развлечься».

Внешне элегантная и утонченная «Резиденция Хуянь» на деле оказалась просто притоном для расточительных представителей высшего класса, где богачи спускают огромные деньги на свои развлечения и пороки. Ароматы, музыка, свет — все здесь было продумано для того, чтобы пробуждать инстинкты. Вэнь Жань заставил себя больше не смотреть на ту клетку и немного повернулся, рассматривая гостей. Большинство из них были альфами, и все без исключения носили маски. Элегантно одетые, на первый взгляд они казались спокойными, но в уголках их губ и во взглядах читалось возбуждение, упоение и похоть.

Однако, когда Вэнь Жань посмотрел налево, он уловил эмоции, похожие на скуку.

Это были те самые альфы. Один лениво откинулся на спинку дивана и, прикрыв глаза, склонил голову. Словно он пришел сюда просто послушать музыку для хорошего сна. Другой сидел, рассеянно подперев рукой подбородок, и, вроде бы, смотрел представление, но выражение его лица было настолько отстраненным, словно он совершенно не был увлечен. Этот оценивающий взгляд заставил сердце и железу Вэнь Жаня беспричинно екнуть. Он поспешно отвернулся, убедившись, что они альфы S класса.

Представление все еще продолжалось. Вэнь Жань сидел как на иголках, но поскольку никто из присутствующих не уходил, ему ничего не оставалось, кроме как оставаться на месте. На небольшом столике перед ним стояли кофе и десерты, к которым он не смел прикоснуться.

Молодой человек сидел, в оцепенении опустив голову. Наконец, спустя довольно долгое время, со сцены донесся какой-то шум. Вэнь Жань осторожно поднял голову и увидел, что клетку уже убрали, а из пола поднялся изящный маленький круглый столик. На нем находился предмет, накрытый черным шелком, примерно в половину человеческого роста. Рядом со столиком стояла красавица в костюме зайчика, а ее улыбка, видневшаяся из-под маски, была милой и очаровательной.

Вэнь Жань немного расслабился, предположив, что номера программы чередуются. На место пикантного приходило приличное, и сейчас, возможно, будут фокусы. Он снова оглянулся назад — один альфа все еще спал, а место второго пустовало.

Настенные светильники вмиг потускнели, и освещенной осталась только сцена. Вэнь Жань повернулся как раз в тот момент, когда девушка в костюме зайчика с улыбкой сорвала шелк.

Это был прозрачный стеклянный ящик. Небольшой, высотой по пояс, но внутри находился человек.

Зрачки Вэнь Жаня непроизвольно расширились. Когда мозг осознал увиденное, к горлу вмиг подступила невыносимая тошнота. Не заботясь о приличиях, он резко вскочил и бросился вон из зала.

Это был человек без конечностей. Калека.

Служащий в коридоре с участием подошел поддержать его, но Вэнь Жань отмахнулся, хрипло прошептав:

— Не нужно.

Он не останавливаясь шел вперед, пытаясь найти выход из этого извилистого коридора, но этот странный аромат никак не рассеивался, как и застывшее лицо того человека в стеклянном ящике, и его безжизненные глаза.

Рука молодого человека, скользнув по стене, наткнулась на дверную ручку. Может, это выход на террасу? Чтобы его не стошнило на ковер, Вэнь Жань дернул ручку, но та оставалась неподвижна. Он раздраженно несколько раз ударил по двери ладонью.

Щелк — кто-то снаружи внезапно открыл левую створку. Ветер ворвался в помещение, заставив Вэнь Жаня вдохнуть полной грудью. Его блуждающий взгляд скользнул по длинным стройным ногам стоящего перед ним человека и медленно поднялся вверх. Рука альфы, лежащая на дверной ручке, была бледной, с отчетливо выделяющимися суставами. Между пальцев была зажата горящая сигарета, дым от которой медленно струился, оплетая брошь в форме Бога Солнца, приколотую к лацкану пиджака и усыпанную бриллиантами желтого и D цвета, являя ее истинный облик, ослепительно сверкающий даже в ночной темноте.

Наконец, Вэнь Жань поднял голову и взглянул в те черные, глубокие глаза.

Ночной ветер растрепал волосы на лбу альфы и коснулся лица Вэнь Жаня, вмиг унося прочь остатки дурноты.

***

Автору есть что сказать:

Лу Хэян, проснувшись после короткого сна: Как страшно, сюнди, ты где?

***

С Новым годом, давно не виделись! (прохожу мимо, делая вид, что мы старые знакомые)

Первая глава выглядит немного мрачно, но потом станет лучше.

Предыдущая книга была довольно тяжелой, и эту я планирую сделать в более легком ключе.

Это клишированная история с собачьей кровью, но хочу написать ее повеселее…

И, возможно, временная линия не будет совпадать с «Слова, что заперты внутри», поэтому не нужно слишком углубляться.

Пожалуйста, не ждите слишком многого. Очень велика вероятность, что-то, что я напишу, не будет соответствовать вашим ожиданиям. 

Недовольство и разочарование — это нормально, мои тексты бесплатны и не приносят вам никаких убытков, поэтому, если что-то не так — просто бросайте чтение. Не нужно читать через силу, чтобы избежать перерасхода мобильного трафика.

Пока что обновления планируются через день, если будут изменения — я сообщу заранее. Надеюсь на вежливые просьбы о продолжении.

И, наконец, будьте осторожны! Остерегайтесь шаблонной мелодрамы! Остерегайтесь тех, кому сложно говорить! Остерегайтесь отсутствия логики! Остерегайтесь огромного количества авторских допущений!

© Перевод: Сливка

Редактор: SashUnя

http://bllate.org/book/13746/1503468