Готовый перевод Reborn as the ACE in a Boy Group / После перерождения я стал асом группы: Глава 19. Это ты

Запись программы прошла гладко даже после смены гостя, но слухи о том, что Тан Жуйнин тоже примет участие, уже давно гуляли по сети, и когда выпуск вышел, фанаты и зрители заметили, что эти надежные, казалось бы, слухи не подтвердились. Они начали гадать, ошиблись ли источники или команда проекта в последний момент изменила состав.

Фанаты, конечно, официально призывали не распространять слухи, но в то же время в их комментариях чувствовалось раздражение, будто команда шоу нарочно распустила ложные слухи, чтобы привлечь внимание к программе. В этот момент кто-то вышел с инсайдом, что, Тан Жуйнин действительно был приглашён и даже приехал, но в последний момент нарушил контракт, отказавшись участвовать, и ушёл, проявив «звёздные замашки».

Как водится, слухи начали обрастать подробностями и становились всё более дикими. Кто-то воспользовался ситуацией, чтобы подлить масла в огонь, а конкуренты даже запустили проплаченные статьи. После нескольких дней обсуждений история о "звездных капризах" Тан Жуйнина уже прочно закрепилась в инфопространстве. Некоторые даже описывали "детали" происходящего так уверенно, будто были очевидцами. Компания попыталась удалить несколько постов, но это уже не спасало ситуацию и репутация Тан Жуйнина была подмочена.

【Разве он не всегда такой? Вечно ходит с лицом “я самый крутой”, ни на кого не смотрит. А фанаты его ещё оправдывают:, “мой гэгэ просто настоящий”, “ему чуждо лицемерие”, “наш небожитель”. Да он просто хам и понтуется. Я давно говорила, что рано или поздно он проколется.】

【Запомните: кто насильно лепит себе образ рано или поздно облажается. “Правдивый”, “харизматичный”, “муж мечты” - да это просто невоспитанный пафосник, и всё тут. 😂】

【Опа, началось удаление постов. Кто-то явно не выдержал, и его задело за живое. Держит лицо “высокомерного ледяного принца” уже столько времени, посмотрим, надолго ли ещё хватит. 😏】

Сам Тан Жуйнин к происходящему отнёсся спокойно. Когда компания спросила его, что случилось, он не стал вдаваться в подробности. Все участники знали, что Тан Жуйнин – человек, знающий свои пределы и если он ушёл посреди съёмок, значит, была веская причина. Даже если он сам не стал ничего объяснять, свои люди оставались на его стороне, твёрдо уверенные, что виноватым был не он.

Сейчас им нужно сосредоточиться на подготовке к полноформатному альбому, так что времени разбираться с этими слухами особо нет. Релиз альбома запланирован на лето, и компания решила снимать клип на заглавную песню у моря.

Съёмки проходили заранее, когда жара ещё не наступила, поэтому вода в море казалась прохладной. После одной из сцен все сели отдыхать, укутавшись в большие полотенца. Когда Тан Жуйнин подошёл, Цзян Илань как раз разговаривал по видеосвязи. Он сел рядом и услышал голос матери Цзян Иланя.

Как только Тан Жуйнин присел, Цзян Илань повернулся и сказал Вэй Цияо на другом конце провода:

— Это Жуйнин пришёл.

Вэй Цияо раньше знала, что у Тан Жуйнина с её сыном были непростые отношения. В те времена, когда она спрашивала, Цзян Илань не особо распространялся, говорил лишь: "Тан Жуйнин ужасно раздражающий, вечно строит из себя, вечно высокомерный, просто не выносим." Но теперь Цзян Илань улыбался, когда упоминал  Жуйнина, и, похоже, у него с ним сложились хорошие отношения.

На самом деле, если отбросить прежние конфликты, Вэй Цияо всегда симпатизировала Тан Жуйнину. Она смотрела выступления To5, их шоу, и лично общалась с Жуйнином. Он производил впечатление очень искреннего парня без лишней показухи, с отличными профессиональными навыками. Раньше с её сыном они не ладили, но сейчас всё наладилось, и она этому очень радовалась.

— О, Жуйнин! — с улыбкой прозвучал её голос из телефона. — Как закончите, как насчёт того, чтобы вы, ребята, собрались вместе на ужин?

Раньше она уже предлагала устроить встречу впятером у себя дома, конечно, тогда Цзян Илань не согласился. Теперь же он повернулся к Тан Жуйнину, чтобы спросить его мнение. Тот неожиданно выпрямился, будто разговаривает с родителями, и серьёзно сказал:

— Я согласен.

— Тогда, как закончите съёмки скажите мне, я попрошу тётю Фан приготовить всё заранее, — сказала Вэй Цияо.

— Хорошо, заранее спасибо тёте Фан, — ответил Ли Сюнь.

— Ой, это несложно. Тётя Фан давно хочет познакомиться с твоими товарищами по группе, она будет очень рада, если вы придёте.

С той стороны режиссёр MV позвал всех на площадку. Ли Сюнь попрощался с Вэй Цияо, закончил видеозвонок и пошёл вместе с Тан Жуйнином. Тот шёл чуть позади и, когда они почти дошли, вдруг спросил:

— Твоя мама всех пятерых пригласила?

Ли Сюнь не задумываясь ответил:

— Наверное

Тан Жуйнин кивнул и ничего не сказал.

Вэй Цияо ближе общалась с Жун Сяо, других ребят видела мало. Она специально заранее попросила не приносить никаких подарков, но ребята всё равно купили фрукты и цветы.

Атмосфера была как на ужине у какого-нибудь важного начальства и все чувствовали себя немного скованно. Даже Ли Сюнь не мог избавиться от ощущения, что он гость, несмотря на то, что формально это его родной дом. Всё-таки с тех пор как он стал Цзян Иланем, жил он тут не так уж и часто.

Но когда все расслабились и разговор пошёл, стало намного уютнее. Юань Чжиянь постоянно нахваливал Цзян Иланя, говоря, что мать и сын похожи друг на друга и оба очень красивы. Умение Чжияня хвалить было не лестью, а искренним восхищением, и Вэй Цияо это сразу почувствовала, ей было очень приятно.

Тан Жуйнин заметил, что на столе подано много разных блюд, но ни одного из тех, которые он не любит, а он ведь немного привередлив и обычно на общих ужинах половину блюд просто не ест.

Тётя Фан прекрасно готовила и все остались довольны едой. После ужина Вэй Цияо предложила остаться на ночь – в доме хватит комнат, а утром у всех свободное время, но ребята, конечно, отказались, ведь им было неловко.

Неожиданно для всех, Тан Жуйнин согласился.

Кроме Ли Сюня, остальные трое посмотрели на него так, словно увидели привидение.

— Всё равно ведь делать нечего, — сказал Тан Жуйнин.

В последнее время с Тан Жуйнином и правда было что-то не так. Жун Сяо пришёл к выводу: с каких это пор он стал останавливаться у чужих?

Трое переглянулись, но не стали возражать, попрощались с Вэй Цияо и покинули дом семьи Цзян.

Настроение у Вэй Цияо было приподнятое. Она велела тёте Фан нарезать побольше фруктов и всё время болтала с ними. Тан Жуйнин не был разговорчивым человеком, ему было сложно справляться с такой тёплой, радушной атмосферой. Поймав паузу в разговоре, Ли Сюнь предложил после ужина выйти прогуляться с Тан Жуйнином, чтобы немного разрядить неловкую ситуацию.

Коттеджный посёлок, где жила семья Цзян, был очень тихим, между домами было большое расстояние, а места для прогулок просторные, ландшафтный дизайн был выполнен очень искусно и по бокам ярко цвели цветы. Они шли неспешно, любуясь цыетами, как вдруг позади раздался голос.

— Цзян Илань! — женский голос окликнул его.

Ли Сюнь обернулся и увидел незнакомое лицо. Но раз они встретились рядом с его домом, может, она знала прежнего Цзян Иланя?

Он ничего не сказал, ожидая, что она заговорит первой. Но его растерянный взгляд, похоже, только разозлил женщину. Она подошла ближе, холодно усмехнулась :

— Ты и правда собираешься теперь притворяться, что не знаешь меня?

Этот тон тут же напомнил Ли Сюню человека, что все эти дни присылала ему сообщения. Кроме того случая, позже он тоже получал похожие по содержанию сообщения, но он никогда на них не отвечал. То с перерывами, то внезапно, с этого номера приходили странные смс.

Как он мог встретить её здесь? Неужели она знала, что он сегодня вернётся домой, и специально пришла искать?

Тан Жуйнин сделал шаг вперёд, заслонив его наполовину своим телом:

— А вы кто?

— Кто я? Ты у него спроси! — женщина указала на Цзян Иланя и закричала. — Взял и внезапно удалил меня из WeChat, ещё и в чёрный список добавил! А я, между прочим, переписку не удалила! Думаешь, ты общался с фанаткой втайне, а я не осмелюсь всё это слить?!

На самом деле в переписке не было ничего особенного. Раньше Цзян Илань в таких вопросах был крайне осторожен и даже если добавлял кого-то в WeChat, то сообщений не писал.

Он познакомился с этой фанаткой на автограф-сессии. Она была очень хорошенькой. Он знал, что она его сасэнка, но не придал этому значения и добавил в друзья. Потом она начала раздражать, каждый день писала и просила о встрече, даже если не получала ответа, продолжала слать сообщения. Казалось, она считала себя его девушкой. В итоге он её удалил и заблокировал.

Тан Жуйнин обернулся и посмотрел на Ли Сюня. Тот слегка покачал головой, показывая, что тоже не понимает, в чём дело

Тан Жуйнин всё понял. В его голове прежний Цзян Илань и нынешний были совсем разными людьми. Втайне он в сердце проклинал того прежнего Цзян Иланя.

Женщина выглядела нестабильно, в её взгляде было нечто знакомое, такое же, как у той другой сасэнки, которая преследовала их на машине, а затем резко рванулась вперёд, чтобы кого-то сбить.Тан Жуйнин встал перед Цзян Иланем ещё плотнее закрыв его:

— Пожалуйста, уйдите. Иначе я вызову полицию.

Услышав это, женщина сначала удивлённо вытаращила глаза, а затем расхохоталась:

— Полицию? Ну так вызови! Вызов полиции для ареста фанатов совершенно неприемлем.

Тан Жуйнин холодно посмотрел на неё и достал телефон из кармана. Ли Сюнь удержал его за руку и покачал головой. Он встал рядом с Тан Жуйнином и спросил её:

— Тут строгая охрана. Как ты вообще сюда попала?

Она усмехнулась, будто не понимая, зачем Цзян Илань это спрашивает:

— У меня есть свои способы.

— Не приходи больше. В следующий раз вызову охрану, и ты никогда сюда не попадёшь. А что ты там собираешься выкладывать в интернете дело твоё.

Он позвонил, вызвав охрану жилого комплекса. Женщина машинально отступила на шаг и повысила голос:

— Ты что, думаешь, я на самом деле ничего не выложу?

Ли Сюнь покачал головой, голос его был спокоен:

— Нет. Ты можешь выложить. Я не имею права вмешиваться.

Женщина злобно сверкнула глазами, оглядела их обоих с ненавистью, бормоча что-то себе под нос. Вдали уже замелькали лучи фонариков. Она выругалась и повернулась, чтобы убежать.

В этом жилом районе жили только очень обеспеченные люди, платившие высокие взносы за обслуживание. Один из охранников, прибежав, извинился и поклонился Ли Сюню. Тот остановил его:

— Это уже случилось, не извиняйтесь. Просто будьте внимательнее в следующий раз.

Охранник закивал и выдал целую тираду обещаний, прежде чем уйти.

— Почему ты не дал мне вызвать полицию? — спустя долгого молчание спросил Тан Жуйнин. — Если она не получит урока, в следующий раз опять может внезапно появиться. Ты и с такими людьми хочешь быть мягким?

— Это не из-за мягкости, — сказал Ли Сюнь. — Просто ты не должен больше вмешиваться в такие ситуации. Недавно на тебя и так уже повесили ярлык зазнавшейся звезды. Если разойдётся новость, что ты вызвал полицию на фанатку, будет ещё хуже. Неважно, сталкер она или нет, если ты вызовешь полицию, а она потом выложит это в интернет, слухи о твоей заносчивости только усилятся.

Тан Жуйнин долго смотрел на него

— Мне всё равно.

— А вот мне не всё равно, ладно? — Ли Сюнь улыбнулся с лёгкой досадой, глядя на нахмуренные брови Тан Жуйнина. Он мягко потянул его за руку. — Ладно, забудь об этом. Не хмурься. Там, вон, есть небольшой сквер. По вечерам туда много людей с собаками приходят. Пошли погуляем?

Один маленький померанский шпиц, завидев Ли Сюня, подбежал и стал лапами карабкаться к нему на ноги. Ли Сюнь присел, погладил его по голове и представил Тан Жуйнину:

— Его зовут Сяо Танъюань (Маленький вареник).

Выгуливала его одна из жительниц комплекса, она узнала Цзян Иланя и поздоровалась:

— Вернулся домой, Сяо Цзян?

— Да, я привёл с собой друга, — с улыбкой ответил Ли Сюнь.

Сяо Танъюань был похож на пушистый комочек. Ли Сюнь немного поиграл с ним, а когда обернулся, заметил, что Тан Жуйнин снимает собаку на телефон.

— Он милый, да? — Ли Сюнь поднял пёсика и поднёс к Тан Жуйнину, чтобы тот тоже мог его потрогать.

Вдалеке спокойно сидела одинокая немецкая овчарка. Она сидела очень прямо, с серьёзным выражением морды.

— Посмотри на вон ту овчарку, — показал Ли Сюнь. — Когда ты хмурился, ты выглядел точно также.

Тан Жуйнин посмотрел в ту сторону. Овчарка тоже подняла голову и встретилась с ним взглядом, пошевелила ушами. Человек и пёс несколько секунд разглядывали друг друга, и Тан Жуйнин сказал:

— Я красивее.

— Это правда, — Ли Сюнь сдержал улыбку. — Ты самый красивый.

Шутливую фразу Тан Жуйнин воспринял серьёзно и повернулся к нему:

— Правда?

— Правда, — уверенно подтвердил Ли Сюнь.

Тан Жуйнин задумался на секунду, а потом неожиданно спросил:

— Я красивее Хуан Мина?

Хуан Мин – участник другой, только недавно дебютировавшей, айдол-группы Cherry Pit. Однажды в разговоре они упомянули эту группу, и Ли Сюнь тогда похвалил Хуан Мина, сказав, что тот очень красив и ещё ко всему главный танцор в команде.

Ли Сюнь не ожидал такого скачка в логике, но всё же ответил:

— Конечно, ты красивее.

Только тогда Тан Жуйнин, похоже, остался доволен. Ли Сюнь не смог сдержать смеха.  Неужели Тан Жуйнин и вправду чувствителен к таким вещам ?

Когда они вернулись домой, одна из гостевых комнат уже была подготовлена, но Ли Сюнь всё равно повёл Тан Жуйнина посмотреть свою спальню. Первое, что бросилось в глаза – это большая настенная картина. Тан Жуйнин сразу вспомнил, что это было с одного из их выступлений, он узнал этот костюм. Тогда в гримёрке Цзян Илань был недоволен нарядом и хотел срочно его сменить. Ассистент и Жун Сяо уговаривали его остаться в нём, Тан Жуйнин почти вспылил, но к счастью Цзян Илань всё же согласился надеть этот костюм.

Теперь всё это казалось таким далёким, словно из другой жизни. Человек на той картине и живой Цзян Илань, стоящий перед ним сейчас – будто два совершенно разных человека.

— Когда ты тогда очнулся и понял, что ничего не помнишь, тебе было страшно? — спросил Тан Жуйнин, не сводя взгляда с картины.

Никто раньше не задавал ему такого вопроса. Ли Сюнь на миг замер и тихо повторил:

— Страшно…

В тот момент всё было слишком хаотично и шокирующе, кажется, он даже не осознал свой страх, в голове крутилась только одна мысль: как справиться с происходящим. Но теперь, вспоминая всё это, ему, конечно, было страшно. Даже сейчас Ли Сюню всё ещё снятся кошмары о том дне, когда его сбила машина. Во сне он видит своё изуродованное тело, слышит чей-то истеричный крик, чувствует, как его тело было раздавлено и размазано по земле. Когда он просыпается в холодном поту, фантомная боль, оставшаяся из сна, словно продолжает расползаться по его телу, а конечности немеют от холода.

— Страшно, — ответил Ли Сюнь. — Я не понимал, что происходит и был в панике.

Тан Жуйнин тихо выдохнул, будто с облегчением. 

Ли Сюнь спросил, будто сам у себя:

— Жуйнин, ты веришь, что у человека есть душа?

— Не верю.

— Я тоже не верил. Считал, что если человек умирает – он исчезает. Душа не может остаётся в этом мире. — Ли Сюнь сказал это, глядя на настенную картину, но будто бы и не на неё. — Раньше я так думал.

— Раньше? А теперь уже так не считаешь?

— Теперь… теперь я не уверен. Возможно, правда есть нечто сверхъестественное. — Он посмотрел на Тан Жуйнина с лёгкой улыбкой. — Например, вы все говорите, будто я стал совершенно другим человеком. А вдруг моя душа и правда изменилась?

Повисла короткая тишина. И Тан Жуйнин едва слышно, почти себе под нос, сказал:

— Как хорошо, что это ты

http://bllate.org/book/13722/1213762