Когда Хэ Ань пришел в себя, был уже первый день Нового года.
Молодой человек открыл глаза, и перед его затуманенным взором возникла широкая и длинная белая полоса, растянувшаяся в обе стороны. Его взгляд слегка сфокусировался, яркий свет лампы дневного света проникал сквозь полуоткрытые веки. После долгого сна яркий свет больно бил по глазам, вызывая сильное головокружение.
Хэ Ань не знал, сколько времени прошло и где он находится, но первое инстинктивное движение не изменилось — он протянул руку и потрогал свой живот. Живот был ровный, без выпуклости.
Линлань?!
Хэ Ань внезапно запаниковал и почувствовал, как сердце пропустило удар. От страха его ослабевшее тело словно застыло, а в ушах раздался шум: разговоры, шаги, стук посуды, детский плач... Это напоминало хаос большого фермерского рынка.
Внезапно Хэ Ань ощутил смешанные запахи: молоко, еда, дезинфицирующее средство и едва уловимый аромат омежьих феромонов.
Перед Хэ Анем мелькали неясные силуэты, но он не мог их разглядеть. Он решил подняться и выяснить, что случилось. Но стоило ему напрячь поясницу, как острая боль пронзила нижнюю часть живота.
— Ах! — Хэ Ань ошеломленно застонал и откинулся на подушку.
— Эй, ты проснулся? — раздался рядом чистый, мягкий голос. — Не двигайся, лежи спокойно, у тебя шов на животе. Постарайся резко не двигаться, чтобы не повредить его.
Хэ Ань глубоко дышал, пытаясь справиться с болью. Постепенно напряженное дыхание выровнялось, и он, наконец, успокоился.
Он обернулся на голос и увидел симпатичного омегу, который внимательно смотрел на него. На соседней кровати сидел невысокий юноша с каштановыми волосами и миловидным круглым лицом, а рядом с ним стоял крупный альфа с коротко подстриженными волосами. На нем был костюм, который нейтрализовал феромоны, а на шее — прозрачный пластырь, подавляющий их выделение.
Альфа оказался привлекательным мужчиной с мощной и агрессивной внешностью. Он выглядел необычно, но держал на руках крошечного младенца. Ребенок уютно устроился в сгибе сильной руки, словно в стальной колыбели.
Хэ Ань не обратил на них особого внимания и внимательно осмотрел комнату.
В палате лежали недавно родившие мужчины-омеги. Возможно, из-за невысокой стоимости комнаты были небольшими. В одной комнате собрались омеги, альфы, только что родившиеся младенцы, их родственники и друзья. В этом небольшом пространстве царила оживленная и дружелюбная атмосфера. Здесь собралось семнадцать-восемнадцать человек. Шум не стихал ни на минуту.
Дешевые палаты не обеспечивали конфиденциальности, поэтому над каждой кроватью были установлены перекладины. На них развешивали занавески, создавая временные перегородки.
Рядом с кроватью соседа-омеги стояла детская кроватка. Хэ Ань обернулся и заметил, что у его кровати тоже была такая же, с мягкой голубой подушкой. Но она была пустая, и в ней никого не было. Хэ Аня беспокоила безопасность ребенка, он был встревожен и хотел найти врача, чтобы понять, что происходит.
В этот момент вошел Чэн Сюй. В руках он держал коробку с едой, а в зубах — кусок куриного крылышка.
— Хэ Ань?! — Увидев его, Чэн Сюй широко распахнул глаза и радостно воскликнул: — Ты проснулся?!
Он закончил говорить, и куриное крылышко исчезло через три секунды, как лист капусты в пасти кролика. Чэн Сюй сглотнул, вытер рот и бросился к кровати молодого человека, обеспокоенно глядя на него.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Чэн Сюй. — Ты в порядке? Не больно? Может, вызвать врача?
Не дожидаясь ответа, помощник сам нажал на кнопку вызова.
Хэ Ань, поглощенный мыслями о ребенке, попытался сесть, опираясь на поручни кровати.
— Где Линлань? Где ребенок?
Чэн Сюй осторожно уложил его обратно на подушки, изобразил одобрительный жест и сказал:
— С Линлань все хорошо. Она лежит в отделении интенсивной терапии новорожденных. Малышка хорошо ест и спит, ее вес уже почти шесть килограммов. Я навещал ее сотни раз, пока ты был без сознания. Все медсестры там меня знают и говорят, что она абсолютно здорова.
— А... Линлань... Тогда... — спросил Хэ Ань успокаиваясь.
— Это девочка-омега, такая же красивая, как ты! — восхищался Чэн Сюй. — У нее большие глаза, черные волосы, изящные ручки и ножки. Она такая мягкая и нежная, что я ее просто обожаю.
Помощник продолжал говорить, а Хэ Ань представил себе милый образ дочери. Он улыбнулся, но в глазах блеснули слезы.
«Все хорошо, все хорошо... Все хорошо... Главное, что все в порядке».
Хэ Ань рассмеялся так сильно, что его плечи задрожали. Неожиданно он задел шов на животе и резко выдохнул от боли. Но он не мог сдержать смех, поэтому хмурился, поднимал брови и тяжело дышал. Это выглядело довольно забавно.
Маленького омегу на соседней койке это позабавило.
— Будь осторожен. Не переживай слишком сильно, когда увидишь ребенка. Иначе сам вернешься в операционную, — пошутил он.
Вызванный врач пришел с медсестрой и провел обследование Хэ Аня. На первый взгляд омега казался бодрым и мыслил ясно. Он выглядел совсем иначе, чем человек, который шесть дней находился в коме.
Доктор не мог не удивиться. Несмотря на хороший внешний вид, анализы крови и мочи показали тревожные результаты: анемия, недоедание, дисбаланс феромонов и медленное заживление ран. Эти симптомы указывали на необходимость оставить его в больнице на две недели для наблюдения. Оценка состояния Хэ Аня была не выше «C».* И то с трудом...
П.п.: Оценка «C» — удовлетворительно.
— Вашего партнера нет рядом, поэтому поддерживать баланс феромонов можно только с помощью лекарств. В ближайшее время будем делать инъекции, а когда состояние стабилизируется, выдадим спрей с низкой концентрацией. Спрей нужно будет использовать как минимум до выписки... — Врач с планшетом в руках указывал на экран. — Пока следите за питанием, нельзя есть что попало. Медсестры будут составлять для вас рационы. Они не так вкусны, как еда из ресторанов, но постарайтесь съедать все, ясно?
— Я понимаю... — кивнул Хэ Ань.
Врач сосредоточился на лекарствах и ни разу не упомянул ребенка. Хэ Ань с нетерпением ждал встречи с Линлань. Его сердце билось так сильно, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Он чуть наклонился вперед и, подняв голову, тихо спросил:
— Можно я сначала увижу ребенка?
Врач замер, обернулся и увидел пустую кроватку.
— Конечно, можете... — Мужчина улыбнулся и мягко коснулся локтя медсестры. — Принесите ребенка из палаты 208, молодой папочка уже не может ждать.
Врач вернулся в дежурную, медсестра пошла за Линлань, а Хэ Ань, прислонившись к изголовью кровати, ждал с нетерпением. Маленький омега на соседней кровати держал грелку и внимательно смотрел на Хэ Аня, будто хотел что-то сказать, но не знал, как начать...
— Что такое? — спросил молодой человек, сразу поняв, о чем пойдет речь.
— Доктор... Доктор сказал, что твоего альфы нет рядом. Ты был один? Тебе, наверное, было очень больно, когда ты рожал? — робко спросил маленький омега.
Мощный альфа-отец, нежно укачивая малыша, улыбнулся и ласково провел рукой по волосам своего омеги.
— Мой муж не боится ничего, кроме боли. В день родов я попал в пробку на шоссе и опоздал на два часа. Когда я приехал, муж в родильной палате все эти два часа без остановки ругал меня. К моему приходу об этом знали все в отделении... — объяснил мужчина Хэ Аню.
— Мне было действительно больно! — Маленький омега смущенно толкнул альфу и обиженно сказал Хэ Аню: — Эти альфы абсолютно ничего не понимают в родах.
Его альфа поспешно склонил голову, признавая свою ошибку. Хэ Аня привлекла эта веселая парочка, которая постоянно переругивалась.
— На самом деле, все в порядке. Боль была сильной всего пару часов, а потом я потерял сознание и больше ничего не чувствовал... — улыбнулся он.
— Ты потерял сознание?! — Маленький омега был в ужасе. Он в панике схватил своего альфу за рукав. — Я же говорил, что могу потерять сознание! Если бы ты опоздал на несколько минут, я бы тоже потерял сознание от боли!
Альфа старался успокоить мужа, который что-то бормотал себе под нос о нехороших людях...
— Почему твой альфа не пришел на роды? Он даже не посмотрел на ребенка. Оставил тебя одного. Как он мог так поступить? — тихо спросил маленький омега Хэ Аня, закончив бормотать.
— Он... — Хэ Ань на мгновение помрачнел, вспомнив о Чжэн Фэйлуане. Затем он поднял голову и спокойно ответил: — Он умер...
— Прости! — Маленький омега был поражен таким ответом и выронил грелку из рук. — Я не должен был спрашивать...
Хэ Ань, заметив его растерянность, добавил более мягко:
— Все в порядке. Я больше не переживаю об этом...
Сказав это, молодой человек почувствовал, как кто-то дернул его за рукав больничной пижамы. Обернувшись, он увидел, что Чэн Сюй с открытым ртом поднимает большой палец и с огромным восхищением показывает «лайк».
«Великолепно, решительно, эталон вдовца!»
— В будущем... я забуду Чжэн Фэйлуаня, и мы с Линлань будем счастливы, — улыбаясь, сказал Хэ Ань...
http://bllate.org/book/13576/1204728
Сказали спасибо 3 читателя