Готовый перевод He Returned Home / Он вернулся домой: Глава 3: Родные места. Часть 3

— Кто разрешил тебе трогать мои вещи?! Верни! Верни мне родословную!

Внезапно приблизившееся лицо было настолько искажено злобой, что почти потеряло человеческие черты. Ши Юцин даже не успел сказать ни слова, как родословную у него вырвал разъяренный хозяин.

Хотя он был так напуган, что не мог вымолвить ни слова, но в момент, когда мужчина повернулся, чтобы уйти с родословной в руках, он всё же инстинктивно бросился отбирать книгу.

Там точно должны быть очень важные зацепки!

Он просто хотел взять ту родословную, но во время борьбы его шея почему-то оказалась в петле рук хозяина дома!

Руки мужчины напоминали сухие лозы, они почти задушили его насмерть.

— Ты хочешь использовать ее для такого дела? Даже не думай! — Злобное выражение лица хозяина бесконечно увеличилось в его глазах.

Ши Юцин качал головой. Его лицо исказилось от боли, он не мог произнести ни слова.

Чужие руки понемногу сжимались, его действительно хотели убить.

Тело юноши постепенно соскользнуло на пол, а рот не мог издавать звуков. Он мог только отчаянно стучать по полу руками...

Раз, два, три...

К счастью, в момент, когда его сознание затуманилось, в дальнем конце коридора наконец появились люди...

* * *

Ши Юцин очнулся в зале.

Он лежал на диване, его шея необычайно болела. Когда он открыл глаза, вокруг быстро собралась группа людей.

Го Ялань протянула ему стакан горячей воды:

— Как ты сейчас?

— Ничего... — Его голос звучал хрипло. — Это вы меня спасли?

— Мы с Ялань и Фэн Бинем искали зацепки на чердаке, услышали стук, прибежали вниз и увидели, что хозяин душит тебя. — Юй Цзэ был немного возмущен. — Мы только оттащили его, как он сразу убежал, и после этого никак не выходит. Нельзя даже спросить!

Неподалеку Ван Дун тревожно расхаживал взад-вперед:

— Как NPC безопасного убежища может убивать... Не может быть!

— Ты что-то сделал? — спросил его Юй Ифань.

Только сейчас Ши Юцин полностью вспомнил всё, что произошло в кабинете. Он посмотрел на стоявших неподалеку людей:

— Та родословная ещё здесь?

Го Ялань уточнила:

— Ты о той грязной книге, которую хозяин держал в руках? Мы оттащили его, а он схватил книгу и убежал.

Фэн Бинь спросил:

— Что не так с той родословной?

Ши Юцин сел, его шея испытывала дискомфорт. Он сделал несколько глотков воды, но всё ещё чувствовал себя плохо. Пришлось достать лекарство и проглотить одну таблетку. Затем он очень медленно рассказал всё, что видел.

Выслушав его, Ван Дун выругался:

— Я понял! Наверняка тот старейшина-медиум вызвал аномалию, поэтому жители города и превратились в этих чертей! Может, сюжет этого инстанса о том, чтобы мы искали место захоронения старейшины?

Но внимание Фэн Биня привлекло кое-что другое:

— Ты сказал, что в кабинете внезапно заиграл магнитофон?

— Мм.

— Ты трогал магнитофон?

— Нет, я услышал звук и только тогда заметил, что он вообще есть...

— Но когда мы пришли, в кабинете не было никаких звуков... — Го Ялань с опаской спросила: — Неужели в безопасном убежище есть?..

Фэн Бинь предположил:

— Магнитофон можно завести на таймер.

— Таймер... Да, наверное, это проделки хозяина. — Хотя Юй Цзэ так сказал, выражение его лица тоже казалось напряженным. Он сжал руку своей девушки. — Давайте не будем пугать сами себя.

Фэн Бинь продолжил спрашивать:

— Ты помнишь ту детскую песенку?

Ши Юцин кивнул и полностью, слово в слово, продекламировал ту песенку.

— Зачем слушать его? Кто знает, не перепутал ли он что-то? Надо искать сам магнитофон! Возможно, зацепка к камням го как раз в ней! — Сказав это, Ван Дун повернулся и побежал на второй этаж.

— Он действительно пошел забирать магнитофон, — неодобрительно прокомментировал Юй Цзэ.

— У тебя и вправду хорошая память. — Юй Ифань с улыбкой разглядывал Ши Юцина. — В такой ситуации, услышав один раз, ты смог всё запомнить.

Та детская песенка не была распространенной, как другие. Ее слова тоже были не очень короткими. В принципе, внезапно услышав ее в испуганном состоянии, можно было запомнить только общий смысл, но Ши Юцин произнес ее гладко, как будто заучил наизусть.

Только когда Юй Ифань сказал это, остальные осознали этот факт.

— Вау, у тебя что, есть способность запоминать с первого раза? — воодушевилась Го Ялань.

Ши Юцин замер, покачав головой:

— Возможно, я слышал ее в детстве.

Тем временем Ван Дун уже быстро сбежал вниз с магнитофоном в руках. Увидев, что все подошли, он самодовольно произнес:

— Я принес его, так что не отнимайте!

Все: «...»

Фэн Бинь не обратил внимания на магнитофон. Он повернулся, взял лист бумаги и стал записывать ту детскую песенку.

Юй Ифань был самым опытным игроком в доме. Видя, что Ван Дун собирается нажимать на кнопки как попало, он не выдержал и остановил его:

— Не умеешь пользоваться — не нажимай просто так! Если там есть зацепки, ты их можешь запросто уничтожить!

Ван Дун не смел ему перечить:

— Тогда, может, ты?

Юй Ифань без церемоний взял магнитофон. Он тщательно осмотрел его снаружи и внутри, затем ловко нажал несколько кнопок на нем, но магнитофон по-прежнему не издавал никаких звуков.

Ши Юцин в отдалении теребил в руках термос и молчал, опустив голову.

Немного спустя Юй Ифань сказал:

— В этом магнитофоне есть батарейки, но внутри нет кассеты и никакой записи. Невозможно, чтобы кто-то завел таймер для воспроизведения детской песенки.

— Что?

— Ты не ошибся?

— Не ошибся. У меня дома раньше продавали такую электронику, включая ремонт.

— Значит, мы действительно встретили призрака?

Юй Ифань пожал плечами, подошел посмотреть на детскую песенку, которую переписывал Фэн Бинь, и сказал:

— Если это связано с правилами, то здесь можно найти слишком много возможных правил. Известной информации слишком мало, так что нельзя действовать вслепую. И к тому же это безопасное убежище, а не квест-комната. Не может быть столько правил. Если это зацепка к камням го... как может быть, чтобы ее слышал только один человек?

Смысл этих слов был очевиден: попав в игру, можно покинуть ее, только найдя камни го. Если подсказку к камням го обнаружил один игрок, она автоматически удаляется. Но если этот игрок не скажет о подсказке или с ним что-то случится до того, как он ее озвучит, разве не погибнут все? И разве тогда прохождение этого инстанса не будет зависеть от чистой удачи?

— Игра не станет создавать такую ситуацию. По крайней мере она даст нам надежду на выживание. Возможно, с самого начала нас затянули в это проклятое место, чтобы наблюдать, как мы изо всех сил боремся... — задумчиво произнес Юй Ифань. — Даже если в детской песенке и содержится подсказка, она вряд ли будет единственной.

Юй Цзэ предложил:

— Давайте продолжим действовать раздельно. Если что-то обнаружим, встретимся здесь.

Юй Ифань согласился:

— Мм, один человек может не заметить какую-то подсказку, но группа — другое дело.

Сказав это, он бросил взгляд на Ван Дуна:

— Мы не в конкурентных отношениях, и количество людей, которые могут уйти после нахождения камней го, не ограничено. Если мы хотим выжить, надеюсь, все смогут нормально сотрудничать.

— Кто ж не знает об этом... — Ван Дун ушел с кислой миной.

Структура этого дома не была слишком сложной. Остальные распределили зоны и разошлись.

К вечеру в зале собралось пятеро человек.

Юй Ифань спросил:

— А где новичок?

Фэн Бинь сказал:

— На чердаке.

Ван Дун снова начал ворчать:

— Как можно искать что-то так медленно...

Фэн Бинь взглянул на него.

Ван Дун издал «хе-хе», добавив:

— Я просто так сказал...

Фэн Бинь снова посмотрел на Юй Ифаня:

— Что у тебя в руке?

Тот слегка замялся, раскрыл ладонь и сказал:

— Я нашел в мусорном ведре ванной на первом этаже одну пилюлю. Кто-нибудь видел такие?

Го Ялань, Юй Цзэ и Ван Дун подошли, внимательно рассмотрели предмет и покачали головой.

Фэн Бинь мельком взглянул на пилюлю:

— Может, это хозяина?

— Наверное. Потом спросим Ши Юцина. — Юй Ифань сунул пилюлю в карман. — Может, позже пригодится. А вы? Что-нибудь ещё нашли?

По очереди они рассказали о своих наблюдениях и мыслях.

Сначала Юй Ифань ещё проявлял интерес, но потом, поняв, что ничего существенного нет, стал отвечать рассеянно. Через некоторое время он спросил у все время молчавшего Фэн Биня:

— А ты?

— На чердаке много газет.

— С газетами что-то не так?

Прежде чем он ответил, с чердака спустился Ши Юцин.

Он нес картонную коробку, с трудом спускаясь вниз, слегка запыхавшись:

— В коробках на чердаке много газет. Кроме местных, есть много ежедневных и еженедельных изданий из окрестных городов, все за последние месяцы. Мне кажется это странным.

Фэн Бинь подошел, забрал у него коробку, и вскоре бросил ее перед всеми:

— Там ещё много. Все идите на чердак, тащите.

Дело касалось жизни, и даже Ван Дун, хоть и был недоволен, ничего не сказал.

Менее чем за десять минут все коробки с газетами с чердака перенесли в зал на первом этаже.

Юй Ифань, посмотрев на газеты, предложил:

— Проверим все свежие новости, особенно заголовки, связанные с лекарствами и преступлениями. Может, найдем причину мутации горожан. Тогда даже если мы покинем безопасное убежище, мы не будем совсем ничего не знать об этих монстрах.

Все согласились, достали газеты и начали просматривать их, начиная с самых свежих дат.

Ши Юцин пролистал немного и замер.

Юй Ифань заметил его странность:

— Что такое?

— Обычно в таких труднодоступных городках не выписывают газеты, верно? Да ещё и так часто, словно за короткое время собрали газеты из разных мест...

— Ты забыл, что на первом этаже есть художественная студия? Хозяин, наверное, художник. Для творческих людей привычка собирать газеты — обычное дело.

— Если бы это было увлечение, их не складывали бы как мусор в беспорядке на чердаке. Многие газеты покрыты грязью и пылью... Не похоже на целенаправленный сбор.

Ван Дун, и так плохо относившийся к Ши Юцину, воспользовался случаем, чтобы язвительно заметить:

— Да ладно, наговорил кучу всего — просто хочешь отлынивать! Я же говорил, этот парень только будет тянуть назад, а вы не верили! Смотрите... Ай! Кто меня пнул?

Фэн Бинь убрал ногу:

— Только что увидел таракана, слегка промазал.

— Ты, черт...

— Заткнись! — Юй Цзэ вышел из себя. — С таким характером, как у тебя, даже если ты выживешь и выберешься, рано или поздно товарищи прибьют тебя.

— Твою мать, я думаю, это ты ищешь смерти!

— Проверим?

Лицо Ван Дуна побагровело. Он, опозоренный, действительно бросился на парня, и они начали драться...

В зале воцарился хаос, звуки драки и разнимания то и дело сменяли друг друга.

Ши Юцин же сосредоточенно смотрел на груду газет перед собой, словно всё остальное его не касалось, внимательно изучая даты.

Большинство газет были изданы за последние полгода, включая ежедневные и еженедельные. Кроме местной газеты из Жочэна, остальные прибыли из разных окрестных городов, на первый взгляд очень беспорядочно... По логике, газеты за полгода не должны были так сильно постареть, но эти были в заломах, некоторые даже порваны, а часть в масляных пятнах...

Словно... словно хозяин газет часто брал их с собой в поездки!

Как только Ван Дуна и Юй Цзэ разняли, все увидели, как молчавший до этого красивый юноша резко встал:

— Не надо медленно просматривать, ищите все мелкие заметки!

— А?

Пока остальные недоумевали, Фэн Бинь и Юй Ифань, казалось, что-то поняли и быстро развернули газеты, чтобы сделать это.

Ван Дун, избитый Юй Цзэ до синяков, понимая, что в доме, кроме этого хиленького белокожего юноши, ему ни с кем не справиться, злобно уставился на Ши Юцина. Он наступил на газету, пытаясь найти повод восстановить лицо, как вдруг Юй Ифань крикнул:

— Нашел!

Несколько человек быстро окружили его.

Ван Дун подумал, что это касалось местонахождения камней го, и тоже подошел ближе, но из-за маленького роста мог лишь нехотя толкаться сзади:

— Блять, заслонили все, я... я тоже хочу посмотреть!

В самом углу той газеты было объявление о пропавшем человеке:

«Мой сын, Цзян Сяодоу, 30 августа этого года в городе Чэнгу сел на незаконное такси на перекрестке, после чего исчез. Ему 5 лет, рост 1,1 м, худощавый, кожа светлая. Говорит на стандартном путунхуа*, без акцента. В тот момент был одет в белую рубашку с длинными рукавами, синие джинсы и синие кроссовки. Пожалуйста, свяжитесь со мной по телефону, если у вас есть соответствующая информация. На одежде был рисунок рыжего кота. Пожалуйста, свяжитесь со мной по телефону, если у вас есть соответствующая информация. Независимо от того, будет ли он найден, если информация окажется правдивой, обязательно щедро вознагражу!

Контактное лицо: Ли Мэй. Телефон: 1-xxx-xxx-xx-xx»

П.п.: Стандартный путунхуа — официальный государственный китайский язык, на котором вещают СМИ, ведется официальное обращение и т.д. Часто известен как «мандаринский».

В зале воцарилась тишина.

Звукоизоляция в этом доме была не очень хорошей, поэтому шум, когда хозяин давал лекарство сыну, большинство на самом деле слышали.

Тот ребенок на втором этаже... являлся пропавшим Цзян Сяодоу из газеты!

— Значит, хозяин — торговец людьми? — громко предположил Ван Дун. — Я понял. Наверное, это связано с похищением людей. Мы убьем того хозяина, освободим Цзян Сяодоу, и камни го точно появятся!

Не дожидаясь, пока остальные отреагируют, Ван Дун уже ворвался на кухню, взял кухонный нож и направился наверх. Пройдя несколько ступенек, он обнаружил, что остальные не двигаются, и обернулся с раздражением:

— Что с вами? Не говорите, что в такой момент не можете поднять руку! Это не реальный мир! И он не настоящий человек! Убьем, и все!

Фэн Бинь презрительно усмехнулся.

— Чего ты, блять, усмехаешься?

Фэн Бинь не обратил на него внимания, повернулся и взял другой топор, валявшийся в зале. Ван Дун подумал, что тот хотел с ним сразиться, поспешно сжал нож и отступил, но смуглый молодой человек просто взял топор и сел на диван.

Ван Дун: «?»

У него даже ладони вспотели.

— Обычно торговцы детьми в кратчайшие сроки уезжают из города, где жил ребенок, чтобы избежать поисков со стороны семьи, родственников или полиции. Даже если родственники ребенка уже не в Чэнгу, торговец не стал бы возвращаться сюда, ведь ребенка могли узнать соседи... К тому же, в этом объявлении о пропаже сказано, что Цзян Сяодоу исчез больше месяца назад. За такое короткое время впечатление о потерявшемся ребенке у всех ещё самое свежее. — Ши Юцин, глядя на газету, сказал: — Хозяин не может быть торговцем людьми.

Лицо Ван Дуна покраснело, затем побелело и снова покраснело, но он так и не смог вымолвить ни слова.

Юй Цзэ немного подумал и, колеблясь, подметил:

— Но в объявлении о пропаже сказано, что у Цзян Сяодоу стандартный путунхуа, без акцента. Значит, он вырос не в Чэнгу. Если его похитили сразу после возвращения...

Юй Ифань прервал его:

— В отличие от больших городов, в маленьких городках и поселках общение очень тесное. Даже если ребенка похитили в первый день его возвращения, это станет большим событием. Даже если не видели Цзян Сяодоу лично, история о его пропаже и его фотография наверняка распространятся по городу... Торговец в такой момент действительно не смог бы вернуться с похищенным ребенком на место преступления, разве что добровольно сдаться.

Сказав это, он улыбнулся и, потряхивая газетой, взглянул на Ши Юцина:

— Если бы не твоя подсказка, не знаю, сколько бы времени мы потратили на эти газеты.

Все газеты были разного типа, и от них рябило в глазах. Большинство игроков, обнаружив такие явно содержащие различную информацию вещи, сначала сосредоточились бы на крупных заголовках или социальных новостях. Что касалось мелких заметок, некоторые были читательскими письмами, некоторые — анекдотами, некоторые — советами. В основном это были места, которые легче всего проигнорировать, поэтому в ограниченное время мелкие заметки как раз было легче всего упустить из виду.

Когда Ши Юцин произнес ту фразу, Юй Ифань лишь задним числом осознал одну вещь — именно потому, что газеты оказались разного типа, все из соседних городов и в таком количестве, они могли бы просмотреть их, но это потребовало бы очень много времени и сил. За это время, если бы с безопасным убежищем действительно что-то случилось...

Юй Ифань прошел пять инстансов и знал, что подсказки, данные игрой, имели свои следы. В этом инстансе он обладал наибольшим опытом прохождения, так что, очевидно, это не должно быть миром высокой сложности.

Тогда и подсказки в газетах тоже должны были иметь закономерности...

А мелкие заметки как раз печатали во всех газетах. К тому же они были сильно связанны с внешним миром!

* * *

Пока Юй Цзэ и остальные продолжали обсуждать то объявление о пропаже в зале, Юй Ифань уже подошел к Ши Юцину. Он достал ранее подобранную пилюлю и спросил:

— Нашел в мусорном ведре на первом этаже. Когда спрашивал остальных, тебя не было... Это твоя?

Ши Юцин внимательно посмотрел и ещё не ответил, как тот засмеялся:

— Конечно, не твоя. Когда ты пил лекарство, я видел, что это были капсулы. Они отличаются от этой пилюли.

Наблюдая, как мужчина снова убирает пилюлю, Ши Юцин моргнул и ничего не сказал.

Юй Ифань снова протянул руку, только на этот раз для рукопожатия:

— Если ты не против, в следующие несколько дней мы можем объединиться в команду.

Неподалеку Фэн Бинь поднял голову, оглядел Юй Ифаня, а затем снова принялся смотреть на газету.

Остальные тоже услышали те слова и с удивлением обернулись.

Бледнокожий юноша спокойно смотрел на протянутую руку. Его черные, как тушь, ресницы дрогнули и опустились, оставив маленькую тень.

Ши Юцин открыл термос и начал пить. Неизвестно, что там было заварено. Несколько капель розовой жидкости вытекли из уголка рта, но тут же были подхвачены светло-красными губами.

— Не хочу, — ответил он.

http://bllate.org/book/13575/1270656