Готовый перевод Meshing Effect / Эффект сцепления: Глава 46. Атака любовными речами

Когда Линь Юйшу связался со знакомым представителем СМИ, чтобы замять новость о Сун Цимине и Юй Сю, ему сообщили, что кто-то его уже опередил. Он предположил, что это, скорее всего, был сам Юй Сю, поскольку тот всегда остро реагировал на подобные ложные сообщения. Хотя он постепенно исчез с радаров общественности, его финансовое положение было достаточно стабильным, чтобы без проблем прикрыть пару-тройку новостей.

В диалоговом окне WeChat Сун Цимин перестал сыпать вопросительными знаками. Возможно, увидел сплетни о себе и Юй Сю и понял, почему Линь Юйшу злится. Но других сообщений он тоже не присылал. Линь Юйшу то и дело поглядывал на телефон, и странное чувство внутри него лишь усиливалось — почему Сун Цимин даже не пытается его задобрить?

Постойте-ка. В очередной раз взяв в руки телефон, Линь Юйшу внезапно осознал: а с чего это ему так хочется, чтобы Сун Цимин его успокаивал? Само по себе возникновение таких мыслей на работе было неправильным. Он отложил телефон, пытаясь сосредоточиться на делах, но в этот самый момент в дверях его кабинета возник знакомый силуэт.

— Директор Линь, — Сун Цимин с деловым видом постучал в дверь. — Найдётся минутка? У меня к вам дело.

Сидящие снаружи коллеги все как один вытянули шеи, а над их головами, казалось, вращались радары сплетен. Только что прогремел скандал, и вот он уже здесь, у Линь Юйшу. Это было точь-в-точь, как кто-то сказал ранее — тут явно что-то нечисто.

Линь Юйшу холодно отвёл взгляд от Сун Цимина, опустил глаза на блокнот в руках и сказал:

— Я сейчас немного занят. Директор Сун, зайдите, пожалуйста, после обеда.

В блокноте значились текущие рабочие задачи, просматривать записи прямо сейчас было вовсе не обязательно.

— У меня срочное дело, — Сун Цимин, не дожидаясь приглашения, вошёл в кабинет, закрыл за собой дверь и опустил жалюзи, отрезав любопытные взгляды.

— Кажется, я просил тебя не приходить ко мне в кабинет? — Линь Юйшу сбросил маску отстранённости и недовольно нахмурился. — Из-за тебя у меня снова будут проблемы с Шао Гуанцзе.

— Я же сказал, у меня срочное дело, — Сун Цимин подошёл к столу и, прислонившись к его краю, посмотрел сверху вниз на Линь Юйшу. — Экстренная ситуация требует особых мер.

— Какая ещё экстренная ситуация? — непонимающе спросил Линь Юйшу.

— Утешить тебя, конечно же, — Сун Цимин протянул руку и ущипнул Линь Юйшу за щёку. — Ты на меня злишься.

Да что это такое… Раздражает. Линь Юйшу подавил подступивший к щекам румянец и напустил на себя важный вид:

— Я не настолько мелочный.

Это, конечно, были слова, сказанные против сердца. Линь Юйшу был именно таким — мелочным: он считал, что Сун Циминь должен утешить его ещё минимум двумя-тремя фразами, но тот сказал:

— Вот и хорошо. Так и знал, что мой дорогой не станет устраивать сцен на пустом месте.

Линь Юйшу: «И как теперь прикажете злиться?» Да и ладно. Сун Цимин и вправду был не виноват.

— Ладно, иди уже, — сказал Линь Юйшу. — А то коллеги снаружи снова начнут сплетничать.

— Не торопись, — Сун Цимин не сдвинулся с места. — У меня к тебе ещё одно дело.

— Какое? — Линь Юйшу подумал, что это, вероятно, будет очередная внезапная атака нежными словами, и уже морально приготовился, но, к его удивлению, на этот раз Сун Цимин заговорил о бизнесе.

— Я сегодня после обеда встречаюсь с Шао Хэсюем, чтобы обсудить вопрос с землёй, — сказал Сун Цимин. — Поедешь со мной?

— Вместе? — Линь Юйшу едва заметно вскинул бровь. — Хочешь, чтобы я обозначил свою позицию?

До сих пор, даже будучи в отношениях с Сун Цимином, Линь Юйшу, по крайней мере внешне, оставался на стороне Шао Гуанцзе. Его мотивы были просты. Во-первых, Шао Гуанцзе был официальным наследным принцем, которого поддерживал Шао Чжэньбан, и Линь Юйшу не хотел навлекать на себя гнев. Во-вторых, только при отсутствии внутренних распрей в семье Шао акции «Юнсин» могли оставаться стабильными, а значит, и его опционы на акции компании не обесценились бы. Всё было продиктовано выгодой.

Линь Юйшу не собирался поддаваться эмоциям. В душе он уже принял решение, но, учитывая их отношения с Сун Цимином, не стал отказывать напрямую и на всякий случай спросил:

— А тебе будет какая-то польза, если я пойду?

— Нет, — ответ Сун Цимина не стал сюрпризом.

— Раз так, — подхватил Линь Юйшу, — какой смысл мне идти?

— Потому что пришло время, — сказал Сун Цимин. — Группа «Наньцзе» не откажется от сотрудничества, им придётся действовать через «Юнсин». Но Шао Хэсюй знает, что ему не одолеть совет директоров, и уже почти сдался. У меня тоже нет оснований заставлять его бороться за эту землю, если только…

Услышав это, Линь Юйшу медленно выдохнул и закончил фразу:

— Если только ты не выйдешь из тени и не создашь с ним единый фронт.

Это было не то же самое, что развод Шао Хэсюя и Фан Лань, где Сун Цимин, как сторонний наблюдатель, мог просто нашептывать на ухо. Если бы он сейчас, оставаясь за кулисами, подстрекал Шао Хэсюя отвоевать землю, тот сразу заметил бы его интерес и понял, что Сун Цимин сам нацелился на неё. Поэтому лучшим выходом было действовать открыто и предложить Шао Хэсюю прямое сотрудничество. А это означало окончательный разрыв отношений со стороной Шао Хэдуна.

— Ты, — с головной болью произнёс Линь Юйшу, — не можешь просто сидеть спокойно?

Линь Юйшу не то чтобы не предвидел этого. Он понимал, что, когда S-Power наберёт силу, Сун Цимин непременно столкнётся с Шао Гуанцзе и даже с Шао Хэдуном. Но думал, что это произойдёт как минимум через три–пять лет и спешить с подготовкой не нужно. Кто бы мог подумать, что Сун Цимин, едва укрепившись на должности, так быстро снова затеет смуту.

— Неужели я должен просто сидеть сложа руки и смотреть, как эту землю забирает группа «Наньцзе»? — нахмурился Сун Цимин. — Если бы это был кто-то другой, ладно, но это твой бывший объект безответной влюблённости. Я не могу позволить ему добиться своего.

Линь Юйшу: «Этот человек вообще кто — бизнесмен или безнадёжный романтик?»

— Значит, ты зовёшь меня с собой, — Линь Юйшу закинул ногу на ногу и откинулся на спинку кресла, раскрывая замысел Сун Цимина, — чтобы напомнить мне, что пора определяться со стороной.

Как только Шао Хэдун узнает, что Сун Цимин встал на сторону Шао Хэсюя, пути назад уже не будет. В тот момент Линь Юйшу больше не сможет, как сейчас, поддерживать хрупкий баланс между ними, потому что Шао Гуанцзе непременно потребует от него определиться. А помочь Шао Гуанцзе по-настоящему он не сможет.

Если бы это случилось раньше, Линь Юйшу без колебаний заставил бы Сун Цимина отказаться от этой затеи. Но с тех пор, как он по какой-то нелепой случайности переспал с Сун Цимином, чаша весов в его душе начала постепенно склоняться в сторону папы Во-Во.

— Так ты решил? — спросил Сун Цимин.

— А если я не пойду, — Линь Юйшу предпринял последнюю отчаянную попытку, — что ты обо мне подумаешь?

— Что ты подлец, — ответил Сун Цимин, словно давно приготовив ответ, и затараторил, — переспал со мной и не хочешь нести ответственность, любишь только деньги, а не мужа, учишь меня не гнаться за одной лишь выгодой, а сам только о выгоде и печёшься...

— Стоп-стоп-стоп, — Линь Юйшу, нахмурившись, прервал его жестом. — Ты же вроде немец — чего такой болтливый?

Сун Цимин вскинул бровь:

— Немец?

«Вот чёрт, случайно проболтался о кличке, которую дал Сун Цимину».

— Я пойду, хорошо? — Линь Юйшу вовремя сменил тему. — Но не рассчитывай, что смогу чем-то помочь.

***

Для встречи с Шао Хэсюем основное здание компании, разумеется, не подходило. В два часа дня все трое один за другим прибыли в уединённую чайную. Линь Юйшу приехал последним. Когда он вошёл в тихую комнату, Сун Цимин как раз говорил о своих планах по строительству гоночной трассы.

— Директор Шао, директор Сун. — Формальности нужно было соблюсти. Линь Юйшу поздоровался с ними и сел рядом с Сун Цимином, ведь эту встречу организовал именно он.

— Господин Линь, вы тоже против строительства курорта? — Шао Хэсюй поставил чашку, и в его голосе прозвучало не только удивление, но и любопытство.

— Я не то чтобы против, — сказал Линь Юйшу. — Просто строительство курорта будет продвигать бренд «Наньцзе», а строительство гоночной трассы — бренд «Юнсин». В долгосрочной перспективе второе выгоднее для развития корпорации.

Как бы то ни было, Линь Юйшу старался сохранять объективность. Если дело не выгорит, у него, по крайней мере, останется путь к отступлению.

— Да, я тоже считаю, какой ещё курорт? — Шао Хэсюй не скрывал своего недовольства Шао Хэдуном. — По-моему, этот тип просто хочет запустить руки в мою компанию.

— В конце концов, группа «Наньцзе» предоставила такую возможность, дядя не мог её упустить, — подхватил Сун Цимин.

— Впрочем, — Шао Хэсюй поднял чашку, отпил горячего чая и посмотрел на Сун Цимина, — ты меня немного удивил, Цимин. Я не ожидал, что ты тоже положил глаз на этот участок.

«Ещё бы не удивиться», — подумал Линь Юйшу. Каждый раз, когда он узнавал об амбициях Сун Цимина, они его шокировали.

— Всё ради развития компании, — сказал Сун Цимин.

— Ладно, раз уж мы здесь собрались, чтобы обсуждать дела, давайте без дежурных фраз, — прямо сказал Шао Хэсюй. — Ты хочешь забрать мой участок под гоночную трассу. Какая мне от этого выгода?

— Выгод много, — перед старшим поколением, искушённым в мире бизнеса, Сун Цимин ничуть не робел и неторопливо перечислил: — Во-первых, строительство трассы — это интеграция ресурсов, так что вы сможете на законных основаниях вмешаться в автомобильный бизнес. Во-вторых, когда трасса прославится, это повысит ваш вес и право голоса в компании. И, наконец, самое важное, — Сун Цимин сделал паузу и вбросил — строительство гоночной трассы — очень веский повод заблокировать сотрудничество дяди с группой «Наньцзе».

На самом деле, первые два пункта описывали не такие уж заманчивые перспективы и были не особо сильными аргументами. Но Линь Юйшу мог уверенно заявить, что Шао Хэсюй скорее продаст эту землю за бесценок, чем добровольно уступит её Шао Хэдуну. Одного только последнего пункта было достаточно, чтобы он согласился на предложение Сун Цимина.

— Ты прав, мне действительно нужен повод, чтобы убедить остальных директоров, — Шао Хэсюй крутил в руках пустую чашку. — Но ты думаешь, что строительство гоночной трассы их убедит? С одной стороны — залоговое финансирование и вливание денег в индустрию развлечений. С другой — сотрудничество с группой «Наньцзе» с перспективой дальнейшего партнёрства в будущем. Здесь и думать нечего: два директора от «Фантянь Недвижимость» и четыре независимых директора точно не встанут на сторону Шао Хэсюя. Ему нужен был более привлекательный проект, чтобы убедить этих директоров отказаться от сотрудничества с «Наньцзе». Но предложенное Сун Цимином строительство гоночной трассы не выглядело таким уж заманчивым.

Сейчас на одной чаше весов оказалась гоночная трасса, на другой — сотрудничество с группой «Наньцзе». Кажется, победа пока за «Наньцзе». Линь Юйшу поднёс чашку к губам и невольно погрузился в раздумья. Какое условие гарантированно заставит дрогнуть этих директоров? Кажется, такого нет. Ни строительство трассы, ни возведение курорта не гарантирует реальной прибыли. Всё зависит от личных соображений каждого из членов совета. Заставить всех директоров, не входящих в лагерь Шао Хэдуна, выбрать строительство трассы — практически невыполнимая задача.

— Убедим мы их или нет, узнаем, только попробовав, — сказал Сун Цимин. — Я и сам не уверен, но если не попытаемся, никто из нас не сможет помешать их сотрудничеству.

— Да, — Шао Хэсюй перестал крутить чашку в руках, очевидно, приняв окончательное решение. — Поступай, как сказал. Лишь бы остановить Шао Хэдуна, а с этой землёй делай что хочешь.

Всё-таки в откровенности есть свои плюсы — убедить Шао Хэсюя оказалось легко. Но теперь перед ними встала куда более сложная задача.

Расходились по очереди, как и пришли. Шао Хэсюй покинул чайную первым. После его ухода Линь Юйшу снова заварил чай, поднял чашку и, посмотрев на сидящего рядом Сун Цимина, спросил:

— У тебя есть какие-нибудь идеи?

— Мне нужно бо́льшее доверие со стороны рынка, — Сун Цимин потёр подбородок, на его лице промелькнуло редкое для него озабоченное выражение. — Иначе будет сложно заставить этих директоров выбрать меня.

Линь Юйшу тут же понял, что имел в виду Сун Цимин:

— Ты хочешь, чтобы они поверили в тебя ещё больше.

После презентации S-Power акции «Юнсин» резко взлетели, что укрепило доверие рынка к Сун Цимину. Но одно это не гарантировало, что между ним и группой «Наньцзе» директора выберут именно его.

— А у тебя есть идеи? — Сун Цимин повернулся и, глядя на Линь Юйшу, спросил: — Если проанализировать с точки зрения инвестиций, как можно убедить этих директоров?

— С точки зрения инвестиций я ничего не придумаю, — ответил Линь Юйшу. — Но… Он сделал паузу и продолжил: — Есть одна вещь, которая, возможно, заставит всех независимых директоров дать своё согласие.

— Какая? — спросил Сун Цимин.

— Сместить Шао Гуанцзе с поста генерального директора.

Это было именно то, чего ранее пытались добиться независимые директора, но Шао Чжэньбан, главный босс, заблокировал их решение. Шао Чжэньбан был крупнейшим акционером холдинга «Юнсин». С его долей акций он мог даже напрямую увольнять директоров, поэтому затею со смещением Шао Гуанцзе пришлось оставить. Но если дело не просто в смещении Шао Гуанцзе, а в выборе между Шао Гуанцзе и Сун Цимином, причём в пользу Суна Цимина, то Шао Чжэньбану будет неудобно вмешиваться. В конце концов, Сун Цимин — тоже член семьи Шао, и Шао Чжэньбан не сможет открыто проявить пристрастность. Тем более что сейчас у Шао Чжэньбана нет причин для предвзятости — Сун Цимин на коне.

Когда Линь Юйшу высказал свою идею, в чайной комнате на мгновение воцарилась тишина. В глазах Сун Цимина промелькнуло нескрываемое удивление, которое, впрочем, быстро сменилось широкой улыбкой.

— Что это за выражение лица? — спросил Линь Юйшу.

— Просто думаю, — с улыбкой сказал Сун Цимин, — какое же счастье, что я смог тебя добиться.

Опять началось. Внезапная атака нежными словами. Линь Юйшу уже немного привык и лишь со слабой ноткой смущения ответил:

— Что ты такое говоришь.

— Я всё-таки тебя недооценил, мой дорогой, — сказал Сун Цимин. — А ты смело мыслишь.

По сравнению с тем, как Сун Цимин одалживал миллиарды долларов, чтобы скупать акции по низкой цене, Линь Юйшу можно было считать консерватором. Переход от строительства трассы к смещению Шао Гуанцзе, конечно, резковат, но эти два условия вместе значительно повышали шансы на одобрение проекта трассы.

— Я лишь подаю идеи, действовать придётся тебе, — сказал Линь Юйшу.

— Знаю, дорогой, — ответил Сун Цимин. — Дай мужу подумать.

Линь Юйшу поднял чашку, отпил чаю, думая: «Когда же этот немец избавится от своей привычки нести сентиментальную чушь?»

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/13504/1200009