Готовый перевод Meshing Effect / Эффект сцепления: Глава 15. Моя несдержанность

Банка в руке незаметно опустела, луна за окном тихо спряталась в облаках. Линь Юйшу, по-прежнему сидел, неосознанно поджав под себя ноги:

— Взаимовыгодное сотрудничество не принесёт тебе убытки. Но если ты захочешь слишком многого, наши переговоры будет очень сложно продолжить.

— Бесполезно говорить всё это только мне, — Сун Цимин откинулся на спинку и, чувствуя себя как дома, хотя и был в гостях, небрежно поставил ногу на край дивана. — Шао Гуанцзе ведёт себя куда хуже меня, разве нет?

— Он не понимает моих намёков. — Линь Юйшу швырнул пустую банку в мусорное ведро. — Придётся придумать другой способ. — С этими словами он направился на кухню: — Будешь ещё что-нибудь?

— Есть что-то покрепче? — взгляд Сун Цимина переместился на винный шкаф в углу столовой. — То белое вино, что ты подарил мне в прошлый раз, было неплохим.

— Белого не осталось, красное будешь? — Линь Юйшу, шаркая тапками, подошёл к винному шкафу.

— Можно, только не сухое.

У Линь Юйшу тоже не было привычки пить красное сухое перед сном. Он выбрал бутылку лёгкого розового вина, но она стояла на верхней полке. Он попробовал дотянуться, но не смог даже коснуться бутылки. Не хватает роста — стул в помощь. Линь Юйшу уже оставил тщетные попытки и собрался повернуться, как вдруг из-за его спины протянулась рука и взяла ту самую бутылку розового вина.

— Ты пьёшь такое? — спросил Сун Цимин, держа бутылку и не отступая ни на шаг. — Я думал, это нравится только девушкам.

Наверное, он тоже принял душ: запаха эбенового дерева и агара не было, лишь лёгкий аромат геля для душа.

— Выбор вина никак не связан с полом, — Линь Юйшу забрал у него из рук бутылку и оттолкнул его: — Не подходи ко мне так близко.

Он повернулся к буфету, чтобы достать два бокала, Сун Цимин последовал за ним и, лениво прислонившись к буфету, наблюдал за присходящим:

— Я тут кое-что заметил.

— Что? — спросил Линь Юйшу, сосредоточенно наливая вино.

— Тебе нравится трогать мою грудь.

Розовая жидкость едва не выплеснулась из бокала. Линь Юйшу тут же выпрямился и яростно посмотрел на Сун Цимина:

— Прекрати нести чушь!

Сун Цимин скрестил руки на груди и невозмутимо произнёс:

— Ты сам-то посчитай, сколько раз уже такое случалось?

— Не было такого, — с праведным негодованием возразил Линь Юйшу. — Это не считается.

— Не считается? А что тогда считается? — усмехнулся Сун Цимин. — Ты прикоснулся ко мне в первый же день нашего знакомства.

Линь Юйшу на мгновение опешил. Он же тогда просто пролил на него пиво, а тот говорит так, будто это было сделано нарочно!

— Ну и как на ощупь? — с абсолютно серьёзным видом поинтересовался Сун Цимин.

Линь Юйшу нахмурился, чувствуя, как в нём закипает злость:

— Откуда мне знать?

— Так потрогай ещё раз.

— Сун Цимин! — его красивые персиковые глаза покраснели от гнева и смущения. — Ещё одно слово, и я разозлюсь по-настоящему!

— Ладно-ладно, больше не буду тебя дразнить.

Сун Цимин перестал улыбаться и потянулся за бокалом, который наполнил Линь Юйшу, но тот шлёпнул его по руке и указал прямо на дверь:

— Уходи. И чтобы после десяти вечера я тебя в своём доме не видел.

— Да ла-а-адно, — немного удивлённо протянул Сун Цимин. — Ты что, правда обиделся?

— Вон, — Линь Юйшу стал выталкивать его в сторону двери.

— Прости, я был неправ, — поспешно извинился Сун Цимин, хотя и не слишком серьёзно. — Это я вёл себя неосмотрительно, не сердись на меня.

Линь Юйшу в два счёта вытолкал его за дверь:

— Таким несдержанным мужчинам, как ты, вообще нельзя выходить из дома.

— Линь Юйшу, — Сун Цимин стоял за порогом, глядя на него так, словно видел впервые. На его лице отразилось полное недоумение. — Ты настолько консервативен?

Линь Юйшу сделал вид, что собирается закрыть дверь.

— Насчёт Шао Гуанцзе ты ещё…

Он хотел добавить что-то по делу, но не успел закончить фразу, как дверь захлопнулась с громким щелчком. Сун Цимин уныло потёр нос:

— Какой грозный.

Он опустил взгляд на свои ноги, на мгновение замешкался, но в итоге так и пошёл домой в тапочках Линь Юйшу.

***

В этот вторник в городе проходила вечеринка для инвесторов. Линь Юйшу, разумеется, должен был присутствовать, и в этот раз уговорил пойти и Шао Гуанцзе.

— Ты уверен, что Сун Цимин придёт? — спросил Шао Гуанцзе.

— Придёт, — ответил Линь Юйшу. — Подожди и увидишь.

Встреча проходила в ресторане пятизвёздочного отеля в формате фуршета. Многие инвесторы прохаживались по залу с бокалами в руках, в то время как Линь Юйшу и Шао Гуанцзе сидели за столиком. Им не нужно было искать внимания — люди сами текли к ним нескончаемым потоком, чтобы поздороваться.

— Господин Шао, менеджер Линь, у меня тут на руках отличный проект, не хотите ли взглянуть…

Если венчурные фонды — финансовые покровители для стартаперов, то «Семейный офис Шао» — финансовый покровитель для самих венчурных фондов.

Линь Юйшу редко искал проекты для инвестиций самостоятельно. Обычно он передавал средства в управление крупным инвестиционным фирмам, выступая в качестве LP материнского фонда [1], таким образом контролируя направление их инвестиций. Даже если какой-то фонд находил перспективный проект, деньги не могли быть вложены без одобрения Линь Юйшу. Поэтому инвесторы относились к нему с немалой долей почтительности и страха.

[1] В мире инвестиций LP (Limited Partnership) — партнёр с ограниченной ответственностью, который предоставляет капитал, но не участвует в управлении. Материнский фонд — фонд, который инвестирует не напрямую в компании, а в другие инвестиционные фонды. Таким образом, Линь Юйшу — представитель очень крупного инвестора, который контролирует множество других, более мелких фондов.

— Отправьте бизнес-план мне на почту, — отослав очередного инвестора, Линь Юйшу спокойно отпил глоток чая.

Сидящий рядом Шао Гуанцзе явно скучал. Линь Юйшу как раз собирался завести с ним разговор на отвлечённую тему, как вдруг в другом конце зала стало шумно. Оба одновременно посмотрели в ту сторону и увидели, как толпа инвесторов окружила высокую фигуру. Линь Юйшу на миг замер, подумав, что ему показалось, но тут Шао Гуанцзе сказал:

— А, Ду Юйфэй вернулся.

Похоже, Линь Юйшу не ошибся. Это действительно был Ду Юйфэй.

— Ты ведь должен его знать? — Шао Гуанцзе отвёл взгляд и посмотрел на Линь Юйшу. — Кажется, вы учились в одном университете.

— Угу, — Линь Юйшу неловко прикрыл рукой щеку. — Он мой старший товарищ.

А ещё тот, кому он когда-то признался в чувствах.

В студенческие годы Линь Юйшу был довольно дерзким. Ему приглянулся Ду Юйфэй, и он недолго думая признался ему. Он хорошо психологически подготовился, полагая, что отказ — не проблема, и никак не ожидал, что Ду Юйфэй ранит его так сильно.

— Прости, младший, — сказал тогда Ду Юйфэй с виноватым видом. — Мы принадлежим к разным социальным слоям. Он использовал слово «слой».

Именно тогда Линь Юйшу, выросший в достатке, впервые осознал, что даже между богатыми есть непреодолимые барьеры. Семья Ду Юйфэя владела всемирной сетью пятизвёздочных отелей, в то время как семья Линь Юйшу только-только переключилась на производство электромобилей и была, по сути, ничем не примечательной мастерской.

Говорят, что иногда человек прозревает в одно мгновение. С Линь Юйшу произошло именно это. Он вдруг понял, что по-настоящему богатые люди не занимаются тюнингом машин. Их Bugatti, Pagani и Koenigsegg сходят с конвейера уже в идеальном состоянии, не оставляя никакого простора для модификаций. Почему культура JDM [2] когда-то была так популярна? Да просто потому, что японские машины были дешёвыми и имели хорошее соотношение цены и качества. Только такие бедняки, как Линь Юйшу, ломали голову над тем, какие детали заменить, чтобы выжать хоть немного скорости. А по-настоящему богатые, если хотели скорости, просто меняли машину.

[2] JDM (Japanese Domestic Market) — японский внутренний рынок. В контексте автомобилей это относится к культуре тюнинга японских спортивных машин (таких как Nissan Skyline, Toyota Supra), которые были относительно доступны и позволяли энтузиастам добиваться высокой производительности путём модификаций.

Тот отказ стал, пожалуй, самым сильным ударом в жизни Линь Юйшу. Все его чувства к Ду Юйфэю испарились. Не потому, что он действительно считал себя недостойным, а потому, что ему не нравились такие высокомерные и расчётливые люди. Но… После этого удара Линь Юйшу словно подменили. Он отчаянно учился, отчаянно работал, желая лишь одного — стать лучше и подняться выше.

Линь Ицзэ был прав: после окончания университета Линь Юйшу не пошёл работать в семейный бизнес именно потому, что считал компанию слишком маленькой, без особого потенциала для роста. Поэтому он устроился в «Семейный офис Шао» и шаг за шагом добился своего нынешнего положения. Он не хотел увольняться и возвращаться в семейную компанию ещё и потому, что, покинув свой пост, он лишился бы этого подобострастия инвесторов.

В итоге получалось, что Линь Юйшу, презирая снобов вроде Ду Юйфэя, так и не избавился от старой обиды и постепенно превратился в одного из тех, кого так презирал. Он был расчётлив, любил деньги, его стремление к успеху стояло превыше всего. А если копнуть глубже, всё лишь потому, что кто-то однажды жестоко ранил его самолюбие.

Цокнув языком, Шао Гуанцзе произнёс:

— Ну вот, и этот явился.

Его голос вырвал Линь Юйшу из раздумий. Он проследил за взглядом Шао Гуанцзе и увидел у входа в ресторан Сун Цимина. Не успел он войти, как его тут же плотным кольцом окружили инвесторы. Он был популярнее, чем австралийские лобстеры на соседнем столе.

Автору есть что сказать. Лао Сун очень разборчив, он тоже был одинок с самого рождения. (:з」∠)

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/13504/1199978