Готовый перевод Meshing Effect / Эффект сцепления: Глава 14. Предъявить претензии

В первый рабочий день в «Семейном офисе» не было и намёка на послепраздничную апатию. Каждый сотрудник снова и снова проверял документы, будучи в полной боевой готовности к предстоящим переговорам.

Время быстро подошло к десяти утра. Сун Цимин вместе с адвокатом точно в назначенное время появился в переговорной комнате. Сегодня он снова был одет неформально, словно просто забежал по пути. Со стороны «Юнсин» оба председателя Шао были заняты и не смогли присутствовать. Вероятно, они понимали, что сделку так быстро не заключить, поэтому предоставили Шао Гуанцзе полную свободу действий.

За столом переговоров братья обошлись без лишних любезностей. Шао Гуанцзе быстро озвучил последнее предложение от группы «Юнсин»:

— Пятьдесят миллионов долларов.

Услышав эту цифру, Сун Цимин кивнул, не выдав никаких эмоций:

— А мы и вправду перешли на доллары.

— Потому что мы крайне серьёзно настроены провести это поглощение, — сказал Шао Гуанцзе и, словно выполнив свою миссию, бросил взгляд на Линь Юйшу, сидевшего рядом. Тот понял, что настал его черёд, и тут же подхватил:

— Господин Сун, вы можете озвучить ваши условия.

Его тон был ровным и выверенным, будто говорил не человек, а бесчувственная машина для переговоров. Сун Цимин, похоже, не ожидал, что тот заговорит, и, смерив его непонятным взглядом, снова обратился к Шао Гуанцзе:

— Вопрос цены поглощения можно отложить. Какие у «Юнсин» планы на будущее S-Power?

— Будет создано подразделение SP, а господин Сун займёт должность главного инженера, — снова ответил Линь Юйшу.

По логике вещей, на столь важный вопрос должен был отвечать не Линь Юйшу. Ведь начальник ещё не высказался, как может подчинённый встревать? Но он отвечал так естественно, что любому было ясно: Шао Гуанцзе передал ему право голоса на переговорах.

— Я не согласен, — Сун Цимин наконец перевёл взгляд на Линь Юйшу. — Я требую создания дочерней компании SP, в которой 70% акций будет принадлежать мне.

— Семьдесят?.. — Шао Гуанцзе, который решил было молчать, услышав требование Сун Цимина, невольно вытаращил глаза с видом полнейшего недоверия.

Линь Юйшу, в отличие от него, оставался куда более спокойным. Не изменившись в лице, он отчеканил:

— Это невозможно.

Его хладнокровие подействовало на Шао Гуанцзе как успокоительное, и он мгновенно выдохнул.

— Невозможно? — Сун Цимин вскинул бровь, в его голосе появились нотки соперничества. — Для меня это не предмет обсуждения. Вы уверены, что хотите так быстро сказать «невозможно»?

— Невозможно — значит невозможно. Со стороны «Юнсин» это также не предмет обсуждения, — неторопливо произнёс Линь Юйшу. — Господин Сун, для переговоров необходима искренность обеих сторон. Если итог сделки — 70% акций, принадлежащих вам, то что это — поглощение или слияние?

Сун Цимин плотно сжал губы, на его лице промелькнуло глубокое недовольство. Даже когда предыдущий адвокат водил его за нос, он не был так раздосадован.

— Зачем «Юнсин» сливаться с тюнинговым ателье? — Линь Юйшу продолжал вести свою линию, каждое его слово кололо, но было по существу. — Если в итоге сотрудничество примет такую форму, как будет выглядеть руководство «Юнсин» со стороны? Компания потеряет авторитет, что для развития S-Power тоже не сулит ничего хорошего. Поэтому я надеюсь, что в этой сделке господин Сун будет думать о том, как максимизировать выгоду обеих сторон, а не только свою личную.

— Менеджер Линь, — Сун Цимин едва слышно скрипнул зубами. — Мой кузен ещё и слова не сказал, не слишком ли далеко вы заходите?

Последние слова он произнёс с нажимом, словно напоминая Линь Юйшу: «А что ты говорил мне наедине?» Если бы их не разделял широкий стол, Линь Юйшу был уверен — Сун Цимин схватил бы его за воротник.

— Менеджер Линь несколько прямолинеен, — вмешался Шао Гуанцзе, решив сыграть роль доброго полицейского. С виду он упрекал Линь Юйшу, но на самом деле его слова были адресованы Сун Цимину. — Мы же одна семья, как Цимин может думать только о себе?

— Эта сделка может быть выгодна обеим сторонам, — снова заговорил Линь Юйшу. — Господин Сун немного уступит, «Юнсин» тоже немного уступит. Добиться взаимовыгодного результата не так уж и сложно.

На самом деле, этими словами Линь Юйшу одновременно напоминал и Шао Гуанцзе, чтобы тот не пытался нажиться на Сун Цимине. Но Шао Гуанцзе, очевидно, не уловил скрытого смысла слов Линь Юйшу и, поняв всё по-своему, сказал Сун Цимину:

— Конечно, кто же не хочет взаимовыгодного исхода? Всё зависит от того, готов ли кузен пойти на уступки.

— Хорошо, — Сун Цимин поднялся и бросил на Линь Юйшу многозначительный взгляд. — Я ещё подумаю над этим.

Второй раунд переговоров также закончился очень быстро. После ухода Сун Цимина Шао Гуанцзе больше не скрывал своего триумфа.

— Ты видел лицо Сун Цимина? — спросил он у Линь Юйшу. — Надо же, ты сумел поставить его в тупик! Я в очередной раз тобой восхищён.

На самом же деле Линь Юйшу прекрасно понимал, что Сун Цимин был не в тупике, а не в настроении спорить. Если бы те же слова ему сказал Шао Гуанцзе, Сун Цимин ни за что бы не уступил и, скорее всего, припомнил бы ему историю с адвокатом, заставив кузена потерять дар речи. Но Сун Цимин просто ушёл, будто и вправду собирался всё обдумать. Однако Линь Юйшу был уверен, что он ушёл не думать, а ждать вечера, чтобы свести с ним счёты дома.

И действительно, когда Линь Юйшу после сверхурочной работы вернулся домой и только-только успел принять душ, в дверь позвонили. Он, в домашней одежде, вытирая полотенцем мокрые волосы, открыл дверь. Сун Цимин, скрестив руки на груди, прислонился к дверному косяку и, вскинув бровь, спросил:

— Что это было? Было весело скамить меня?

Линь Юйшу отстранённо подумал: «А ведь у него отличный китайский, раз он даже знает, что такое «скамить». Впрочем, в двух словах тут не объяснишь. Он развернулся и пошёл вглубь квартиры:

— Заходи, поговорим внутри.

За спиной раздался звук шагов Сун Цимина и щелчок закрываемой двери. Линь Юйшу направился к холодильнику:

— Будешь что-нибудь пить?

— Что угодно, — Сун Цимин переобулся в тапочки и, оглядывая обстановку, прошёл в гостиную и сел на диван.

Линь Юйшу достал из холодильника две банки тоника, вернулся в гостиную, протянул одну Сун Цимину, а затем открыл свою и… по привычке поджал под себя ноги, усаживаясь на диван. Поскольку он только что вышел из душа, его ступни были покрасневшими. Лишь когда взгляд Сун Цимина, будто невзначай, скользнул по его ногам, Линь Юйшу осознал всю неуместность ситуации: он позвал Сун Цимина обсудить дела, с какой стати он уселся в позу лотоса? Он поспешно выпрямился и начал:

— Сегодня…

Не успел он договорить, как у Сун Цимина внезапно зазвонил телефон, прервав его на полуслове. Сун Цимин взглянул на экран и, бросив: «Секунду», прямо рядом с Лин Юйшу ответил на звонок:

— Да, всё в порядке… Хорошо, увидимся.

Разговор не продлился и десяти секунд. Линь Юйшу поднёс банку ко рту и между делом спросил:

— Друг?

На самом деле, Линь Юйшу было совершенно неважно, друг это или нет. Он просто хотел выяснить, имел ли этот звонок какое-то отношение к переговорам. В конце концов, переговоры едва сдвинулись с мёртвой точки, и он не хотел никаких неожиданных осложнений. Однако ответ Сун Цимина оказался для него совершенно неожиданным:

— Нет, это парень, на которого я положил глаз.

— Парень, на которого ты положил глаз? — рука Линь Юйшу с напитком замерла.

— Только познакомились. Капитан Сингапурских авиалиний, — Сун Цимин отложил телефон и произнёс это так, словно в этом не было ничего особенного. — Едва сошёл с самолёта, как тут же подошёл взять мой номер.

Лин Юйшу сделал глоток тоника:

— Кажется, вокруг тебя всё время кто-то крутится.

В этот момент китайский Сун Цимина внезапно испортился. Он непонимающе посмотрел на него:

— Что значит «кто-то крутится»?

— То и значит, что у тебя много парней, — пояснил Линь Юйшу. — Один за другим, без перерывов.

— Ты неправильно понял. Когда это у меня было много парней? — Сун Цимин задумался. — Или в твоём понимании любой, с кем я хожу на свидания, — уже мой парень? Это просто dating, а не relationship. Цель свиданий — посмотреть, подходите ли вы друг другу, стоит ли продолжать общение. Только если оба считают, что подходят, тогда и начинаются серьёзные отношения.

Линь Юйшу не принимал этих западных штучек. В его представлении, для того чтобы пойти на свидание, нужно было как минимум испытывать друг к другу симпатию. А если вы ничего друг о друге не знаете, то что это за свидание? Это же просто встреча двух незнакомцев. Впрочем, Лин Юйшу было лень спорить с Сун Цимином о разнице между свиданием и этим его подходом к оценке кандидатов, поэтому он просто промолчал. В этот момент Сун Цимин вдруг с живым интересом посмотрел на него и спросил:

— Ты одинок?

Лин Юйшу, разумеется, не собирался отвечать. Он уголком полотенца вытер мокрые волосы на затылке и с деланым безразличием бросил:

— Не твоё дело.

— Я слышал, ты трудоголик, — сказал Сун Цимин. — У тебя, должно быть, нет времени на личную жизнь.

Линь Юйшу слегка нахмурился:

— Куда ты лезешь?

— Ты ведь тоже гей, — будто не замечая сопротивления Линь Юйшу в этой теме, Сун Цимин беззаботно раскрыл его маленький секрет. — Шао Гуанцзе возил тебя в Сингапур, потому что хотел за тобой приударить?

— Да ты издеваешься, — Линь Юйшу никогда и ни перед кем не совершал каминг-аут, кроме того, кому однажды признался в чувствах. Ему не нравилась такая прямолинейность Сун Цимина, но он прекрасно понимал, что этот молодой господин такой, какой есть. Поэтому ему пришлось самому вернуть разговор в нужное русло: — Он возил меня в Сингапур с той же целью, что и ты меня — в горы. Вы оба хотели, чтобы я помог вам советом и стратегией на переговорах.

— Это не одно и то же, — тут же возразил Сун Цимин.

— И в чём же разница? — спросил Лин Юйшу.

— Он хочет переспать с тобой.

Лин Юйшу слегка опешил. Переспать? На эту тему вообще нужно разговаривать? Если проанализировать слова Сун Цимина: Шао Гуанцзе хочет с ним переспать, а он, Сун Цимин, не такой, как Шао Гуанцзе. Следовательно, он с ним переспать не хочет. Звучало как простая констатация факта. Столкнувшись с чем-то за гранью его понимания, Линь Юйшу не знал, как реагировать, и уставился на Сун Цимина:

— Мы будем говорить о работе или нет?

Сун Цимин поднял банку с тоником, пряча за ней свой смех:

— Будем. Говори.

Казалось, он уже и забыл, что притащился к Линь Юйшу поздно вечером, чтобы предъявить претензии за сегодняшние переговоры.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/13504/1199977