Готовый перевод Light In The Deep Alley / Свет в тёмном переулке: Глава 5

Запись первого выступления разделили на три выпуска, и два последующих прошли в эфире без особого ажиотажа.

Съёмку репетиции «Шероховатых облаков» в итоге назначили на пять часов вечера в четверг. По дороге в репетиционную студию Чэнь Цзя, сидя в машине съёмочной группы, посвящала Цинь Цинчжо в план съёмок:

— Мы уже предупредили группу, так что сейчас они, скорее всего, как раз репетируют. Когда приедем, ты просто зайдёшь, поздороваешься с музыкантами, послушаешь их и дашь пару советов. Этого будет достаточно.

Цинь Цинчжо кивнул:

— Без проблем.

— Ты ещё и подарок на день рождения приготовил. — Чэнь Цзя взглянула на гитару, которую принёс Цинь Цинчжо, и усмехнулась. — Цинчжо-гэ, какой же ты заботливый. А если другие группы потом не получат подарков, не скажут ли они, что ты выделяешь любимчиков?

Чэнь Цзя в роли режиссёра выездных съёмок разительно отличалась от Чэнь Цзя в роли исполнительного продюсера. Невооруженным глазом было видно, насколько расслабленнее она себя чувствовала.

— Раз уж съёмочная группа специально назначила съёмку на день рождения вокалиста, разве не этого она добивалась? — усмехнулся Цинь Цинчжо.

Чэнь Цзя зажмурилась от смеха:

— Цинчжо-гэ, ты и вправду насквозь видишь все наши уловки.

Машина остановилась на углу улицы Хунлу. Цинь Цинчжо вышел и осмотрелся. По сравнению с оживлённым шоссе неподалеку, где движение не затихало ни на минуту, этот переулок казался на удивление тихим. По обеим сторонам узкой улочки росло несколько ив с толстыми стволами. Стоял конец лета, и цикады, укрывшиеся в густых ветвях, надрывались до хрипоты. Бары, выстроившиеся вдоль переулка, сейчас стояли с плотно закрытыми дверями, набираясь сил в ожидании ночной жизни. Из-за этого вся улочка казалась погруженной в сонную тишину.

Логично предположить, что в такой тишине звуки репетиции должны быть отчётливо слышны, но сейчас не доносилось ни единого звука. Цинь Цинчжо поднял голову на вывеску с надписью «Бар Хунлу» и подумал про себя: «Здания на этой улице выглядят довольно старыми, неужели здесь такая хорошая звукоизоляция?»

Чэнь Цзя тоже заметила неладное. Поднимаясь по ступенькам, она пробормотала:

— В чём дело? Может, у них перерыв?

Стеклянная дверь оказалась не заперта. Чэнь Цзя толкнула её, и она открылась. Цинь Цинчжо и трое операторов с аппаратурой вошли следом.

Бар на первом этаже был пуст. Обстановка ничем не отличалась от любого другого бара, сцена и стойка выглядели безжизненно. Цинь Цинчжо последовал за Чэнь Цзя вглубь помещения, где виднелась ведущая на второй этаж угольно-чёрная лестница. Едва их ноги коснулись ступеней, как на стене вспыхнул ряд светильников с тёплым жёлтым светом.

— Они говорили, что репетируют на втором этаже, — сказала Чэнь Цзя и, торопясь выяснить, почему группа не репетирует, быстро зашагала наверх.

Цинь Цинчжо неспешно следовал за ней, разглядывая старые стены в свете настенных ламп и прикидывая, сколько же лет существует этот бар. Когда до второго этажа оставалось всего несколько ступеней, он услышал наверху голос Чэнь Цзя:

— Мы же заранее договорились о съёмках в это время, почему вы не репетируете? Где вообще Цзян Цзи?

Поднявшись на второй этаж, Цинь Цинчжо увидел девушку-басистку с характерной стрижкой «прическа принцессы» [1]. Она сидела перед диваном и сосредоточенно стучала по клавиатуре ноутбука. Заметив съемочную группу, она отложила работу, встала и поздоровалась с Чэнь Цзя:

— Цзя-цзе, у Цзян Цзи кое-какие дела, он ещё не приехал.

[1] Речь идёт о японской стрижке химэ, которая характеризуется прямыми, ровно подстриженными прядями по бокам лица при длинных волосах сзади.

— Не приехал? И когда он будет? — На лице Чэнь Цзя появилось лёгкое раздражение. — Неужели Цинь-лаоши и три оператора должны ждать его одного?

Барабанщик Чжун Ян, оторвавшись от напряженной игры на телефоне, подбежал и повел Чэнь Цзя к дивану в глубине комнаты:

— Он уже едет, едет! Цзя-цзе, успокойтесь, у Цзян Цзи просто возникло одно дело, вот он и задержался в пути. Скоро будет. Цинь-лаоши, операторы, вы пока присаживайтесь на диван, я ему ещё раз позвоню, потороплю.

Чэнь Цзя вздохнула и, повернувшись, извинилась перед Цинь Цинчжо:

— Цинчжо-гэ, очень неловко получилось. Похоже, придется немного подождать.

— Ничего страшного, — Цинь Цинчжо сел на диван. Он выглядел совершенно расслабленным. — Я не тороплюсь.

Ноутбук Пэн Кэши всё ещё был открыт. Он случайно бросил взгляд на экран и улыбнулся:

— Делаешь домашнее задание?

— Угу. — Пэн Кэши улыбнулась ему в ответ.

— На каком ты курсе? — продолжил он светскую беседу.

— На третьем. — Пэн Кэши закрыла ноутбук, встала, взяла бутылку минеральной воды и протянула Цинь Цинчжо. — Цинчжо-гэ, вода.

Он поблагодарил и взял бутылку. Раньше он просматривал информацию об этой группе: солисту и барабанщику было по девятнадцать, басистке — двадцать один. Барабанщик Чжун Ян выглядел особенно юным и на первый взгляд казался несовершеннолетним. А вот девушка держалась с неожиданной для её лет зрелостью.

Отдав воду Цинь Цинчжо, Пэн Кэши подошла к бильярдному столу и встала рядом с Чжун Яном. Опершись о стол, они что-то тихо говорили в телефон — видимо, звонили Цзян Цзи.

Цинь Цинчжо окинул взглядом помещение второго этажа. Оно было просторным, но обстановка по сравнению с первым этажом казалась более простой и обветшалой. Белые стены были покрыты пятнами и отдавали серостью. После того как расставили несколько бильярдных столов, для репетиций группы оставалось, казалось, не больше десяти квадратных метров.

«Неужели они репетируют здесь?» — прислонившись к спинке дивана, подумал Цинь Цинчжо. Это место мало походило на хорошую репетиционную студию. Обычно группы арендуют для этого специальные помещения, а это выглядело скорее как временное, наспех оборудованное пространство.

Те двое долго что-то говорили в телефон, но ответа, казалось, не было. Чэнь Цзя не выдержала и спросила:

— Не можете дозвониться?

— Цзя-цзе, не волнуйтесь, — повернулся к ней Чжун Ян. — Цзян Цзи, скорее всего, сейчас на мотоцикле, поэтому не может ответить.

Чэнь Цзя взглянула на часы, покачала головой и снова вздохнула:

— Ну и Цзян Цзи…

***

В это самое время Цзян Цзи метался по переулкам, разыскивая Цзян Бэй. Никто не знал окрестные улочки лучше него, но он, уже обшарив каждую, так и не нашёл и следа сестры. В душе у него кипел гнев, которому не было выхода, а во взгляде сквозило очевидное беспокойство.

С завидной регулярностью Цзян Бэй пропадала — выключала телефон, растворялась в городе, будто исчезала с лица земли. В самый первый раз Цзян Цзи искал её почти две недели и наконец нашёл в интернет-кафе, когда она уже шарила по чужим карманам. Позже она стала исчезать чаще. Цзян Цзи постепенно выявил закономерность её передвижений, и времени на её поиски уходило всё меньше.

Тем не менее, каждый раз процесс поиска выводил его из себя, потому что, если он не находил Цзян Бэй, сама она не возвращалась. Цзян Бэй не играла с ним в прятки — она сознательно хотела исчезнуть и стирала за собой следы. У девочки был свой навык выживания — воровство. В этом деле она развила свой незаурядный талант безо всяких учителей.

Как долго сможет продержаться на улице девчонка, промышляющая карманными кражами, Цзян Цзи не знал. Он знал лишь то, что удача не всегда будет на её стороне. Полгода назад, когда он в очередной раз её нашел, она была избита до ссадин и синяков. После этого он приказал ей больше не воровать, но, несмотря на все угрозы и предупреждения, она всё равно периодически срывалась.

Нахмурившись, Цзян Цзи уже собирался расширить зону поиска и выйти на главную дорогу неподалеку, как вдруг почувствовал чужое присутствие. Он обернулся — ни души. Окинув взглядом окрестности, он повернулся и пошёл дальше. В последнее время ему часто казалось, что его преследуют, но стоило обернуться — никого не было.

Буквально вчера вечером он вышел вынести мусор и снова почувствовал за спиной чьё-то присутствие. Обернувшись, он увидел лишь сутулого бездомного, который копался в мусорном баке. Понаблюдав некоторое время за его спиной, Цзян Цзи развернулся и ушёл.

Сейчас ощущение тайной слежки вернулось, словно подливая масла в огонь его и без того растревоженной души. Он в ярости подумал, что сегодня непременно должен выследить этого человека, задать ему трёпку и выяснить, чего он, чёрт возьми, хочет.

Обычным шагом Цзян Цзи свернул в один из переулков. Благодаря Цзян Бэй он досконально изучил все окрестные закоулки. Если бы эти переулки были покрыты не асфальтом, а кожей, он бы уже давно натёр на них мозоли. Он намеренно свернул в тупик и метнулся в сторону, спрятавшись за углом стены. И впрямь, не прошло и двух минут, как он увидел своего преследователя — это был тот самый вчерашний бездомный.

Тот стоял к нему боком и озирался по сторонам, выискивая взглядом, куда же мог деться парень. Цзян Цзи вышел из-за угла и уже собирался подойти и спросить, зачем тот за ним следит, но незнакомец, к его удивлению, отреагировал довольно быстро. Заметив Цзян Цзи, он тут же бросился наутёк.

К счастью, Цзян Цзи от природы был атлетичен и обладал поразительной взрывной силой. В школе он был главной звездой соревнований по бегу на короткие и длинные дистанции. К тому же, он не зря выбрал этот тупик — пробежав не больше десятка метров, он догнал беглеца и схватил его за воротник.

Бездомный резко остановился и пошатнулся, тяжело дыша. Он был лишь немного ниже самого Цзян Цзи. Он потянул его за воротник, пытаясь развернуть к себе лицом, но тот, отчаянно сопротивлялся и не поворачивался. Какое-то время Цзян Цзи даже не мог сдвинуть его с места.

— Зачем ты всё время за мной ходишь? Чего тебе надо? — нахмурившись, спросил он. — Повернись.

Услышав окрик Цзян Цзи, спина бездомного застыла, и он тут же прекратил сопротивляться. Спустя мгновение он медленно и скованно развернулся к Цзян Цзи, упорно отводя взгляд.

Длинные, доходящие до подбородка волосы скрывали большую часть его лица, поэтому Цзян Цзи до сих пор не мог его как следует разглядеть. Но когда тот полностью поднял голову, сквозь спутанные пряди Цзян Цзи начал понимать, что это лицо кажется ему смутно знакомым. Внезапно Цзян Цзи будто поражённый молнией застыл на месте, его лицо в одно мгновение потемнело. Он мёртвой хваткой вцепился в бродягу. Вены на руке, сжимавшей воротник, вздулись и, стиснув зубы, он прошипел:

— …Это ты?

***

Чэнь Цзя и остальные прождали впустую уже почти час. Небо за окном постепенно темнело, а Цзян Цзи так и не появился. Сумерки, сгущавшиеся за окном, медленно съедали свет в комнате, и лицо Чэнь Цзя становилось всё мрачнее. Чжун Ян успел извиниться уже раз сто, повторяя одно и то же, а Пэн Кэши без конца набирала номер Цзян Цзи.

Даже Цинь Цинчжо, который до этого успокаивал Чэнь Цзя своим «я не тороплюсь», начал терять терпение. Он встал, подошёл к окну, открыл его, чтобы глотнуть воздуха, и посмотрел вниз. Став знаменитостью в юном возрасте, он привык, что ждут именно его. Таких ситуаций, когда приходилось ждать самому, в его жизни было крайне мало.

Заметив, что его терпение на исходе, Чэнь Цзя тоже поднялась. Её гнев становился всё более очевидным:

— Да что происходит? Мы сегодня вообще будем снимать или нет? Если нет, то мы немедленно свяжемся с другой группой.

— Мы пойдём поищем его, — заметив, что она вот-вот взорвётся, сказала Пэн Кэши. — Нам очень жаль, Цзя-цзе.

— Да-да, он должен быть где-то поблизости, — Чжун Ян сунул телефон в карман. — Цзя-цзе, через десять минут, обещаю, мы притащим Цзян Цзи сюда. Тогда делайте с ним что хотите.

Одна — сама вежливость, другой — мастер льстивых речей. Чэнь Цзя некуда было выплеснуть гнев, и она лишь махнула рукой:

— Быстро!

Едва они собрались спуститься вниз, как раздался голос Цинь Цинчжо, стоявшего у окна:

— Не нужно. Приехал.

Не успел он договорить, как снизу, словно в подтверждение его слов, донёсся нарастающий рёв мотоцикла. Чжун Ян и Пэн Кэши бросились встречать Цзян Цзи. По лестнице разнёсся топот, перемежающийся шёпотом Чжуна Яна:

— Где ты пропадал? Они ждут уже целую вечность...

Три оператора, поднявшись со своих мест, начали расставлять камеры и настраивать оборудование.

Шаги приближались. Цинь Цинчжо отвернулся от окна и увидел, как на пороге второго этажа появился Цзян Цзи. За ним, запыхавшись, следовали Чжун Ян и Пэн Кэши, на лице которой читалась тревога. Цинь Цинчжо остро почувствовал, что по сравнению с тем Цзян Цзи, который торговался с ним перед прошлой записью и казался нахальным и расхлябанным, нынешний был окутан плотной, тяжёлой аурой подавленной ярости. Он скользнул взглядом по рукам Цзян Цзи и заметил на пальцах следы, похожие на кровь.

Чэнь Цзя смерила подошедшего Цзян Цзи холодным взглядом и произнесла с сарказмом:

— Опоздал на час. Ну ты и звезда, Цзян Цзи.

Цзян Цзи не ответил. Проходя мимо, он даже не удостоил их взглядом и, ни слова не говоря, скрылся в ванной, закрыв за собой дверь. Лицо Чэнь Цзя исказилось от ярости.

Из ванной донёсся шум льющейся из крана воды. Через две минуты Цзян Цзи вышел. На его лице блестели капли, а с чёрных волос у висков стекали струйки воды. Он посмотрел на всех с таким спокойным видом, словно ничего не произошло.

— Что нужно снимать? И как?

— Ты заставил наставников ждать тебя столько времени и даже не объяснишься? — Чэнь Цзя явно сдерживала гнев.

— Если собираетесь снимать, давайте начинать. — Тон Цзян Цзи прозвучал холодно и даже с нотками нетерпения.

— Даже не извинишься? — Чэнь Цзя несколько секунд сверлила его взглядом. Увидев его абсолютно безразличное выражение лица, гнев, который она так старательно подавляла, наконец прорвался наружу. — Или это мы теперь должны бегать за вами и упрашивать сниматься?! Цзян Цзи, тебе вообще это нужно?!

— Мне всё равно, — сказал Цзян Цзи. И выглядел он так, будто ему действительно было всё равно.

— Что ж, съёмок не будет. — Чэнь Цзя глубоко вздохнула и повернулась к остальным. — Цинь-лаоши, операторы, что скажете? Может, поедем снимать следующую группу?

При этих словах трое операторов переглянулись, но промолчали, ожидая решения Чэнь Цзя и Цинь Цинчжо. В воздухе повисло напряжение, которое можно было резать ножом. Все затаили дыхание, боясь лишний раз пошевелиться. Цинь Цинчжо взглянул на Цзян Цзи. Этот парень в прошлый раз помог ему, и сейчас, в такой ситуации, он был единственным, кто мог за него заступиться. Но вот так, с ходу, просить Чэнь Цзя передумать и продолжить съёмку неминуемо заставило бы её потерять лицо.

— Цзян Цзи, — после недолгого раздумья произнёс Цинь Цинчжо. — Извинись.

Цзян Цзи бросил на него взгляд, в котором читалось явное пренебрежение. Цинь Цинчжо мог прочитать в этом взгляде невысказанный вопрос: «Извиниться? Да кто ты вообще такой?»

— Извинись, — видя, что Цзян Цзи молчит, с нажимом повторил Цинь Цинчжо, и в его голосе прозвучала непререкаемая твёрдость. — Перед всеми, кто так долго тебя ждал.

Цзян Цзи молча смотрел на него, ничуть не скрывая своего враждебного настроя. Стороны зашли в тупик. У Чэнь Цзя разболелась голова. Она не знала, как разрядить обстановку. Уговаривать Цзян Цзи извиниться? Судя по тому, что на него не действовал ни кнут, ни пряник, он ни за что не откроет рта. Уговаривать Цинь Цинчжо отступить? Но разве это не подорвёт его авторитет?

Чэнь Цзя вдруг осознала странность ситуации. Цинь Цинчжо — человек проницательный, неужели он не понимает, что, поступая так, сам ставит себя в неловкое положение? Это было на него не похоже. И тут её осенило. Настаивая на извинениях Цзян Цзи, Цинь Цинчжо, на первый взгляд, давал ему возможность сохранить лицо, но на самом деле он подставлял спасительную ступеньку ей. Было очевидно, что Цинь Цинчжо не хотел, чтобы съёмка сорвалась.

Чэнь Цзя вздохнула. Она не могла не пойти ему навстречу. Она взмахнула рукой, чтобы сгладить обстановку:

— Ладно, ладно. Раз уж приехали и столько ждали, давайте снимать как и планировали. — Сказав это, она посмотрела на музыкантов. — Быстро готовьтесь, приводите себя в порядок.

Услышав это, Чжун Ян, словно получив амнистию, принялся на все лады благодарить: «Спасибо, Цзя-цзе, спасибо!» — и поспешил утащить Цзян Цзи на место для репетиций. Пэн Кэши же подошла к Цинь Цинчжо и сказала:

— Простите, Цинчжо-гэ.

Цинь Цинчжо отвёл взгляд от Цзян Цзи и покачал головой:

— Всё в порядке. Главное, чтобы съёмка состоялась.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/13503/1199912