Готовый перевод I’m a Family Doctor in a Domineering Boss Novel / Я работаю семейным врачом у властных боссов: Глава 1.

Глава 1

Семь часов вечера. Шэнь Тинчжоу как раз закончил готовить пасту с бабочками, когда тишину его квартиры разорвал настойчивый звонок в дверь. Незваный гость, похоже, очень торопился — помимо звонка, в дверь ещё и колотили.

Недоуменно нахмурившись, Тинчжоу отставил тарелку с исходящей паром пастой и направился к двери. За порогом обнаружились два знакомых лица в чёрных костюмах и тёмных очках. Не дав хозяину и слова вымолвить, крепкие мужчины подхватили его под руки и потащили к лифту.

Шэнь Тинчжоу в домашних пушистых тапочках выглядел сущим цыплёнком рядом с этими широкоплечими громилами. Один тапок предательски соскользнул с ноги где-то на полпути. Телохранитель остановился, наклонился и, подобрав беглеца, заботливо надел его обратно.

— Что происходит? — В обычно невозмутимом голосе Тинчжоу прорезались панические нотки.

— Господин Хэ немного приболел, доктор Шэнь, — пояснил тот, что надевал тапок.

— Тогда дайте мне хотя бы переодеться, — Тинчжоу смущённо одёрнул пижаму.

На лице телохранителя промелькнуло странное выражение:

— У господина Хэ довольно... срочный случай. — И добавил едва слышно: — И немного буйный.

— Насколько срочный? — насторожился доктор. — Только что вы сказали "немного приболел".

— Очень срочный, — телохранитель старательно избегал его взгляда. — Сами увидите.

Двери лифта с мелодичным звоном разъехались в стороны. Переглянувшись, телохранители синхронно подхватили Тинчжоу под локти и затащили в кабину.

В каждом романе про властного богача обязательно присутствуют две ключевые фигуры: дворецкий, вечно приговаривающий "давно не видел молодого господина таким счастливым", и, конечно же, личный врач. Шэнь Тинчжоу как раз относился ко второй категории — разбирался с самыми разными недугами богатых и влиятельных пациентов.

Точнее, пациентов во множественном числе — у него имелось целых четыре работодателя. И самым проблемным был как раз первый номер, чьи телохранители сейчас бесцеремонно затолкали доктора в чёрный "Бентли". Машина, выбрав кратчайший путь, домчала их до особняка Хэ Яньтина за какие-то двадцать минут.

От стремительной езды у Тинчжоу кружилась голова, ноги подкашивались. Телохранители, заметив его состояние, снова подхватили доктора под руки и почти внесли по ступеням. Не успел смущённый Тинчжоу запротестовать, как навстречу выбежал помощник Хэ Яньтина, сунул ему в руки медицинский чемоданчик и с искренней мольбой в голосе произнёс:

— Простите за беспокойство, доктор Шэнь.

Не дав вставить и слова, Тинчжоу вместе с чемоданчиком буквально внесли внутрь. Он растерянно замер в прихожей, чувствуя себя нелепо в пушистых тапочках и пижаме.

Тонкий металлический привкус в воздухе заставил его принюхаться. Как врач, Тинчжоу обладал обострённой чувствительностью к запаху крови. Следуя за этим тревожным ароматом, он сделал несколько шагов вперёд и застыл, поражённый открывшейся картиной.

Гостиная напоминала поле битвы: повсюду осколки стекла, перемешанные с кровавыми разводами, опрокинутая мебель, на мраморном столике — паутина трещин. У панорамного окна его работодатель держал за горло молодого человека в рубашке, пропитанной кровью. Прозрачные занавески трепетали на ветру, словно призрачные свидетели этой сцены.

"Боже, я попал на съёмки триллера?" — Волосы на затылке Тинчжоу встали дыбом. Он потянулся к телефону, чтобы вызвать полицию, но его остановил холодный насмешливый голос:

— Разве не ты хотел меня убить?

Хэ Яньтин перехватил руку юноши с фруктовым ножом и приставил окровавленное лезвие к собственной сонной артерии. Его лицо застыло безжизненной маской.

— Не дрожи. Бей сюда, если решился.

"Так нож изначально был у парня?" — Тинчжоу медленно убрал руку от телефона.

Цзян Цзи пытался вырваться из железной хватки, его зубы стучали от напряжения. В борьбе лезвие рассекло ткань одежды Хэ Яньтина, оставив на коже кровоточащий порез. Увидев кровь, Цзян Цзи разжал пальцы, его покрасневшие глаза наполнились ненавистью:

— Ты псих.

Хэ Яньтин улыбнулся, но в его взгляде плескалась жестокость:

— Ещё раз увижу тебя с Линь Сюэянем — отрублю ему палец. За каждую встречу.

Бескровные губы Цзян Цзи задрожали.

Прячущийся за углом прихожей Тинчжоу при упоминании Линь Сюэяня наконец понял причину безумия работодателя. Линь Сюэянь был первой любовью Цзян Цзи — они встречались три года, пока в их жизни не появился Хэ Яньтин. Властный бизнесмен влюбился в холодную красоту Цзян Цзи с первого взгляда, началась классическая история преследования.

А потом Линь Сюэянь попал в аварию. Требовалась огромная сумма на операцию. Цзян Цзи рос сиротой, семья Линь Сюэяня тоже не могла позволить себе такие траты. И тут Хэ Яньтин воспользовался ситуацией — через шантаж и манипуляции вынудил Цзян Цзи стать его любовником в обмен на оплату лечения.

Операция спасла Линь Сюэяню жизнь, но он впал в кому и уже полгода не приходил в сознание.

"Так вот оно что, — мысленно констатировал Тинчжоу. — Цзян Цзи тайком навестил Линь Сюэяня в больнице, а Хэ Яньтин узнал?"

"Неужели нельзя выяснять отношения без кровопролития? — продолжил он свой внутренний монолог. — Может, пора перевязать рану Хэ Яньтина? Стоп, а у кого сейчас нож?"

Тинчжоу осторожно выглянул из-за угла. Ох, нож теперь был у господина Хэ. С его нестабильным состоянием и склонностью к припадкам ярости лучше повременить — как бы самому не пострадать.

Внезапно глаза доктора расширились от ужаса...

Хэ Яньтин прижал Цзян Цзи к панорамному окну, жёстко сжал подбородок, заставляя запрокинуть голову, и впился в его губы грубым поцелуем. Цзян Цзи, охваченный яростью и отвращением, замотал головой, попытался оттолкнуть мучителя, но не смог — лишь царапнул по раненой руке.

Хэ Яньтин поморщился от боли, но хватку не ослабил, лишь ещё яростнее впился в губы. Воздух наполнился металлическим привкусом крови, тяжёлым дыханием и влажными звуками борьбы.

Тинчжоу застыл, не в силах осмыслить столь стремительную перемену сцены. "Как это вообще произошло? Должна же быть причина? И... неужели ему не больно?"

Скрип входной двери прервал поток его мыслей. Тинчжоу обернулся, ожидая увидеть помощника, но замер — на пороге возвышалась внушительная фигура старшего Хэ. Видимо, кто-то успел доложить главе семейства о происходящем. За его спиной маячили четверо дюжих телохранителей, а в глазах старика застыл арктический холод. От всей этой картины веяло надвигающейся бурей.

Помощники и охранники Хэ Яньтина сжались у стены, словно испуганные перепёлки. Тинчжоу инстинктивно отступил в сторону, освобождая путь разгневанному патриарху.

Старший Хэ даже не взглянул на учинённый в гостиной разгром.

— Проводите господина Цзяна, — бросил он телохранителям.

Несмотря на вежливую формулировку, в его тоне не было и намёка на любезность. Охранники двинулись к Цзян Цзи.

Хэ Яньтин стремительно шагнул вперёд и с силой вогнал фруктовый нож в деревянный шкаф:

— Только посмейте к нему прикоснуться!

В этот момент он как никогда походил на деда — та же властная, не терпящая возражений манера. Старший Хэ окинул внука равнодушным взглядом:

— Я предупреждал тебя не привязываться к бродячим псам.

Тинчжоу нахмурился. Он ожидал, что патриарх силой образумит взбесившегося внука, но явно не такого поворота.

Цзян Цзи до побелевших костяшек сжал кулаки, глотая унижение.

— Это моё дело. Не вмешивайтесь, — процедил Хэ Яньтин, не отводя взгляда от деда.

Старший Хэ презрительно усмехнулся, но больше не заговаривал об участи Цзян Цзи. Вместо этого он велел внуку немедленно следовать в родовое поместье.

Хэ Яньтин бросил взгляд на Цзян Цзи, но тот демонстративно отвернулся. Молча развернувшись, младший Хэ направился к выходу. Проходя мимо Тинчжоу, он на миг замедлил шаг:

— У него порезы от стекла на руках, — тихо произнёс он и вышел следом за дедом.

Едва за ними закрылась дверь, Цзян Цзи рванул в ванную. Его вырвало — типичная реакция на сильный эмоциональный стресс, вызвавший спазм желудка.

Тинчжоу встал у двери с медицинским чемоданчиком, дожидаясь пациента. К нему подошёл помощник Хэ Яньтина:

— Господин Цзян в порядке?

Тинчжоу повернулся к нему, и помощник смущённо улыбнулся:

— Простите, доктор Шэнь, что пришлось вытащить вас в пижаме. Ситуация была критической.

Он виновато переминался с ноги на ногу, украдкой разглядывая доктора. Привычный образ Шэнь Тинчжоу — безупречно отглаженный костюм, идеально застёгнутая рубашка, аккуратно уложенные волосы — сейчас сменился чем-то совершенно домашним. Пушистая пижама, тапочки с кроличьими ушками, мягкие пряди небрежно падают на лицо, подчёркивая тонкие черты. Он выглядел лет на пять моложе обычного.

"Боже, у доктора Шэня есть такая уютная сторона", — умилялся помощник, представляя, как тот, должно быть, возится дома с кошками и собаками, воркует с ними голосом заботливой мамочки.

Тинчжоу напрягся под его всё более странным взглядом.

— У вас... очень милые тапочки, доктор. Выглядят уютно, — многозначительно протянул помощник.

Пальцы Тинчжоу в этих самых тапочках нервно поджались, но внешне он сохранил невозмутимость и вежливо улыбнулся с видом человека, привыкшего к странностям окружающих.

Помощник понимающе закивал: "Я всё про вас понял".

Только через час Цзян Цзи вышел из ванной. Тинчжоу успел забеспокоиться и даже постучал в дверь. Внешне Цзян Цзи казался спокойным, но пока доктор обрабатывал многочисленные порезы, он сидел с закрытыми глазами, стиснув руки, а на бледной шее судорожно билась жилка.

Тинчжоу искоса глянул на него, но промолчал, быстро закончив с перевязкой.

Вернувшись домой, он обнаружил, что паста безнадёжно остыла. Разогрел в микроволновке, пожарил яйцо всмятку — ужин получился так себе, но голод утолил.

Придерживаясь привычного режима, Тинчжоу отправился спать ровно в половине одиннадцатого. Однако среди ночи он резко сел в постели, нахмурившись:

"Какого чёрта я позволил им указывать, в какой обуви мне ходить?"

http://bllate.org/book/13491/1198529