Готовый перевод Murder Script: A Slip in a Hundred Schemes / Единственный промах в безупречном плане.: Глава 113.

Глава 113. Жребий для определения номера миссии

Восемь кайданов, по одному на каждого — такое решение показалось всем вполне разумным, и возражений не последовало. Каждый кивнул в знак согласия, хотя напряжение в комнате ничуть не спало.

Шэнь Ши незаметно бросил взгляд на Чэн Сянваня. Он не мог не отметить, что этот хладнокровный, невероятно привлекательный бухгалтер каким-то образом, исподволь, перехватил инициативу в этой жуткой «игре», незаметно для остальных заняв позицию негласного лидера. На его лице не дрогнул ни один мускул, но в его спокойствии и логике чувствовалась внутренняя сила.

Шэнь Ши, опустив голову, позволил себе едва заметную, мимолетную усмешку. Не знай он наверняка, что роль детектива в этом сценарии отведена ему, он бы без колебаний предположил, что истинный сыщик здесь — именно Чэн Сянвань. Его аналитические способности и умение сохранять самообладание в критической ситуации впечатляли.

— Даже если кайданов восемь, и мы берем по одному… — внезапно раздался слабый, почти безжизненный голос. Это был Линь Мянь, тот самый «господин Линь», который до этого момента хранил молчание. — Все равно ведь нужно установить какой-то разумный порядок?

Он обхватил себя руками, словно пытаясь согреться или защититься от невидимой угрозы, и пробормотал срывающимся, почти плачущим голосом:

— Я… я не хочу умирать, я так не хочу умирать…

Шэнь Ши перевел взгляд на этого сломленного молодого человека, ссутулившегося и обхватившего себя руками. В той предварительной информации, которую Шэнь Ши получил перед началом сценария, Линь Мянь описывался как заносчивый, высокомерный прожигатель жизни, из тех, кто будет задирать окружающих, даже если его никто не трогает. Такой типаж, столкнувшись даже со сверхъестественными ужасами, по идее, не должен был превращаться в дрожащий комок нервов, не способный выдавить из себя ни слова.

Однако стоило учесть, что Линь Мянь стал свидетелем того, как его подругу буквально разорвало на куски на его глазах, на минимальном расстоянии. Брызги крови и ошметки плоти окатили его с головы до ног. И сейчас, эти темно-красные пятна и крошечные, меньше ногтя на мизинце, кусочки человеческой ткани все еще виднелись на его одежде и коже. Пережитый им шок был действительно невообразимой силы, так что его нынешнее состояние, когда он все еще не мог прийти в себя, было вполне объяснимо.

— Да, да, племянник Линь совершенно прав, — тут же подхватил профессор Бай Саньгэн, часто кивая. Его лицо выражало глубокую озабоченность. — Все эти призраки, вся эта чертовщина… это так жутко, просто до дрожи пробирает. А места их появления разбросаны — какие-то близко, какие-то далеко. Как бы мы ни распределяли, нужно найти такой способ, чтобы все были согласны, чтобы ни у кого не осталось обид…

Профессор Бай говорил красиво и витиевато, но истинный смысл его слов был предельно ясен. В конце концов, это были не шутки — здесь любая неосторожность могла стоить жизни. Естественно, каждый хотел выбрать себе задание попроще, вроде того же «Пьяницы», чтобы гарантированно выжить. А это неизбежно привело бы к спорам и конфликтам.

И пусть Бай Саньгэн был здесь самым старшим и самым авторитетным, пусть в обычной жизни все лебезили перед ним и уважительно именовали «профессором Баем», но перед лицом смерти все эти регалии и условности не стоили и ломаного гроша. Бай Саньгэн так сильно беспокоился о способе распределения кайданов именно потому, что боялся: ему, мужчине под шестьдесят, будет просто не под силу тягаться с группой молодых людей ни физически, ни морально, если дело дойдет до открытого конфликта. Вполне вероятно, что в итоге ему достанется то, что останется после всех, самое опасное и нежелательное.

— … — В комнате вновь воцарилась тишина.

Все переглядывались, никто не решался первым озвучить свои предпочтения и требования. Атмосфера накалялась с каждой секундой.

— А что если… — наконец, Ло Цзыси, любимая ученица Бай Саньгэна, сделала глубокий вдох и постаралась произнести как можно более ровным голосом: — Мы придумаем какой-нибудь справедливый способ? Такой, чтобы устроил всех.

Секретарша Цзянь Сяоюй не удержалась и тут же перебила ее, в ее голосе слышались нотки сарказма:

— И какой же это способ? — Она тихо хмыкнула. — Раз уж мы говорим о справедливости, то давайте просто бросим жребий!

— Точно! — Чжуан Цилинь, владелец бара, хлопнул себя по бедру и тут же подхватил идею: — Давайте тянуть жребий! Что кому выпадет, то и будет. Тогда ни у кого не останется претензий!

С этими словами он поднялся, огляделся по сторонам и, быстро пройдя несколько шагов, снял с этажерки богуцзя в юго-восточном углу комнаты небольшую деревянную шкатулку.

Чжуан Цилинь поставил шкатулку на стол. Это была шкатулка с выдвижным ящичком. Чжуан Цилинь легко потянул за него, и ящичек открылся.

Шэнь Ши вытянул шею, чтобы заглянуть внутрь, и увидел, что в ящике лежит медная курильница для благовоний.

— По-моему, эта коробочка как раз подойдет, — заявил Чжуан Цилинь.

Он вынул курильницу, небрежно отставил ее в сторону, а затем порылся в своей поясной сумке и извлек оттуда совершенно новую, нераспечатанную колоду игральных карт.

Ранее, когда бумажные дети торопили всех выходить из машины, никто не успел захватить с собой крупный багаж. Только у Чжуан Цилиня была поясная сумка, а Цуй Вань и Цзянь Сяоюй, две девушки, чисто рефлекторно прихватили свои маленькие сумочки.

— Эх, — вздохнул Чжуан Цилинь, — я вообще-то брал карты, чтобы вечером, если будет нечего делать, в «Доу Дичжу» сыграть. А теперь вот, приходится использовать их для такого дела.

Он сорвал пластиковую обертку с колоды и разложил стопку новеньких карт на столе басяньчжуо. Карты легли идеально ровно, все четыре масти без малейшего беспорядка.

— Один, два, три, четыре… восемь. Видите, все правильно?

Чжуан Цилинь одну за другой вытащил карты от пикового туза до пиковой восьмерки, дал всем убедиться, что все в порядке, а затем, зажав их между пальцами, принялся ловко тасовать.

— Итак, каждая карта будет соответствовать номеру кайдана. Какой номер вытянешь, тот сегодня вечером и будешь выполнять…

Он сделал паузу и многозначительно посмотрел на присутствующих.

— А если кто-то не сможет выполнить свое задание, то на следующую ночь его номер просто сдвинется на следующий по порядку.

Цзянь Сяоюй моргнула и высказала свое сомнение:

— Но разве в «правилах» только что не говорилось, что проваленный кайдан на следующий день больше не появляется?

— Ну так и сдвинется на следующий по порядку, — Чжуан Цилинь лениво приподнял веки и холодно ответил. — В любом случае, раз есть проваленный кайдан, значит, кого-то из нас уже нет.

Все замолчали.

Действительно, если кайдан провален, значит, кто-то уже мертв — неважно, убил ли его призрак во время выполнения задания, или же его стерла система за невыполнение. В любом случае, до следующего рассвета он точно не доживет. Таким образом, хотя один кайдан и исчезнет с карты, один игрок также исчезнет. Оставшееся количество кайданов по-прежнему будет соответствовать количеству игроков. Достаточно просто сдвинуть нумерацию на один пункт, и это никак не повлияет на задания следующей ночи.

Все присутствующие были достаточно сообразительны и быстро это поняли, так что больше никто ничего не сказал.

— Ну что, тянем тогда! Ставки сделаны, ставки больше не принимаются, отступать нельзя! — объявил Чжуан Цилинь.

С этими словами он положил восемь перетасованных карт рубашкой вверх в выдвижной ящичек шкатулки, закрыл его и несколько раз сильно встряхнул.

Шэнь Ши стоял совсем близко и отчетливо слышал, как плотные картонные карточки ударяются о деревянные стенки ящика с характерным «шлеп-шлеп» звуком.

— Прошу, вы первый, — Чжуан Цилинь совершенно естественно протянул шкатулку старейшему из присутствующих, Бай Саньгэну, и приоткрыл крышку ровно настолько, чтобы в образовавшуюся щель могли пролезть пять пальцев. — Профессор Бай, тяните одну.

Бай Саньгэн просунул пальцы в щель и после некоторого колебания, наконец, вытащил карту из середины стопки.

Он перевернул ее — пиковая четверка.

— Отлично, номер четыре! — воскликнул Чжуан Цилинь с энтузиазмом заправского телеведущего и, обернувшись, бросил взгляд на северную стену. — Это «Мешок с фекалиями»!

Не дожидаясь, пока вытянувший «четверку» Бай Саньгэн выскажет свое мнение, Чжуан Цилинь снова закрыл крышку шкатулки, встряхнул ее пару раз и протянул своей соседке, красавице-секретарше Цзянь Сяоюй.

— Прошу, сестрица Сяоюй, теперь ваша очередь.

Цзянь Сяоюй вытащила «семерку».

— Следующий. Давайте по порядку, по часовой стрелке, — Чжуан Цилинь передал шкатулку для жребия сидевшему рядом с Цзянь Сяоюй хладнокровному красавцу Чэн Сянваню.

Бухгалтер вытянул «пятерку».

За Чэн Сянванем последовал Линь Мянь, тот самый «господин Линь», чьи нервы, казалось, были натянуты до предела. Дрожащей рукой он извлек из шкатулки карту – пиковую «восьмерку». Его лицо исказила гримаса ужаса, словно эта цифра уже предрешила его судьбу.

Затем настал черед Шэнь Ши. Прежде чем просунуть пальцы в узкую щель шкатулки, он нарочито быстро, но внимательно пересчитал оставшиеся карты – их было ровно четыре, что в точности соответствовало количеству еще не выбравших игроков. Никакого обмана. Он взял самую нижнюю карту, ту, что лежала на самом дне ящичка. Перевернув ее, он с удивлением обнаружил пикового «туза». Номер один. Что ж, это могло означать как удачу, так и серьезное испытание.

После Шэнь Ши к шкатулке подошел Ло Цзыси, юноша с артистичной внешностью и заплетенными косичками. Ему досталась «двойка».

Бай Саньгэн, сидевший слева от Ло Цзыси, уже сделал свой выбор, так что его, естественно, пропустили.

Таким образом, оставались только сам Чжуан Цилинь и его спутница Цуй Вань.

Чжуан Цилинь галантно уступил право выбора даме. Девушка вытянула «тройку». И тогда Чжуан Цилинь, не мудрствуя лукаво, полностью выдвинул ящичек шкатулки и на глазах у всех извлек оставшуюся последнюю карту – «шестерку».

Итак, жребий был брошен. Задания-кайданы на сегодняшнюю ночь были распределены между всеми участниками. Теперь каждому предстояло встретиться со своей порцией ужаса в одиночку.

Церемония жеребьевки завершилась. Затянувшиеся споры и напряженное ожидание изрядно вымотали всех. Чувствовалось общее физическое и моральное истощение. Особенно тяжело пришлось Линь Мяню, «господину Линю», чья одежда и кожа все еще хранили жуткие следы недавней трагедии – засохшую кровь и мельчайшие фрагменты плоти его несчастной подруги. Ему как никому другому требовалось найти место, где можно было бы привести себя в порядок, смыть с себя этот кошмар.

Посовещавшись, все решили разойтись по своим комнатам, чтобы немного отдохнуть и собраться с силами перед обедом, когда они снова должны были встретиться.

— Сегодня на обед приготовлю я, — неожиданно вызвалась Цзянь Сяоюй, беря на себя кухонные хлопоты. Ее голос звучал бодро, но в нем сквозила некоторая неуверенность. — Правда, я почти уверена, что здесь нет ни природного газа, ни газовой плиты. И понятия не имею, какие продукты тут вообще найдутся. Так что придется готовить из того, что есть. Вы уж не жалуйтесь, если будет невкусно.

Все наперебой принялись ее уверять, что никто и не подумает жаловаться, что они будут рады любой горячей еде, и что чтобы сестрица Сяоюй ни приготовила, они примут это с благодарностью.

После обмена любезностями Шэнь Ши направился в свою комнату в восточном крыле, на двери которой висела табличка с его именем.

Проходя мимо водяных часов клепсидр во внутреннем дворе, Шэнь Ши намеренно обратил внимание на время – стрелка приближалась к часу У, что означало примерно одиннадцать часов утра. Времени до полуночного похода в горы оставалось не так уж много.

Дверь в его комнату запиралась на старомодный деревянный засов. Такой замок можно было запереть изнутри, но когда хозяина не было в комнате, запереть его снаружи было невозможно. Впрочем, в этом сценарии «убийства по сценарию» существовало четкое «правило», запрещающее причинять вред другим игрокам. Поэтому Шэнь Ши, в отличие от предыдущего расследования, не нужно было постоянно опасаться нападения со стороны других участников. Он мог позволить себе немного расслабиться.

Тем не менее, из предосторожности он все же задвинул тяжелый деревянный засов.

— Сяолань, — позвал Шэнь Ши своего искусственного интеллектуального помощника.

Силуэт Сяоланя тут же материализовался из воздуха прямо перед его хозяином, легкий, почти невесомый.

— Хозяин, — произнес ИИ, его голос был мелодичным и успокаивающим. Он слегка улыбнулся Шэнь Ши и чуть заметно поклонился.

— Эх, как же я рад тебя видеть, сразу спокойнее на душе, — Шэнь Ши устало вздохнул и тяжело опустился на кровать с резным деревянным каркасом. — Мы еще даже толком не начали встречаться с призраками, а я уже так вымотался. Как же я переживу эту ночь!

С этими словами он завалился на кровать, закрыл глаза и надолго замер без движения.

Шэнь Ши полежал так некоторое время, пытаясь восстановить силы, а когда снова открыл глаза, то обнаружил, что Сяолань сидит на краю кровати и протягивает к нему руку. На одно короткое мгновение Шэнь Ши показалось, что Сяолань, как это часто делал раньше У Цзинлань, хочет проверить температуру его лба. Однако изящная, с длинными пальцами рука ИИ лишь мягко опустилась ему на плечо.

— Хозяин, переоденьтесь и немного поспите. Я разбужу вас перед обедом, — предложил Сяолань, его голос звучал заботливо.

— Нет, не буду, — Шэнь Ши решительно встряхнулся, собрал остатки воли в кулак и одним резким движением, известным как «карп, выпрыгивающий из воды», поднялся с кровати. Он с наслаждением потянулся, разминая затекшие мышцы. — Времени на подготовку и так в обрез. Ситуация пока совершенно неясная, так что я не осмелюсь спать спокойно.

С этими словами он принялся расхаживать по комнате, внимательно осматриваясь.

— Дай-ка я погляжу, что это за «полезные вещи», о которых говорили те двое бумажных чертят…

http://bllate.org/book/13486/1198124