Готовый перевод Half Immortal / Полубессмертный: Глава 6

Глава 6 — Отель Чанлан (6)

В тот самый момент, когда лезвие вошло в глаз, «Гао Мин» немедленно издал пронзительный крик.

Этот крик, на самом деле, имел тембр женского голоса!

Более того, из проколотого правого глаза «Гао Мина» стекала не алая кровь, а зловещая густая черная жидкость. Это была точно такая же жидкость, как и «свежая кровь», что стекала из глаза женщины на портрете, когда Янь Мингуан проколол его ранее в комнате номер 5.

Это была кровь, принадлежащая человеку из картины.

Пронзительный крик длился совсем недолго. Безглазая девушка перед Янь Мингуаном внезапно исчезла, а «Гао Мин» превратился в облик той самой девушки.

Девушка с ножницами в руках стояла в дверном проеме, с ножом, торчащим из ее правого глаза, из которого стекала густая черная жидкость. Спустя всего несколько мгновений она начала разрушаться, сантиметр за сантиметром. Нож Янь Мингуана с грохотом упал на пол, и девушка постепенно исчезла.

В художественной мастерской весь беспорядок, созданный во время недавней схватки, также полностью исчез. Мольберт по-прежнему аккуратно стоял на своем месте, а на полу были разбросаны бесчисленные портретные картины.

Дверь художественной мастерской также не была открыта, как это видели ранее Янь Вэй и Янь Мингуан. Дверь была в какой-то момент закрыта, и на ней была наклеена именно та картина с девушкой, подрезающей растения ножницами!

На картине в пустой глазнице девушки зияла дыра — она постепенно увеличивалась, и фрагменты бумаги начинали осыпаться вниз.

Янь Мингуан подошел, поднял свой нож с пола и кратко сказал:

— Иллюзия.

— Верно, — усмехнулся Янь Вэй. — Иллюзия началась не с этой художественной мастерской, а с того момента, когда мы прокололи портрет в комнате номер 5. С самого начала Гао Мин, который пришел за нами, был фальшивым.

Янь Вэй с самого начала чувствовал, что с этим «Гао Мином» что-то не так. Позже, когда «Гао Мин» велел бежать, а безглазая девушка никогда не включала «Гао Мина» в число своих целей, Янь Вэй полностью понял, в чем заключалась проблема.

Когда они уходили из ресторана, они сказали Гао Мину, что сначала вернутся в свои комнаты. Однако, когда фальшивый Гао Мин пришел за ними ранее, он сказал: «вы что, еще в комнате», что не звучало так, как будто он знал об их планах.

Более того, фальшивый Гао Мин все время был бледным, и даже когда его очки сползли вниз, он не проявлял никакой реакции, что явно указывало на отсутствие крови, присущей человеку из картины. Кроме того, у девушки на картине не было глаз, поэтому она не ощущала сползшие очки.

Янь Вэй кратко изложил вывод:

— Эта девушка с ножницами из картины приняла облик Гао Мина, спустилась вниз и вызвала нас — все еще находившихся в нашей комнате — на верхний этаж, в художественную мастерскую. То, что мы видели за дверью, было реальным, но после того, как мы вошли в эту художественную мастерскую, она уже закрыла дверь и создала иллюзию. Поэтому твои атаки были бесполезны не потому, что у нее не было глаз, а потому что та ее версия, которую ты атаковал, изначально была фальшивой; настоящая она находилась у двери.

Янь Вэй присел на корточки, опустил голову и взглянул на разбросанные по полу фрагменты безглазой девушки.

— Ты сказал, что это непохоже на твое последнее нападение; в прошлый раз тебя втянули в мир картины, а на этот раз человек из картины вышел наружу — я счел это нелогичным. Если бы люди из картин действительно могли свободно выходить и атаковать, при таком количестве портретов мы бы уже давно были мертвы, полностью уничтожены. Я считаю, что они не могут убивать людей за пределами картин.

— Это также объясняет, почему девушка казалась такой сильной, и все же каждый раз мне удавалось избежать удара ее ножницами. Та самая игра, заставляющая нас выбирать, кому выколют глаз, а также намеренные атаки ножницами в мою сторону — все это было отвлекающим маневром, предназначенным для того, чтобы заставить нас «бежать».

Достаточно было побежать к двери, как наклеенная на нее картина вступила бы в действие; они не выбежали бы из художественной мастерской, а вместо этого... побежали бы прямиком в картину этой девушки с ножницами!

Безглазая девушка не могла убивать вне картины, но внутри это было бы подобно ловле рыбы в бочке!

В тот момент, независимо от того, стали бы они сражаться с иллюзией до полного истощения или последовали бы совету «Гао Мина» — то есть настоящей безглазой девушки — уйти, тем самым бросившись в картину, они стали бы добычей, пойманной девушкой.

И только убив фальшивого Гао Мина у двери, то есть убив настоящую безглазую девушку, они действительно спаслись.

Янь Вэй поднял с пола фрагмент портрета, бегло осмотрел его и сказал:

— Хотя атаковавшая нас была иллюзией, если бы тебя не было, с моими скромными физическими способностями я, вероятно, побежал бы наружу в первую же секунду ее появления.

Янь Вэй прекрасно понимал, какой он человек. Он всегда предпочитал видеть людей насквозь, но из-за этого, хотя он и относился к людям приветливо, было трудно найти того, кому он мог бы по-настоящему полностью довериться.

Но при первой же встрече с Янь Мингуаном он почувствовал, что на этого человека можно положиться. Поэтому, когда появилась безглазая девушка, у Янь Вэя практически не было сомнений в том, что Янь Мингуан сможет ее остановить.

— Спасибо, — сказал он. — Ты также оказался сильнее, чем они предполагали.

Суметь продержаться в схватке с призраком так долго, и все время не уступать...

Янь Вэй даже не мог определить пределы боевых возможностей Янь Мингуана.

Янь Мингуан посмотрел на него, его голос стал низким:

— Ты такой... это хорошо.

Янь Вэй опешил, на мгновение задумался и затем понял, что Янь Мингуан имеет в виду его поведение, когда он полностью раскрылся во время анализа.

Он усмехнулся:

— В присутствии людей, которым не доверяю, я не люблю выставлять себя напоказ.

Янь Мингуан ненадолго замолчал.

— Тоже хорошо, — сказал этот человек.

Янь Мингуан убрал складной нож в форме кинжала, засунул одну руку в карман и встал прямо, вытянувшись во весь рост. Очки в серебряной оправе по-прежнему идеально сидели на переносице, а его черная как смоль куртка была аккуратной и выглядела как новая.

Он только что провёл некоторое время в схватке с иллюзией безглазой девушки, но при этом нисколько не выглядел потрёпанным.

Он посмотрел на Янь Вэя, и его глаза за стёклами очков слегка дрогнули.

Янь Мингуан сказал:

— Я тоже благодарю тебя за то, что указал на ключевой момент.

Янь Вэй тихо рассмеялся.

Вообще-то, учитывая силу Янь Мингуана, если бы ему никто не указал на это, и он бы продолжил бороться с иллюзией, в то время как фальшивый Гао Мин всё ещё находился у двери, Янь Мингуан в конечном итоге всё равно заметил бы неладное.

Но Янь Мингуан выиграл для него время, чтобы подумать, а он сэкономил Янь Мингуану массу сил и усилий — в общем, это было взаимовыгодно.

Янь Вэй перелистал стопку обрывков, почувствовав, что не нашёл ничего особо полезного, и уже собирался встать, как вдруг увидел под обрывками, на самом верху слоёв портретов, полностью покрывавших пол, один совершенно отличный от других портрет.

Это был портрет мужчины!

Янь Вэй поспешно разгрёб лежавшие сверху обрывки, вытащил тот мужской портрет и поднялся на ноги.

В тот же миг в сознании Янь Вэя и Янь Мингуана одновременно прозвучал голос системы «Башни».

[Поздравляем игрока с полным разрешением кризиса в художественной мастерской. Получена дополнительная награда: +1 к физическому индексу.]

В этот момент Янь Вэй почувствовал, что его физическая форма значительно улучшилась по сравнению с прошлым. Если бы сейчас повторилась ситуация, когда безглазая девушка бросала в него ножницы, он, возможно, смог бы увернуться от одного-двух бросков и без помощи Янь Мингуана.

[Поздравляем игрока с получением внутриигрового предмета: Один автопортрет владельца отеля. Данный предмет является предметом-уликой. Пожалуйста, используйте его с умом и старайтесь выжить.]

[Поскольку игрок наступил на ценный автопортрет владельца отеля, игрок получает действующий на протяжении всего данного инстанса дебафф, который невозможно снять: «невезучий настолько, что и водой подавишься». В ситуациях, когда призраки/духи инстанса не имеют конкретной цели, или при входе в активированные побочные квесты, игрок становится первостепенной целью для атак. Пожалуйста, действуйте осторожно и старайтесь выжить.]

Янь Вэй: «...»

Он опустил взгляд на отпечаток ступни на верхней половине автопортрета — это был след от того раза, когда он, не заметив портрет, наступил на него.

Янь Вэй: «............»

Всего лишь за один шаг дают такой серьёзный дебафф? Неважно, в каком состоянии сейчас находится владелец отеля, но разве это не слишком мстительно?

После того как Янь Вэй и Янь Мингуан обменялись информацией, выяснилось, что только первые два оповещения совпали у Янь Мингуана. Третье оповещение Янь Мингуана гласило, что, поскольку он трижды подряд выкалывал глаза фигурам в картине, он получил бафф «ненависть обитателей картин», становясь последней целью атак призраков/духов в последующее время.

У другого был бафф, делающий его последней целью для призраков, а у Янь Вэя — дебафф, делающий его основной мишенью.

Янь Вэй: «....»

Что ж, у него уже и так была «ненависть служащего», так что на один дебафф больше — не беда. Судя по всему, для убийств призраками/духами требуются определённые условия и способы. Он просто будет действовать по обстоятельствам, когда придёт время.

С дебаффом ничего не поделаешь. Янь Вэй и Янь Мингуан снова перевели внимание на автопортрет.

Собранные к настоящему моменту улики постоянно указывают на то, что владелец отеля, будучи художником, определённо очень важен. Чтобы найти «лестницу», неизбежно придётся разбираться с художником.

Этот автопортрет, несомненно, поможет в поиске зацепок.

Но Янь Вэй прямо передал автопортрет владельца отеля Янь Мингуану:

— Держи его у себя. Хотя это и улика, но ты сильнее, и с тобой он в большей безопасности. К тому же, у меня дебафф, а у тебя бафф. С тобой, определено, будет лучше.

Янь Мингуан не сразу взял его, а лишь молча взглянул.

Янь Вэй насмешливо приподнял бровь и улыбнулся:

— Когда я считаю кого-то напарником, у меня есть базовое доверие. Я не боюсь, что ты его прикарманишь, и, кроме того, такой сильный человек, как ты, очевидно, не нуждается в подобных поступках.

Янь Мингуан ответил:

— Хорошо.

В тот момент, когда он уже собирался взять автопортрет из рук Янь Вэя, тот внезапно отдернул руку.

— Погоди секунду.

Янь Вэй положил автопортрет на пол.

Затем он поднял ногу и семь или восемь раз топнул по автопортрету спереди, сзади, слева, справа, сверху и снизу, после чего снова поднял его.

Янь Мингуан: «?»

— Раз уж я уже получил дебафф за то, что наступил на этот автопортрет, то не наступить на него ещё несколько раз кажется просто расточительством.

Янь Мингуан: «...»

Жуть, царившая в художественной мастерской, была ещё свежа в памяти. Видя, что небо почти полностью стемнело, они не были настолько глупы, чтобы задерживаться здесь дольше. После того как Янь Мингуан аккуратно сложил испещрённый следами ступней автопортрет и убрал его в карман, они немедленно поднялись и ушли.

Янь Вэй изначально хотел проверить, нет ли каких-то зацепок в другой комнате на верхнем этаже — комнате №1 — но, подумав о только что полученном дебаффе «невезучий настолько, что и водой подавишься» и о том, что уже почти совсем стемнело, решил пока отложить это.

Они с Янь Мингуаном сначала вернулись на 14-й этаж.

Янь Вэй вспомнил о двух куклах с красивыми глазами, стоявших у изголовья кровати в комнате номер 5.

И портреты, написанные владельцем отеля в ранний период и висящие вдоль длинного коридора, и в основном лишённые глаз портреты в той жуткой художественной мастерской — всё это указывало на то, что глаза являются важным фактором. Неправильное обращение с ними неминуемо приведёт к смерти.

Им нужно было держаться подальше от этого фактора.

Не колеблясь ни секунды, вернувшись в комнату, Янь Вэй выбросил две куклы с прикроватных тумбочек в мусорное ведро в коридоре.

Вместе с Янь Мингуаном они обыскали комнату номер 5, чтобы убедиться, что в комнате, где они остановились, нет других предметов, способных спровоцировать смерть, после чего вместе спустились на 13-й этаж, чтобы проверить обстановку.

Они как раз столкнулись с Гао Мином, который только что закончил исследование и возвращался на 13-й этаж для отдыха. Обменявшись информацией, они подтвердили, что Гао Мин действительно ходил с кем-то в художественную мастерскую на верхнем этаже. Однако в тот момент Гао Мину показалось там слишком жутко, он лишь немного понаблюдал из дверного проёма и не осмелился войти внутрь. Вероятно, девушка с ножницами в художественной мастерской тогда увидела Гао Мина и позже скопировала его облик, чтобы обмануть их.

Выслушав описание Янь Вэя, Гао Мин стал серьёзен:

— Оказалось, что это ловушка иллюзии...С такой сложностью, если бы это был я, я бы, возможно, там и сгинул. Это всё обнаружил и обезвредил Янь Мингуан? Хорошо, что Янь Мингуан был с тобой.

Янь Мингуан стоял в стороне, его взгляд слегка дрогнул. Он не сказал ни слова, лишь взглянул на Янь Вэя.

В глазах Янь Вэя мелькнул огонёк. Он не стал опровергать, и лишь повторил в качестве напоминания то, что сам успел вывести:

— Если встретишь «игроков», которые всегда бледные, будь внимателен, возможно, это иллюзии из картин. И ещё, ты обязательно должен запомнить, что нужно убрать из комнаты все вещи, связанные с картинами и глазами.

Гао Мин понизил голос:

— Не беспокойся, я сейчас же этим займусь. Служащий сказал, что твоя комната самая плохая. Если ночью действительно что-то случится, обязательно действуй, плотно следуя за Янь Мингуаном. Хотя он выглядит не самым простым в общении, но даже если ты ничего не знаешь, он, кажется, не против тебя защищать.

Янь Вэй тихо рассмеялся:

— Хорошо.

Он не стал задерживаться и вместе с Янь Мингуаном отправился в две другие комнаты, чтобы предупредить оставшихся четверых. Закончив со всеми делами, по пути обратно в свою комнату Янь Вэй подошёл вплотную и положил руку на плечо Янь Мингуана.

Янь Мингуан был выше него на полголовы, и Янь Вэю пришлось слегка привстать на цыпочки, чтобы это сделать. Он свистнул и сказал:

— Теперь я твоя никудышная закуска под защитой, так что будь ко мне повнимательнее.

Выражение лица Янь Мингуана не изменилось.

Янь Вэй находился близко, его взгляд скользнул по шее Янь Мингуана, и внезапно он заметил ожерелье.

Дизайн этого ожерелья был очень лаконичным, и оно было не очень длинным, а кулон наполовину скрывался под воротником. Положив руку на плечо Янь Мингуана, Янь Вэй как раз разглядел форму кулона — это была ласточка, сделанная, судя по виду, из железа.

Крылья ласточки были слегка расправлены, как будто она собиралась взлететь.

— Это ожерелье не похоже на твой стиль...

Не успел Янь Вэй договорить, как Янь Мингуан недовольно взглянул на него, сбросил его руку и ровным шагом пошёл вперёд.

«...» Янь Вэй развёл руками: — Ладно, твоя никудышная закуска больше не спрашивает.

-

Небо полностью погрузилось во тьму.

Даже в такой обстановке Янь Вэй, будучи крайне привередливым, тщательно протёр постельное бельё и подушку, а затем принял чистейший горячий душ, и только после этого, с большой неохотой, лёг спать на единственной кровати вместе с Янь Мингуаном.

Делать было нечего, в этом инстансе слишком много неизвестных опасностей, а полноценный отдых — это основа выживания.

Будь на месте Янь Мингуана любые другие мужчины, это было бы просто вопросом перекантоваться одну ночь. Однако сексуальная ориентация Янь Вэя была направлена на мужчин, и лежать рядом с таким невероятно красивым человеком, как Янь Мингуан, даже при отсутствии каких-либо отношений между ними, было для него несколько странно.

Будь на его месте кто-то другой, он бы предпочёл спать на полу, чем подбираться слишком близко. Янь Мингуан был исключением; этот человек, лежащий рядом, не только не вызывал неприязни, но и приносил некоторое чувство безопасности. Несмотря на то, что он был крайне сдержанным человеком, Янь Вэй почему-то не испытывал к Янь Мингуану ни отторжения, ни страха.

Впервые за долгое время чувствуя рядом с собой дыхание другого человека, Янь Вэй довольно долго ворочался в кровати.

Та пара супругов по соседству оказалась настолько беспечной, что решила заниматься этим в таком месте, и из соседней 4-й комнаты доносились неясные, двусмысленные звуки, а изголовье кровати, как нарочно, примыкало к стене, так что Янь Вэй слышал всё в мельчайших подробностях. Он изначально предъявлял крайне высокие требования к качеству сна, к тому же оказавшись в новой обстановке, а звукоизоляция здесь оставляла желать лучшего, поэтому он пролежал с закрытыми глазами довольно долго, но так и не смог погрузиться в сон.

Ночь была тёмной и глубокой.

В тихом коридоре отеля горели тусклые ночники; портреты, висящие вдоль всего длинного коридора, призрачно мерцали в полумраке.

Янь Вэй лежал на боку с закрытыми глазами, перебирая в ухе обрывки зацепок, собранные за день. Портреты, глаза, художник...Где же связь между этим и «лестницей»? И что насчёт этого пресловутого баффа? Неужели уже сегодня ночью он устроит ему внезапную атаку...?

Размышляя об этом, он услышал, как сосед перевернулся на другой бок.

—...Ты тоже не спишь?

Спустя мгновение Янь Мингуан ответил:

— Ага.

Это чувство было похоже на то, когда в мужском общежитии ночью рассказываешь страшилки и понимаешь, что кто-то ещё не спит. Янь Вэй открыл глаза и повернулся лицом к Янь Мингуану:

— А я-то думал, что такой бесшабашный парень, как ты, уже давно уснул. Ты чего, не боишься случайно?

Янь Мингуан к этому времени уже снял очки.

Янь Вэй, взглянув на него сбоку, тут же понял, почему этот человек, у которого явно не было проблем со зрением, всё время носил очки — Янь Мингуан без очков, смягчающих его облик, был просто ледяным.

Его красивое, мужественное лицо в профиль сейчас было наполнено холодом, а во всём его облике сквозила резкая, грозная аура.

Янь Вэй повидал многих людей, занятых в опасных профессиях, но ни у кого не было такой убийственной ауры, как у Янь Мингуана. Ему вдруг стало любопытно, кем же Янь Мингуан был до попадания сюда, но он понимал, что тот вряд ли захочет рассказывать, поэтому и не спросил.

Он лишь свистнул и сказал:

— Если боишься, может, я расскажу тебе страшную историю? Слушать страшилки в месте, где точно водятся призраки, — это и острые ощущения, и тренировка смелости, да и тебя это ещё сильнее напугает...

— Я не боюсь, — Янь Мингуан полностью проигнорировал язвительные слова Янь Вэя и просто спокойно произнёс: — При включённом свете я не могу уснуть.

Янь Вэй понял: значит, этот парень просто с закидонами.

Но он и сам был не без закидонов, так что не имел права судить других.

— Тогда может ты расскажешь мне страшную историю? — сказал Янь Вэй. — Я боюсь.

Янь Мингуан не удостоил его ответом.

Янь Вэй снова сказал:

— Мы ведь в самой плохой комнате, понимаешь? Вдруг через мгновение ты повернёшься и увидишь совершенно бледного призрака, лежащего между нами.

Янь Мингуан по-прежнему не обращал на него внимания.

В этот самый момент стрелки настенных часов с их монотонным «тик-так» медленно приблизились к цифре «12». Двусмысленные и не поддающиеся описанию звуки, доносившиеся из соседнего помещения, в какой-то момент прекратились.

Полночь.

Янь Вэй внезапно услышал, как в его сознании прозвучал голос Башни.

[Постоянный навык игрока активирован.]

[Текущее состояние навыка: состояние бессмертия, продолжительность 24 часа. По истечении 24 часов произойдет переключение в обычное состояние.]

Янь Вэй ясно ощутил изменения в своем теле.

Казалось, что в нем ничего не изменилось, и в то же время он чувствовал странное ощущение внутри своего тела — даже сейчас, когда он не сталкивался с какой-либо опасностью, он мог почувствовать, что его нынешнее «я»... бессмертно.

Почему же этот так называемый постоянный навык «Полубессмертный» появился именно у него?

У Янь Вэя не было времени размышлять над этим дальше.

В следующее мгновение из соседней комнаты внезапно донесся душераздирающий и пронзительный женский крик.

— Ааааааааа—!!!!

http://bllate.org/book/13467/1658097