Готовый перевод D Minus / Дни сочтены [❤️]: Глава 1.01

Глава 1

“За свою жизнь я попадал в несколько неприятных ситуаций. И каждый раз это доставляло мне определённые трудности, но я всегда находил в себе силы справиться с ними, но я не мог избавиться от ощущения, что теряю время. А всё потому, что конечный итог оставался неизменным… Если кратко, то 180 дней. Несмотря на то, что это не так уж и много, я продолжаю жить”.

***

Через окно проникал яркий свет, из-за чего Хачжину ничего не оставалось, кроме как открыть глаза. Он посмотрел на непривычный потолок, расписанный странным узором, затем зевнул. Тело не слушалось его, из-за чего сложно было пошевелиться.

Из-за полуоткрытого окна доносился смех местной ребятни. Хачжин повернул на звук голову, вытянул руки перед собой, открывая дверь. Солнечный свет скопился в центре комнаты, как будто он стал свидетелем чего-то ужасного.

— Хорошо так, спокойно…

Большую часть своей жизни Хачжин не строил никаких планов. Вне зависимости от прилагаемых усилий, на пальцах рук можно посчитать предметы роскоши, которыми он владел.

Хачжин достал хлеб и черничное варенье из холодильника, сделал себе завтрак на быструю руку, затем устроился в кресле-качалке у окна. В юности он видел фильмы, в которых женщина сидела в похожем кресле, вязала у камина, теперь он понял, почему героиня так поступала. Было приятно осознавать, как всё тело окутывает тепло. К сожалению, рядом не было камина, но солнечные лучи были настолько яркими, что заставляли каждого зажмуриться.

Хачжину исполнилось 31 год. Он сдал экзамены на работу в 29 и усердно трудился в течение 2-х лет. Хотя он старался изо всех сил, это не приносило ему удовольствия. В итоге ему поставили 4-ю стадию рака желудка. Хачжин закрыл глаза и погладил живот, расплывшись в унылой улыбке. Он не знал, чем ему заняться.

Стук. Стук. Стук. Стук. Стук. Стук. Стук. Стук. Стук.

Когда глаза Хачжина налились тяжестью, он услышал тяжелый стук по двери. Его тело выгнулось, как у испуганного кота, мужчина нахмурил брови. Был кое-кто, кто мог въехать в свободную комнату, кажется, он должен приехать сегодня. Скорее всего это он и есть.

— Здравст…

— Живо открывай. Я помру тут от жары.

Как только дверь была отперта, как тут же она открылась. Хачжину не дали возможность заговорить с мужчиной, которого он видел впервые в жизни, вместо этого он безучастно уставился на него.

Мужчина был не меньше 190 см ростом, одет в чёрную футболку, с его шеи стекал пот, наверно, это из-за летнего солнца. Из-за того, что Хачжину оставалось недолго, он взял с собой несколько чемоданов, но даже у этого человека из вещей была только большая сумка.

Он вошёл в комнату, глядя на Хачжина, который неотрывно смотрел на него, словно загипнотизированный.

— Где моя комната?

— Возле туалета.

Грубый мужчина сказал, что от него требовалось, и исчез в комнату. Запах его пота ещё висел в пространстве. Хачжин застыл на месте, потирая локти, и тяжело вздохнул. Надо было больше денег потратить на жильё. Ему было бы гораздо удобнее умирать в одиночестве.

— Где ты ешь?

— Я сам только вчера приехал, лучше спросить об этом домохозяина…

— Если не знаешь, так и скажи.

Мужчина делал, как ему вздумается. Капли воды стекали по его волосам после принятия ванны, он усердно вытирал голову полотенцем, которое затем передал Хачжину и открыл холодильник. Исчез запах сильного пота, первое, что он ощутил при знакомстве с этим мужчиной.

— Есть собираешься?

— Нет. Я уже поел…

У мужчины была отвратительная привычка. Он не слушал ответа, хотя сам задал вопрос.

Человек достал два куска хлеба из холодильника, который Хачжин ел до этого, положил их на пустой стол, даже не на тарелку.

У Хачжина ещё больше испортилось впечатление о нём. При каждом движении рук мужчины на пол падали крошки. Будто разбрасывать хлебных крошек было недостаточно, так он ещё постоянно дёргал ногами. Вибрацию от этих движения Хачжин мог прочувствовать аж до плеч.

— Сколько тебе?

— Я хотел это узнать. Почему вы так ко мне панибратски относитесь, хотя даже возраста моего не знаете.

Прим. пер.: к Хачжину обращаются на панмале, что допустимо лишь по отношению к младшему и очень близким людям, корейцы при первой встрече с человеком стараются узнать ваш возраст, потому что от этого будет зависеть используемый стиль речи.

— Ну я же спросил.

— Нет… Дело не в этом…

— Ну ты и болтун, блин. Не хочешь отвечать, ну и не надо.

Это было уже чересчур. Хотя он проработал учителем лишь 2 года, но эту степень грубости было тяжело выносить бывшему педагогу. Хачжин поставил руки в боки и подошёл к мужчине. Хлебные крошки и дальше падали на стол, что раздражало его.

— Я Пак Хачжин, 31 год.

— А ты старше, чем я думал. Выглядишь лет на 20.

— Ха-а…

— Вообще-то это комплимент.

Вот же наглец. Хачжин резко вздохнул, опустив плечи, после чего повысил голос.

— Я снял жильё здесь на 6 месяцев, так что предлагаю жить во взаимоуважении, ладно?

— А разве я так себя не веду?

Мужчина прикончил второй кусок хлеба и спросил, наклонив голову. Хачжин был сбит с толку от его самоуверенности.

— Тогда не говори со мной так.

— Чего это?

— Сколько вам лет?

— 30.

— Я старше, а ещё мы только встретились, так почему вы позволяете себе неформально со мной общаться?

— Тогда и ты со мной так говори.

Игнорируя вопрос Хачжина, мужчина говорил обыденно, словно ничего не произошло, затем скрутил губы в трубочку, чтоб подуть на крошки, разбросанные по всему столу. Хачжин хотел сказать что-то, удивлённый этим действием.

— Что ты делаешь?

Вот оно. Хачжин повысил свой голос. Похлопывая, мужчина стряхнул с рук крошки, поднял одну бровь, словно задаваясь вопросом, всё ли в порядке.

— Чего?

— После тебя кто пол убирать будет?

— Ну… Думаю, я мог бы.

Мужчина проворчал, почему он поднял голос, и собрал упавшие хлебные крошки у ног. Было бы лучше, будь он в обуви или в носках, но нет, он был бос. Лицо Хачжина скривилось в презрении. Он чувствовал себя дураком, пытаясь с ним завести нормальную беседу.

— Послушай.

Словно по рефлексу Хачжин вздохнул. Его жизнь (к слову, которой осталось немного) и план спокойно провести остаток времени в тихой мирной жизни у берега моря дали трещину. Хачжин убрал в сторону волосы и вызывающе взглянул на мужчину.

— Мне осталось недолго.

У Хачжина не было ни друзей, ни семьи. Возможно, это казалось оправданием, потому что он хотел жить и дальше, но причиной тому была его неспособность ладить с окружающими людьми. Именно по этой причине о его скорой смерти знали лишь доктор, который поставил ему диагноз, и директор школы, который подписывал его заявление об увольнении. Хотя он не знал, пошли ли по школе слухи о нём.

Тем не менее, Хачжин не ожидал от самого себя, что расскажет такое человеку, которого видел первый раз в своей жизни. Но ещё нелепее эта ситуация стала из-за обрушившихся слёз, которые он сдержал даже тогда, когда ему огласили его диагноз. Это были слёзы несправедливости. Несправедливости, что до самой смерти он не мог делать то, чего хотел.

— Я долго искал подобное место. Я хочу мирно умереть… В тиши.

Конечно, он не хотел обременять арендодателя тем, что тому придётся разбираться с его телом. Но он хотел остаться здесь, пока мог двигаться сам. Мужчина считал, что до этого момента у него было 180 дней. Хачжин вспомнил, как на заставке телефона было выведено крупные буквами “Д-179”*.

Прим. пер.: главный герой ведёт обратный отсчёт от 180.

— Предлагаю не доставлять друг другу неприятностей… и жить дружно.

Тихо. Именно это он подразумевал. Повисло недолгое молчание, вскоре мужчина, который слушал это со скрещёнными руками, хмыкнул. Хачжин прикрыл глаза рукой и открыл рот. Он совсем не ожидал такой реакции.

— В смерти есть что-то особенное?

— Ч-что?

— Кажется, ты боишься умирать, но ничего такого, как по мне.

— …

Поразительно. Как можно было говорить подобные слова человеку, которого скоро не станет? Хачжин не хотел жалости или сострадания, но он никак не ожидал таких грубых слов, из-за чего у него перекосилось лицо.

Мужчина сел на пол и собирал хлебные крошки. Он поднял голову и улыбнулся.

— Возможно, я умру раньше тебя.

— Что ты сказал…

— Давай жить дружно.

Хачжин подумал, что ему стоит включить кондиционер. Через окна пробивалось много солнечного света, пригревая ему спину. День 179 начался со встречи с невоспитанным мужчиной.

http://bllate.org/book/13337/1185962