Готовый перевод Become the son-in-law of the Su family / Стать зятем в семье Су [💗]✅: Глава 66. Список

На следующий день трое детей Цяонян прибежали сами.

Две девочки, казалось, немного смущались и старались удержать младшего брата, держа его за рукава сзади, но мальчик по имени Чжисюй уже ворвался во двор семьи Су.

Су Жэнь как раз хлопотал во дворе и, увидев троих малышей, тут же позвал из дома Сунь Сяошаня.

Сунь Сяошань угостил их сладостями и водой. Девочки взяли по одной, но тут же отдали брату.

— Кушайте сами, — улыбнулся Сунь Сяошань. — Если братик захочет ещё, здесь достаточно.

Тем временем мальчик уже бродил по двору, явно заинтересовавшись инструментами Су Жэня.

Девочки окликнули его, но он не услышал.

Сунь Сяошань, опасаясь, что Су Жэнь ненароком заденет ребёнка, подошёл, взял мальчика за руку и усадил рядом, начав беседу.

— Чжисюй, вчера играл в «Хуарун Дао»?

Услышав название игры, мальчик тут же надулся и покачал головой:

— Неинтересно.

Сунь Сяошань рассмеялся:

— Это просто игрушка. Не нравится — не играй.

Старшая девочка тихо проговорила:

— Дядя, мама говорит, что братик ещё маленький, это временно.

Сунь Сяошань кивнул:

— Конечно, ещё мал. Моему Сяоханю в пять лет тоже ничего не давалось.

Девочка облегчённо вздохнула, словно боялась, что Сунь Сяошань скажет, будто её брат не создан для учёбы.

Тот не придал этому значения — в доме его ждали дела. Но тут мальчик, блуждающий взглядом по двору, заметил скейт, прислонённый к стене под крышей, и глаза его загорелись.

— Я хочу поиграть с этим!

Цинь Цзышэн как раз делал уроки в кабинете Цинь Цзычу, поэтому Сунь Сяошань постучал и спросил разрешения.

Цинь Цзычу ответил:

— Папа, если дети хотят поиграть — пусть играют. Ничего страшного.

Сунь Сяошань разрешил, позвав заодно Су Сяоханя, чтобы тот присмотрел за детьми и не дал им упасть.

Су Сяохань согласился.

Мальчик, следуя его инструкциям, прокатился несколько кругов, разгорячившись до красноты. Тогда Су Сяохань обратился к старшим сёстрам, всё это время стоявшим на подхвате:

— Братик устал, пусть отдохнёт. Может, вы хотите попробовать?

Девочки переглянулись и робко спросили:

— Брат Сяохань, а нам можно?

Того это не удивило — он и сам вырос в таких условиях. В детстве всё лучшее доставалось старшему двоюродному брату, а ему с Су Сяосином приходилось довольствоваться тем, что останется.

Хотя Су Сяосину всё же жилось полегче.

Со временем он привык к такому же положению, как и эти девочки.

Су Сяохань смягчил голос:

— Конечно можно. Кто первый?

Старшая взглянула на младшую и прошептала:

— Пусть Эр-нян сначала.

— Хорошо, — кивнул Су Сяохань. — Эр-нян, иди сюда.

Покатав девочек немного, он заметил, что мальчику это не по нраву. Тот подошёл и грубо столкнул старшую сестру:

— Это моё!

Та чуть не упала, но Су Сяохань вовремя подхватил её.

Он понимал: если заступится за девочку, та может получить взбучку дома. Поэтому лишь ободряюще потрепал её по плечу:

— Молодец, Да-нян. Иди отдохни, перекуси и повтори в уме, как надо делать.

Девочка кивнула и побежала к сестре.

Судя по всему, она даже не считала, что брат поступил плохо.

Зато теперь обе выглядели куда спокойнее, чем вначале.

Энергии пятилетнего мальчишки, казалось, не было предела. Даже Су Сяохань, несмотря на свою выносливость, начал уставать, поэтому, когда вышел Цинь Цзышэн, он попросил того присмотреть за детьми, а сам отошёл отдохнуть.

Благодаря недавнему уроку девочки заметно оживились и, осмелев, сами заговорили с Су Сяоханем.

— Брат Сяохань, говорят, ты умеешь читать? Это так здорово!

Су Сяохань был ровесником Цяонян, так что, по правилам, дети должны были звать его «дядя». Но они были всего лишь соседями, поэтому он не стал их поправлять.

— Да, но на самом деле читать — не так уж сложно. Ничего особенного.

Эр-нян смотрела с явной завистью:

— Я тоже хочу научиться, но родители не разрешают.

Да-нян одёрнула сестру:

— Зачем девчонкам грамота? Не говори глупостей.

Эр-нян недовольно надулась, но промолчала.

Су Сяохань зашёл в дом и принёс самый простой вариант «Хуарун Дао».

— Девушкам тоже можно учиться. Это не только для мужчин.

Да-нян неуверенно возразила:

— Но мама говорит, что девушки всё равно выйдут замуж, и грамота им ни к чему.

Су Сяохань коротко объяснил правила игры и помог им разобраться.

Девочки схватывали на лету и вскоре успешно собрали головоломку.

— Видите? Это совсем несложно. С чтением — то же самое.

Да-нян и Эр-нян удивлённо уставились на аккуратно выстроенные фигурки, словно не веря, что у них получилось.

— Вы запомнили все иероглифы на этих кубиках с первого раза. Это и правда здорово.

— Брат Сяохань… Правда?

— Конечно, правда.

Эр-нян тихо пробормотала:

— Вчера папа учил Чжисюя, но он долго не мог запомнить…

Да-нян бросила на неё строгий взгляд:

— Не болтай лишнего. Братик ещё маленький.

Эр-нян замолчала.

Тогда Су Сяохань рассказал им историю Су Сяосина, конечно, опустив детали и не называя имени.

Девочки слушали с возмущением.

Эр-нян не выдержала:

— Какая же злая была свекровь! Я бы её как следует отругала!

Да-нян, более мягкая по характеру, лишь вздохнула:

— Лишь бы нам не попасть в такую семью…

Су Сяохань закончил рассказ:

— А потом он развёлся, выучился грамоте и теперь помогает своей семье вести учёт. Живёт хорошо.

Девочки округлили глаза.

— Можно вернуться к родителям после замужества?

— А что такое «развод»?

Су Сяохань объяснил, а затем спокойно добавил:

— Я рассказал это, чтобы вы поняли: грамота — полезная вещь. Если попадётся плохая семья, у вас будет выход.

Конечно, всё не так просто, но уметь читать — всё же лучше, чем не уметь.

— Если в следующие дни вы придёте, я смогу вас поучить, когда будет время.

Девочки обрадовались.

— Брат Сяохань, ты правда научишь нас?

— Угу.

— Спасибо, брат Сяохань!

Но Да-нян вдруг забеспокоилась:

— А если родители или дедушка с бабушкой узнают…

Если узнают, что они оставили брата и пришли учиться грамоте, их точно побьют.

Эр-нян и бровью не повела:

— Так не дадим им узнать, вот и всё. Скажем, что приходили к брату Сяоханю играть. В крайнем случае, возьмём с собой и братца.

Помолчав, она робко посмотрела на Су Сяохана:

— Брат Сяохань, а можно нам братца с собой приводить?

Су Сяохань кивнул:

— Можно.

— Ура!

Они ещё немного поболтали, но время уже поджимало, и девочки пошли звать брата.

— Чжисюй, пора домой, а то мама придёт искать.

Мальчик вцепился в скейт и не хотел отпускать, мечтая утащить его с собой.

Но Су Сяохань не разрешил — Цинь Цзышэн сам очень любил эту вещь, и отдавать её было нельзя.

Услышав отказ, Чжисюй расплакался, да так громко, что даже Цяонян из соседнего дома прибежала.

Та сразу набросилась на дочерей:

— В чём дело? Почему Чжисюй ревёт?

Да-нян прошептала:

— Братец хочет скейт брата Шэн-эра.

Цяонян облегчённо вздохнула и виновато улыбнулась Су Сяоханю:

— Хань-гэ, прости, сейчас заберу их домой.

Су Сяохань кивнул:

— Ничего страшного.

Но Чжисюй и не думал уходить. Он так вцепился в скейт, что Цяонян, даже приложив силу, не могла отнять. В конце концов она сказала:

— Хань-гэ, может, дашь ему на время? Я потом сразу верну.

Су Сяохань оглянулся на Цинь Цзышэна — тот хмурился, явно не желая расставаться с любимой вещью.

— Соседка, давайте так: пусть завтра Чжисюй с сёстрами снова придут поиграть. А этот скейт Шэн-эру нужен для дела, неудобно сейчас.

Лицо Цяонян потемнело. Она сухо буркнула:

— А... — и резко вырвала скейт из рук сына.

Тот заревел ещё громче.

— Хватит реветь! Это чужая вещь, слёзами ничего не добьёшься!

Су Сяохань сделал вид, что не заметил подтекста в её словах, и невозмутимо передал скейт Цинь Цзышэну.

Тот радостно прижал его к груди и убежал.

Цяонян зло посмотрела на дочерей, робко стоявших позади:

— Чего уставились? Не видите, как братец рыдает? Быстро успокойте его!

Выругавшись ещё несколько раз, она наконец увела всех троих детей.

Цинь Цзышэн лишь спустя время осознал, что, возможно, повёл себя неправильно.

Он отложил скейт и подошёл к Су Сяоханю.

— Брат Сяохань, Шэн-эр плохо поступил?

Тот удивился:

— О чём ты? Что плохого?

— Тот мальчик хотел скейт, а я не разрешил.

Су Сяохань улыбнулся:

— Это я отказал, а не ты.

— Но только потому, что Шэн-эр не хотел.

— А ты и не обязан был хотеть. Скейт ты сам сделал, он тебе дорог.

Цинь Цзышэн задумался, затем тихо сказал:

— Но разве нельзя быть щедрее? Если бы отец узнал, он бы велел отдать скейт. Может, даже не спросил бы.

Су Сяохань погладил его по голове:

— Ты не сделал ничего плохого. Свои вещи можно не отдавать, если не хочешь.

— Брат Сяохань, ты на Шэн-эра не сердишься?

— С чего бы?

— Но та тётя, кажется, на тебя злилась.

— Пусть злится. Нельзя же ради чужого одобрения себя обижать, верно?

Цинь Цзышэн твёрдо кивнул:

— Угу.

— Ладно, а уроки ты сделал? Если твой брат будет ругаться, я тебе помогать не стану.

Цинь Цзышэн рассмеялся и подыграл:

— Брат Сяохань, ну помоги мне! Мой брат такой жестокий, представляешь? Велел пять сочинений написать, и всё — до возвращения в деревню.

Су Сяохань усмехнулся:

— Ну что ж, тогда поторопись. Через несколько дней результаты объявят.

Цинь Цзышэн: «...»

Прошло ещё несколько дней, и настал день оглашения «Осеннего списка».

Чжуан Сюэли и Юй Ван с самого утра примчались в дом Су. Цинь Цзычу ещё хотел поспать, но Юй Ван своим громогласным голосом окончательно разогнал его сон.

— Брат Цинь, хватит спать! Если не пойдём сейчас, потом народу будет — не протолкнуться!

Цинь Цзычу поднялся с постели и смиренно сказал:

— Заходите.

Едва он проговорил это, как дверь распахнулась — Юй Ван ворвался в комнату.

— Брат Цинь, быстрее вставай! А то потом не пробьёмся!

Последние дни Цинь Цзычу только и делал, что проверял сочинения Цинь Цзышэна, отчего чувствовал себя смертельно уставшим — будто сразу постарел на десять лет.

Поэтому сейчас он всё ещё был сонным:

— А где мой Сяохань?

— Невестка с младшим братом Шэн-эром во дворе скейты мастерят.

— Вам двоим?

Чжуан Сюэли и Юй Ван смущённо заулыбались — действительно, им.

Цинь Цзычу поднялся, оделся, затем прошёл во внутренние покои умыться. Только после этого он окончательно проснулся.

— Пойдём.

Под напором Чжуан Сюэли и Ю Вана Цинь Цзычу кое-как проглотил пару лепёшек, после чего его потащили за дверь.

Су Сяохань и Цинь Цзышэн тоже отправились с ними.

Сначала Су Жэнь и Сунь Сяошань тоже хотели пойти посмотреть, но Цинь Цзычу отговорил их: мол, народу будет много, давка неудобная, так что лучше подождать результатов дома.

Беседуя и смеясь, они дошли до экзаменационного двора на юго-востоке.

Там оказалось куда многолюднее, чем они ожидали. Толпа теснилась у ворот, все вытягивали шеи в сторону входа.

Юй Ван взглянул на небо:

— Скоро, сейчас выйдут.

Не успел он договорить, как из ворот действительно появились несколько служителей. Впереди шёл тот, что нёс в руках свёрток красной бумаги.

Толпа взорвалась шумом.

— Выходят, выходят!

— Быстрее, пойдёмте смотреть!

— Не толкайтесь, сзади не толкайтесь!

В такой атмосфере даже Цинь Цзычу начал нервничать.

Служители грубо оттесняли толпу, крича:

— Не лезьте вперёд! Назад, отойдите назад!

Когда народ наконец немного успокоился, служители осторожно развернули красный список и аккуратно приклеили его к стене.

Юй Ван изо всех сил пробивался вперёд:

— Ждите меня снаружи, я проберусь и посмотрю!

Он ловко юркнул в толпу и вскоре исчез в её середине.

Цинь Цзышэн тоже не выдержал и, бросив:

— Брат, я пойду посмотрю! — тут же скрылся из виду.

Су Сяохань встал на цыпочки, изо всех сил пытаясь разглядеть что-то в толпе, но людей было так много, что он не мог даже увидеть красный лист.

— Муж, не волнуйся, подождём немного.

Цинь Цзычу взял его за руку:

— Я не волнуюсь. Всё равно список никуда не денется.

Они перекинулись парой шуток, как вдруг чья-то крупная ладонь тяжело опустилась на плечо Цинь Цзычу.

— Хлоп! — раздался громкий звук.

Цинь Цзычу вздрогнул и резко обернулся — перед ним стоял сам учитель Чжай.

А за ним — учитель Сунь и...

Почти все наставники из училища пришли.

Цинь Цзычу с досадой потер плечо:

— Учитель, вы так больно хлопаете...

Чжай Гуцю тут же отвесил такой же шлепок Чжуан Сюэли и сердито буркнул:

— Вы что, представление пришли смотреть? Пробирайтесь внутрь!

Чжуан Сюэли угрюмо ответил:

— Учитель, невозможно пробиться.

— Вздор! Вы здоровые мужики — как это нельзя пробиться? Просто вам всё равно, даже не интересуетесь, сдали вы или нет! Вот умру я от вас с горя!

Цинь Цзычу и Чжуан Сюэли: «...»

Чжай Гуцю возмущённо фыркнул:

— Придётся мне самому действовать.

С этими словами он схватил за руку крепкого мужчину, только что выбравшегося из толпы, и вежливо спросил:

— Молодой человек, не подскажете, видели ли вы в списке имена Цинь Цзычу и Чжуан Сюэли?

Мужчина опешил:

— Что?

Чжай Гуцю повторил вопрос, даже по слогам разобрав оба имени.

Мужчина хлопнул себя по бедру:

— Не видел. Народу много, я только вторую половину списка просмотрел — этих имён там не было.

Чжай Гуцю с досадой отпустил его.

Затем он обернулся к своим бестолковым ученикам и, тяжело вздохнув, начал закатывать рукава:

— Видно, придётся мне самому лезть.

Но едва он сделал шаг вперёд, как оба ученика схватили его за руки.

Чжай Гуцю: «?»

— Что ещё? Отпустите!

Цинь Цзычу покачал головой:

— Учитель, не надо.

Чжуан Сюэли тоже добавил:

— Учитель, отдохните.

— Какой ещё отдых? — учитель Чжай уже собрался отчитать их, но Цинь Цзычу перебил:

— Я уже услышал своё имя.

— И я тоже.

Чжуан Сюэли, помолчав, уточнил:

— И своё имя я тоже услышал.

Чжай Гуцю: «?»

Прислушавшись, он тоже разобрал обрывки разговоров впереди:

— А как зовут цзеюаня?

— Вроде бы Цинь Цзычу... Кто-нибудь знает его?

— Не знаю. А второго?

— Чжуан... что-то там... Середину не разглядел.

— Вот чёрт, никого не угадали. Теперь точно в убытке.

(п/п Цзеюань — первый по результатам провинциального экзамена)

— Откуда вообще эти двое взялись? Говорили же, что ученики учителя Суня самые сильные — я все ставки на них сделал!

— Я тоже на них ставил.

Учитель Сунь Инъу, стоявший сзади, угрюмо замолчал. Все наставники застыли в молчании. Лишь Чжай Гуцю сиял от восторга — только что ругавший учеников за лень, теперь он принялся их хвалить:

— Вот почему вы не шевелились! Оказывается, были уверены в успехе! Молодцы, прямо как я в молодости!

Цинь Цзычу и Чжуан Сюэли: «...»

Учитель, минуту назад вы говорили совсем другое.

Как раз в этот момент выбрался из толпы Юй Ван. Обычно опрятный, сейчас он выглядел потрёпанным — одежда помята и перекошена. Но на лице его сияла радость.

Чжай Гуцю тут же спросил:

— Ну что, ты прошёл?

Юй Ван опешил — он думал, учитель сначала спросит про Цинь Цзычу и Чжуан Сюэли. Ведь он перешёл к ним позже, их связь не такая крепкая. Не ожидал, что учитель первым делом поинтересуется им.

Однако растроганность его длилась недолго. Чжай Гуцю продолжил:

— Про этих двоих мы уже знаем — первый и второй в списке. Теперь только тебя не хватает.

Юй Ван: «...»

Ладно.

— Я тоже прошёл, только место далеко не в начале.

Чжай Гуцю пришёл в неописуемый восторг — все трое его учеников сдали! Это был настоящий триумф.

— Неважно, главное — прошёл! На каком месте?

— ...На последнем.

Чжай Гуцю: «...»

— Ну... прошёл и хорошо.

Когда Цинь Цзышэн наконец выбрался из толпы, чтобы сообщить радостную весть, он обнаружил, что братья остаются совершенно невозмутимыми.

— Вы уже знаете?

— Да, от людей слышали.

Цинь Цзышэн разочарованно пробормотал:

— О...

Цинь Цзычу с улыбкой потрепал его по голове:

— Спасибо за труды.

Но эта маленькая досада быстро растворилась в радости за успех брата. Цинь Цзышэн сразу же воспрянул духом:

— Поздравляю брата с первым местом!

Он сказал это слишком громко, и окружающие тут же обернулись.

— Это и есть цзеюань Цинь?

— Какой молодой и талантливый!

Несколько человек с улыбками подошли поздравить. Цинь Цзычу вежливо ответил на приветствия, как вдруг самый видный из них, богач по облику, спросил:

— Можно узнать, сколько лет цзеюаню Циню и не женат ли он?

Цинь Цзычу взял за руку Су Сяоханя:

— Это мой супруг, Су Сяохань.

Богач оценивающе оглядел Су Сяоханя, затем многозначительно произнёс:

— Теперь, когда цзеюань вступает на чиновничью стезю, дом ваш непременно расширится. Наверное, потребуется ещё одна жена, чтобы помогать по хозяйству?

Цинь Цзычу улыбнулся и посмотрел на Су Сяоханя:

— Сяохань, у нас много дел по дому? Тебе одному не тяжело справляться?

Богатый торговец подумал, что он спрашивает разрешения у старшей жены, поэтому хоть и выглядел недовольным, но ничего не сказал.

Су Сяохань покачал головой:

— Не устаю, разве не муж мне помогает?

Цинь Цзычу рассмеялся:

— Если устанешь, наймем прислугу, хорошо?

— Как муж скажешь.

Торговцу становилось всё более не по себе - казалось, эти двое вообще не принимали его слова всерьёз.

— Цзеюань Цинь?

Цинь Цзычу взглянул на него и вежливо, но холодно ответил:

— Прошу прощения, но вынужден отказаться от вашего доброго предложения. В этой жизни у меня будет только один супруг - Сяохань, а у него - только один муж. Не так ли, Сяохань?

Су Сяохань покраснел и кивнул:

— Да.

Подобные сватовства у списка успешных кандидатов были обычным делом, поэтому Чжай Гуцю не вмешивался. Увидев отказ ученика, он вышел вперёд и тактично проводил торговца.

С Чжуан Сюэли произошло то же самое. Особенно после того, как узнали, что он ещё не женат - к нему стали проявлять ещё больше внимания. С трудом ему удалось вырваться.

Втроём они подошли к Сунь Инъу и поклонились в знак благодарности. Если бы не информация, которую он дал перед экзаменами, вряд ли они показали бы такие хорошие результаты.

Особенно Юй Ван, который оказался последним в списке и едва не провалился.

Сунь Инъу, хоть и был разочарован, искренне порадовался за них:

— Пустяки, не стоит благодарности. Вам ещё нужно стараться.

— Поняли, учитель Сунь.

— Ладно, скорее возвращайтесь, скоро придут гонцы с радостной вестью.

Первыми гонцы должны были посетить дом Цинь Цзычу, поэтому все поспешили по домам ждать.

Цинь Цзышэн бежал впереди всех, чтобы первым сообщить хорошую новость.

— Учитель, супруг учителя, сдали экзамен!

Ворота дома были распахнуты, Су Жэнь и Сунь Сяошань ждали у входа и сразу вышли, услышав крик Цинь Цзышэна.

— Правда? Сдали?!

— Не только сдали, но и брат стал цзеюанем!

— Цзеюань?

— Цзеюань - это значит первый в списке.

Су Жэнь и Сунь Сяошань переглянулись, переполненные радостью.

— Первый!

— Да-да, брат Чжуан второй, а брат Юй тоже сдал!

Су Жэнь и Сунь Сяошань обрадовались ещё больше.

— Хорошо, что все сдали.

Один за другим приходили хорошие известия, и им потребовалось время, чтобы прийти в себя.

Цинь Цзычу и Су Сяохань тоже вернулись домой.

— Отец, папа, быстрее приберитесь дома, скоро придут гонцы!

Сунь Сяошань будто очнулся ото сна.

— Точно-точно, я от радости совсем забыл. Быстро-быстро, муж, убери свои инструменты, некрасиво, когда всё разбросано.

Су Жэнь без лишних слов тут же занялся уборкой.

Цинь Цзышэн поспешил за ним.

— Учитель, я помогу.

Сунь Сяошань взял метлу:

— Сяохань, приготовь чай, достань тот, что нам Чжуан подарил. А ты, Цзычу, отдохни — скоро гонцы придут, тебе их принимать.

Цинь Цзычу покачал головой:

— Не надо, папа, я двор подмету.

— Ладно, тогда я пойду переоденусь. Муж, когда закончишь — тоже заходи переодеться.

Су Жэнь рассмеялся:

— Опять переодеваться? Мы же с утра в новом ходим!

— Сказал переодеться — значит переоденься! Много разговариваешь!

Супруг нахмурился, и Су Жэнь покорно кивнул:

— Ладно, сейчас зайду.

Иерархия в семье была очевидна.

Когда все почти приготовились, послышались звуки фанфар приближающихся гонцов.

Соседи высыпали на улицу поглазеть на шумное шествие.

Цяонян стояла у ворот и неестественно улыбалась Су Сяоханю:

— Хань-гэ, твой муж экзамен сдал?

Су Сяохань радостно кивнул:

— Да, мой муж цзеюанем стал!

Цяонян замешкалась, и в душе её защемило — на днях она хмурилась на Су Сяоханя.

И дочерям не разрешала к Су ходить.

Теперь думала — стоило ли из-за скейта ссориться? Теперь он цзеюань!

Её Чжисюй ведь тоже учиться будет — хоть клочок бумаги от них пригодится.

Лицо её расплылось в заискивающей улыбке:

— Хань-гэ, Цзеюань Цинь, поздравляю!

Су Сяохань и не заметил перемены в её выражении — всё его внимание было приковано к приближающимся гонцам.

Такой церемонии Су семья уже раз была свидетельницей, только сегодня было шумнее, а гонцы любезнее. Су Жэнь и Сунь Сяошань держались спокойно.

С красными конвертами они не поскупились — по целому ляну серебра каждому гонцу. Те, пощупав толщину конвертов, расплылись в улыбках, осыпая хозяев комплиментами.

Гонцы пробыли у Су целых четверть часа, хотя у них ещё много домов впереди.

После их ухода соседи ещё долго приходили с поздравлениями. Во дворе Су весь день царило оживление, многие не хотели уходить.

Когда наконец всех проводили, уже совсем стемнело.

Семья Су при лунном свете прибиралась, как вдруг в ворота снова постучали.

Сунь Сяошань, стоявший ближе всех, открыл.

— Цяонян?

Та специально привела дочерей (сына оставив позади, чем он был явно недоволен), зная, что Су Сяохань к ним хорошо относится.

Позади стояли муж Цяонян и её свёкры.

— Брат Сунь, днём народу много было — не стали мешаться. Теперь пришли поздравить.

Сунь Сяошань посторонился:

— Проходите. Извините, мы тут прибираемся.

Цяонян поспешила ответить:

— Да что вы, брат Сунь, у вас всегда такой порядок — сразу видно хозяина!

Сунь Сяошань улыбнулся:

— Цзычу, Сяохань, идите гостей примите.

Раз пришли с поздравлениями — хозяевам полагается их встретить.

Да-нян и Эр-нян поставили принесённые подарки на стол и, подняв головы, радостно произнесли:

— Поздравляем цзеюаня Циня, поздравляем супруга цзеюаня!

Было очевидно, что дома их научили этим словам.

Су Сяохань погладил каждую по голове и подвинул к ним тарелку со сладостями:

— Не надо церемоний. Садитесь, угощайтесь.

Девочки, уже привыкшие к Су Сяоханю, без стеснения уселись за стол.

Цяонян сделала им знак глазами. Эр-нян сделала вид, что не заметила, а Да-нян, немного помедлив, встала и тихо проговорила:

— Брат Сяохань... мама сказала... сказала...

Молодой мужчина подтолкнул её:

— Да-нян, не мямли, говори чётко.

Девочка взглянула на отца и виновато продолжила:

— Брат Сяохань... родители велели нам с Эр-нян учиться... можно ли попросить у... у цзеюаня Циня исписанные листы...

Голос её становился всё тише, последние слова и вовсе пропали.

Мужчина недовольно кашлянул.

Да-нян чуть не спрятала лицо в груди от страха.

Эр-нян посмотрела на сестру и громко выпалила:

— Брат Сяохань, родители хотят, чтобы мы попросили у цзеюаня Циня книги для братца. Когда он подрастёт, они ему пригодятся.

Услышав это, родители тут же бросили на неё сердитые взгляды.

Су Сяохань снова погладил девочек по головам, его лицо стало серьёзным.

Цинь Цзычу усмехнулся:

— Чжисюй ведь всего пять лет? Мои записи ему не понять. Давайте я подарю вам прописи, по которым учился Сяохань. Когда выучите все эти иероглифы — тогда и поговорим о следующем.

По его наблюдениям, сын Цяонян вряд ли преуспеет в учёбе — он совершенно не мог усидеть на месте. В современном мире с этим ещё можно было бы справиться с помощью учителей, но в нынешние времена успех в учёбе зависел в основном от самодисциплины. Таким, как Чжисюй, было крайне трудно.

Зато Да-нян и Эр-нян подавали надежды.

Жаль только...

Мужчина явно расстроился:

— Цзеюань Цинь, сейчас он не поймёт, но когда подрастёт...

Он подтолкнул сына, чтобы тот произнёс заученные дома слова, но Чжисюй наотрез отказался. Когда отец толкнул его сильнее, мальчик плюхнулся на пол и заревел.

Мужчине стало неловко.

Цинь Цзычу улыбнулся:

— Начните с основ. В учёбе спешка ни к чему.

С этими словами он направился в дом.

Су Сяохань поспешил за ним.

— Муж, ты правда отдашь Чжисюю мои прописи?

— А что, Сяохань?

Тот смущённо покраснел:

— Может, отдадим те, что я переписал? У меня несколько копий есть... Твой оригинал мне жалко.

Цинь Цзычу рассмеялся:

— Хорошо, принеси их.

Помимо прописей, он всё же отобрал несколько собственноручно переписанных книг, которые уже не нужны были Цинь Цзышэну. Иначе, судя по сегодняшней ситуации, Эр-нян могла бы получить взбучку дома.

Когда Цяонян и её семья получили книги, они обрадовались и, поблагодарив, ушли.

Су Сяохань тяжело вздохнул.

http://bllate.org/book/13320/1185048