Готовый перевод Little Mushroom / Маленький гриб: Глава 24

Глава 24

Для человека слова, однажды произнесённые, уже нельзя забрать обратно.

—— Поэтому всё в итоге и обернулось вот так.

В общественной уборной на пятом этаже, у раковины, испещрённой буро-ржавыми потёками, Ань Чжэ стоял у крана: в одной руке держал кружку с водой, в другой — зубную щётку. Он тщательно чистил зубы и полоскал рот. С человеческими бытовыми ритуалами он уже освоился и каждый день старательно их копировал. Но сегодня его движения были чуть осторожнее обычного только потому, что рядом находился полковник.

Закончив, он аккуратно сложил свои вещи и лишь потом повернулся к Лу Фэну.

Лу Фэн только что умылся холодной водой. Кончики его волос были влажными. На них поблёскивали капли, словно только что растаявшие кристаллики льда.

Ань Чжэ молча протянул ему полотенце.

Лу Фэн принял его и коротко поблагодарил:

— Спасибо.

— Не за что, — ответил Ань Чжэ.

Он решил, что поступил вполне в духе человеческих правил вежливости: делиться вещами для людей — обычное дело.

Он протянул Лу Фэну и свою кружку.

— Будете? — спросил он. — Правда, она у меня всего одна.

С ресурсами на базе было туго. Каждому выделяли строго ограниченный набор вещей первой необходимости; всё сверх нормы приходилось покупать на Чёрном рынке. У Ань Чжэ была одна кружка и одна зубная щётка. Да и Чёрного рынка теперь уже не было, так что идти, по сути, было некуда.

Глаза Лу Фэна неотрывно смотрели на него пять секунд, и лишь затем он наконец пошевелился.

Ань Чжэ опустил глаза. Тусклый жёлтый свет уборной мягко подсвечивал край кружки. Длинные пальцы Лу Фэна обхватили керамическую ручку, и он принял кружку из его рук. Правой рукой он обычно держал оружие, и на подушечках пальцев проступали тонкие огрубевшие участки кожи. Когда Ань Чжэ разжал пальцы, его едва заметно задело лёгким касанием.

Лу Фэн не стал пользоваться его щёткой. Он лишь набрал в кружку воду, растворил в ней зубную пасту и прополоскал рот. Закончив, вылил воду и поставил кружку на место. Только тогда они вдвоём вышли из уборной.

Было уже одиннадцать вечера. В обычное время, согласно правилам базы, к этому часу воду и электричество в туалетах и коридорах давно бы отключили. Но сегодня шестой район перевели в режим чрезвычайной ситуации, поэтому ограничения временно сняли. Люди были напуганы, многие не могли уснуть, и потому даже глубокой ночью в туалете всё ещё кто-то оставался. Кто-то умывался, кто-то стирал бельё, попутно украдкой поглядывая на них двоих. Даже такой, как он, мог это заметить, и Ань Чжэ понимал, что полковник тем более всё видит. Но, казалось, он не придавал этому значения.

Ань Чжэ шёл впереди. Пол в туалете был мокрым, кое-где стояли лужи. Ему приходилось опускать глаза и шаг за шагом обходить их.

У самой двери он вдруг налетел на чью-то тёмную фигуру, возникшую прямо перед ним. Ань Чжэ поднял глаза.

— Эй… — послышался голос Цяо Си.

Ань Чжэ машинально отступил на шаг и упёрся спиной в грудь Лу Фэна. Он увидел, что Цяо Си смотрит на него и явно хочет что-то сказать, но потом взгляд того дёрнулся в сторону, и он застыл как вкопанный.

Ань Чжэ тоже окаменел. Цяо Си полностью загораживал проход, ни зайти, ни выйти.

В этот момент он почувствовал лёгкую тяжесть на плече. Там легла рука Лу Фэна.

Глаза Цяо Си широко распахнулись. Ань Чжэ почти видел, как дрогнули его зрачки. В следующую секунду Цяо Си опустил голову, торопливо отступил на шаг и в сторону, почтительно освобождая им дорогу.

Рука Лу Фэна на плече Ань Чжэ слегка потянула его вперёд. Лишь выведя его за дверь, Лу Фэн убрал ладонь.

Всё это заняло лишь миг, но сердце у Ань Чжэ громыхало как сумасшедшее, а всё тело было натянуто, как струна. Он боялся услышать, как Цяо Си вдруг выкрикнет: «Ань Цзэ!» или, того хуже, скажет что-нибудь вроде: «Ты уже совсем не похож на прежнего Ань Цзэ», прямо при Судье.

Но даже когда они отошли уже шагов на десять, Цяо Си так ничего и не сказал.

Ань Чжэ всё же оглянулся. Цяо Си застыл, будто каменный. Рука, опущенная вдоль тела, судорожно сжимала край рубашки, уголки губ были напряжены.

И тут до Ань Чжэ резко дошло. Здесь Судья в буквальном смысле держал в руках право решать, кому жить, а кому умереть. Поэтому большинство людей на базе, включая Цяо Си, просто не смели при нём произнести ни слова лишнего.

Они шли по коридору обратно в комнату. Лу Фэн ни разу не спросил, кто такой Цяо Си, и уж тем более не поинтересовался, что между ними произошло. Если вдуматься, кроме статуса временных соседей по ночлегу они с Лу Фэном всё ещё оставались друг для друга просто двумя чужими людьми.

Вернувшись, Лу Фэн сел за письменный стол Ань Чжэ, раскрыл рабочий журнал и стал делать запись. Писал он очень быстро. На строке с датой 6.18 появилось: «Судный день. Убил бесчисленное количество людей».

Ань Чжэ стоял рядом и снова невольно задумался над одним и тем же. Какой вообще толк в таком рабочем журнале?

— Вы мало пишете, — заметил он.

Лу Фэн захлопнул журнал.

— Но для проверки хватает.

Голос его звучал предельно естественно.

— Понятно… — отозвался Ань Чжэ.

Потом добавил:

— Я тогда переоденусь.

Лу Фэн тихо откликнулся:

— Угу.

Ань Чжэ снял дневную одежду. У него была одна мягкая хлопчатобумажная пижама. Переодевшись, он забрался под одеяло и лёг у внутреннего края кровати. Кровати на базе были стандартного размера, по одной на комнату, и при этом не такие уж узкие. На такой можно было спокойно перекатываться из стороны в сторону. Ань Чжэ смутно догадывался, что так сделано потому, что на базе много людей крупного телосложения, да ещё наёмников, которым нужно больше места.

Так что, стоило ему лечь, на кровати всё равно оставалось достаточно места, чтобы там с комфортом устроился ещё один человек.

Улёгшись, он посмотрел на Лу Фэна:

— Я готов.

Он видел, что Лу Фэн читает лежащий на столе учебник к вступительным экзаменам в Центр распределения.

— Хочешь поступить в Центр распределения? — спросил Лу Фэн.

— Угу, — откликнулся Ань Чжэ.

Жаль только, что теперь это уже вряд ли возможно, если Внешний город так и останется под властью насекомых.

— Тогда завтра сходи в Управление городских дел, — сказал Лу Фэн. — За последние два-три года появилось много новых районов, людей в Главном городе не хватает, поэтому Управление обороны города помогает им набирать людей из Внешнего города.

Сказав это, он поднялся со стула, снял китель и повесил его на спинку, затем подошёл к кровати. Ань Чжэ чувствовал на себе пронзительный взгляд его зелёных глаз.

Потом услышал, как Лу Фэн продолжил:

— Даже если ты ничего не умеешь, присматривать за детьми ты вполне сможешь.

Ань Чжэ очень хотел бы возразить на эту первую фразу, но быстро понял, что возразить ему нечем.

Ему стало ужасно неловко, и он натянул одеяло до самого носа.

Он услышал тихий смешок Лу Фэна. Затем пружины кровати рядом мягко прогнулись, когда Лу Фэн лёг.

Лёгкий холодный запах рядом был почти ощутим. Ань Чжэ слышал дыхание Лу Фэна. Всё, что случилось сегодня, казалось сном: он, мутант, будет делить эту ночь с Судьёй.

— И… — Ань Чжэ высунул из-под одеяла глаза и тихо спросил: — Сейчас вы всё ещё сомневаетесь, что я человек, в объективном смысле?

— Генетический анализ ты прошёл, тридцатидневный срок наблюдения тоже, — без всякого выражения ответил Лу Фэн. — В объективном смысле ты уже человек.

— Что за срок наблюдения? — спросил Ань Чжэ.

— После заражения в течение тридцати дней гетерогенный со стопроцентной вероятностью теряет человеческий разум, — ответил Лу Фэн.

— А… а может, среди гетерогенных бывают такие, кто не теряет рассудка? — осторожно спросил Ань Чжэ. — Пусть он и мутант, но всё ещё выглядит как человек и мыслит по-человечески. Просто у него появилась одна лишняя способность превращаться в других существ.

Он знал, что сам относится к мутантам, но знал и то, что его разум по-прежнему ясен.

— Ты думаешь, человеческая воля так уж сильна? — спросил Лу Фэн.

Ань Чжэ не знал, что ответить. Похоже, Лу Фэн и не ждал ответа.

— На самом деле о ней и говорить не стоит, — ровно продолжил он. — Маяк провёл уже массу экспериментов. Человеческая воля не способна пересилить инстинкт самосохранения мутанта. Напротив, это мутанты постепенно впитывают человеческие мыслительные модели и навыки и приспосабливают их для собственного выживания. Вроде сегодняшних насекомых. Официальные результаты проверки с Маяка ещё не пришли, но лично я считаю, что их нападение было спланировано.

Глаза Ань Чжэ слегка расширились. Он впервые слышал, чтобы Лу Фэн говорил так долго, и каждое слово при этом звучало предельно твёрдо.

Он говорил, что перед лицом генетического слияния уникальная для людей воля и упоминания не стоит. Люди всего лишь один из самых слабых видов живых существ.

— Я так не думаю, — возразил Ань Чжэ. После того как Судья признал его человеком и субъективно, и объективно, ему стало гораздо легче. По крайней мере теперь он осмелился свободнее разговаривать с Лу Фэном. — Если бы воля была достаточно сильной, то…

— Дело не в силе, — перебил Лу Фэн. — И никаких «если».

Ань Чжэ нахмурился, всерьёз задумавшись.

— Ну, например, если бы заразили вас…

Он не успел договорить, как Лу Фэн одним движением натянул ему одеяло на голову.

— Я сразу покончу с собой, — холодно сказал Лу Фэн. — Спи.

Ань Чжэ решил, что полковник просто устал и больше не хочет обсуждать с ним всякую чепуху. Впрочем, он и сам уже смертельно хотел спать. К тому же, если вспомнить, Лу Фэн не отдыхал больше сорока часов, а прошлой ночью в своей комнате успел поспать от силы два-три. Стоило Ань Чжэ сомкнуть глаза, и он тут же провалился в сон.

Когда он проснулся, какое-то время не мог понять, сколько сейчас. Приподнявшись на кровати, он увидел, что в комнате почти так же темно, как и ночью. Лишь тонкая полоска света пробивалась через щель в занавеске, словно редкий солнечный луч, просачивающийся между переплетёнными ветвями в Бездне. Даже когда он распахнул шторы, в комнате оставался полумрак. Снаружи всё небо затянули дождевые тучи.

Он взял коммуникатор. Было уже одиннадцать утра.

Ань Чжэ вдруг почувствовал, будто что-то забыл. Он дёрнулся, окончательно проснулся и первым делом взглянул на кровать. Там никого не было. В комнате тоже. Только он один.

И тут он заметил на столе лист бумаги, рядом лежала шариковая ручка.

Ань Чжэ поднялся, подошёл к столу и взял лист. Это была листовка «Против диктаторской власти судей», только лежала она вверх ногами. На обороте чёрными чернилами было выведено всего несколько слов:

[Ушёл. Если что, звони.

                                         Лу]

Он и сам не понял, почему улыбнулся. Ему показалось, что записка удивительно похожа на записи в рабочем журнале Лу Фэна. Такая же короткая.

Отложив листок, он подошёл к шкафу выбрать одежду для похода в Управление городских дел. Долго раздумывал и в конце концов достал шерстяной свитер и надел его.

Свитер был серого цвета. Ань Чжэ выглянул в окно.

Небо и свет за окном были того же блеклого серого оттенка. Густые тучи клубились над зданиями, расползаясь над городом до самого горизонта. Казалось, вот-вот хлынет ливень.

Ань Чжэ был очень доволен. Грибы и так любили дождливые дни, а вкупе с новостью, которую вчера сообщил Лу Фэн, это означало, что, если он пройдёт отбор в Управлении городских дел, то сможет отправиться в Главный город. А там же и Маяк. Казалось, он сделал ещё один шаг навстречу своей споре.

Он решил, что больше не будет мелочно злиться на Лу Фэна за то, что тот забрал у него спору.

http://bllate.org/book/13301/1183053