Готовый перевод The Demon Venerable’s Wistful Desire / Заветное желание Достопочтенного Демона: Глава 104. И изо дня в день в мире царит тишь да благодать (4)

Глава 104. И изо дня в день в мире царит тишь да благодать (4)

Вернувшись в секту Цинцзэ из секты Хэхуань, обеспокоенный Чи Муяо отправился в пещерную резиденцию Си Хуая. Как только юноша вошёл в чёрную лакированную дверь, он увидел своего партнёра, сидящего на стуле из Собирающего дух нефрита и злобно смотрящего на него. Глядя на Чи Муяо, Си Хуай спросил:

— Ты прекрасно знаешь, что я ухожу в уединение, и всё ещё повсюду носишься. Не можешь побыть со мной подольше?

Чи Муяо всегда был серьёзным человеком, но, увидев такого Си Хуая, он расслабился.

Похоже, Си Хуай всегда может ненамеренно подарить ему ощущение спокойствия.

В то время, когда Чи Муяо думал о каких-либо других вещах, его партнёр всегда думал только о нём.

Си Хуай обычно выясняет с ним два вопроса: «Почему ты не проводишь время со мной?» и «Почему ты не хочешь практиковать парное совершенствование?»

Прошло так много лет с тех пор, как они стали партнёрами по совершенствованию, но одна вещь неизменна и никогда не менялась.

Чи Муяо много раз упрашивал Си Хуая, но его разговоры по душам были бесполезны. Маленький дракон всё равно злился, когда хотел злиться, и назойливо приставал, когда хотел  приставать.

Чи Муяо только и мог, что подойти, броситься в объятия Си Хуая, обвить его шею руками, зарывшись лицом и ничего не говоря.

По-прежнему недовольный Си Хуай сказал:

— Не думай, что на этот раз сможешь запудрить мне голову. Я злюсь уже четыре часа.

Чи Муяо уткнулся лицом в его шею, и когда заговорил, лёгкое дыхание коснулось кожи юноши, от чего стало слегка тепло и щекотно:

— Ты можешь сделать это столько раз, сколько захочешь, хорошо?

— ... — Си Хуай больше ничего не сказал. Это предложение было настолько привлекательным, что он, кажется, уже растаял.

Чи Муяо продолжил, говоря мягко и беспомощно:

— Я волновался за тебя, поэтому специально отправился к Небесному Почтенному Гуань Наню узнать про формации.

— Ты был в павильоне Нуаньянь?

— Нет, его можно найти в секте Хэхуань. Теперь он проводит там больше времени, чем в павильоне Нуаньянь.

Си Хуай, наконец, успокоился. Держать Чи Муяо на руках, словно держать большого ребёнка, потому что он мог менять его позу по своему желанию:

— Твоя собирающая дух формация итак очень хороша, и она искуснее, чем у других старейшин секты.

Обнимая Си Хуая за спину, Чи Муяо продолжил говорить:

— Мне так тревожно, что я не нахожу себе места. Понятно, что это ты уходишь в уединение, но я, кажется, нервничаю больше твоего. Я снова и снова хожу в комнату для уединения, боясь, вдруг я что-то упустил…

Собиравшийся выйти из себя Си Хуай мгновенно успокоился и погладил Чи Муяо по голове, утешая:

 — У тебя действительно сложный характер, незачем так сильно волноваться. Это трудная задача для всего мира совершенствования. Я ещё молод, и это только моя первая попытка, в крайнем случае попробую снова. У меня нет никаких внутренних демонов, и нет проблем с совершенствованием. Кроме того, так много старейшин поделились со мной своим опытом, что это не проблема, так что не переживай.

Чи Муяо продолжил говорить тягучим голосом, очевидно флиртуя:

— Я так переживаю, а ты всё ещё сердишься на меня…

— Я неправ, я не должен был сердиться, — Си Хуай начал извиняться.

Как только Си Хуай отступит в уединения, Чи Муяо не сможет вот так дразнить его, поэтому он поскорее его отвлёк:

— Не будь слишком свирепым во время парного совершенствования, хорошо?

Ответ Си Хуая прозвучал максимально ласково:

— Хорошо.

Достаточно лишь пары фраз, чтобы сменить его настрой с первоначального недовольства до ласкового.

Чи Муяо уже крепко держался за Си Хуая.

Имея дело с Си Хуаем, невозможно проявлять здравый смысл. У этого юноши больше аргументов, чем у кого-либо другого, и несколько его слов могут сделать Чи Муяо неспособным больше ничего говорить.

Но если уступить Си Хуаю и проявить робость, то маленький злой дракон мгновенно превращается в дракончика, и его поведение полностью меняется.

Когда Си Хуай вносил Чи Муяо в комнату, он был осторожен, опасаясь, что его грубые движения причинят дискомфорт.

***

Рано утром на следующий день Чи Муяо накинул на плечи мантию и отправился в комнату для уединения, чтобы снова укрепить формацию и добавить дополнительный барьер.

Когда он вышел из пещерной резиденции, то заметил, что с его одеждой что-то не так, и понял, что случайно надел одеяние Си Хуая. Надетая на нём тёмно-красная накидка казалась неуместной, его губы и так покраснели, но теперь юноша стал выглядеть ещё очаровательнее.

Некоторое время Чи Муяо колебался, но решил не идти переодеваться. Вместо этого он отправился к Си Линю и долго разговаривал с ним наедине.

В конце концов, во всей секте Цинцзэ никто не обратил внимания в одежде Си Хуая он или нет.

Именно в этот день Си Хуай отправился в уединение.

Он один вошёл в небольшую комнату. Прежде чем войти, он пристально посмотрел на Чи Муяо, а затем закрыл за собой ворота из камня.

Снаружи комнаты вокруг расположены каменные сидения, предназначенных для старейшин-защитников.

Вокруг сидений Чи Муяо также установил формации для усиления поддержки старейшин и передачи духовной энергии непосредственно в тело Си Хуая.

Старейшины думали, что, согласно привычкам их молодого мастера секты, Си Хуай какое-то время будет прощаться с Чи Муяо, поэтому не торопились входить. Они были немного удивлены, увидев, что Си Хуай действительно закрыл каменные ворота.

Чи Муяо чувствовал себя слегка неловко. На самом деле, именно потому, что этой ночью он без сна и отдыха развлекал Си Хуая, тот был таким спокойным сегодня.

Проводив Си Хуая, Чи Муяо увидел, что старейшины начали медитировать, поэтому он покинул пещерную резиденцию, и перед главным входом установил формацию.

Выйдя, он заметил ЦзюЦзю, подлетевшего и севшего ему на плечо, и шёпотом сказал питомцу:

— Боюсь, на этот раз всё зависит от тебя и Хуэя.

— Цзю!

Кажется, Цзю-Цзю никогда ничего не боится и всегда жизнерадостен.

Кроме того, ЦзюЦзю совершенствовался вместе с ним и Си Хуаем на протяжении многих лет, и его сила становилась всё сильнее и сильнее.

Чи Муяо вместе с птицей прибыл в главный зал секты Цинцзэ.

Внутри сидели Сы Жоюй и Предок Голубой Лис, а также несколько других старейшин-защитников секты.

Присутствующие здесь люди не были знакомы друг с другом, и никто, сидя вместе, не разговаривал. Ситуация была довольно неловкой, и обстановка наладилась только после прибытия Чи Муяо.

Юноша сел и спокойно сказал:

— Некоторых из вас пригласил я, а другие старейшины секты Цинцзэ. Старшие вероятно не знают, почему всех созвали, поэтому я сейчас расскажу.

Он рассказал Мастерам Дворцов секты Цинцзэ именно то, что сказал ему Юй Яньшу. Как и ожидалось, они разгневались настолько, что захотели истребить павильон Нуаньянь немедленно.

Чи Муяо попросил их помолчать, а затем сказал:

— Возможно, вы считаете, что я лишь посредственный совершенствующийся, который отвечает за дела Распорядительного зала. Но на этот раз ситуация другая. Мой партнёр по совершенствованию вот-вот окажется в опасности, поэтому я решил действовать. Я также знаю, что недостаточно компетентен, чтобы руководить вами, поэтому я могу только попросить вас принять во внимание заботу о моём партнёре по совершенствованию и быть готовыми хоть раз прислушаться к моим указаниям.

Одноглазый Мастер Дворца первым сказал:

— Мы не возражаем против тебя. Ты умнее отца и сына, и не берёшься за дела, превышающие твои полномочия. Если мы сталкиваемся с делами, в которые нужно вмешаться, то ты тот, кто тайно направляет, прося старика-дракона Си рассказать нам, просто в этот раз его здесь нет.

Мастер дворца Юэ Му следом с улыбкой сказал:

— На самом деле, на этот раз глава секты изменил кандидатуры на пост защитников секты. Я бегло взглянул на оставшихся людей, и в некотором смысле они показались мне достойными, поэтому к настоящему времени всё уже обдумано. И раз уже всё распланировано, то говори, как есть.

Чи Муяо по характеру сдержанный и скромный. Обычно он ходит в Распорядительный зал, чтобы свести счета и заняться мелкими пустяками, но не участвует в других делах секты.

На протяжении многих лет две фракции ожесточённо сражались, и Чи Муяо никогда не вмешивался. 

Благодаря его манерам поведения: не создавать проблем, не бороться и не отнимать, не проявлять никакую агрессию, быть умным, но не строить заговоры — все в секте Цинцзэ чувствуют себя комфортно.

Если есть навык и средства, чтобы «держать в руках власть», но никогда не переступать черту, то никогда не будешь раздражать людей.

В сочетании с превосходными целебными способностями Чи Муяо в секте Цинцзэ мало-помалу почувствовали, что у них всё же есть «козырь в рукаве», и осмелились атаковать праведные секты.

Если бы в этом деле не был замешан Си Хуай, возможно, Чи Муяо не выступил бы и в этот раз.

Чи Муяо кивнул:

— Все присутствующие также способные. Очевидно, что все совершенствующиеся, собравшиеся здесь в этот раз, сильны в построениях формаций или превосходны в командной работе. Уединение Си Хуая — наш приоритет. Я не обсуждал это с ним, опасаясь, что он будет волноваться, а охраняющие его совершенствующиеся должны быть достаточно сильными, поэтому я мог только оставить несколько человек для охраны секты Цинцзэ. Сянь Юэ давно утратила свой авторитет. Пожалуй, в этот раз будет не так много людей, которые смогут пойти за ней, и всё пройдёт не так тяжело, как в прошлом сражении. Моя идея заключается в том, чтобы использовать технику иллюзий секты Хэхуань, внутри которой можно создать жестокие формации, добавив к этому технику контроля Предка Голубого Лиса — все три техники будут сочетаться между собой.

Чи Муяо посмотрел на Мастера Дворца Юэ Му, говоря:

— Мастер Дворца Юэ Му — самый могущественный поддерживающий совершенствующийся, и у него больше практического опыта, чем у меня. Он отвечает за общее положение дел. Остальных я расположу на позициях. Запомните расположение формаций, охраняйте свою территорию и безжалостно убивайте людей, вторгнувшихся на вашу территорию. Я думаю, что каждый может это сделать.

Мастер дворца Юэ Му кивнул, услышав это:

— Да, если ты будешь отвечать за лечение внутри формаций, то наша боеспособность возрастёт, по крайней мере это не позволит им получить каких-либо преимуществ.

Чи Муяо улыбнулся:

— Я буду оком формации, и я боюсь, что это будет очень опасно. Возможно, я не смогу вовремя подоспеть с лечением. Самое главное, чтобы вы обеспечили свою собственную безопасность.

Услышав эти слова, все в секте Цинцзэ снова расшумелись.

— Нельзя! Первым, кого будут искать, — это око формации. Они направят самые мощные атаки на тебя, чтобы разрушить формацию. Если ты пропадёшь, то молодой мастер секты обязательно обвинит всех нас после того, как выйдет из уединения!

— Правильно! Не будь таким импульсивным. Даже если ты защищаешь Си Хуая, ты не можешь жертвовать собой!

— Мы не согласны!

 Чи Муяо очень спокойно улыбнулся:

— Конечно, я создам много фальшивых глаз формации, чтобы прикрыться. Кто бы мог подумать, что око формации будет мной и будет двигаться повсюду? Верно?

Остальные по-прежнему были не согласны.

Сы Жоюй пожала плечами:

— Видишь, я не одна, кто не согласен.

Чи Муяо позвал обладающего высочайшими боевыми способностями одноглазого Мастера Дворца выйти во внутренний двор и попросил его атаковать.

Одноглазый Мастер Дворца даже не пожелал обнажить свой меч. Он посмотрел на юношу и сказал:

— Мне напасть на тебя? Что, если я не хочу?

По мнению всех членов секты Цинцзэ Чи Муяо был всего лишь нежным цветком. Он обладал только великими целительскими способностями, поэтому внутри секты никто даже не думал трогать юношу.

Человек, который даже вместо меча носил веер и редко доставал его, теперь хочет, чтобы все поверили, что у него есть сила. Им действительно трудно это понять.

— Нападайте, — снова беспомощно попросил Чи Муяо.

Одноглазому Мастеру Дворца ничего не оставалось, кроме как атаковать, однако его выпады были чрезвычайно сдержаны.

Тем не менее Чи Муяо был защищён золотым колокольчиком, который может ликвидировать повреждения, поэтому атаки заклинаниями бесполезны. Лишь остаточный эффект может нанести вред Чи Муяо, но, к сожалению, урон очень мал.

Самое непостижимое заключается в том, что Чи Муяо, кажется, способен заранее предсказать атаки одноглазого Мастера Дворца и с помощью быстрого шага секты Хэхуань избежать их. Одноглазый Мастер Дворца не сможет его поймать или вообще атаковать.

Чи Муяо на протяжении многих лет изучал свой артефакт и научился свободно им пользоваться.

Его золотой колокольчик также укрепился после того, как Чи Муяо перешёл на стадию Зарождения души. Разумеется, признавший своего владельца артефакт станет сильнее вслед за ним.

Чи Муяо также был удивлён, обнаружив, что, перейдя на стадию Зарождения души, у него появилась способность предвидения с помощью золотого колокольчика.

Подобно тому, как в покрытом миазмами лесу на стенах появлялись тени того, что произойдёт в будущем, он также может предвидеть уловки и траекторию атак своего противника.

На этот раз, в сочетании с быстрым шагом секты Хэхуань, он прямо-таки тигр, отрастивший крылья.

Благодаря комбинации предвидения с самой быстрой техникой перемещения во всём мире совершенствования, пусть даже его боевые способности всё ещё не высоки, но его способность уклоняться от атак достигла самого высокого уровня.

Таким образом, другие не смогут его ударить, к тому же Чи Муяо обладает целительными способностями, если только сокрушительный удар не даст ему времени на самоисцеление. При других обстоятельствах с ним всё будет в порядке.

Когда придёт время, ему, будучи оком формации, нужно лишь продержаться достаточно долго, чтобы перехватившие инициативу демонические совершенствующиеся перебили всех нападающих из павильона Нуаньянь.

Мастер Дворца Юэ Му был ошеломлён и, наконец, медленно выдохнул:

— Эй, почему я вдруг почувствовал, что ты не по зубам нашему молодому мастеру секты?

Сы Жоюй гордо сказала:

— Так это наш благородный А-Цзю вышел замуж за простака.

http://bllate.org/book/13300/1183018