Готовый перевод Cold sword Perched on Peach Blossoms / Зимний меч в цветах персика: Глава 71. Шэ Ичжи

Глава 71. Шэ Ичжи

Линь Жуфэй и сам не знал, сколько времени двое наверху рубились в небе, но понемногу двухдневный дождь всё-таки стих. Люди, что успели измаяться в тревоге, наконец перевели дух. Схватка в вышине тоже шла к концу, и Линь Жуфэй увидел, как к его стороне летит огромный демон, похожий на кота, держа что-то в пасти. Чем ближе он подлетал, тем меньше становилась его фигура. Линь Жуфэй прищурился и узнал демона, которого отправил мечом в тучи. Бросалось в глаза и другое: в пасти у него висел человек в зелёной одежде. Похоже, Чи Юй изрядно его отметелил. Лицо распухло, а губы всё ещё твердили какие-то слова. От этих причитаний Чи Юй так всбеленился, что вскинул лапу и полоснул когтями, едва не вырубил его окончательно.

Вернувшись на постоялый двор, Чи Юй уже почти сравнялся размерами с обыкновенным котом, и человек, зажатый в пасти, сразу оказался «не к месту». С коротким «пф» он швырнул его оземь, словно мусор, затем ещё и лапой притоптал и ругаясь на Линь Жуфэя рявкнул:

— Бесстыдник! Ещё раз дёрни!

Он всё ещё кипел из-за того, что Линь Жуфэй дёрнул его за хвост.

Линь Жуфэй поспешно отмахнулся и сказал:

— Нет-нет.

— Почему нет? Ещё минуту назад ты так радовался! — Е Мо со злостью скрежетнул зубами и сказал: — Хвост Е Мо — это мужская талия и женская кисть. Посмел тянуть к нему руки, точно смерти ищешь…

Линь Жуфэй пробормотал:

— Но ведь моя служанка только что тоже трогала?

Е Мо нахмурился:

— Как это одно и то же?

Линь Жуфэй уставился:

— А чем отличается?

Е Мо как само собой разумеющееся ответил:

— Твоя служанка — милая, очаровательная девочка. А ты кто? Противный мужик…

«Можно не говорить “противный мужик” таким милым тоном?» — подумал про себя Линь Жуфэй, но, видя, что Е Мо всё ещё сердится, вслух сказать не решился. В конце он лишь дважды сухо хохотнул и кое-как разрядил обстановку.

Человек, которого Е Мо швырнул на землю, пока они разговаривали, очнулся и тем привлёк его внимание. Едва придя в себя, он услышал разговор Линь Жуфэя с Е Мо, рывком поднялся с земли и, указывая на Линь Жуфэя, с изумлением обвинил:

— Ты… ты… ты с демоном шашни водишь!

Линь Жуфэй не обратил на него внимания и указал на только что прояснившееся небо за окном:

— Это ты навёл дождь?

— Я, — этот человек даже ладонью по груди хлопнул и ни капли не счёл своё деяние дурным.

Линь Жуфэй произнёс:

— Если бы дождь не прекратился, весь город ушёл бы под воду. Понимаешь, сколько людей погибло бы?

— Рождение, старость, болезнь и смерть — через это всем предстоит пройти. А утонуть всего лишь иной выбор, что тут странного? — равнодушно сказал молодой человек.

— Твоя логика странна.

— Не странна, не странна. — Этот человек внешне казался молодым, смотри только на лицо и подумаешь, подросток. Но по уровню совершенствования видно, что тот, кто осмеливается возводить формацию в небесах, никак не может быть юнцом. На вопрос Линь Жуфэя он лишь покачал головой: — Я искореняю зло во благо людей. Пусть погибнет один город, зато край обретёт покой.

Линь Жуфэй помедлил.

— Покой?

— Наверное, ты не знаешь, в последнее время в Жошуй вошёл цзяо. Этот цзяо получил людское одобрение, и стоит ему дойти до моря, он обратится в злого дракона. Тогда хлопот будет куда больше, — сказал он серьёзно. — Потому я поставлю на его пути формацию, чтобы остановить его. В крайнем случае дождь будет идти полмесяца, а через полмесяца я запру этого цзяо здесь.

После этих слов он будто о чём-то вспомнил, скосил взгляд на недовольный вид Е Мо, тут же выпрямился и шёпотом добавил:

— Похоже, я всё это сказал впустую. У тебя с этим демоном, похоже, отношения… причём неплохие…

— Кто с ним в хороших отношениях! Что за вздор ты несёшь! — вспыхнул Е Мо.

Линь Жуфэй не обратил внимания на большого сердитого кота и спросил:

— Полмесяца дождя? Сколько людей ты собираешься здесь убить?

Вокруг тянулись равнины. Если действительно прольёт полмесяца, в этих местах, скорее всего, мало кто уцелеет.

Этот человек развёл руками и покачал головой с видом «не понимаю, о чём ты говоришь». Увидев это, Линь Жуфэй и рассердился, и усмехнулся:

— Раз ты поступаешь так, никто ничего не сказал?

— Посмели бы? — молодой человек выпятил грудь. — Никто из них не лучше меня, с чего им меня осуждать.

Линь Жуфэй спросил:

— Если они лучше тебя, тогда могут что-то сказать о тебе?

— Разумеется.

Линь Жуфэй указал на Е Мо.

— Смотри, он тебя захватил, значит, он естественно сильнее тебя. По твоей логике ты должен его слушаться?

Е Мо с усмешкой фыркнул в стороне. Выгнулся, вскочил на стол, принялся вылизывать передние лапы и презрительно прорычал:

— Кому нужно, чтобы такой никчёмный был моим младшим?

— Ты кто такой, чтобы звать меня никчёмным?! — молодой человек от слова «никчёмный» подпрыгнул чуть не на восемь чи.

Е Мо хмыкнул.

— Чтобы прикончить какого-то обычного цзяо, тебе ещё и столько людей положить нужно. Если ты не никчёмный, то кто?

У молодого человека отвисла челюсть, он на миг и звука вымолвить не смог, словно подавился словами Е Мо.

— К тому же что такое «злой цзяо»? Если он ест людей, значит, он злой? — продолжил Е Мо. — Люди едят свинину и говядину, демоны едят людей, это лишь круговорот Небесного Закона. Людям можно убивать цзяо, так почему к слову «цзяо» ты прибавляешь «злой»? — Он поднялся и подошёл к молодому человеку. — Если уж говорить про свинину и скот, не выходит ли, что злой как раз ты?

— С чего это я злой человек… — не выдержал от.

— Свинину ты ел? — спросил Е Мо.

Молодой человек онемел.

Линь Жуфэй с явным интересом слушал их перепалку. Он понял, что у Е Мо и впрямь неплохое красноречие и он сумел так прижать этого человека, что тому больше нечего было сказать. В этом цзянху у многих рассуждения странные, и только тот, у кого кулак крепче, может заставить остальных говорить то, что ему надо.

— Пожалуй, в твоих словах есть доля смысла. — Молодой человек погладил подбородок и, приняв слова Е Мо, продолжил. — Значит, если свинья или корова придут мстить мне — это тоже разумно, и мне тоже разумно убить цзяо. Он оказался неглуп и сумел за короткое время выстроить логику Е Мо. — Раз у каждого своя правда, тогда зачем ты меня притащил?

Е Мо оскалился и вытянул острые когти.

— Я демон. Как думаешь, зачем я тебя притащил?

Увидев когти, молодой человек с испугом посмотрел на Линь Жуфэя, будто искал у него защиты.

Однако Линь Жуфэй лишь улыбнулся и подсказал за Е Мо.

— Естественно, чтобы съесть.

— …… — только и смог промолчать молодой человек.

— Раз тебе можно убивать демонов, то мне можно есть людей. Раз у каждого своя правда, чего ты ждёшь? Или сам залезешь мне в рот? — сказал Е Мо и разжал пасть, сверкнув рядами снежно-белых зубов.

Молодой человек тяжело вздохнул.

— Ты прав.

Сказав это, он и вправду попытался залезть Е Мо в рот.

От этой опрометчивой выходки и Е Мо, и Линь Жуфэй оцепенели. Е Мо, которому придавили зубы, мигом отскочил подальше. Он сплюнул: тьфу, тьфу, тьфу.

— Что ты творишь, зачем трогаешь мой рот, вонючий мужик!

— А разве ты не собирался меня съесть?

— ……

— Я сам и залезу, — добавил молодой человек.

Лицо Е Мо перекосилось, голос стал злым:

— Кто захочет есть мужика? Если уж есть, то милую девочку, — сказав это, он будто о чём-то вспомнил и нервно фыркнул.

Глядя на поступок молодого человека, Линь Жуфэй не знал, то ли плакать, то ли смеяться. Он и сам не решил, назвать ли того простаком или упрямцем, и в конце просто махнул рукой.

— Хочешь ловить цзяо — лови. Но ставить формацию нельзя. Иначе людей, погибших по твоей вине, может оказаться больше, чем от самого цзяо.

Молодой человек вздохнул:

— В твоих словах есть доля правды.

Линь Жуфэй спросил:

— Откуда ты, и как тебя зовут?

— Меня зовут Шэ Ичжи. Из семьи Шэ.

Услышав это, Линь Жуфэй подумал, что уж слишком странное совпадение. Не ожидал встретить здесь клан Шэ, да ещё и с таким «змеиным» именем. Он давно слышал, что клан Шэ силён в формациях, но не думал, что до такой степени, чтобы вызывать дождь на полмесяца.

— А ты кто? Почему водишься с этим сильным демоном? — спросил Шэ Ичжи.

— Кто с ним водится! — раньше Линь Жуфэя поднялся Чи Юй и сердито прорычал: — Ещё слово скажешь, и я и вправду проглочу тебя с одного укуса!

— Тогда и проглоти, а? Я же только что согласился, — сказал Шэ Ичжи.

— Думаешь, кто-нибудь побежит есть дерьмо? — холодно отозвался Чи Юй.

Шэ Ичжи, которого только что сравнили с дерьмом, зло сверкнул глазами. Он едва не засучил рукава, собираясь поспорить с Чи Юем о «вкусах», но Линь Жуфэй поспешно остановил его, велел успокоиться. Иногда то, что плохо на вкус, к лучшему. Будь ты повкуснее, мог бы и солнца завтра не увидеть.

Шэ Ичжи кое-как принял слова Линь Жуфэя:

— Похоже, в твоих словах есть смысл.

Тут Линь Жуфэй только и вздохнул с облегчением. Этот Шэ Ичжи и вправду горячий молодой человек. Разозли бы он вспыльчивого Чи Юя и правда дал себя съесть, иначе Линь Жуфэй потом не смог бы как следует объясниться с родом Шэ.

Линь Жуфэй снова спросил о цзяо, и Шэ Ичжи неторопливо заговорил.

Он сказал, что цзяо обнаружили в Жошуй и он очень силён. Первым его нашёл как раз старший брат, но тот, словно околдованный цзяо, никому не рассказывал до недавнего времени, когда вдруг был ранен им и чуть не лишился жизни. Лишь тогда люди узнали о существовании цзяо. Будучи младшим братом, он не мог сидеть сложа руки, потому долго выслеживал следы цзяо и поставил в облаках формацию, чтобы пошёл дождь. Хотел убить того на этом месте, но кто ж знал, что всего через два дня в небе внезапно появится огромный кот и стащит его вниз.

Заговорив о демонах, Шэ Ичжи сильно возмущался. Говорил, что они свободны от человеческих нравственных уз, к тому же непорядочны. В один миг становятся враждебными, им просто нельзя доверять. Только, произнося это, он позабыл, что рядом сидит вовсе не добрый демон, пока хвост Чи Юя не рассёк воздух со свистом. Скоро он сообразил, что наговорил лишнего, и смущённо усмехнулся:

— Конечно, обобщать тоже нельзя. Есть и… заслуживающие доверия демоны.

— Хм, да что хорошего в вас, людях? — насмешливо фыркнул Чи Юй. — Если бы кто-то не украл моё яйцо и не попытался отнять моего сына, по-твоему, я был бы здесь?

— Нашёлся кто-то, кто смог украсть твоё яйцо? — Шэ Ичжи был потрясён.

Чи Юй промолчал.

— Выходит, ты не так силён, как я думал, — задумчиво заключил Шэ Ичжи.

Чи Юй снова метнулся к Шэ Ичжи, и когда тот поднялся, на лице у него прибавилось несколько кровавых царапин. Хоть в формациях Шэ Ичжи и силён, в настоящем бою он слаб. Чи Юй давил его без малейшей возможности ответить, и молодому человеку оставалось лишь валяться на земле и кричать от боли.

Линь Жуфэй был этим по-своему впечатлён. Он даже отметил про себя, как ловко Шэ Ичжи каждым словом задевал больные места Чи Юя.

Линь Жуфэй поразмышлял над этим и в конце концов представился. Шэ Ичжи тоже слышал о семье Линь, но удивился, узнав, что перед ним сам Линь Жуфэй.

— Я давно слышал имя Линь-гунцзы. Отец ждёт дома, почему гунцзы так надолго задержался здесь?

В душе Линь Жуфэй подумал: «Ещё спрашиваешь, всё из-за тебя». Он протянул руку и указал в окно.

— Я ещё не купил лодку, на которой собираюсь грести.

— Зачем тебе лодка? — не понял Шэ Ичжи.

— Посмотри наружу, — ответил Линь Жуфэй.

Дождь уже стих, но вода ещё не ушла, и всю улицу заливала мутная дождевая жижа. Шэ Ичжи бросил взгляд, смущённо улыбнулся и сказал:

— Вот оно как. Но ничего, как только формация перестанет действовать, дождь тоже кончится. Скоро вода спадёт. Жаль только, что цзяо опять ускользнёт. И не знаю, когда я снова найду его след.

Чи Юй не был любопытным демоном. Если бы Линь Жуфэй прежде не вытолкнул его, он и внимания на Шэ Ичжи не обратил бы. Шэ Ичжи тоже ничего больше не добавил, и обстановка в комнате понемногу разрядилась.

Линь Жуфэй изначально собирался отправить Шэ Ичжи обратно, когда вода спадёт, чтобы тот больше никому не навредил. Но тут Гу Сюаньду возник буквально из воздуха, наклонился к самому уху Линь Жуфэя и спросил, не хочет ли он повеселиться.

— Повеселиться? — удивился Линь Жуфэй.

Гу Сюаньду кивнул подбородком на хвост Чи Юя.

У Линь Жуфэя тут же зачесались руки, однако в голосе ещё оставалось сомнение.

— Нехорошо вот так просто взять и… правда?

— Если не сделаешь сейчас, потом некому будет взять вину на себя, — ответил Гу Сюаньду.

Линь Жуфэй промолчал.

— Давай, давай, — Гу Сюаньду подбивал родного гунцзы на шалость. — Тянись и хватай, остальное оставь Шэ Ичжи.

Хотя Линь Жуфэй немного колебался, под настойчивым подзуживанием Гу Сюаньду он всё же неторопливо подошёл к Чи Юю. Тот стоял у окна спиной к ним с ленивым видом, хвост время от времени вяло покачивался.

За спиной у Чи Юя очень смирно сидел Шэ Ичжи. Заметив Линь Жуфэя, он не понял, зачем тот подходит, и вопросительно посмотрел на него.

Юноша ответил виноватой улыбкой.

Прежде чем Шэ Ичжи успел осознать, к чему эта улыбка, красивый благородный гунцзы протянул свои белые тонкие руки и быстрым движением легонько ущипнул лениво покачивавшийся перед ним хвост.

— Ай!!! — хозяин хвоста взвился чуть не на восемь чи. Обернувшись и увидев за собой Шэ Ичжи, он тут же нацелился на «врага»: — Ах ты дрянь! Кто позволил тебе тянуть мой хвост?! — проревев это, он сразу бросился на него. Шэ Ичжи не успел и слова вымолвить, как его прижали к полу, и из горла вырвался жалобный крик.

Линь Жуфэй стоял, заложив руки за спину, с самым невинным видом и мягко сказал:

— Чи Юй, полегче. Не покалечь человека.

Шэ Ичжи:

— …???

«Линь-гунцзы, что с тобой??»

Когда Шэ Ичжи, наконец, поднялся, на лице у него прибавилось синяков. Он посмотрел на Линь Жуфэя с неверием, дрожащим пальцем указывая на него:

— Линь-гунцзы… ты… ты…

Линь Жуфэй огорчённо вздохнул.

— Шэ-гунцзы, ай. Он же сказал, что хвост трогать нельзя. Ну почему ты не удержался?

Шэ Ичжи так разозлился на Линь Жуфэя, что глаза у него чуть из орбит не полезли.

Чи Юй теперь был окончательно взбешён. Он уже не стоял к ним спиной, сузил глаза и уставился на обоих. Спрятанная за спину рука Линь Жуфэя машинально тёрла пальцы. Не зря Гу Сюаньду тронул хвост дважды — на диво хорош. Мягкий, гладкий, пушистый. Ухватишь, будто облачко перехватил, и остановиться невозможно. Он невольно позавидовал Фу Хуа, которая может гладить кота как захочет.

«Эх, почему же я не девушка…» — Линь Жуфэй тихо вздохнул про себя.

Увидев эту неприглядную сторону Линь Жуфэя, Шэ Ичжи начал сомневаться во всём на свете. Он уставился на мягкое, безмятежное лицо Линь Жуфэя и, не будь на своём лице саднящих ран, наверняка решил бы, что всё только что привиделось.

Однако инстинкт самосохранения всё же заставил Шэ Ичжи тихо отодвинуться от Чи Юя. Тут же он заметил на кровати спящего котёнка. Он только что вдоволь натерпелся от Чи Юя, а увидев такого милого зверька, невольно смягчился, протянул руку погладить:

— Откуда тут котёнок?..

Линь Жуфэй не успел его остановить.

О том, что случилось после этого прикосновения, Линь Жуфэй предпочёл бы не распространяться. Можно лишь сказать, что методы Чи Юя оказались чрезвычайно суровы, а Шэ Ичжи, не в силах дать отпор, пролил кристальные слёзы.

Когда Фу Хуа вошла, она увидела у постели её гунцзы незнакомого молодого человека, который плакал, а большой кот, которого она прежде гладила, злобно рычал на него. Лицо молодого человека было исчерчено когтями. Хоть царапины и неглубокие, вид у него был очень жалкий.

Линь Жуфэй стоял у окна и вздыхал.

— Человеку как не повезёт, так и холодная вода меж зубов застрянет.

— Гунцзы? — Фу Хуа не понимала, что случилось, и сделала несколько шагов к постели. Привычно подхватила большого кота и ласково погладила его по голове. — Кто это?

— Шэ-гунцзы из семьи Шэ, — ответил Линь Жуфэй.

— Шэ-гунцзы? Как он здесь оказался?

— Длинная история.

— Видела, что дождь снаружи прекратился, кажется, к завтрашнему дню вода спадёт, — сказала Фу Хуа. Она посмотрела на Шэ-гунцзы, но заметила, что тот уставился на неё в изумлении. Она растерялась. — Шэ-гунцзы, почему вы так на меня смотрите?

На самом деле Шэ Ичжи глядел не на Фу Хуа, а на одного демона, который сейчас устроился у неё на руках, блаженно щурился и всем видом выражал удовольствие. Он чуть было не разрыдался и не обвинил демона в пристрастности, но, помня о свежих ранах на лице, всё же смолк, опустил голову и печально сказал:

— Наверное, потому, что вы красивая.

Фу Хуа не поняла.

Линь Жуфэй улыбнулся и попросил Фу Хуа взять ещё один номер, сказав, что завтра Шэ-гунцзы отправится вместе с ними. Фу Хуа только охнула и, нехотя опустив большого кота на пол, вышла.

Увидев, что Фу Хуа ушла, Чи Юй неторопливо запрыгнул на кровать и пинком оттолкнул Шэ Ичжи подальше.

Шэ Ичжи, из которого пыл уже выбили, молча сменил место и продолжал смотреть на Линь Жуфэя с печалью.

Юноша только сделал вид, что ничего не замечает. В глубине души подумал, что не стоило затевать пакости, иначе чувство вины будет грызть его и дальше.

Гу Сюаньду оставался холоден и светился улыбками. Если бы не опасался, что лицо Шэ Ичжи превратится в сплошное мясо, он снова потянулся бы к хвосту Чи Юя.

День выдался тяжёлый. На следующий, когда уже собрались в путь, Шэ Ичжи валялся в углу едва живой. Линь Жуфэй сидел рядом, прижимая к груди котёнка, а Чи Юя держала на руках Юй Жуй. Он то угощала его кукурузной конфетой, то подносила сливовый пирожок. В итоге именно он из всех оказался самым довольным.

Шэ Ичжи тяжело вздохнул, печаль в его глазах стала почти осязаемой. Он и сам не знал, кому завидует: Фу Хуа, которая могла гладить Чи Юя по шерсти, или самому Чи Юю, который мог лежать на руках прекрасной служанки, а может, обоим сразу.

Линь Жуфэй опустил голову и по-прежнему сохранял безобидно-мягкий вид. Не будь вчерашней подставы, устроенной им, Шэ Ичжи, пожалуй, и вправду поверил бы в эту безобидность.

Когда вода спала, на дороге всё ещё оставалось много грязи, и карета не смела ехать слишком быстро.

На полпути Гу Сюаньду, до того расслабленный, вдруг выпрямился, словно прислушиваясь. Линь Жуфэй, заметив это, тихо спросил:

— Что случилось?

— За нами что-то идёт, — ответил Гу Сюаньду.

— Что это?

Однако Гу Сюаньду не ответил. Он лишь взглянул на дремавшего Шэ Ичжи, медленно снова расслабился и сказал:

— Похоже, это идёт за ним.

— Хм? — откликнулся Линь Жуфэй.

— Ничего враждебного, не обращай внимания, — ответил Гу Сюаньду.

— О, — только и сказал Линь Жуфэй.

Чи Юй, дремавший с прикрытыми глазами, тоже, кажется, что-то почувствовал. Он приоткрыл глаза, глянул в сторону Линь Жуфэя, но быстро отвёл взгляд и лениво мяукнул. Юноша тоже уловил странность, будто в воздухе резко пахнуло водой. Логично, дождь только что кончился, сильный водяной запах естественен. Но этот был не совсем обычным, словно ходил кругами вокруг них. Запах едва ощутимый, и всё же такой, что его невозможно было не заметить.

Шэ Ичжи, сидевший с закрытыми глазами, тоже очнулся и, кажется, что-то уловил. Он выпрямился.

— Вы чувствуете запах?

Чи Юй приподнял веки и взглянул на него.

— С чего это он вдруг ко мне потянулся? Совсем смерти не боится? Странно, странно, раньше ведь из кожи вон лез, лишь бы меня обойти. Что, сегодня не то лекарство принял?.. — пробормотал Шэ Ичжи.

— Тот цзяо, которого ты хотел убить? — спросил Линь Жуфэй.

— М-м. — Шэ Ичжи глубоко вдохнул, смакуя водяной запах, пропитавший воздух. Голос похолодел. — Этот мерзкий рыбный дух я в жизни не забуду. — Он вынул из кармана оранжево-жёлтый талисман. Знаки на нём оказались редкого ледяно-голубого цвета, и ещё до того, как его пустили в ход, от него уже повеяло бурной духовной силой.

— Раз уж сам пришёл, — усмехнулся Шэ Ичжи, — церемониться не стану.

http://bllate.org/book/13288/1180975