Готовый перевод Jianghu Name Da / Злоключения молодого господина Чжу в Цзянху [❤️] [Завершено✅]: Глава 11.1

Чжу Яньинь смотрел на измождённую внешность Пань Шихоу и не мог представить себе никаких приятных глазу сцен, где его и Ли Суя можно было бы принять за «дядю и племянника». Главным образом потому, что внешность и характер у мастера дворца Ли действительно плохи, как у настоящего демона. Как будто у такого может быть семья?

«Семья? Какая семья?» — буквально написано у него на лице крупными иероглифами.

Он не похож на племянника главы Зала Небесного паука, скорее уж… кхм, на его внука.

За городом, на горной тропе, ученики дворца Одинокого пика были заняты приготовлением пищи на костре. Цзян Шэнлинь достал морковку и подошёл к вороному коню.

Ли Суй был недоволен:

— Мне вот было интересно, почему он растолстел в последнее время, а оказывается, это из-за тебя, бездельника.

Доктор Цзян негодующе посмотрел на него и воскликнул:

— Прояви благоразумие! Я кормил его всего два раза за полмесяца.

Брыкающийся вороной рассеянно хрумкал морковкой, тоскуя по бобовому жмыху.

Ли Суй расчесал ему гриву и дважды погладил по голове:

— Возвращайся в город.

Цзян Шэнлинь недоверчиво уточнил:

— Ты разговариваешь с конём?

Ли Суй холодно взглянул на него.

Цзян Шэнлинь поднял руку, показывая, что сдаётся:

— Хорошо, я вернусь в город, чтобы встретиться с главой секты Пань за тебя.

Ли Суй бросил конскую щётку обратно в ведро и отвернулся.

Цзян Шэнлинь подумал: «Ну что это за характер, а?»

Если бы какая-нибудь газета из цзянху попросила написать статью о том, каково это — иметь друга с собачьим нравом, в данный момент божественный доктор Цзян, скорее всего, поблагодарил бы за приглашение, а потом анонимно написал об этом восемьдесят или даже сто тысяч слов.

В банке Чжу Яньинь с комфортом принял ванну, поел и немного вздремнул, проснувшись от того, что на улице ещё светло и смутно слышен оживлённый шум с улицы: стук колёс телег и повозок, разговоры и ржание лошадей.

Он расспросил управляющего, и оказалось, что Пань Шихоу устраивает роскошный банкет*, чтобы развлечь всех членов команды Альянса боевых искусств. Зал Небесного паука накрыл пышные столы от самого зала до улицы Цаошу. Они так плотно стояли от стены до стены, что даже воде не просочиться.

П.п.: 流水席liú shuǐ xí праздник текущей воды, если дословно. Это вид банкета, на котором гости могут прийти в любое время, еда подаётся непрерывно, как вода в текущем ручье. Нет установленного порядка подачи блюд, и гости могут есть столько, сколько захотят.

Чжу Чжан сказал:

— Божественный доктор Цзян тоже в Зале Небесного паука, он сказал, что вернётся в банк завтра.

— Значит, сегодня нам не нужна акупунктура, — Чжу Яньинь немного подумал, а потом спросил: — Есть ли в городе Белой вершины какое-нибудь хорошее место, куда можно пойти? Когда люди из цзянху разойдутся, мы тоже пойдём прогуляться — мои кости стали мягкими после сна на нормальной кровати.

Управляющий Чжу улыбнулся и сказал:

— Ваше превосходительство уже давно живёт в городе Ив в Цзяннани, и теперь, когда вы приехали на северо-запад, вам, естественно, нужно увидеть что-то редкое. Самый известный пейзаж города Белой вершины находится за пределами города, в ущелье Рёв тигра. Издалека вода выглядит как серебристо-белая парча, но затем она внезапно падает вертикально, заставляя огромные волны в каньоне перекатываться и рычать, как тигр, величественно и мощно.

Чжу Яньинь был тронут его словами и живо поинтересовался:

— А можно увидеть его ночью?

— Да, почему бы и нет, — кивнул управляющий и добавил: — Сегодня ночью лунный свет хорош — луна светит ярко, её серебряное сияние будет отражаться в шелковистой воде, это ещё более завораживающе, чем днём.

Чжу Яньинь воскликнул:

— Хорошо, тогда после наступления темноты мы отправимся в ущелье Рёв тигра!

***

С другой стороны банкет на улице Цаошу не заканчивался до самого заката.

Все наелись и напились досыта, а стол был завален тарелками и чашками.

***

Цзян Шэнлинь просидел на банкете целый час, Пань Шихоу поддерживали только слуги его семьи, его рука дважды дрожала, пока он говорил тост, но затем он ни словом не упомянул о необходимости лечения, что было очень странно. Ведь такой великий чудо-доктор по-прежнему очень ценен, и если он появился в мире, то тысячи людей будут бороться, чтобы попасть к нему на приём.

После тщательного рассмотрения было найдено только два возможных объяснения.

Во-первых, он больше не хотел жить, но, учитывая процветание Зала Небесного Паука, жизнь Пань Шихоу, казалось, шла хорошо, что делало маловероятным то, что он внезапно захотел бы искать смерти.

Оставалось только второе предположение: он симулировал свою болезнь.

***

За городом, на горной дороге.

Пань Шихоу стоял у костра. Хотя он больше не нуждался в посторонней помощи, чтобы ходить, цвет его лица выглядел не очень хорошо. Это было связано не с его физическим состоянием, а скорее с беспорядками.

Ли Суй посмотрел на него и нахмурился:

— Ты притворяешься больным?

Пань Шихоу огрызнулся:

— Да.

Пань Шихоу нервно сглотнул полный рот слюны, очень опасаясь этого «племянника». Он был не так силён духом, как другие мастера боевых искусств. Он долго стоял неподвижно, прежде чем продолжить:

— Если бы я не симулировал свою болезнь, мне пришлось бы пойти на конференцию боевых искусств в Золотой город. Лидер Альянса боевых искусств, Ван, обязательно попросил бы меня пойти во дворец Одинокого пика, чтобы пригласить тебя. Но ты бы меня не послушался, и я потерял бы лицо.

Ли Суй: «...»

В середине ночи подул ветер, пробирая до костей. На пронизывающем полуночном ветру было холодно, а слишком долгое пребывание на улице могло привести к обморожению.

Ли Суй недовольно покачал головой:

— Ты, возвращайся первым.

— Я пришёл, чтобы сказать кое-что важное, — поспешно проговорил Пань Шихоу. — В усадьбе Шанжу происходит что-то странное.

Ли Суй спросил:

— Что за странности?

Пань Шихоу понизил голос:

— Похоже, они имеют дело с Храмом Огня.

Рука Ли Суя дрогнула.

Деревня Шанжу расположена в городе Дуцзюаньчэн, к югу от основного региона. Это место больше напоминает усадьбу богатого помещика, чем традиционную секту боевых искусств. За последние годы они пожертвовали средства на строительство множества сект, что действительно соответствует их названию «Шанжу». Глава школы, Ду Яфэн, всегда ведёт себя как величайший благодетель, облачается в белые мантии и раздаёт милостыню и еду, словно в любой момент может вознестись на небеса благодаря своим добрым делам. Как такая секта может иметь связи с сектой Демонического культа?

П.п.: 尚儒 shàng rú можно перевести как «почитать конфуцианство», а можно как «возвышенный учёный и всесторонне развитый человек».

Пань Шихоу сказал:

— Хоть я и не поехал в Золотой город, чтобы принять участие в конференции боевых искусств, я расследовал дело секты Демонического культа. Академия, созданная Шанжу, находится у подножия горы Поющего феникса и, скорее всего, является местом встречи с Храмом Огня. Если ты мне не веришь, просто отправь кого-нибудь, чтобы расследовать этот вопрос.

Ли Суй кивнул:

— Хорошо.

— Тогда не мог бы ты вернуться со мной на два дня? Я слышал от мастера Вана, что они собираются остаться в городе Белой вершины на три дня, — взгляд и тон голоса Пань Шихоу были обеспокоенными. — Твоя тётя очень скучает по тебе, поэтому несколько дней назад приготовила комнаты для гостей.

Ли Суй прислонился к дереву:

— В этом нет необходимости, возвращайся.

Пань Шихоу: «…»

— Ладно, ладно, — Пань Шихоу выдавил из себя натянутую и неловкую улыбку: — Тогда я пойду.

Он плотно закутался в верхнюю мантию, выглядя ещё более иссохшим и хрупким. Две пряди белых волос свисали с висков, придавая ему несколько растрёпанный вид. Перед тем как уйти, он напутствовал:

— Демонический культ всегда строит козни, ты тоже должен быть осторожен.

Ли Суй опустил глаза, рассеянно вороша угли в костре. Когда через некоторое время он поднял взгляд, Пань Шихоу уже исчез в темноте.

Теневой страж рядом с ним осторожно сказал:

— Владыка дворца, господин Пань, похоже, нездоров, он даже немного споткнулся… В горах сильный холодный ветер, почему бы моим подчинённым не проводить его обратно в город?

Ли Суй убрал меч Сянцзюнь в сторону и коротко свистнул.

Со склона горы галопом прискакал его конь, твёрдые копыта переступили через костёр, оставляя за собой шлейф звёздного света.

Во рту у него всё ещё был пучок молодой травы, которую он только что сорвал.

Это было невкусно.

http://bllate.org/book/13193/1176329