Эшли в предвкушении раздвинул ноги ещё шире. Между его широко расставленными коленями виднелось небольшое отверстие. Доминик, держа член одной рукой, другой оттянул его, создавая проход. И, наконец, он подставил головку к колечку мышц.
Прямо перед тем, как вставить, Эшли внезапно обхватил ногами его талию. Это было явное искушение. Подавив пошатнувшуюся сдержанность, Доминик издал сдавленный стон.
— Я не хочу, чтобы тебе было больно.
— Теперь всё в порядке. Правда.
Эшли ярко улыбнулся, словно его слова были правдой. Доминик, всё ещё обеспокоенный, несмотря на его заверения, на мгновение нахмурился. Но после получения повторного разрешения, он, наконец, начал медленно проталкиваться во внутрь.
Звук возбуждения Доминика отчетливо разнесся по тихой комнате.
— Ах…
Эшли начал медленно задыхаться, запрокидывая голову. Ощущение наполненности внизу живота заставило его бедра непроизвольно задрожать.
Доминик, едва удерживая рассудок, несмотря на сильное возбуждение, медленно покачивал бедрами. Очень медленно, в соответствии с темпом Эшли. Его плоть с чавкающим звуком ударялась о стенки.
Когда набухшие вены прошли сквозь сжавшиеся колечко и начали пробиваться куда-то во внутрь, лицо Эшли сильно покраснело, и он тяжело задышал. Ему казалось, что в животе у него разгорается пламя. От едва уловимого тепла у него перехватывало дыхание.
— Ах!
Эшли сладко постанывал. Его губы дрожали, а лицо раскраснелось. Глядя на него, Доминик ещё шире раздвинул его ноги.
Он погрузился в его тело, словно преследуя добычу. Глаза Эшли, смотревшие на него, приковывали взгляд альфы, обездвиживая его.
Увидев его покрасневшие глаза, Доминик ощутил порыв заставить его заплакать. Что за фантазии у него тогда были? Разве он не хотел надеть ему на шею ошейник, поставить на колени, как собаку, и заставить лизать ему обувь?
— Ах!
Эшли издал короткий крик в тот момент, когда набухший член вошёл в него. От одной мысли о том, что на Эшли надет ошейник, и что он лежит на полу, кровь Доминика закипала. Что будет, если его партнер узнает об этом жестоком желании внутри него? Этот человек, этот гамма, который, в отличие от него самого, вёл здоровый образ жизни, наверняка сбежит.
Необходимость скрывать своё желание была неизбежна, но также было бы неплохо высказаться.
Внезапно глаза Доминика замерцали золотистым оттенком. Несмотря на то, что его партнер не являлся омегой, он привел его в состояние чрезмерного возбуждения, как будто начался гон.
От его стройного тела и аккуратной кожи до развратной дырочки внизу.
Его сдержанные черты лица, контрастирующие с нижней частью тела, были раем, уготованным для Доминика. Он осквернит спермой свой рай и развратит свою душу. Он больше не колебался и начал совершать грубые движения.
— Ах, ах!
Скорость увеличилась, толчки стали грубее. Эшли, задыхаясь, покачивал бедрами под ним.
Этот гамма даже не понимал, что делает, искушая Доминика своими похотливыми действиями, полными слёз глазами и раскрасневшимися щеками. Альфа подавил разрушительные порывы и присосался к губам.
Мягкая плоть, трущаяся о низ живота, издавала чавкающий звук. Но нижняя половина была в беспорядке из-за таранящегося члена.
С каждым сильным толчком казалось, что голова Эшли ударится об изголовье кровати. Доминик опустил его бедра и вошёл ещё глубже.
— Ах, ах, ах, Доминик!
— Ха…
Короткий вскрик вырвался у Эшли, а Доминик тяжело выдохнул. Вместе с ним на гамму полилось большое количество альфа-феромонов, но тот ничего не чувствовал.
Даже если бы рядом были другие альфы, он бы облил их феромонами до отвращения, но, будучи гаммой, мужчина ничего не мог учуять.
Доминик хотел ещё больше погубить его, даже после того, как окунул его в свой аромат.
«Нет, не делай этого, перестань».
К нему немедленно вернулось здравомыслие. Эшли застонал. Если бы они сцепились, его тело наверняка бы полностью разрушилось.
Продолжая бороться между желанием и разумом, Доминик энергично встряхнул худенькое тело в своих объятиях.
Если сцепка была невозможной.
Если метка ─ это тоже не вариант.
Он просто хотел сделать его своим, с телом, которое знал только он.
Он хотел сделать это тело своим.
Несмотря на то, что Доминик был мужчиной нарасхват, он полностью влюбился в этого гамму, который даже не излучал феромонов.
Движимый инстинктом, не понимая, что делает, он грубо двигался и вонзался в чувствительные места Эшли.
Он всего лишь следовал инстинктам и завоевывал этого человека.
Эшли больше не мог выносить наслаждения и наконец зарыдал, слезы потекли по его щекам. Расплывчатая дымка, отражавшаяся в его ясных глазах, понравилась альфе.
Осыпав его щеки поцелуями и позволив слезам стечь по щекам, Доминик облизал его лицо.
Эшли, покрытый слюной и слезами, был прекрасен как никогда.
Доминик обхватил его голову руками и непрерывно долбил его внутренности своим длинным, толстым членом. С каждым шлепком плоти о плоть вибрация передавалась от упругого живота Доминика к животу Эшли.
Гамма извивался в его объятиях.
— Ах, ах, это слишком, ты... Слишком сильно!
Глядя на него, не в силах продолжить говорить, Доминик слабо улыбнулся. Но его глаза горели желанием.
С мыслью о том, как бы помучить этого человека.
— Это слишком хорошо, что ты сходишь с ума?
— Ах!
Пальцы ног Эшли крепко сжались. Ощущения от нижней части тела до мозга доставляли почти смертельное удовольствие. По сравнению с любым предыдущим сексом, сегодняшний был незабываемым.
Это растопило рассудок Доминика и вознесло его на новые высоты. Слёзы потекли по щекам Эшли, когда он почувствовал член, который, казалось, вот-вот проткнёт ему живот.
Набухший орган альфы, заполнивший внутренние стенки, глубоко входил в него, не зная предела. Словно пронзенный раскаленным железом, Эшли кончил ему на живот и широко раскрыл губы.
Как только появилась щель для маневра, язык Доминика тут же проник в его рот и начал интенсивно вылизывать.
Нечеткое, хриплое дыхание наполнило комнату. Наконец, тепло, исходящее от двух тел, наполнило воздух жаром.
— Ах…
Короткий вздох сорвался с губ Доминика, а Эшли, обессиленно опустив голову, расслабился.
В режиме реального времени он чувствовал, как эрекция альфы, набухшая до удушья, уменьшается. Доминик крепко обнял возлюбленного, словно не в силах больше терпеть.
— Сколько раз ты сможешь выдержать?
— Что?..
Глаза Эшли расширились, словно спрашивая, что он имеет в виду. А Доминик поднял брови, как бы спрашивая, чему тот удивляется.
И тут Эшли почувствовал это. Эрекция, которая явно уменьшилась к моменту кульминации, снова затвердела.
http://bllate.org/book/13181/1173796
Сказали спасибо 0 читателей