Готовый перевод When Reader and Author Transmigrate Inside the Book at the Same Time / Попаданец и автор и читатель! [❤️] [Завершено✅]: Глава 24.1

Атмосфера в самолете была немного напряженной.

Дворецкий, сидевший на периферии, сохранял спокойствие и не обращал внимания на происходящее.

Ши И посмотрела на сына, а затем на Бай Синьюя. Ей было страшно интересно, как будто она смотрела спектакль.

Это был первый раз, когда Ли Лань летела на частном самолете. Интерьер сильно отличался от салона обычного пассажирского самолета, но у нее не хватило духу все детально рассматривать.

Обычно агенты пытались не брать на себя такую разрозненную группу. С одной стороны, члены группы были выходцами из разных компаний, и поэтому управлять ими было сложно. С другой стороны, время было ограничено, а молодые саженцы еще не выросли.

Однако по-прежнему было много агентов, готовых взвалить на себя такую ответственность, в том числе агентов с хорошими способностями и ресурсами. У них была возможность посадить перспективный саженец и вырастить из него денежное дерево.

Бай Синьюй был тем самым саженцем, который ее привлек. Она всегда давала ему лучшие ресурсы и тактично доносила до него свои мысли. И после всего того, что она сделала, Бай Синьюй действительно хотел присоединиться к компании Гу Цзиньмяня?

Бай Синьюй некоторое время молчал, но все же спросил:

— Почему ты не хочешь подписать контракт со мной?

Гу Цзиньмянь ответил:

— Мои финансовые ресурсы ограничены.

Бай Синьюй отличался от Ду Байаня. Он работал в авторитетной и влиятельной развлекательной компании. Как только он пришел, босс высоко оценил его. Он считался ключевой фигурой команды.

Ах, действительно, а какое еще могло быть обращение с главным героем?

Как с ним могли сравниваться Инь Мошу и Ду Байань, такие жалкие существа?

Однако Гу Цзиньмянь не хотел копаться в этом.

Фраза «мои финансовые ресурсы ограничены» глубоко ранила Бай Синьюя.

Он недоверчиво сказал:

— Ты даже не можешь найти достойное оправдание, чтобы солгать мне?

Гу Цзиньмянь вздохнул.

— ...На самом деле я даже не хочу думать о причине лгать тебе, поэтому я говорю тебе правду.

Бай Синьюй: «...»

В действительности он понимал, что это было правдой.

Он не знал, радоваться ли ему тому, что Гу Цзиньмянь не солгал ему, или грустить из-за того, что Гу Цзиньмянь даже не хотел придумать причину, чтобы солгать ему.

Бай Синьюя терзали сомнения.

В то же время съемочная группа приступила к новому съемочному дню.

Без Гу Цзиньмяня, казалось, в команде чего-то не хватало, и атмосфера была немного другой, особенно среди девушек.

Пришел главный герой Хан Юаньтин, который не появлялся со вчерашнего дня, с тех пор, как его забрали в полицейский участок. Атмосфера стала еще более иной.

Сплетни о вчерашнем инциденте уже распространились среди команды. Все сочувствовали Гу Цзиньмяню за то, что он столкнулся с таким человеком, как Хан Юаньтин.

Теперь, когда Гу Цзиньмяня не было на съемочной площадке, люди, которые вспоминали инцидент, даже не хотели здороваться с Хан Юаньтином. Однако те, кто сохранил некоторую ложную вежливость, оборачивались, но смотрели как-то иначе.

Хан Юаньтин чувствовал себя немного неловко и смущенно.

Он никогда не был в такой ситуации с момента своего дебюта.

Из-за этого его ненависть к Цзи Мину вышла на новый уровень. Тоже касалось и Гу Цзиньмяня.

Судя по тому, что он успел узнать, Цзи Мин — жестокий маньяк, который для решения проблем всегда использовал только кулаки. Он не мог быть таким резким и организованным, когда злился.

Но если вспомнить его вчерашнее поведение, можно было заметить, что на самом деле он действовал очень рационально, несмотря на свою ярость.

Во-первых, Цзи Мин позволил зрителям поверить, что он прямолинейный и честный человек, в то время как сам он был лицемерным лжецом. Когда люди стали более благосклонны к нему, он использовал как правдивые, так и ложные слова, чтобы оклеветать его. В сочетании с его сердитым выражением лица он и Цзи Нань, которые находились в ярости и чувствовали тревогу из-за него, создавали потрясающий  эффект.

Почти все поверили его словам.

Судя по всему, был кто-то, кто научил его, как нужно вести себя в такой ситуации.

Излишне говорить, что это наверняка был Гу Цзиньмянь.

Именно принуждение и побуждение Гу Цзиньмяня привели к бегству Цзи Мина и вчерашнему замечательному спектаклю, который он устроил.

Хан Юаньтин подошел к режиссеру Линю на глазах у всех.

Режиссер Линь, как и Цзи Нань, относился к нему гораздо холоднее, чем раньше. Прочитав сценарий, он все же заговорил с ним:

— Многие люди вложили свои усилия в этот фильм, но сейчас все твои мысли сосредоточены не на актерской игре.

Ему стоило промолчать...

Режиссер Линь мысленно вздохнул и немного смягчил тон:

— Сосредоточься на фильме, не обращай внимания на другие вещи.

Его слова немного приободрили Хан Юаньтина.

Однако он никак не мог успокоиться. Он снимал одну и ту же сцену не один десяток раз, но у него никак не получалось.

Режиссер Линь стал раздражительным и впервые с начала съемок выругался, а виновником оказался Хан Юаньтин, получивший множество актерских наград.

Вся команда была осторожна, и никто даже не осмеливался сделать глубокий вдох.

Инь Мошу прислонился к окну в комнате, взглянул на него издалека, а затем со спокойным выражением лица отвел взгляд.

Цзи Мин, стоявший рядом с ним, посмотрел туда и цокнул языком, а затем повернулся и спросил:

— Инь Мошу, откуда ты узнал, что Хан Юаньтин познакомил меня со знаменитостями?

Вчера, когда об этом было упомянуто публично, Хан Юаньтин так разозлился, что чуть не упал в обморок.

Инь Мошу посмотрел на страницу WeChat, не поднимая глаз.

— Об этом не так уж и сложно узнать.

Видя его спокойный вид, Цзи Мин разозлился еще больше. Из-за беспокойства он затряс ногой и сжал кулаки. Его маниакальные симптомы снова проявились, он стал беспокойным и раздражительным.

— Тогда, во время учебы в университете, у Хан Юаньтина действительно было шесть парней? Это правда или выдумка?

Инь Мошу скривил губы в улыбке и спокойно спросил:

— Это так важно?

Цзи Мин на мгновение опешил. Увидев руки Инь Мошу, он почувствовал еще больший зуд и стал еще более возбужденным.

Инь Мошу сказал, отправляя сообщение:

— То, что ты сказал вчера публично… Ты мог бы с таким же успехом рассказать им побольше.

Волнение Цзи Мина было видно невооруженным глазом, и он сделал шаг ближе к Инь Мошу.

— Эй, тебе весело?

Инь Мошу поднял веки и небрежно взглянул на него. Его глаза были очень светлыми, а зрачки — темными и глубокими, как застоявшаяся черная вода.

Внезапно он улыбнулся, поднимая легкую рябь в глазах.

Цзи Мин немедленно отступил и сглотнул.

— Инь Мошу, могу ли я еще поспарринговать с тобой в клубе?

Инь Мошу улыбнулся, сказав:

— Это большая честь.

На нем была одета дымчато-розовая рубашка без единой складки, застегнутая на все пуговицы, а на лице сияла улыбка. Такого человека, как он, было подвигом пригласить на спарринг.

Но вдруг Цзи Мин вспомнил боль от переломанных костей. Его глаза почти покраснели от волнения.

— Инь Мошу, спасибо.

— Ничего. Некоторые эмоции действительно нужно выплескивать через кулаки и боль.

В этот момент Цзи Мин почувствовал, что нашел человека, который его понимает.

— Я также хочу поблагодарить тебя за помощь с Гу Цзиньмянем. Он сказал, что, пока я не причиню тебе неприятности, он меня простит.

Инь Мошу неосознанно улыбнулся.

Цзи Мин понял, что эти слова были для него немного забавными, и рассмеялся.

* * *

Выйдя из самолета, Гу Цзиньмянь не поехал домой с Ши И, а отправился в том же направлении, что и Бай Синьюй.

Прежде чем Бай Синьюй сел в машину, он увидел Гу Цзиньмяня в темных очках, хладнокровно сидящего за водительским сиденьем машины.

Бай Синьюй удивился.

— Что ты делаешь?

Гу Цзиньмянь не стал что-либо скрывать, сказав:

— Я пойду на съемочную площадку и посмотрю, смогу ли я вернуть эту роль Инь Мошу.

Бай Синьюй: «...»

Бай Синьюй сердито сказал:

— Я же сказал, что ты нравишься мне! Почему ты не можешь быть внимательным ко мне? Если я не стану популярным, мне придется вернуться домой и унаследовать семейный бизнес!

Гу Цзиньмянь лишь отмахнулся.

— Это уже не моя забота.

Бай Синьюй: «...»

Он сел в машину, чувствуя себя отвергнутым, и, будучи обиженным и злым, отправил сообщение Ду Байаню: [Мачеха — самое ужасное существо в мире!]

Ду Байань ответил: [Надеюсь, ты говоришь не о молодом господине Гу? Он действительно очень хороший человек].

Мир Бай Синьюя рухнул.

Он чувствовал себя бедным ребенком, чей отец не заботился о сыне, нелюбимым матерью, а братья и сестры игнорировали его.

Гу Цзиньмянь и Бай Синьюй присоединились к продюсерской команде и приняли участие в творческой встрече.

Увидев их, режиссер и сценарист съемочной группы вспомнили обо всех слухах вокруг Гу Цзиньмяня.

— А...

Бай Синьюй прекрасно понимал, о чем они думали.

— Это не то, о чем вы подумали!

Режиссер и сценарист:

— О!

Бай Синьюй возмутился: «Я ему совсем не нравлюсь!»

Гу Цзиньмянь: «...»

В конце концов он больше не мог скрывать растущее сомнение в своем сердце и спросил:

— Бай Синьюй, ты глупый?

Бай Синьюй:

— Вот увидите!

Все: «...»

Посмотрите, чем эти отношения отличались от того, что себе представляли люди! Разве это не извращенец Гу Цзиньмянь, который все получал силой?

Все посмотрели в глаза Бай Синьюя с непониманием, но с восхищением.

Гу Цзиньмянь вообще не хотел разговаривать с этим идиотом.

Он ясно понимал, что автор и его главный герой подобны собаке и дураку, поэтому не стоило строить больших ожиданий.

Гу Цзиньмянь обратился к режиссеру и сценаристу:

— Приветствую вас. Я забронировал столик в ресторане, можем ли мы позже поговорить о фильме и персонажах?

Режиссер поспешно ответил:

— Нет смысла говорить о ролях и персонажах, у нас нет претензий к Бай Синьюю, мы считаем, что он идеально подходит на эту роль.

Гу Цзиньмянь усмехнулся.

— Я так не считаю. Инь Мошу подходит куда больше, поверьте мне.

Все: «...?»

Они посмотрели на Бай Синьюя, который был очень зол, но не осмеливался говорить.

Что за чудеса?

Бай Синьюй знал, каким холодным и суровым был Гу Цзиньмянь, который большую часть времени выглядел скучным перед остальными и милым перед Инь Мошу.

— Гу Цзиньмянь, твое сердце твердое, как камень!

— Благодарю за комплимент. Эти слова говорят человеку с сильной волей. Это не значит, что сердце холодное и твердое, как камень.

Повисла тишина.

Режиссер и сценарист чуть не рассмеялись.

«Сердце как камень» Гу Цзиньмянь совершенно не пострадал от этих слов. Он все еще использовал рецензии на дораму и реакцию публики, которые читал в оригинальном романе, что заставило режиссера и сценариста взглянуть на него в новом свете.

Все они считали, что Инь Мошу действительно подходил на роль смешливого главного героя.

«Талант» и «богатство» Гу Цзиньмяня действовали параллельно, и режиссер с продюсером были в восторге, но на самом деле они не могли так просто решить этот вопрос.

Это была легкая драма, направленная на продвижение кумиров на видео платформах. У них было мало полномочий в подборе актеров, и их нельзя было сравнивать с режиссером Линем.

Гу Цзиньмянь продолжил:

— Если вы действительно можете дать роль Инь Мошу, то пусть мой второй брат позаботится обо всем остальном.

Разве речь шла не о Гу Лифане?

По сути, они уже знали, кто будет играть в дораме.

Просто новость о главной роли в образе Бай Синьюя просочилась, и фанаты уже знали об этом.

— Тогда что нам делать? — спросил режиссер после ухода Гу Цзиньмяня.

— Давай сначала опубликуем еще нескольких актеров, чтобы фанаты не подумали, что мы уже определились с главной мужской ролью.

После того, как Гу Цзиньмянь закончил беседу с режиссерами, Бай Синьюй в гневе ушел.

Он достойно отправил сообщение Гу Цзиньмяню: [Я больше не буду играть в кино!]

[Гу Цзиньмянь: Посмотри, как ты обижен].

[Бай Синьюй: *суслик.jpg*]

[Гу Цзиньмянь: Это ты украл роль у Инь Мошу, и ты все еще ведешь себя так, будто с тобой поступили несправедливо, разве ты не честный и достойный человек?]

Бай Синьюй хлопнул себя по лбу.

Ли Лань вела машину. Увидела это, она немного подумала и сказала:

— Гу Цзиньмянь заходит слишком далеко, он ведет нечестную игру!

Бай Синьюй выразил желание перейти в компанию Гу Цзиньмяня, что очень обеспокоило ее и немного смущало.

Она хотела, чтобы Бай Синьюй ясно увидел, что Гу Цзиньмянь не только не любил его, но и специально нацеливался на то, чтобы подорвать его успех.

Но возможно произойдет «сознательное сокрытие».

— Ты хочешь, чтобы компания выступила против? — задумчиво произнесла Ли Лань. — Я обо всем расскажу председателю, компания обязательно тебе поможет.

— Или позволить сначала семье Бай выступить?

Бай Синьюй молчал. Дождавшись красного света, Ли Лань снова посмотрела на него.

Увидев его расстроенный взгляд, она подумала, что поняла, в чем заключалась проблема.

— Изначально эта роль принадлежала Инь Мошу. — Бай Синьюй нахмурился и сказал: — Она принадлежит ему, и он подходит больше, чем я. Почему ты решила, что ее должен играть я? Теперь Гу Цзиньмянь не только думает, что я глупый, но он также думает, что я красивый снаружи, но гнилой внутри.

Ли Лань замерла.

Она крепко сжала руль, чтобы стабилизировать свои эмоции.

Несмотря ни на что, она не отпустит Бай Синьюя так легко.

http://bllate.org/book/13178/1173228