Готовый перевод When Reader and Author Transmigrate Inside the Book at the Same Time / Попаданец и автор и читатель! [❤️] [Завершено✅]: Глава 12.1

Независимо от того, насколько незаметно Гу Цзиньмянь пришел на съемочную площадку, все же он не мог избежать всех глаз, иначе как бы он попал внутрь.

Когда пиар-менеджер площадки увидел, как он приближается к двум молодым артистам, он вспомнил о людях внутри круга, избегающих его, из-за того, что он злой человек. Он так испугался, что бросился искать режиссера и менеджера артистов.

Он опасался, что Гу Цзиньмянь мог что-то сделать артистам и тем самым испортить им жизнь.

Режиссер в это время разговаривал с Инь Мошу о дораме. Когда он услышал, что Гу Цзиньмянь пришел на съемочную площадку, он очень обрадовался, прихватив актера вместе с собой.

Ли Лань, услышав это, тоже последовала за ними.

Стоило им подойти, как они случайно услышали слова Бай Синьюй «дом = мачеха».

Под пристальным взглядом Гу Цзиньмяня Бай Синьюй нес всякую ерунду.

— «Хоу» — это один звук, а «мама» — четыре, разве они не звучат одинаково?

Подошедшие: «...»

Этого парня действительно не побьют? Напротив него стоял Гу Цзиньмянь — человек, который больше всего любил пытать людей.

Гу Цзиньмянь опустил глаза, словно в глубокой задумчивости.

Он указал на землю и сказал:

— Бай Синьюй, посмотри, что это такое.

Глаза Бай Синьюя и Ду Байаня немедленно последовали за его пальцами.

Режиссер Линь, который любил за всем наблюдать, не издал ни звука. Вместо этого он привстал на цыпочки и тоже огляделся.

Рядом с деревянным домом располагался бамбуковый лес. Перед местом, где они сидели, лежала сырая земля с опавшими бамбуковыми листьями, куда падал рассеянный солнечный свет. Больше ничего не было.

Бай Синьюй открыл глаза и внимательно посмотрел, заметив маленького муравья, медленно ползущего среди листьев бамбука. Он неуверенно спросил:

— Муравей?

Гу Цзиньмянь неожиданно кивнул, а затем спросил:

— Он говорил?

Бай Синьюй пребывал в растерянности.

— Нет.

Гу Цзиньмянь кивнул и произнес с парализованным лицом:

— Бай Синьюй, все проходящие мимо муравьи потеряли дар речи из-за тебя.

Бай Синьюй: «...»

— Пф-ф-ф!

Ду Байань прикрыл рот и засмеялся, глядя на Гу Цзиньмяня блестящими глазами.

Прошло всего несколько дней, но он, казалось, уже забыл устрашающий вид Гу Цзиньмяня в тот момент.

Услышав смех других людей, помимо Ду Байаня, Гу Цзиньмянь повернул голову и увидел позади себя режиссера, Инь Мошу и других. Его лицо помрачнело, и он поспешно объяснился:

— Как инвестор, я должен смотреть за тем, как продвигается работа.

Режиссер Линь поприветствовал его:

 — Добро пожаловать, рады вас видеть!

Он снова посмотрел на Инь Мошу, тот поздоровался следом:

— Добро пожаловать.

Гу Цзиньмянь снова улыбнулся ему.

Он улыбался каждый раз, когда видел Инь Мошу. Хотя, когда он делал это в первый раз, многие люди отворачивались, не в силах смотреть на него.

Он прошел долгий путь к этому. Теперь у него выходило улыбаться немного естественней.

Тем утром Инь Мошу услышал болтовню Бай Синьюя и Ду Байаня о том, что Гу Цзиньмянь улыбался довольно ужасно. Они задумались, улыбался ли он всякий раз, когда видел Инь Мошу, для того, чтобы напугать его?

Долго слушая болтовню Бай Синьюя, робкий Ду Байань сказал:

— На самом деле я очень завидую. Если бы это был я, я бы не посмел улыбаться. Он без страха улыбается на глазах у стольких людей. Он действительно храбрый.

Первым человеком, который отреагировал на его улыбку, был режиссер Линь. Этот умный и тактичный старик, который, казалось, на какое-то время остолбенел, сказал:

— Гу Цзиньмянь, посмотри, ты только что красиво улыбнулся. Это заразительно, трогательно и вызывает у меня желание заснять это.

Другие не могли проникнуться чувствами режиссера. Но, когда они впервые встретили Гу Цзиньмяня, они поняли, что слухи о нем, похоже, врали?..

Гу Цзиньмянь перестал улыбаться, и его лицом снова завладел паралич.

Что бы ни говорил режиссер, он сам лучше всех знал, что полностью контролировать свою мимику он все равно не может.

Он не хотел прилагать усилия, чтобы произвести впечатление на других. Он просто хотел улыбаться своему ребенку каждый раз, когда они встречаются, как бы сложно или некрасиво это ни было.

Гу Цзиньмянь холодно сказал:

— Я принес всем фруктовые закуски, они в грузовике.

Послышались радостные возгласы.

Транспортная развязка сюда была неудобной, к тому же больше всего им не хватало свежих фруктов и изысканных закусок.

Среди счастливых улыбающихся лиц Гу Цзиньмянь увидел слегка саркастичного человека.

Мужчине было около тридцати, и он обладал красивой внешностью. Ду Байань, вероятно, будет выглядеть так же, как и он, лет через семь. Лишь от одного его взгляда Гу Цзиньмянь чувствовал себя очень неуютно. Это была своего рода насмешка, словно он все видел насквозь и смотрел на людей с высоты.

Может, он болен?

Гу Цзиньмянь взял себя в руки и сказал всем:

— Идите поешьте.

Когда грузовик подъехал, многие люди радостно пошли к нему. На месте остались лишь четыре человека.

Инь Мошу и Гу Цзиньмянь одновременно посмотрели на Бай Синьюя и Ду Байаня.

Оба парня сразу поняли, что они тут лишние. Ду Байань поспешно поднял Бай Синьюя, а затем сказал:

— Спасибо, молодой господин Гу. Мы тоже пойдем и поедим.

Увидев, что Бай Синьюй все еще смотрит на них, Ду Байань с силой потянул его и потащил вперед.

После того, как его оттащили на два шага, Бай Синьюй, почему-то нахмурившись, сказал:

— Разве нет поговорки...

В этот момент Ду Байань хотел, чтобы он заткнулся.

Но, очевидно, это было невозможно.

Бай Синьюй закончил мысль:

— Если есть мачеха, есть и отчим.

Гу Цзиньмянь: «...»

Он снова усомнился в эстетических суждениях Хэ Буцзиня.

Зачем позволять такому человеку быть главным героем?

Честно говоря, лучше было бы просто написать о зяте Короле драконов, о президенте с дьявольским очарованием или тираническом драконе Гордого Неба.

П.п.: «Зять» — относится к богатому зятю, которого презирают тесть, теща и другие, но в конце концов он доказывает свою состоятельность контратакой.

«Король драконов» — могущественный персонаж со скрытой личностью.

«Тиранический дракон Гордого Неба» — персонаж с высокомерными чертами характера и преувеличенными, показными действиями.

«Президент дьявольского очарования» — персонаж, относящийся к бизнес-элите, или лидер с уникальным обаянием и загадочным темпераментом.

Презрение, которое он испытывал, было видно даже на его парализованном лице.

Инь Мошу молчал, словно о чем-то размышляя.

Гу Цзиньмянь спросил:

— Почему они здесь?

— Я порекомендовал их режиссеру Линю. Они сыграют роли двух лучших друзей.

Гу Цзиньмянь почти задохнулся от собственного гнева и с горем посмотрел на Инь Мошу.

Как такое могло произойти!

Он считал, что почему-то все хорошие ресурсы отдавали Бай Синьюю, и что все сознательно помогали ему бороться за возможности.

В этом мире, созданном Хэ Буцзинем, действительно ли второстепенные персонажи должны вращаться вокруг главного героя и им суждено стать младшим братом главного героя, чтобы стать его ступенькой?

Неужели невозможно все изменить?

Инь Мошу спросил:

— Тебе не нравится Бай Синьюй?

— Да! — откровенно ответил Гу Цзиньмянь.

— Почему?

— Потому что мне нравишься ты.

Инь Мошу глубоко задумался, а затем сказал:

— Та любовь, которая подразумевает «поддержку»?

— Нет! — Гу Цзиньмянь сказал, чувствуя себя немного смущенным: — Хватит болтать, давай тоже пойдем и поедим.

Молодой человек, который только что произнес это, совершенно отличался от своего обычного уверенного вида.

Инь Мошу улыбнулся и сел с ним за маленький столик. Дворецкий подошел с коробкой и достал из нее две тарелки с очень знакомой едой.

Это был бублик со сливочным сыром и белыми трюфелями. Такой же, как тот, который он не стал есть в тот день в здании Гу. Поэтому в этот раз принесли два бублика?

Это же не то, о чем он думает?

Действительно как ребенок.

Если он так и не попробует, Гу Цзиньмянь будет упрямо настаивать?

Это же просто бублик.

— Здесь не найти подобного, верно? — Подавленное настроение Гу Цзиньмяня быстро исчезло, когда он с гордостью сказал: — Их приготовили всего три часа назад, а затем доставили сюда прямо на самолете. Ешь быстрее, они очень вкусные.

Это был всего лишь бублик, но он хотел дать ему съесть то, что ранее ему не довелось попробовать.

http://bllate.org/book/13178/1173200