Готовый перевод Cub Raising Association / Ассоциация воспитания детенышей [❤️] [Завершено✅]: Глава 40

Голос детеныша был почти похож на крик.

Поскольку Гейл отчаянно пытался выдавить из себя звук, его голос, казалось, наконец прорвался через какой-то барьер, который его подавлял, и теперь он, наконец, мог по-настоящему произнести это слово.

Услышав его голос, Се Луань и Зарад оба были ошеломлены.

Несмотря на то, что на секунду его разум опустел, Се Луань отреагировал первым. Однако, присев на корточки и частично протянув руку, он проявил редкий намек на нерешительность. Юноша не знал, как утешить детеныша, который вцепился в его штаны и кричал ему «папа».

Когда Се Луань опустился, маленький русал перестал держаться за край его штанины и протянул руки дальше, ухватившись за его колени. Льдисто-голубой хвост начал покачиваться намного быстрее, чем обычно. Любой смог бы прочитать эмоции детеныша.

Положив две свои маленькие ручки на колени юноши, Гейл использовал всю свою силу, чтобы приподнять верхнюю часть тела и приблизиться к нему, выглядя так, словно он изо всех сил пытался выбраться на берег.

— Папа! — Малыш даже не осознавал, насколько чисто произносил эти звуки. Единственное, о чем он мог думать, — это как приблизиться к Се Луаню, инстинктивно пытаясь привлечь его внимание голосом и действиями.

Видя это, даже с немного запоздалой с реакцией, Се Луань теперь знал, что делать.

Не желая, чтобы малышу и дальше приходилось прилагать много усилий, чтобы подтянуться, Се Луань немедленно поднял маленького русала из бассейна. Он не стал изначально отходить в сторону за полотенцем и вместо этого понес детеныша прямо на руках.

Одежда на верхней части его тела неизбежно промокла. Молодой человек взял полотенце, которое протянул ему Зарад, затем обернул им детеныша, которого держал на руках.

На протяжении всего процесса маленький русал крепко держался за рубашку Се Луаня и отказывался отпускать. Издавая тихий скулящий звук, он время от времени слегка теребил ткань в своих руках, после чего уткнулся головой в грудь юноши.

— Гейл, веди себя хорошо... — Се Луань полностью сосредоточился на малыше и не смог продолжить разговор с Зарадом. Он попытался утешить детеныша, который крепко вцепился в его одежду. Почти рефлекторно Се Луань поднял руку и нежно похлопал его по спине, а затем изо всех сил попытался его уговорить.

Услышав его слова, Гейл поднял голову и посмотрел на него снизу вверх, маленькие золотистые блестящие слезинки скатились по его щекам. Горошины падали из его красных глаз и вскоре превращались в очень маленькие, но красивые кристаллики. Се Луань протянул руку, чтобы поймать их, но было немного поздно, и некоторые из них упали, со стуком ударившись о кафельный пол.

— Я не хочу, чтобы тебя забирали, и я не хочу, чтобы ты уходил. Ты никогда не должен думать, что я хочу расстаться с тобой.

Зная, что маленький русал, скорее всего, только что услышал и понял замечания Зарада, Се Луань медленно произнес эти слова. Объясняя, он протянул палец и очень нежно вытер дорожки слез на маленьких щечках детеныша.

Золотистые слезы, которые в то время еще не превратились в кристаллы, оставили влажные следы на нежном личике. Несмотря на то, что малыш перестал плакать, его глаза все еще выглядели остекленевшими, и блестящая слеза застыла в уголках его глаз, готовясь вот-вот упасть. До тех пор пока ты не являлся бессердечным человеком, то нынешний вид детеныша, без сомнения, мог смягчить твое сердце.

Увидев реакцию маленького русала, Зарад больше не сомневался в том, что ему стоило оставаться в этом филиале. Ранее он просто рассматривал возможность того, что детеныш мог вырасти и понять очарование власти и богатства, а также захотеть вернуться в семью Ходи.

Однако заметив, как малыш боялся того, что человек не захочет видеть его, проявляя такую бурную реакцию, и даже смог произнести слова, Зарад был убежден, что детеныш предпочел бы расти рядом с Се Луанем, воспринимая его в качестве своего родителя, чем стать в будущем хозяином семьи Ходи.

Первоначально, предлагая подобные варианты, Зарад просто старался думать об интересах детеныша и объективно анализировал ситуацию. Но, наблюдая, как Гейл жалобно плакал, и как терпеливо его уговаривал Се Луань, мужчина на секунду не смог избавиться от чувства вины.

Он действительно не хотел, чтобы детеныш плакал, и не ожидал, что… его действительно смогут понять. Хотя, возможно, малыш не обязательно понимал весь разговор полностью, но, похоже, он смог уловить главную суть...

— Не плачь, Гейл. Будь хорошим мальчиком.

Се Луань коснулся льдисто-голубого хвоста детеныша и крепко прижал его к себе, неосознанно покачиваясь из стороны в сторону, чтобы успокоить его. Воротник его рубашки в руках Гейла уже помялся от сильной хватки, но молодого человека это совершенно не волновало.

Маленький русал, к которому прикоснулся Се Луань, немедленно сделал легкий взмах хвостом. Он все еще отказывался отпускать его одежду, но больше не находился на грани слез.

Его влажные голубые глаза были устремлены на лицо Се Луаня. Детеныш внезапно уткнулся головой в его грудь и потерся об нее, прежде чем крепко обнять человека. Его маленькие ручки попытались обхватить широкую грудь.

Убедившись, что его действительно никто не хочет отдавать, детеныш почувствовал себя в безопасности и начал хорошо себя вести.

Внезапно он стал очень тихим. Малыш не плакал и не шевелился, а послушно устроился в объятиях Се Луаня. Он лишь приподнял маленький плавник на конце своего хвоста, нежно постукивая им по телу юноши.

Это действие, несомненно, было одним из способов привлечь внимание своего родителя.

После того, как ему, наконец, удалось успокоить детеныша, Се Луань вздохнул с облегчением.

Взглянув в сторону, он заметил, как Гейл двигает плавником, и не смог удержаться, сощурив глаза в улыбке. Он протянул руку и просунул ее под плавник, почувствовав легкое постукивание.

— Па… Папа, — именно в это время малыш, казалось, наконец осознал, что недавно он смог по-настоящему произнести это слово. Взволнованный, он похлопал Се Луаня по руке, а затем снова попытался окликнуть его.

— Папа, — когда маленький русал обнаружил, что два произнесенных им слога зазвучали мягко и плавно, он бессознательно увеличил силу удара плавником по руке, и его голубые глаза слегка расширились.

— Теперь Гейл может говорить.

Се Луань сразу же признал его достижение. Только что он отчетливо слышал, как тот назвал его «папа», и это не было слуховой галлюцинацией.

Если он будет говорить громче, то сможет произнести то слово, которое хотел сказать. Получив подтверждение, малыш, уютно устроившийся в объятиях молодого человека, собрался с силами и изо всех сил попытался заговорить.

— Папа…

Слово «папа» у расы русалок использовалось в качестве обращения к своему родителю, а точнее к родителю мужского пола.

Звук больше не был просто воздухом и не смешивался с пустотой. Детеныш говорил четко и на нормальной громкости.

Хотя это было достигнуто благодаря большим усилиям, и несмотря на то, что подобное давалось другим очень легко, для маленького русала это все равно было огромным прорывом. Лучше и быть не могло.

Се Луань мог слышать, с каким трудом Гейл произносил эти два слога, что в итоге слегка повлияло на его тембр, но не на природу голоса.

Для него голос детеныша звучал особенным и приятным. Он верил, что другие сотрудники филиала почувствуют то же самое.

Поскольку Гейл все еще являлся ребенком, его голос казался очень мягким и незрелым, но это было неплохо.

Даже если убрать фильтр, который заставлял родителей думать, что в их детеныше все идеально, Се Луань все равно думал, что у него очень чистый и приятный тон.

Он напоминал ему журчание ручейка.

Глядя на гармоничную и теплую атмосферу, окружавшую этих двоих, Зараду, который долгое время оставался сторонним наблюдателем, захотелось проглотить недавно произнесенные им слова одно за другим.

Если бы снова возникла подобная ситуация, то Зарад ни за что не стал бы повторять свою ошибку.

Теперь, когда у него больше не было сомнений в решении оставить детеныша, мужчина решил помочь им с предварительной подготовкой перед встречей с семьей Ходи.

— Первое, что мы можем сделать, — это найти доказательства. Пока я не могу придумать ничего другого. Мы можем начать только со сбора свидетельских показаний.

Чувствуя, что его предыдущие слова могли причинить боль маленькому русалу, Зарад теперь испытывал желание искупить свою вину.

— Возможно, я смогу помочь с этим. У меня есть друг, который хорошо разбирается в такого рода вопросах. Я сообщу тебе, когда появятся первые результаты.

Сказав это, Зарад уже был готов обратиться в департамент военных расследований.

Не следовало тратить попусту имеющиеся связи. Гораздо лучше использовать их, чем искать каких-то людей, которые не обязательно будут надежными.

Когда Зарад начал предварительную подготовку, слухи в звездной сети уже привлекли внимание филиала Конно. Скоро они достигнут и ушей семьи Ходи.

Из этого было ясно, что семья Ходи неизбежно отправит людей в филиал Юньбао.

http://bllate.org/book/13169/1171092