Готовый перевод After Rebirth, I Become Popular in the Entertainment Industry / Второй шанс: как я стал популярным! [❤️] [Завершено✅]: Глава 18. Я согласна, что вы двое расторгаете помолвку

В тот вечер Тан Цзыю отпросился у режиссера и вовремя появился в старом особняке семьи Гу.

Гу Цзюсин еще не закончил работу, и в доме были только бабушка Гу и Гу Цзюцы.

Увидев его, бабушка Гу сразу же обняла его и спросила: 

— Я слышала, сяо Цзю сказал, что ты уехал на съемки?

Тан Цзыю с улыбкой кивнул: 

— Я слишком долго сидел дома, и тут как раз подвернулся подходящий сценарий, вот я и поехал.

— Очень хорошо, просто теперь вы с сяо Цзю будете видеться все реже и реже.

— Все в порядке, — успокоил ее Гу Цзюцы. — Мы также можем сотрудничать или посещать съемки друг друга.

Он посмотрел на Тан Цзыю и добавил: 

— Через несколько дней я навещу тебя.

— Нет необходимости, — отказался Тан Цзыю. — Съемочная группа закрыта для посещений, а такой популярный человек, как ты, неминуемо вызовет переполох и нарушит график съемок.

Гу Цзюцы: «…»

— Я просто посмотрю, больше ничего не буду делать.

— Ты можешь сделать то же самое, когда выйдет готовый продукт, разницы никакой, — спокойно возразил Тан Цзыю, глядя на него без улыбки.

Гу Цзюцы промолчал.

Бабушка Гу задумчиво смотрела на них, переводя взгляд с одного на другого, и ее голова разрывалась от противоречивых мыслей.

Они с Тан Цзыю перекинулись еще парой слов, и тут наконец вернулся Гу Цзюсин.

Тетушка Чжан поставила готовые блюда на стол и сказала теплым голосом: 

— Пора есть.

Несколько человек встали и направились в столовую. 

Гу Цзюсин, выдвинув стул и присев, небрежным тоном поинтересовался у Гу Цзюцы:

— Ты не работал в последнее время? Почему ты все это время был дома?

— Я только что закончил сниматься в фильме в прошлом месяце, а несколько дней назад закончил съемки промо-ролика для новой рекламы, — ответил Гу Цзюцы.

Говоря это, он снова посмотрел на Тан Цзыю и внезапно, будто вспомнив кое-что, добавил: 

— Мне недавно предложили сняться для обложки одного из ведущих журналов. Ты только что вернулся и тебе нужно раскручиваться. Как насчет того, чтобы я поговорил с редакцией, и мы снялись вместе?

— Не стоит утруждаться, — без колебаний отказался Тан Цзыю. — До выхода сериала в эфир наша команда должна вместе снимать рекламные ролики для журналов, так что в этом нет необходимости.

— Это другое дело. Когда твоя драма будет транслироваться на телевидении? Многое ведь зависит от времени. А в журнале я снимаюсь сейчас, так что официальные лица смогут прислать фотографии для продвижения уже в следующем месяце.

— В этом также нет необходимости, — сказал ровным тоном Тан Цзыю и скупо улыбнулся: — Я просто прослежу за тем, как команда будет заниматься рекламой и распространением.

Гу Цзюцы: «…»

Гу Цзюцы опустил голову и стал в расстроенных чувствах потягивать воду.

Бабушка Гу долго слушала диалог между ними слово за словом, прежде чем протянуть Тан Цзыю кусок ребрышек в кисло-сладком соусе: 

— Ладно, не будем говорить о работе, давайте поедим. Ну-ка, сяо Юй, съешь эти ребрышки.

Тан Цзыю кивнул и улыбнулся: 

— Спасибо, бабушка.

— Почему ты все еще так вежлив со мной, сяо Ю? Если ты действительно благодарен бабушке, ешь больше, — мягко сказала бабушка Гу.

Тан Цзыю кивнул и медленно поел.

Гу Цзюцы понаблюдал за тем, как он ест ребрышки, и тоже отщипнул кусочек. После того, как он доел свою порцию, он вдруг спохватился и решил поухаживать за Тан Цзыю — он взял креветку и положил ее в тарелку Тан Цзыю со словами: 

— Разве тебе не нравятся креветки? Ешь больше.

Тан Цзыю удивленно посмотрел на него, но ничего не сказал, а просто отодвинул креветку на край тарелки.

Пока трапеза не была закончена, Тан Цзыю не ел креветки, не только ту, которую дал ему Гу Цзюцы, но и другие креветки, стоявшие на столе.

Гу Цзюцы обратил на это внимание и спросил его, когда тот встал и собирался выйти из-за стола: 

— Почему ты не ешь креветки?

Тан Цзыю непонимающе моргнул, а затем понял, что речь, должно быть, идет о креветке у него на тарелке.

Он улыбнулся и ответил: 

— Ах… Мне давно перестали нравиться креветки.

Гу Цзюцы ошарашенно смотрел на него.

Тан Цзыю, все еще улыбаясь, кивнул ему, а затем повернулся, чтобы уйти в гостиную.

Гу Цзюцы не двигался с места и только спустя долгое время протянул руку и взял креветку, которую выбрал для Тан Цзыю, очистил от панциря и медленно прожевал.

Жаль, что креветки давно остыли и уже не были такими вкусными, как в теплом виде.

Бабушка Гу после еды уселась смотреть телевизор, а Тан Цзыю сел рядом с ней, чтобы составить ей компанию. Гу Цзюсин не стал присоединяться к остальным, а почистил апельсин для него и бабушки Гу.

— У меня на руках два билета на концерт, хочешь сходить на него, сяо Ю? — спросил Гу Цзюсин.

Тан Цзыю еще не видел ни одного концерта и, услышав это, заинтересовался. Он кивнул и спросил: 

— Когда он состоится?

— На следующей неделе, точное время зависит от тебя.

— Хорошо, — с мягкой улыбкой кивнул Тан Цзыю.

Когда Гу Цзюцы подошел к ним, он услышал его приятный мягкий голос и поинтересовался: 

— Что хорошего?

— У меня на руках два билета на концерт, я спросил, не хочет ли сяо Ю пойти, и он согласился.

Гу Цзюцы: «!!!»

Почему, когда он предложил вместе сняться для журнала, Тан Цзыю отказался, а когда его брат предложил сходить на концерт, он согласился?

Как можно относиться к людям настолько по-разному!

Это просто слишком! Вот они, двойные стандарты!

— Я тоже пойду, — решительно сказал Гу Цзюцы.

Гу Цзюсин сожалеюще поджал губы и развел руками: 

— У меня только два билета.

— Я сам куплю себе билет, — не желая слышать никаких возражений, сказал Гу Цзюцы.

Гу Цзюсин: «…»

Ты действительно упрямый, младший брат.

— Тогда я не пойду, — тут же отказался Тан Цзыю и сказал: — Брат, вы двое идите, я только что вспомнил, что на следующей неделе у меня будет больше сцен, так что я, возможно, не смогу пойти. 

Гу Цзюцы мрачно посмотрел на него и, так ничего и не сказав, закрыл рот.

На следующее утро у Тан Цзыю были съемки, поэтому он не стал ночевать в резиденции семьи Гу, а когда было уже почти восемь часов, сказал, что ему пора возвращаться на съемочную площадку.

Бабушка Гу проводила его до двери и на прощание сказала: 

— Не забывай навещать меня почаще, когда у тебя будет время.

Тан Цзыю кивнул с теплой улыбкой: 

— Обязательно.

— Ты должен беречь себя на съемочной площадке, и если тебе что-то нужно сделать, позвони сяо Цзю или сяо Сину. Звони обязательно, не позволяй никому издеваться над тобой.

— Я знаю, бабушка, возвращайся, я заеду навестить тебя снова через несколько дней.

— Хорошо.

Бабушка Гу смотрела, как он садится в машину, потом медленно вздохнула и приготовилась идти обратно.

Как только она обернулась, то увидела стоящего в дверях Гу Цзюцы, и эмоции в ее сердце мгновенно усложнились.

— Ты пойдешь со мной, — она подошла к Гу Цзюцы и заговорила с ним.

Гу Цзюцы по выражению ее лица почти наверняка знал, что она хочет сказать.

Он молча посмотрел на бабушку и медленно поднялся с ней наверх.

Бабушка Гу вошла в спальню и медленно села на кровать, похлопала по краю кровати и показала Гу Цзюцы, чтобы он сел рядом с ней.

— Вы с сяо Ю… вы ведь поссорились, не так ли? — мягким тоном задала она вопрос.

Гу Цзюцы помедлил, но отрицать это было глупо, и он неохотно кивнул: 

— Немного не сошлись во мнениях.

— Насколько немного?

— Ну... мы… — замялся Гу Цзюцы и смущенно потупился.

— Сяо Цзю, — позвала бабушка Гу, коснулась его руки, пристально глядя на него, и прошептала: — В тот день в больнице я смутно слышала кое-что.

Гу Цзюцы вскинулся, вся кровь отхлынула от его лица.

Он с недоверием посмотрел на нее и увидел, что бабушка Гу со спокойным выражением лица кивнула ему. Она все знала.

Гу Цзюцы сглотнул.

— Я слышала ваш разговор, поэтому в последние несколько дней я тоже много думала об этом.

— Брак между тобой и сяо Ю с самого начала был нежелательным, тебе казалось, что тебя ограничивают, заставляют, что я все усложняю, что я использую остаток своей жизни, чтобы отплатить за те услуги, которые семья Тан оказала нашей семье в давние времена, и что я не принимаю во внимание твои мысли и чувства.

Гу Цзюцы молча слушал, не в силах возразить.

— Значит, тебе не нравится сяо Ю, и ты не хочешь быть с ним по-настоящему, я все это понимаю. Просто ты нравился сяо Ю, а твой брат с самого начала взял на себя слишком много ответственности за семью и семейные дела. Но тогда, сравнивая вас, я все равно выбрала тебя. Я знаю твой характер, ты не такой хладнокровный и бессердечный ребенок, каким хочешь казаться, и я верила, что со временем ты полюбишь сяо Ю… но сейчас кажется, что это не так.

Гу Цзюцы сглотнул ком в горле.

Бабушка Гу смотрела на него, и ее тон был нежным, когда она продолжила: 

— Когда твой дедушка был жив, он считал, что был обязан Тан Цзыю и его дедушке, но тот ничего не просил и ничего не говорил, и только на смертном одре он доверил сяо Ю мне, сказав, что надеется, что наша семья сможет позаботиться о сяо Ю после его смерти, дать ему дом и проследить, чтобы он не остался в одиночестве, страдающий без помощи кого-либо. 

Гу Цзюцы опустил глаза, но в следующую секунду снова посмотрел в лицо бабушки.

— Я обещала ему это, — тихо продолжала она, — поэтому не позволю сяо Ю страдать. Не позволю, от кого бы эти страдания ни исходили, в том числе и от тебя.

— Что ты хочешь сказать? — мрачно спросил Гу Цзюцы, в глубине души уже зная ответ.

— Сяо Цзю, — мягко сказала бабушка Гу, — если ты действительно больше не нравишься сяо Ю и он не хочет быть с тобой, тогда я соглашусь на расторжение брачного контракта между вами двумя.

http://bllate.org/book/13167/1170820