Готовый перевод Old Injury / Старая рана [❤️] [Завершено✅]: Глава 5.1 - Если ты совершил что-то неправильное, у тебя должно хватить мужества выдержать последствия, поэтому я приготовился к пожизненным несчастьям.

В тревожной тишине раздался ленивый голос Сун Байлао:

— Твои навыки соблазнения довольно неуклюжи, не так ли?

Я застыл, оторвав взгляд от его рук, и встретился с его глазами.

Его зрачки были чёрными, как чернила, а выражение лица в тусклом свете казалось ещё более мрачным и холодным.

— Не терпится перейти к брачной ночи? — когда он говорил, его тонкие губы слегка изогнулись, но это была отнюдь не дружеская улыбка.

Он думает, что я специально упал, чтобы обнять его... У этого человека скверный характер, но воображение довольно хорошее.

— Нет... — сказал я, поспешно вырываясь из его объятий и отступая назад на расстояние вытянутой руки.

Я уставился на нечёткий узор на ковре и слабо оправдался:

— Я действительно просто упал.

Он издал холодное презрительное фырканье, как будто смеялся надо мной из-за моего упрямства. Краем глаза я заметил, как он отряхнул свою рубашку, как будто желая убрать неприглядные складки, которые я оставил на его одежде.

Следующие десять секунд мы не разговаривали. Казалось, что время тянулось очень долго из-за пустоты и делало людей беспокойными.

Я услышал, как Сун Байлао подавил своё нетерпение и тяжело вздохнул через нос:

— Так ты умеешь завязывать галстук или нет?

Нервно сжимая пальцы, я тихо ответил:

— Это…  я правда не умею.

Не говоря больше ни слова, он подошёл ко мне, выхватил галстук из моей руки, не очень аккуратно поднял воротник моей рубашки и начал завязывать его за меня.

Я напряжённо держал шею, позволяя ему завязывать галстук и не смея пошевелиться. Мои глаза неизбежно остановились на его лице, и я вынужден был признать, что даже среди в целом довольно привлекательных альф лицо Сун Байлао всё ещё можно назвать потрясающим.

В отличие от утончённости Лян Цюяна и неземного облика Чжу Ли, внешность Сун Байлао была более мужественной и агрессивной. Если Лян Цюян и Чжу Ли — драгоценные экспонаты, выставленные в музее, то Сун Байлао — великолепный природный пейзаж.

Не прошло и минуты, как он ловко и красиво завязал галстук, что я не смог бы сделать, как бы ни старался.

— Хорошо, — он отрегулировал положение галстука так, чтобы он более плотно прилегал к моей груди. Наконец-то я смог нормально дышать, не задерживая дыхание.

Я увидел, как его веки слегка приподнялись, и, быстро отведя взгляд, вернулся к кровати и надел белый пиджак от костюма. Когда я обернулся, то увидел, что Сун Байлао по-прежнему стоит на том же месте, а его взгляд устремлён вперёд. Я только сейчас заметил, что позади меня было зеркало в полный рост, и он молча смотрит на своё отражение в нём.

— Иди сюда, — казалось, он почувствовал мой взгляд через зеркало и приказал, не оборачиваясь.

Я послушно подошёл, и он немного отступил в сторону, приглашая меня встать рядом с ним. Я так и сделал, и зеркало тут же отразило нас обоих.

Одинаковый стиль одежды: он в чёрном, я в белом. Он был высоким, красивым и ослепительным, а я — бледным, измождённым и жалким.

— Сочетается? — спросил он, глядя на меня в зеркало.

Совсем нет. И это даже немного смешно.

Если он хочет, чтобы мне было стыдно за себя, не обязательно делать это таким образом. Я всегда чётко понимал, что значит для него этот брак и какова моя роль в нём.

Я отвёл взгляд:

— Одежда немного великовата.

Одежда на мне, должно быть, сшита по меркам Чжу Ли, поэтому сидела на мне, как на ребёнке, смешно и нелепо.

Возможно, моя реакция немного разочаровала его. Сун Байлао некоторое время смотрел на меня в зеркало, а затем повернулся, чтобы снять пиджак, и не стал больше подкалывать меня.

— Я попрошу портного сделать его на размер меньше, — он небрежно бросил пиджак на подлокотник и откинулся на спинку дивана.

Я некоторое время стоял в растерянности, а потом решил, что это, видимо, означает конец примерки, и снял пиджак, подойдя к кровати.

— Ты знаешь, почему я хочу жениться на представителе семьи Чжу?

Я начал раздеваться и безучастно посмотрел на Сун Байлао.

Он скрестил ноги и положил подбородок на тыльную сторону руки:

— В энергетической отрасли семьи Ся и Жуань известны как два гиганта. А семья Чжу начала активно участвовать в энергетической отрасли в последние годы. Если Чжу Юньшэн хочет занять своё место в ней, он должен выбрать одного из них для присоединения. Мне же нужно привлечь на свою сторону новые силы для борьбы с семьёй Жуань и выхода из тупика. Поэтому для меня не имеет значения, будет ли это семья Чжу или семья Ян, — сказал он легко, при этом его клыки вырисовывались под тонкими губами. — Хотя вы с братом оба не особо хороши, брак по расчёту не имеет ничего общего с моими желаниями. Я надеюсь, что после женитьбы ты будешь соблюдать свои обязанности, делать то, что должен, и не создавать мне проблем. Таким образом, мы сможем мирно сосуществовать.

Он сказал это прямо, чётко и довольно грубо. Но у меня не было другого выбора, кроме как кивнуть головой в знак согласия.

— Я знаю, — я повернулся к нему спиной и переоделся обратно в свою одежду. Я колебался, стоит ли аккуратно сложить снятый костюм. Сун Байлао, который сидел позади меня, заметил мои намерения и остановил меня холодным голосом:

— Просто положи одежду там и можешь идти.

Словно получив амнистию, я выпрямился и вышел, почти нетерпеливо покидая комнату вместе с Сун Байлао.

Секретарь Ли проводила меня вниз, и я не смел оглядываться, пока не вышел из здания «Ся Шэн». Самый верхний 28-й этаж высотного здания. Независимо от того, снизу вверх или сверху вниз, по логике взгляд не должен ощущаться, но я чувствовал себя так, словно с высоты за мною наблюдали.

Казалось бы, я просто примерил костюм, но был измотан морально и физически. Когда я вернулся домой, белая нефритовая лапша в миске уже превратилась в комок теста. Хотя это, должно быть, очень трудно есть, но я был голоден и очень устал, и у меня не было желания снова начинать что-то готовить. Поэтому я просто съел миску этой холодной лапши.

Доев лапшу, я отложил палочки и сжал ладони в кулак, поставив перед собой миску с остатками супа.

— С днём рождения меня.

Я не испытываю особых чувств по поводу дня своего рождения. Раньше, когда учитель был жив, он устраивал для меня празднование в этот день. После его смерти я перестал. В этом году я думал о том, чтобы съесть миску лапши, а сейчас просто хочу загадать желание.

Я прижался лбом к большому пальцу, закрыл глаза и прошептал:

— Надеюсь, мой ребёнок будет здоров и в безопасности.

За последние два десятилетия я загадал всего несколько желаний, ещё меньше из них сбылось. За семь лет после его рождения я так ничего для него и не совершил, поэтому могу утешать себя только таким образом. Я всегда винил во всём Нин Ши, но, в конце концов, и сам оказался плохим отцом.

После того, как я помыл посуду и принял душ, было уже одиннадцать часов вечера. Я сел за свой стол, открыл ключом дневник и записал, что произошло сегодня.

С семи лет у меня появилась привычка вести дневник. Все мысли, которые я не могу выразить в течение дня, записываются в дневник, который также можно использовать в качестве моего ежедневного катарсиса.

«Я снова увидел его, и он попросил меня выполнять мой долг...»

Когда я дошёл до того места, где написал, что Сун Байлао попросил меня примерить одежду, я сделал паузу. И только когда на бумаге появилось чернильное пятно, я снова поднял перо и продолжил писать.

Сделав запись, я выключил свет и лёг спать. Не знаю, потому ли, что я сегодня встречался с Сун Байлао, но он снился мне всю ночь.

Чжу Ли постучал в мою дверь и, улыбнувшись, пригласил меня на вечеринку, сказав, что мне обязательно понравится.

В то время он хорошо маскировался: был нежен, красив, превосходен и даже позволил мне, сыну любовницы, называть его «братом». Так что можете себе представить, как я был польщён в столь юном возрасте. Я безоговорочно доверял ему, думая, что он полная противоположность моим высокомерным и равнодушным одноклассникам в школе. Белый цветок лотоса, который не может быть запятнан грязью.

Я не ожидал, что белый лотос окажется настоящим белым лотосом*. Или лотосом с чёрным сердцем, глубоко практикующим это.

П.п.: Белый лотос 白莲 — распространённый термин интернет-сленга. Он относится к людям, которые чисты и невинны внешне. Изначально он означал только это, но его так часто использовали для описания мерзких двуличных лицемеров, что смысл стал размытым. Теперь его часто используют как синоним «зелёного чая».

За обеденным столом он часто спрашивал меня о моей ситуации в школе и интересовался подробностями моих отношений с одноклассниками. В то время я думал, что он заботится обо мне, и всегда скрывал правду, говоря, что у меня всё хорошо и все дружелюбны со мной.

На самом деле он просто наблюдал за мной ради смеха и наслаждался моим неубедительным выступлением, которое я хотел скрыть.

Вскоре после этого Чжу Ли привёл меня на рейв-вечеринку* на верхнем этаже здания с бассейном, откуда открывался панорамный вид на Сянтань. Я не знал, какая там была тема и кто являлся организатором. Как только я вошёл, то увидел ослепительное множество альф и омег. Все они были одеты в свои маски-стопперы и противоукусные ошейники и свободно веселились в разумных пределах. Были и беты, но всего несколько, и я быстро выяснил, что это официанты, которые подают им напитки.

П.п.: Рейв-вечеринка (от англ. to rave — «неистовствовать» (словарь Лингво), «бесноваться» (словарь Лингво), «приходить в неистовство», «бредить») — организованная танцевальная вечеринка с привлечением диджеев, обеспечивающих непрерывное воспроизведение электронной танцевальной музыки.

Многие подходили поздороваться с Чжу Ли, который был ослепительным представителем высшего общества. Чжу Ли представлял меня им по очереди, называя «младшим братом». Всякий раз в этот момент альфы или омеги проявляли едва заметное удивление.

http://bllate.org/book/13149/1167095