Готовый перевод Roses and Champagne / Розы и шампанское [❤️] [Завершено✅]: Глава 6.1

Утро выдалось серым и холодным. Небо решило, что одного дня приятной погоды всем хватит за глаза.

Унылый день перетек в унылый вечер, дополняемый периодическими порывами ледяного ветра. Ливон, мчась по улице, поднял воротник своего пальто, чтобы создать барьер между шеей и морозными порывами.

Он ехал на трамвае, но, как это обычно происходило, тот, на который он сел, сломался за две остановки до нужной, что вынудило его еще раз спешить к месту назначения пешком.

С ярко-красным от усердия лицом Ливон жадно глотал воздух горящими легкими, наконец достигая театра и вбегая в раздевалку. Только отдав своего пальто гардеробщику он огляделся. Большой театр обладал внушительной историей, и его архитектура была соответствующей. Группы людей в роскошных одеждах прервали его любование позолоченными стенами и сверкающими люстрами. На мгновение он забеспокоился, что не сможет найти Цезаря в этой толпе.

Его страхи, однако, мгновенно испарились, поскольку Цезаря было легко заметить даже в окружении мрамора и элегантных нарядов. Он сидел на диване, скрестив ноги и перелистывая копию афиши. Одетый в строгий костюм темно-серого цвета, он выглядел иначе, держа афишу и переворачивая страницы, даже это легкое движение было потрясающе элегантным. Единственным украшением в его образе была булавка с крупным бриллиантом, приколотая к простому, но со вкусом подобранному галстуку.

Образ отражал личность Цезаря — аккуратный, но почему-то притягивающий взор.

Ливон мог видеть, как все находящиеся возле диванчика люди бросали на Цезаря косые взгляды, и задумался, что бы они сделали, узнай, что он был мафиози. Он и сам не мог с легкостью ответить на этот вопрос, поэтому он отбросил эту мысль и прошествовал по фойе, останавливаясь прямо перед диваном.

Рука Цезаря замерла в воздухе, и Ливон принялся рассматривать, как свет от люстры полировал его серебристо-светлые волосы до мягкого золотого блеска.

— Цезарь, — тихо позвал Ливон, когда тот не поднял голову.

Бледные глаза скользнули к Ливону. В его голове снова появились серые от надвигающейся грозы облака, нависающие над серебристыми равнинами.

Цезарь с легкой улыбкой закрыл афишу.

— Ты пришел.

Сердечные приветствия в планы Ливона не входили. Мягкая улыбка, направленная в его сторону, настолько обезоруживала, что ему пришлось несколько раз напомнить себе, что он разговаривал с высокопоставленным членом мафии. Он так растерялся, что просто глупо пялился на сидящего Цезаря, задаваясь вопросом, как кто-то с очевидно отсутствующим моральным кодексом мог выглядеть настолько невинно.

К счастью, его мечтания прервали в следующий момент. Поглощение большой тенью высокого мужчины, когда тот поднялся с дивана, привело Ливона в чувство.

— Я хочу услышать ответ сейчас, — заявил Ливон, мысленно ликуя, что его голос не дрогнул.

Его отвлек звук колокольчика, говорящий, что зрителям нужно было занять свои места. Повернувшись обратно к Цезарю, он увидел, что тот уже смотрел в сторону зрительного зала.

— Скоро начнется. Нужно идти.

— Что?! – воскликнул Ливон чуть громче нужного.

Цезарь невозмутимо переложил афишу в одну руку, подхватил Ливона под руку другой и пошел.

— Эй-эй-эй, — Ливон не понимал, что происходит, — я здесь, только чтобы поговорить. Я не собирался…

— Ты получишь свой ответ после постановки.

Ливон оторопело уставился на Цезаря и уперся ногами в пол, отказываясь идти дальше.

— Сегодня крайний срок, не так ли? – спросил Цезарь, — насколько мне известно, у меня есть еще пять часов. Ты точно вытерпишь столько.

Что-то в тоне Цезаря заставило Ливона понять, что над ним насмехались. Отбросив любую потенциальную и абсолютно бесполезную панику и истерию как можно дальше, Ливон сделал, как ему показалось, самое возмущенное лицо, на которое только был способен, и уставился на Цезаря.

— Я не люблю тратить время попусту.

Цезарь выгнул бровь.

— Только необразованный назовет «Жизель» тратой времени.

Ливон упрямо продолжил прожигать его глазами.

— Мое время ценно, и я предпочитаю тратить его только на стоящие того вещи.

Кожа на уголках глаз Цезаря сморщилась. Ливону показалось, что Цезарь искренне получал удовольствие от их перепалки.

— Я обещаю, «Жизель» будет стоить того, чтобы потратить на нее свое время.

Колокольчик прозвонил еще раз и пара вошла в зал как раз перед тем, как двери закрылись.

Просмотр постановки в большом театре действительно стоило времени Ливона. Или, по крайней мере, могло того стоить, если бы не мужчина рядом с ним. Трагичный первый акт рассказывал о Жизель и ее выборе умереть после того, как аристократ использовал ее в своих целях. Он был красивым, но мог быть еще лучше, если бы жестокий преступник не заставил Ливона смотреть это. из-за этого ему было сложно действительно наслаждаться просмотром, потому что его разум сходил с ума от беспокойства, от всех предположений, каким же будет ответ Цезаря.

Он провел весь антракт в попытках успокоиться. Все будет в порядке. Цезарь с ним поговорит. Если он будет нервничать, то просто лишний раз развеселит Цезаря.

«Нельзя давать ему такого удовольствия», сказал себе Ливон, решив просто насладиться просмотром второго акта.

Он оказался гораздо мрачнее первого. Изгибая свое тело немыслимыми способами, балерина, игравшая Жизель, изобразила бедную девушку-крестьянку, превратившуюся в беспомощного духа. И, хоть он ее и предал, Жизель простила своего возлюбленного и попыталась спасти его от душ других брошенных женщин.

Зрители напряженно следили за происходящим на сцене, и Ливон в том числе, когда внезапно в его ухе раздался шепот.

— Хочешь свой ответ?

Ливон стремительно повернул голову к Цезарю, тут же забывая о балете.

Цезарь не спешил продолжать, наслаждаясь тем, что заставлял Ливона ждать.

— Тебе стоит знать — я не верю в переговоры и компромиссы.

Ливон застыл, все еще пялясь на Цезаря. В тот же момент свет в зале зажегся, а зрители взорвались аплодисментами.

http://bllate.org/book/13143/1166425