Готовый перевод Смысловая ошибка / Смысловая ошибка [❤️] [Завершено✅]: Глава 6.5

Чжэён потянулся, встал и улыбнулся Сану.

Его уверенное выражение лица создавало впечатление, будто он собирался на пикник. Чжэён достал из сумки реквизит: виноград, телефон и дубинку, в то время как Сану шёл следом с пустыми руками. Студенты аплодировали, когда они вышли вперёд. Проблема была не в студентах, а в профессоре, которая держала в руках видеокамеру.

Сану начал с первой реплики о распродаже дешёвых фруктов. Чжэён, который прятался за колонной, вышел вперёд с высокомерным видом, обмахиваясь бумажным веером, затем, лениво перебирая виноград на столе, спросил:

— Сколько стоит?

Их взгляды встретились. В глазах Чжэёна читались уверенность и азарт, и Сану почувствовал, что всё пройдёт идеально. Это странное волнение возникло оттого, что всё складывалось как нельзя лучше.

Чжэён подготовился куда серьёзнее, чем Сану ожидал. Помимо реквизита, он записал гудки и тоновый сигнал, которые включил во время сцены телефонного разговора. Когда они поменялись ролями, Сану быстро переоделся за учительским столом, пока Чжэён произносил монолог. Его опыт в театральном кружке был очевиден: он слегка менял текст, сохраняя смысл, и только одна неуместная импровизация — вопрос, не робот ли Сану — выбивалась из образа. В остальном он сыграл так, что персонаж заиграл новыми красками.

Реакция была оглушительной. Видеокамера и пять мобильных телефонов записывали постановку под щелчки затворов. Профессор смеялась так сильно, что уронила ручку. Сану получил овации, хотя просто заученно оттарабанил текст. Пришлось признать: Чжэён действительно «вытянул» сценку, как и обещал.

После выступления Сану шлёпнул по протянутой ладони Чжэёна. В тот момент все прежние негативные эмоции испарились, уступив место чувству товарищества.

— Было здорово, ребята. Лучшая сценка за мои десять лет преподавания, — сказала профессор, завершая пару раньше, и подняла два больших пальца. — Сану, и ты молодец. Дикцию подтянуть надо, но выучить столько реплик — это впечатляет.

— Спасибо.

— Как насчёт стать ассистентом на этом курсе?

— Что?

— В обычные дни делать почти ничего не придётся. Только приходить пораньше в определённые даты, копировать раздаточные материалы, помогать с экзаменационными работами и собирать домашние задания. Дополнительные баллы в конце семестра гарантированы, да ещё и угощу чем-нибудь.

Только тогда Сану всё понял. Он перевёл взгляд на Чжэёна, который спокойно смотрел на профессора.

— Чжэён порекомендовал тебя как замену.

Срок отказа от курсов без последствий истекал через две недели. Сану знал, что Чжэён отчислится до начала третьей недели и ждал этого дня. Оставалось всего двое суток.

— Хорошо. Я согласен.

Когда Сану кивнул, профессор одобрительно улыбнулась, затем повернулась к Чжэёну:

— Спасибо, Чжэён. Ты хорошо помог своему младшему.

— Не за что, профессор. Жаль, что не смогу быть ассистентом, как обещал.

— О чём ты? Такие возможности выпадают редко. Поздравляю с поступлением заранее!

— Я лишь подал документы снова. Гарантий нет.

— Не сомневаюсь, что возьмут.

Сану собрал рюкзак, но не ушёл. Он машинально слушал их разговор. На вопрос профессора о планах Чжэён ответил, что хочет отдохнуть перед учёбой за границей. Они несколько минут обсуждали местоположение университета.

— Завидую. Вспоминаю, как сама уезжала на учёбу.

— Приезжайте в гости.

— Ты забавный. Тебя ещё даже не приняли.

— Но вы же сказали, что всё получится, профессор.

Атмосфера была тёплой, но Сану не смеялся. В груди по непонятной причине расцвело тяжёлое чувство грусти.

— Нам пора, да? — спросил Чжэён, вырывая Сану из раздумий.

Они попрощались с профессором и вышли. Сану быстро переоделся в туалете и отдал костюм с париком Чжэёну.

В следующей аудитории ждал сюрприз: на привычном месте не было чёрно-синего рюкзака. Сану удивлённо посмотрел на Чжэёна, но тот лишь нахмурился и достал телефон. Чжэён набрал номер, и громкий голос в трубке был слышен:

— Да, хенним!

— Эй, паршивец, ты что, шутишь? Я же сказал — только две недели!

— Ой, да не сердись! Ты вчера даже сумку не оставил.

— Разве не отдал?

— Ни в шкафчике, ни в репетиционной — я подумал, что больше не надо.

Чжэён замолчал, затем провёл рукой по лицу, будто что-то вспомнив:

— Точно… Я не взял её, потому что напился позавчера. Чёрт, наверное, кто-то утащил.

— Может, хватит? Это для тебя мелочь, хён, а мне неудобно. Серьёзно. Ты же не будешь сидеть на парах. Ты даже не собираешься посещать этот курс.

— Ладно, забей. Пока!

— Хё-о-о-он, ты злишься? О, кстати, зайди в кафедру в обед. Чхве Джи сказала, что хочет тебя видеть, хен. Закажем свинину в кисло-сладком соусе…

Смех в трубке стих только после того, как Чжэён положил телефон. Его везде называли «хён». Сану казалось, будто это слово звучало в конце каждой фразы. Чжэён убрал телефон в карман с лёгкой усмешкой:

— Сегодня даже мешать тебе не могу.

Только тогда Сану вспомнил, что это была часть его издевательств.

— Сану.

Он поднял глаза на Чжэёна.

— Я вообще ничего не понимаю на этих парах, как будто инопланетяне говорят. А преподаватель похож на Поро, так и норовил рассмеяться. Теперь ты можешь спокойно заниматься один, — сказал Чжэён, мягко улыбаясь.

Сану молча кивнул.

— Опять будешь есть в столовой?

Ещё один кивок.

— Если предложу угостить тебя чем-то получше, ты, наверное, откажешься?

Сану снова кивнул.

— Ладно. Приятного аппетита, — Чжэён поставил на стол банку кофе.

Лёгкое прикосновение к затылку застало Сану врасплох. Прежде чем он успел возмутиться, Чжэён уже шёл к выходу. «В следующий раз точно скажу, чтобы не смел трогать меня — это неприятно», — подумал Сану, раздражённо сжав кулаки.

К началу пары он всё ещё злился, но выхода эмоциям не было. Преподаватель сегодня напоминал пингвина.

Сану надеялся наконец сосредоточиться, вернув своё место, но повторилось то же, что и на «Алгоритмах». «Инженерную математику» он изучал дополнительно и обычно легко усваивал материал, но сегодня мысли были пусты. Когда он очнулся, пара уже закончилась.

Обед прошёл в угнетённом состоянии. «В чём проблема? — думал Сану. — Что не так?» Казалось, корень зла — в выходках Чжэёна. Но теперь он больше не мешал. Почему же жизнь не налаживалась?

На телефоне во время обеда пришло сообщение:

[Нахлебник 3: (Фото) Молодец.]

Палец замер над кнопкой ответа. Сану нечего было сказать, он убрал телефон и дважды обошёл корпус, чтобы отвлечься.

В библиотеке стало только хуже. Необъяснимое недомогание переросло в досаду, затем в злость. Внутри будто поднималась температура. Ранее он никогда не испытывал ничего подобного и не понимал ни причины, ни решения.

— Ты не поехал домой?

Как раз в этот момент Сану собирался уходить. Но все планы испарились, едва он услышал голос Чжэёна.

Чжэён достал тетрадь, которую «купил» у Сану, когда тот обвинил его в краже. Он открыл пенал Сану, будто так и надо, взял ручку, откинулся на спинку стула, закинул ногу на ногу, положил тетрадь на колено и начал что-то чертить.

А в Сану произошла удивительная перемена. Гнев, ещё недавно переполнявший его, испарился, эмоции стабилизировались. Текст в учебнике, казавшийся бессмысленным, снова обрёл ясность. Сану почувствовал себя нелепо, но снова погрузился в учёбу.

«У меня проблемы».

Он осознал, что присутствие Чжэёна стало его новой нормой. Его сознание перестроилось — прежнее «обычное состояние» оказалось разрушено вторжением Чжэёна. Люди считают окрестности Чернобыля, где в 1986 году произошла авария, мёртвой зоной. Но там процветают дикие дубоносы с аномально высоким уровнем антиоксидантов. Как эти животные приспособились к радиации, так и Сану адаптировался к катастрофе по имени Чжэён.

Чжэён вёл себя тихо. Лишь изредка раздавался скрип ручки по бумаге, но теперь это не раздражало. Впервые за долгое время Сану почувствовал удовольствие от того, что самостоятельно разбирает пропущенный материал. Впервые с появления Чжэёна он мог сосредоточиться так хорошо.

Сколько времени прошло? Сану с гордостью отложил точилку. Только тогда он заметил профиль рядом. Чжэён снова рисовал, используя Сану как модель.

— Твоя кепка криво сидит, — прошептал Чжэён, поймав его взгляд, и улыбнулся.

Он поправил кепку, надавив на макушку Сану. На этот раз Сану не мог разозлиться — он был предупреждён. Он сидел неподвижно, делая вид, что ничего не происходит. Проблема была в том, что рука не убиралась — напротив, давление усиливалось.

— Сану, мне нужно тебе кое-что сказать…

http://bllate.org/book/13137/1165372