Готовый перевод Red Mansion / Красный особняк [❤️] [Завершено✅]: Глава 4.9

Однако эти, казалось бы, простые эмоции начали выходить из-под контроля. Одна только мысль о том, что Ким Сонгён выйдет за пределы экрана, или представление, как он принимает наркотики и дурачится с другими парнями, приводили Чунрима в ярость. Как будто он заявлял права, даже не введя его на свою территорию.

Каждый раз, выходя из дома, он невольно вспоминал старый, обшарпанный магазинчик в Красном особняке. Встряхивая головой, он пытался очистить разум, но это было бесполезно.

— Ха…

Из груди вырвался подавленный вздох. Возможно, Чунрим подсознательно понимал это. Если его братья заметили влияние Ким Сонгёна, и если этот интерес перерастёт в настоящие чувства, они могут однажды забрать его. Может, поэтому, он не хотел признавать это любопытство чем-то большим.

Пристально рассматривая сменяющиеся цифры на панели лифта, Чунрим провёл большим пальцем под ослабленным ремешком часов. Медленно потирая точку пульса, будто почёсывая её, он пытался унять тревогу.

* * *

Что-то мягко шлёпнуло его по голове. Подняв глаза, он сначала увидел красные следы на запястье, а уже потом — ремешок часов.

— Помойся и выходи.

Оставив только эти слова, Чунрим вышел. Сонгён разглядывал то, что поймал: мягкую футболку, шорты, нижнее бельё. Они не выглядели такими большими, как предыдущие.

Не похоже, чтобы Чунрим носил такое. Кто-то его комплекции жил здесь раньше? Тёмные мысли быстро расползлись в голове Сонгёна, но не развились. Всё равно это не имело значения. Теперь в пространстве Чунрима был только он.

Он принял душ в ванной и надел одежду. Она сидела лучше, чем ожидалось, и даже пахла Чунримом. Уткнувшись носом в предплечье, он долго вдыхал приятный аромат. Это был его запах, запах Чунрима, — словно он держал его в объятиях. Сердце забилось чаще.

Чунрим сидел на диване, играя с Меро. Когда Сонгён приблизился, кошка шмыгнула за диван. Чунрим молча наблюдал за сценой, затем достал что-то из кармана рубашки и бросил. Несколько ключей разного размера рассыпались по столу. Это были ключи от магазина.

— Почему они у тебя?..

Сонгён не помнил, чтобы отдавал ключи. Он думал, что потерял. Почему они у Чунрима? Провалы в памяти вызывали головную боль.

Раньше он хоть и забывал детали, но редко терял воспоминания полностью. В последнее время стало хуже. Записки и напоминания не помогали. Сердце Сонгёна забилось чаще, но уже по другой причине. Кончики пальцев похолодели.

— Раз ты в адеквате, открывай магазин.

Чунрим проверил время на телефоне и спросил:

— Что не так?

Он обдумывал это несколько дней. Из-за надоедливых дел, связанных с каким-то гольф-курортом, ему часто приходилось отсутствовать или встречаться с братьями. Если они уже что-то заподозрили, то обязательно начнут действовать. Могут прислать кого-то в дом в его отсутствие. Тогда он не сможет помешать им забрать Ким Сонгёна.

Они знали только, что это мужчина. Вряд ли догадаются, что это житель Особняка, да ещё и парень из углового магазина. Отправить его туда, пока братья не разобрались, казалось лучшим вариантом. В Особняке будет безопаснее, чем дома, да и причина для визитов появится.

— Тебе нужно возвращать долг.

Конечно, отправка Сонгёна в магазин могла создать проблемы, но Чунрим решил, что это приемлемая цена. Он готов был мириться с неудобствами ради этой игрушки, требующей больше заботы, чем ожидалось.

Чунрим начал диктовать расписание, как будто так и должно быть. Воля Сонгёна не учитывалась.

— Работаешь с 11 до 17. После закрытия возвращаешься сюда.

— «…»

— Не больше трёх фраз с покупателями. Для продаж болтовня не нужна, верно?

Когда Сонгён моргнул, Чунрим усмехнулся — той самой хулиганской ухмылкой, которую часто носил в Красном Особняке.

— Что? Не нравится?

— Нет…

— А если опять примешь наркотики и начнёшь буянить… — Чунрим растянул слова, слегка прикрыв глаза.

— «…»

В сознании Сонгёна всплыли смутные воспоминания — как нёс деньги к Дари. Как тот, уже наполовину пьяный, впустил его. Шприц в руках… это он помнил. Но как Чунрим его нашёл, привёз сюда, что происходило той ночью, почему он оказался связанным и голым — всё это тонуло в тумане.

— Если привяжешься к другому и сбежишь…

Пока Чунрим говорил, по лицу Сонгёна расплылась лёгкая улыбка. Теперь, без чёлки, скрывать эмоции было невозможно, но он и не пытался.

— У кого мне тогда брать деньги?

Губы дёргались. Мышцы щёк дрожали. То, чего он раньше не замечал, теперь становилось очевидным.

— Я же не из-под земли деньги достаю. Верно?

Квон Чунрим был совершенно нечестен сейчас в своих обвинениях, подозрениях и мотивах своих действий.

— Не привяжусь. Никогда, —твёрдо ответил Сонгён.

Гипотетические сценарии Чунрима были невозможны для Сонгёна. Получив твёрдый ответ, Чунрим пожал плечами и удовлетворённо прокомментировал:

— Похоже на то.

Лёгкий шлепок по руке — и Чунрим поднялся. Даже это мимолётное прикосновение заставило Сонгёна вздрогнуть.

— «…»

— Если бы действительно не доверял, заставил бы пообещать на мизинцах. Верно? — спросил Чунрим.

Сонгён опустил глаза. Косточки пальцев резко выделялись.

— Десять минут до выхода, — снова проверив время, Чунрим вышел из комнаты. Когда он проходил мимо, запах кожи и шампуня перебивал парфюм. Странно красивый и мягкий аромат. Зрение Сонгёна затуманилось.

Утром он мог чувствовать настоящий запах Квона Чунрима — не прикрытый одеколоном.

Эту информацию знал только он.

Под тонкой кожей запястья Сонгёна виднелись красные пятна. Хотя Чунрим запретил ему чесаться, он продолжал водить кончиками пальцев по бугоркам. Ощущение было приятным, и он вёл себя как ребёнок с игрушкой.

Убираясь в магазине, он то и дело касался запястья. Действие стало навязчивой привычкой. Когда в памяти всплывала мать, когда-то бывшая в этом пространстве, он нажимал на ранки, оживляя жгучую боль. Так он мог сосредоточиться только на этом ощущении.

Сезон дождей, достигнув пика, пошёл на убыль — значит, он провёл у Чунрима довольно долгое время. Если потерпеть ещё немного, даже эта удушающая жара отступит.

«…»

* * *

Сухой шваброй Сонгён вытирал дождевую воду с пола. Закончил, когда большая часть влаги испарилась. Протащив швабру, он прошёл мимо открытой двери.

Внутри всё ещё находились Чунрим и человек в бейсболке. Они говорили, что устанавливают что-то, но зачем внутри магазина? Снаружи было бы логичнее — чтобы предотвратить кражу. Но Сонгён не проронил ни слова. Его роль — просто наблюдать, если Чунрим что-то задумал.

— Я пошёл.

Он поставил мокрую швабру вверх ногами у стены. В этот момент человек в бейсболке наконец вышел из магазинчика. Казалось, работа по установке непонятно чего наконец завершена. Хотя Сонгён являлся владельцем магазина, он не решался войти внутрь, пока Чунрим был занят с этим человеком. Вместо этого он занялся расстановкой пластикового стола и стульев в коридоре. Среди этой суеты он услышал приближающиеся шаги.

— Пять часов.

Что-то липкое прижалось к его щеке, слегка отклонив голову в сторону. Когда Сонгён поднял взгляд, Чунрим уже повернулся. Обмен был точным и быстрым.

— Я ухожу.

Засунув руки в карманы, Чунрим направился по коридору. Сонгён пристально следил за удаляющейся фигурой.

Будто не желая касаться ручки, Чунрим толкнул стеклянную дверь одним пальцем и вышел. С сожалением, Сонгён смотрел на дверь, за которой исчез Чунрим, но того уже не было видно.

http://bllate.org/book/13135/1165046