Готовый перевод Red Mansion / Красный особняк [❤️] [Завершено✅]: Глава 1.7

Сонгён глубоко вдохнул и выпрямился. Белая футболка от пота прилипла к коже. Он больше не чувствовал вины, представляя себе во время дрочки Чунрима.

По его лицу расползлась блаженная улыбка. Глаза, скрытые чёлкой, довольно прищурились, а из губ вырвался тихий смешок. Хотя это длилось всего несколько минут, в эти мгновения он мог забыть о долгах и больных родителях, ощущая лишь захватывающее волнение. Этого было достаточно.

Сонгён положил куртку Чунрима на прилавок. Дрожащими руками он схватил бумажное полотенце и вытер руки, штаны и фартук. Запачканную спермой бумагу он швырнул в чёрный пакет и вышел из магазина.

Запах был слишком сильным, чтобы оставлять дверь открытой, поэтому он тщательно запер магазин и огляделся по пути в туалет. В коридоре по-прежнему было тихо.

Прошло ещё четыре дня, затем неделя. Чунрим не возвращался. Раньше он приходил регулярно в течение двух лет, но в последнее время его визиты стали непредсказуемыми. Записи Сонгёна о посещениях Чун Рима начали пестреть пробелами. Иногда он подолгу смотрел на висящую на стене куртку Чун Рима, словно надеясь, что она расскажет, где её хозяин.

* * *

Помимо аренды за магазин и комнату 422, Сонгён должен был ежемесячно выплачивать проценты по долгу. Госпитализация родителей и их лечение требовали крупных сумм, которые он одолжил у Чунрима.

Конечно, Чунрим давал деньги под проценты, но лично не занимался этим. Обычно его правая рука — мужчина с холодным взглядом — выдавал наличные и обсуждал условия. Он утверждал, что 3% — это практически подарок. Неизвестно, как было снаружи, но других вариантов занять крупную сумму в Красном особняке не существовало.

Однако при возврате долга Сонгёну приходилось встречаться с Чунримом лично. В такой день он закрывал магазин раньше и шёл по установленному графику.

Чунрим всегда принимал деньги сам в своём кабинете. Для него это, наверное, было мелочью. Он пересчитывал купюры перед Сонгёном и заставлял подписывать расписку. Конечно, для Сонгёна это нельзя было назвать потерей. Ведь в такой день он мог украдкой разглядывать Чун Рима.

Сегодня был тот самый день. В последнее время Чунрим редко появлялся в особняке, поэтому Сонгён ждал этой встречи с нетерпением. Раз уж они долго не виделись, он тайно надеялся сегодня вдоволь наглядеться на него.

Вчера вечером в магазин зашёл незнакомец. Передал, что Чунрим освободил Сонгёна от визита. Но тот отрицательно покачал головой. Он настаивал на личной встрече, ссылаясь на смехотворное чувство ответственности. Ведь ему нельзя было упустить редкий шанс. Незнакомец удивился, коротко переговорил по телефону и сообщил: «Говорит, приходи, хотя времени на тебя может у него и не быть».

Разрешение дали легче, чем ожидалось. Сонгён рассмеялся — редкое само по себе для него явление. Это был его выстраданный шанс. Ну, не совсем шанс, просто встреча кредитора и должника. Но на лице Сонгёна читалось радостное возбуждение, совсем неуместное для такого повода.

В этом месяце он с трудом собрал нужную сумму — спасибо чаевым от самого ЧунрРима. Теперь его кошелёк опустел. Частые визиты к госпитализированным родителям тоже сократили доходы от доставки лекарств. В последнее время сократились заказы на доставку, что тоже беспокоило его.

«Смогу ли я сразу начать что-нибудь другое?»

Других способов заработать у него не было. Если доставка прекратится — это будет катастрофа. Новая забота отяготила его и без того нагруженные плечи.

Сонгён присел на корточки у задних ворот, где почти не было людей. В одной руке он сжимал бумажный пакет с курткой Чун Рима, а другой постоянно проверял внутренний карман с конвертом денег.

С визгом тормозов перед ним остановилась машина.

— Садись.

После краткой команды окно со стороны пассажира закрылось. Обычно, когда много людей ехало платить проценты, то брали микроавтобус. Но сегодня, похоже, он был один такой — прислали легковушку. Сонгён чутка помедлил, прежде чем тихо скользнул на заднее сиденье.

В салоне было прохладно и приятно пахло. С момента, как он сел в машину, и до выезда за ворота особняка — он словно попал в другой мир. Высокие здания, дорогие автомобили, чистые улицы. Город резко контрастировал с Красным особняком, быстро мелькая своими видами за окном.

Офис Чунрима находился в торговом комплексе элитного жилого района, недалеко на машине. Говорили, это был его третий офис. Сонгён не имел понятия, чем ещё Чунрим занимался там. Мог только догадываться, что это было связано с поставками и распространением наркотиков — основным видом заработка обитателей Красного особняка.

— …Мы, кажется, проехали, — он осторожно подал голос.

Обычно машина останавливалась на парковке торгового центра. Они поднимались на третий этаж, вносили деньги, по очереди подписывали бумаги и возвращались. Люди из особняка ждали, пока все закончат со своими платежами, после чего вместе ехали обратно.

Но сегодня, несмотря на свободные места на парковке, машина не снизила скорость, а продолжала движение. Сонгён встревожился, ухватился за подголовник переднего сиденья, повторив:

— Мы проехали.

— Сегодня в офис не едем.

— Что? Тогда…

«Может, встреча в другом офисе, потому что Чурим занят?» — не успел Сонгён спросить об этом, как водитель добавил:

— Будешь ждать у него дома.

«Если это “его дом”, значит, это дом Чунрима», — уголки губ Сонгёна невольно поползли вверх. Он даже представить себе не мог, что когда-нибудь попадёт в жилище Чунрима. Думал, его максимум — это офис.

Откинувшись на сиденье, он почувствовал, как громко стучит сердце.

— Обычно он переносит встречи, когда занят, но для тебя сделал исключение, — ворчливо пояснил водитель, но Сонгён уже едва его слышал.

Сегодня точно понадобится много страниц в тетради. Это редкий, невероятный день — сегодня он войдёт в личное пространство Чунрима.

Дорога к «крепости» Чунрима оказалась непростой. Три пропускных пункта, строгая охрана. Даже плитка в лифте и коридорах глянцевая, дорогая.

Чувство подавленности от окружения заставляло чувствовать себя мелкой букашкой.

Следуя за мужчиной, Сонгён остановился у двери. «Странно — никаких номеров на квартирах. Как они здесь ориентируются? — подумал Сонгён. — Жаль, что не запомнил номер — вряд ли я ещё раз попаду сюда».

Мужчина, видимо, свой в этом месте, открыл дверь. Сонгён послушно снял обувь, надел тапочки и переступил порог.

Прохладный воздух кондиционера обволок раскалённую кожу. Контраст с жарой на улице заставил резко вздрогнуть.

Сонгён тут же вспомнил Чунрима — того, кто носит свободные рубашки. Живя в таком климате, как же тяжело ему терпеть душную атмосферу Красного особняка с одним жалким вентилятором?

— Жди здесь и не двигайся, — мужчина указал на диван в гостиной.

«…»

Сонгён не ответил. Он разглядывал роскошный интерьер. Потрескавшиеся губы слегка приоткрылись от изумления.

Хрустальная люстра, фотографии в рамах, вазы. Всё здесь выглядело дорого и величественно.

Идеально подходило Чунриму.

Единственное, что выбивалось из этого интерьера — это он сам.

— Я слежу через камеры, так что не вздумай чего-нибудь выкинуть, — мужчина ткнул пальцем в чёрные объективы, притаившиеся по углам. Штуковина, которых нет в Красном особняке.

— Хорошо.

Сонгён впился взглядом в камеры размером с кулак, затем направился к дивану.

Тот был П-образной формы, очень похожий на Красный особняк. Сонгён уселся на самый краешек, ближе к выходу.

http://bllate.org/book/13135/1165000