Готовый перевод When Two Alphas Meet, One’s an Omega / История альфы: как я стал омегой [❤️] [Завершено✅]: Глава 26.2 Очаровательная инфузория-туфелька прошла апгрейд (гибридная версия)

Продержавшись некоторое время и всё ещё испытывая желание ударить «друга», он наконец реализовал его.

Лу Цифэн потёр колено:

— Цзянь Сунъи, ты совсем рехнулся? То заставляешь меня обнимать тебя, то пинаешь. Думаешь, мне охота? Ты же не Чжоу Ло — мягкий и послушный. Какой в этом смысл?

Цзянь Сунъи проигнорировал его, лишь тихо вздохнул с облегчением.

Хорошо, что он ещё не извращенец. Даже после долгих объятий с Лу Цифэном он ничего не почувствовал — значит, ему не нравятся альфы, и уж тем более он не станет приставать к братанам.

А с Бай Хуаем... просто слишком близкое расстояние, естественная реакция на физический контакт. Иногда даже от собственных прикосновений бывает подобное.

В этом возрасте — это нормально.

Фух, пронесло.

Цзянь Сунъи почувствовал облегчение, будто избежал катастрофы.

Но затем его охватило беспокойство: а заметил ли Бай Хуай? и если да, то что подумал?

Чем больше он размышлял, тем сильнее злился.

Почему он стал омегой? Будь он альфой, не пришлось бы ломать голову над такой ерундой.

Его смешанные чувства облегчения и раздражения отразились на лице. Лу Цифэн, наблюдая за его выражением и вспоминая сегодняшние события, начал строить смелые догадки.

Но, прежде чем они успели оформиться, Цзянь Сунъи перехватил инициативу. Он повернулся к нему с подозревающим взглядом и уточнил:

— Ты только что сказал, что Чжоу Ло мягкий и послушный?

Лу Цифэн: «...»

Цзянь Сунъи прищурился и изучающе смотрел на него три секунды.

— Держись от меня подальше. И никаких прикосновений.

Лу Цифэн: «???»

Что за бред? С какой стати я, чёрт возьми, буду приставать к тому, кто больше альфа, чем я сам?

Цзянь Сунъи проигнорировал его потерянное выражение лица, развернулся, взял два подноса с едой, купил закуски и напитки и направился на тренировочную площадку.

* * *

Каждый день военная подготовка заканчивалась в восемь вечера. Как только это происходило, толпа полумёртвых существ медленно ползла в общежитие.

Тренировочная площадка опустела, остались только Цзянь Сунъи, Бай Хуай, Сюй Цзясин и Ян Юэ.

Им нужно было успеть превратить милого толстяка в ловкого толстяка.

В этот момент многие вещи уже не имели отношения к оценкам или званию «примерного ученика». Речь шла о юношеской гордости, достоинстве и упрямстве.

Они все были молоды и не признавали слова «невозможно».

Если один не справляется — значит, справимся вместе.

В любом случае нельзя позволить другим смотреть на них свысока.

Ян Юэ сделал разминку, поклявшись преодолеть это испытание.

Только он собрался начать тренировку, как Юй Цзыго поспешно подбежал с полиэтиленовым пакетом. Подойдя к Ян Юэ, он развернул пакет и сказал:

— Здесь пластыри, а это — перчатки.

Бег с препятствиями на четыреста метров легко мог привести к травмам, особенно на самых сложных для Ян Юэ участках. Например, на низкой сетке и на канате при подъеме на стену, где можно было легко стереть руки.

Юй Цзыго оказался более внимательным, чем эти молодые господа.

Но Юй Цзыго был тем, кто даже на завтрак не мог позволить себе купить молоко и хлеб в лавке. Коробка пластырей и пара перчаток для него были покупкой, требующей серьёзного решения.

Ян Юэ понимал это, но ничего не сказал. Он лишь небрежно принял подарок и махнул рукой:

— Я купил кучу закусок и оставил там, но брат Сун сказал, что мне нужно похудеть, и запретил есть. Забери их, а то я буду мучиться от соблазна.

Юй Цзыго серьезно кивнул:

— Тогда я заберу и сохраню для тебя. Когда захочешь — скажи, и я верну.

Ян Юэ: «...»

Какой же он прямодушный. Ян Юэ ущипнул себя за живот и со вздохом проговорил:

— Пока я не стану таким же стройным, как брат Сун, мне они не понадобятся.

— А? Но к тому времени срок годности уже истечёт. Разве их можно будет есть?

Ян Юэ: «...»

Слишком большая прямолинейность тоже может ранить. Ян Юэ замялся, но продолжил:

— Съешь их сам. Нельзя тратить еду зря.

Юй Цзыго почесал затылок, подумал и сказал:

— Ладно. Но почему сегодня все спешат накормить меня?

— Все?

— Да. Инструктор Хуан Мин из вашей группы за ужином сказал, что взял слишком много куриных ножек, и сунул мне две. Тоже сказал, что нельзя тратить еду зря.

Все: «…»

На тренировочной площадке воцарилось короткое молчание.

Затем Ян Юэ похлопал его по плечу:

— Эх, еду и правда нельзя выбрасывать. Да и ты слишком худой, тебе нужно больше есть. Забирай закуски и иди, нам нужно тренироваться, а ты тут всё равно не поможешь.

— Угу.

Юй Цзыго послушно взял пакет с закусками и ушёл.

Сделав пару шагов, он остановился, повернулся к Цзянь Сунъи и Бай Хуаю и поднял большой палец:

— Ботаник и хулиган — вам так идёт эта парная одежда, прям идеальная пара!

С этими словами он сбежал.

Бай Хуай: «...»

Цзянь Сунъи: «...»

Да вся школа, все три-четыре сотни человек, носят одинаковое!

Цзянь Сунъи был одновременно раздражён и позабавлен.

— Этот Юй Цзыго действительно ничего не боится по своей наивности, — цокая языком, заметил Сюй Цзясин. — Но кто бы мог подумать, что Хуан Мин окажется таким заботливым. Почему же он так строг с нами?

http://bllate.org/book/13134/1164814