Готовый перевод When Two Alphas Meet, One’s an Omega / История альфы: как я стал омегой [❤️] [Завершено✅]: Глава 12.2 Всё в порядке, я здесь

Шарик мороженого: [Сегодня после уроков я издалека видела малыша, он выглядел очень расстроенным, у-у-у, как же больно смотреть! Всё из-за этого негодяя Бай Хуая! Даже в выборах школьного кумира он нанял подставных из первой школы, на экзамене специально получил на один балл больше... Мой малыш такой талантливый, а ему приходится сталкиваться с таким ударом?]

Шарик мороженого: [Интересно, как можно поднять ему настроение, эх...]

Бай Хуай повернул голову и посмотрел на своего «малыша», который сидел в углу с усталым и недовольным выражением лица. Он тоже хотел бы знать ответ на этот вопрос.

Шарик мороженого снова написала: [Наверное, малыш Сун повеселеет только тогда, когда этого каменнолицего Бай Хуая хорошенько унизят пару раз или он переведётся в другую школу. Может, нам стоит придумать, как его выжить?]

Бай Хуай всегда считал, что он популярен, но впервые за день встретил уже второго человека, который хотел его выгнать.

Он горько усмехнулся и написал: [Бай Хуай никуда не уйдет.]

Шарик мороженого: [Эх, это тоже верно, раз уж перевёлся, зачем уходить? Остаётся только надеяться, что малыш поскорее пройдёт дифференциацию и станет доминантным альфой, чтобы его феромоны раздавили этого каменнолицего!]

Шарик мороженого: [Нет, чем больше думаю, тем больше болит сердце. Сегодня малыш выглядел таким подавленным... Чтобы он снова стал счастливым, я готова целый год не есть шарики таро*! Пусть Небо сделает так, чтобы Бай Хуай влюбился в малыша, потерял голову, сходил с ума от любви — тогда малыш точно будет счастлив!]

П.п.: *шарики таро (芋圆) — сладкие шарики из тапиоки (обычно в молочном чае или десертах). Популярный ингредиент в Азии. Это клятва-преувеличение, вроде «Готова жить год без шоколада!»

Бай Хуай подумал, что, возможно, зря получил первое место в учёбе, раз не может понять логику этой омеги. Он неуверенно спросил: [Если Бай Хуай влюбится в Цзянь Сунъи, то Цзянь Сунъи станет счастливее?]

Шарик мороженого: [Конечно! Потому что малыш точно его не полюбит! Украл титул школьного кумира, украл первое место в учёбе, довёл моего брата Суна до такого состояния — как он может ему нравиться? Чем больше он сейчас радуется, тем больнее ему будет потом! Обязательно будет страдать от безответной любви, гореть в погоне за женой в крематорий*, а брат Сун будет его унижать! Одна мысль об этом уже радует!]

П.п.: 追妻火葬场 используется, когда герой (обычно мужчина) слишком поздно осознаёт свою любовь или ошибки и пытается вернуть партнёра, но тот уже эмоционально «мертв».

Бай Хуай: «...»

Что за чушь…

Он не стал больше отвечать.

Но позже, вернувшись домой, поужинав, приняв душ и устроившись в кровати, он вдруг вспомнил эти слова.

С титулом школьного кумира он вообще не связывался, да и победил только благодаря поддержке учеников первой школы — это не в счёт. А первое место в учёбе... Просто в этот раз тесты по естественным наукам были лёгкими, и ему повезло набрать на один балл больше.

Он не хотел специально злить Цзянь Сунъи, но, похоже, случайно всё-таки его расстроил.

Судя по словам [Шарика мороженого], чтобы утешить его, нужно несколько раз проиграть. Но Цзянь Сунъи такой гордый… Если Бай Хуай начнёт поддаваться, они точно поссорятся насмерть.

А все эти глупости про безответную любовь и погоню в крематорий...

Бай Хуай лежал на кровати, молча смотрел на окно напротив, затем внезапно поднялся и открыл дверь.

— Тетя Лю, школьную форму, которую я сегодня сменил, уже высушили? Я отнесу её в дом напротив.

* * *

Цзянь Сунъи не считал себя человеком с покладистым характером. Он был самолюбивым, ему нравилось покрасоваться и порисоваться.

Но это не означало, что он не умел проигрывать.

Просто он не привык проигрывать. А если уж проигрывал, то не таил зла на соперника.

Его раздражение сейчас было вызвано лишь тем, что этим соперником оказался Бай Хуай.

Почему-то ему особенно не хотелось, чтобы этим человеком был именно Бай Хуай.

Так было с самого детства.

Он понимал, что сегодня перегнул палку со своими резкими словами и задел чужие чувства. Ведь Бай Хуай не сам выдвигал свою кандидатуру в школьные кумиры, пари было его собственной инициативой, а на экзамене он проиграл. Выходит, его гнев был необоснованным.

Но слово — не воробей. Раз уж он заявил, что не потерпит соперничества, придётся доводить дело до конца и добиться, чтобы Бай Хуай признал поражение. Двум альфам не ужиться в одном пространстве.

Цзянь Сунъи усмехнулся, но резкое движение вызвало спазм боли в шее.

Боль не отпускала весь день, а к вечеру стала только сильнее.

Похоже, дифференциация приближалась.

Хорошо, что для альфы этот процесс не требует особой подготовки. Может, к утру он уже сможет порадовать госпожу Тан хорошей новостью, чтобы она перестала волноваться.

Цзянь Сунъи глубоко вдохнул, попытался устроиться поудобнее, но без толку.

Неужели дифференциация альф всегда такая болезненная? Говорят, у омег реакция в десять раз тяжелее. Как же они это выдерживают?

Ему стало жаль этих бедолаг.

Он изо всех сил старался заснуть, надеясь, что боль притупится. В конце концов, ему удалось провалиться в забытьё, но пробуждение было мучительным: губы пересохли, в горле першило, а внизу живота скручивало так, будто там бушевал ураган.

Он попытался встать за водой, но сразу же рухнул обратно.

Голова была тяжелой, тело — слабым и ледяным.

Похоже, поднялась температура.

Но у Цзянь Сунъи не было сил даже чтобы хоть как-то помочь себе. Он лишь инстинктивно закутался в одеяло, сжался и покорно терпел, пока жгучая боль разливалась по телу.

Зазвонил телефон. У него не было сил высвободить руку из-под одеяла, не было сил даже говорить.

Звонок не умолкал — видимо, звонящий сильно беспокоился. Но Цзянь Сунъи ничего не мог поделать.

Он никогда в жизни не испытывал такой боли. В конце концов, боль немного притупилась, и он почти потерял сознание. Но перед самым провалом в темноту ему почудился звук ввода кода на замке внизу.

Дверь открылась.

Послышались торопливые шаги по лестнице.

Затем он уловил приятный аромат…

Казалось, его окутало снегом, и жар с болью отступили перед этой ласковой прохладой.

А следом он услышал знакомый голос:

— Всё в порядке, я здесь.

http://bllate.org/book/13134/1164785