Готовый перевод Picked up by the Protagonist of a Tormented! MC Novel / Подобранный измученным главным героем [❤️] Завершено✅]: Глава 10

Развитие событий не зависит от воли маленького ребёнка, а горечь от того, что сюжет вот-вот скатится в бездну непознанного, не будет понятна другому человеку*. Но всё же была одна вещь, которая заставляла Цино чувствовать облегчение.

П.п.: Он имеет в виду трудности, с которыми они столкнулись, и необходимость увидеть, насколько несчастным на самом деле было детство главного героя. Я думала о том, чтобы попытаться сделать это немного более понятным, но в итоге остановилась на этом.

Я Сан, сам того не ведая, обрёк себя на гибель, мучая главного героя. «Проклятие» было сверхъестественным романом, и в нём главный герой почти всегда был несчастен. Тем не менее парень, который сделал главного героя ещё более несчастным, столкнулся с судьбой в десять тысяч раз хуже, чем у него.

Си Вэй безжалостно ударил Я Сана палкой. Один из мужчин в банде поднял упавшего в обморок мальчика за воротник и подтащил его к Си Луню. Мужчина спросил, что с ним делать, и Си Лунь просто отмахнулся от него:

— Он осмеливается приходить на улицу Фэньхун, устраивать беспорядки и лгать мне в лицо. Он должен принять последствия. Хотя он выглядит неважно, в темноте подойдёт любой. Отправь его в мужской бордель.

С этими словами, сказанными Си Лунём, будущее Я Сана было определено. Есть такая поговорка: «Не рой другому яму, сам в неё попадёшь». Я Сан хотел забрать ребёнка главного героя и продать его боссу района красных фонарей.

«Мы все должны извлечь урок из этого опыта».

Цино, измученный высокой температурой, положил голову на плечо главного героя. У него даже не было сил рассматривать знаменитую улицу Фэньхун. Си Вэй время от времени проводил рукой по его лбу, проверяя температуру и испытывая облегчение от того, что она не поднялась до прежней обжигающей.

В конце концов, этот странный маленький эльф сбежал. Это заставило Си Вэя забеспокоиться о рецидиве. У него всё ещё не было сюэ ну, поэтому он не мог расслабиться.

Если бы вы спросили десять человек о Си Вэе, все они сказали бы одно и то же — терпение. Его жизненным кредо было: меньше — значит больше, а сдержанность властвовала над всем остальным. Си Лунь изображал небрежное безразличие, внимательно наблюдая, как Си Вэй общается с маленьким ребёнком. В его глазах появился странный лукавый блеск.

Улица Фэньхун оживала ночью, поэтому днём она казалась пустынной.

Но тишину внезапно нарушил резкий голос.

Девушка с длинными волосами, заплетёнными в косу в виде хвоста скорпиона, в красивом розовом хлопчатобумажном платье пробежала мимо, как порыв ветра, и направилась прямо к мужчине со шрамом на лице. Схватив его за бедро, она тут же пожаловалась:

— Папочка, где ты был всё утро? Сяо У искала тебя повсюду.

Си Лунь от души рассмеялся, а затем наклонился над девушкой и внезапно посадил её себе на плечо. Он был высоким и крепким, поэтому это действие было очень плавным, без малейшего намёка на напряжение. После он спросил:

— Ты была хорошей девочкой?

Маленькая девочка Сяо У грациозно опустила голову:

— Сяо У не хочет быть хорошей, если только папочка не отведёт меня посмотреть на Храброго Дьявола*.

П.п.: Это либо название драмы, либо персонаж одной из них.

На лице Си Луня появилось беспомощное выражение, и он попытался уговорить свою дочь:

— Такого рода драма — ложь. Эти злые актёры просто пытаются обманом лишить тебя твоих денег. Сяо У — хорошая девочка, тебе не понять их коварства.

Маленькая девочка услышала, что её кумира оскорбляют, и внезапно разозлилась:

— Папа, ты плохой! Ты делаешь плохие вещи и не веришь, что другие могут делать добрые дела! Сяо У ненавидит тебя.

Упав в глазах своей дочери на самый низ, Си Лунь пообещал провести с ней вторую половину дня, чтобы загладить свою вину и даже посмотреть спектакль, который она хотела увидеть. Это неохотно удовлетворило Сяо У.

Когда эта сцена разыгралась перед ним, Цино нашёл её очень странной. Он не ожидал, что 190-сантиметровый мускулистый мачо будет таким дураком для своей дочери. Он действительно был нежен до смерти. И, несмотря на её заявление о ненависти к нему, было заметно, что она была очень счастлива. Эта маленькая девочка явно выросла, окружённая любовью и защитой, и не знала о человеческих страданиях.

В «Проклятии» Сяо У была сестрой с очень сильным чувством справедливости. Она случайно встретила раненого Си Вэя и благодаря своей сострадательной натуре, без колебаний привела его домой, где хорошо заботилась о нём. Как и в других подобных историях, пока главный герой выздоравливал, Сяо У полюбила этого уникального, сдержанного, тихого юношу. Но главный герой, не зная об этом, ушёл до того, как полностью исцелился, чтобы не подвергать её опасности.

Совершенно убитая горем Сяо У побежала к своему отцу в поисках утешения. Выслушав её историю, её отец понял, что мать главного героя была его старой знакомой — она работала проституткой в его бизнесе. Он не смог заставить себя рассказать Сяо У правду о его происхождении, и, в конце концов, она больше никогда его не увидела.

Кроме того, у Си Луня была и другая причина: он не хотел оставлять свою дочь такому бессердечному человеку. Си Вэй поддерживал такой поворот событий. Двое мужчин были едины в своих желаниях.

Похоже, что логические цепочки в мозге не обязательно должны иметь генетическое соответствие, чтобы совпадать.

Сяо У вырастет простой и справедливой, неотделимой от чистой отцовской любви своего беспринципного отца.

Си Вэя это не тронуло. Чужое тепло и нежность не могли поколебать его. Он пришёл сюда исключительно за лекарством, чтобы спасти жизнь ребёнка.

Си Вэй, казалось, обладал большинством характеристик главных героев подобной литературы: он был полон решимости не позволять ничему, кроме своего маленького пузыря*, волновать его.

П.п.: Подразумевается, что кроме Цино его никто и ничто не волнует. Он закрылся в своём маленьком мирке — пузыре — и никого туда не пускает.

Цино, который молча показал своему главному герою большой палец, пришлось столкнуться с жестоким фактом.

С одной стороны, задачей главного героя было превратить Сяо У в девушку без принципов. Если задание не будет выполнено, он не получит сюэ ну, а значит, Цино умрёт через три дня. С другой стороны, если Сяо У будет очернена, она больше не будет верить в чистую справедливость. А это значит, что в мире станет на одну страховочную сеть меньше, способную спасти разочарованного главного героя. Главный герой всё ещё будет на пути саморазрушения, которое увлечёт за собой и весь мир.

Этот мир действительно был наполнен злобой тех, кто причинил страдания Си Вэю.

Цино понимал, что независимо от того, соответствует ли сюжетная линия роману или нет, мир придерживается своего отношения к главному герою. Не будет никаких изменений в необоснованном насилии по отношению к нему, будь то боль тела или сердца.

Маленький мальчик и группа мускулистых воинов молча последовали за дуэтом отца и дочери обратно в базовый лагерь на улице Фэньхун. По прибытии Си Лунь сел в удобное кресло и поиграл со своей дочерью. Он дразнил её игрушкой, смеясь, в то время как её лицо излучало солнечный свет. Си Вэй резко контрастировал с этой счастливой сценой, спрятавшись в тёмном углу комнаты и молча держа Цино на руках.

Цино был голоден и хотел пить. Поскольку он не мог говорить, ему оставалось только с надеждой смотреть на Си Вэя.

Си Вэй тоже был очень голоден. Он почти ничего не ел в течение двух дней, но был вынужден потреблять больше энергии, чем обычно. Цино предположил, что именно ореол главного героя сохранил ему жизнь: большинство детей в его ситуации уже умерли бы от голода.

Оглядев скудное количество еды в его распоряжении, а затем, заметив обиженное выражение лица Цино, Си Вэй поджал губы, казалось, обдумывая сложную проблему. Наконец он открыл рот и тихо спросил:

— Господин… Ты можешь дать мне миску воды?

Поведение Си Вэя было очень скромным. Он держал голову опущенной, а его холодный хриплый голос не выдавал никаких эмоций. Может быть, потому что он был намного разговорчивее, чем обычно, его голос наконец утратил часть своего сухого хрипа и стал намного мягче.

Отец и дочь в разгар их маленького семейного воссоединения, наконец, вспомнили, что в этой комнате было ещё двое детей. В тот момент Си Лунь был в хорошем настроении и, поддавшись атмосфере, он просто приподнял бровь в ответ на вопрос мальчика, а затем послал воина за миской подслащённой горячей воды и маленькой ложечкой.

Си Вэй открыл прессованное печенье и опустил его в горячую воду. Оно быстро превратилось в пастообразную кашицу, и хотя запах был не особенно ароматным, этого было достаточно, чтобы двое маленьких детей начали глотать слюну. Си Вэй зачерпнул ложкой немного еды и неловко скормил её Цино, наблюдая, как он медленно проглатывает её. Он кормил его таким образом до тех пор, пока Цино не отказался от еды. Си Вэй осторожно съел остаток, не оставив ни единой капли.

Съев горячую еду, которая наполнила и согрела их животы, оба мальчика воспрянули духом.

В комнате был дровяной камин, который делал её раем посреди бесплодного пейзажа снаружи, покрытого снегом и льдом. Но для Сяо У здесь было немного тихо. После того, как Си Вэй закончил есть, она, наконец, поддалась своему любопытству, спросив:

— Папочка, кто они?

После вопроса она, казалось, что-то вспомнила и надулась:

— Папочка, ты снова кого-то похитил? Ты действительно плохой, заставляешь их есть эту отвратительную еду. Отпусти их домой, или я буду тебя игнорировать!

Си Лунь мог только беспомощно улыбнуться:

 — Папа никого не похищал. Они бездомные. И поскольку папа так занят и не всегда может сопровождать тебя, когда я увидел, насколько они бедны, я решил взять их к себе, чтобы они были твоими спутниками.

Самодовольная маленькая девочка наклонила голову и посмотрела на Си Вэя и Цино, а затем отскочила от Си Луня и приземлилась перед Си Вэем. Си Вэй осторожно отступил назад и сохранил дистанцию между ним и Сяо У. Несмотря на ещё несколько попыток, она обнаружила, что не может подойти к нему ближе, и недовольно спросила:

— Почему ты уклоняешься от меня, а?

Си Вэй покачал головой и отступил в тень, опустив голову, чтобы другие не видели его глаз. Он не хотел показывать эмоции, отражавшиеся в его глазах. В конце концов он сказал смиренным голосом:

— Это испачкало бы одежду юной госпожи.

Цино был способен видеть его эмоции: вместо выражения смирения на его лице можно было увидеть только безразличие и отвержение.

Он действительно заслужил быть главным героем моей семьи — он возвёл ложь в ранг искусства.

Сяо У положила руки на бёдра и отругала его:

— Из-за чего ты так нервничаешь? Грязную одежду можно постирать. Как насчёт того, чтобы поиграть со мной?

Си Вэй немного погоревал внутри и, наконец, перестал уклоняться от Сяо У. Он, конечно же, не сказал бы маленькой девочке, что у разных классов людей разный уровень жизни. Если бы не задание, данное ему человеком со шрамом на лице, он бы не общался с этой девочкой.

Его не только использовали, но и просили пойти на компромисс.

Более того, у молодой госпожи, похоже, не было особой мотивации.

Си Вэй и Цино думали над этим вопросом.

Цино был знаком с сюжетом и, естественно, знал, что эта простая девушка Сяо У не изменилась за все эти годы. Но в какой-то момент общение с главным героем заставило её почернеть. Поскольку их пути пересеклись так рано, трудно было сказать, в каком странном направлении пойдут дальнейшие события.

Сяо У всегда добивалась того, чего хотела, но её не интересовал тихий и робкий на вид Си Вэй. Единственное, что заставляло её сердце зудеть, был ребёнок. Поскольку она была единственным ребёнком в семье, Сяо У редко имела возможность общаться с младенцами. Ей всегда были интересны эти маленькие, мягкие и беззубые маленькие существа.

Поняв, что Цино наблюдает за ней, Сяо У умильно взглянула на него и весело спросила:

— Такая милая куколка. Ты можешь позволить мне подержать её?

Си Вэй крепко сжал свои руки и отклонил её просьбу. Хотя Сяо У была немного разочарована, она всегда была вестницей справедливости; её натура не позволяла ей сделать что-либо, чтобы отнять малыша. Вместо этого она встала рядом с Си Вэем и Цино. Издалека эта сцена казалась вполне гармоничной и любящей.

Си Лунь не беспокоил их до тех пор, пока ему не понадобилось сообщить им, что возникли дела, с которыми нужно разобраться, поэтому он должен идти. Перед уходом он напомнил Сяо У, чтобы та вела себя прилично, а затем оставил троих детей играть самостоятельно.

Цино намеренно подражал поведению главного героя и Сяо У, поэтому их компания казалась особенно послушной и тихой. Си Вэй наблюдал за глазами Цино, и его вид приобрёл слегка мрачный оттенок.

http://bllate.org/book/13130/1164338