Готовый перевод No moral / Никакой морали [❤️] [Завершено✅]: Глава 82.1 Столкновение сзади

Юншин и представить себе не мог, что это продуманное и хитрое действие — то, что имел в виду Сехон, говоря о грубом половом акте. Податливый, как мягкая ткань, Юншин отдавался каждому движению Сехона.

Живот, худощавого от природы парня, вздулся, когда большой член Сехона вошел глубоко внутрь него. Сехон крепко сжал выпуклость своей рукой. Зажатый между двумя разными ощущениями, Юншин извивался.

— Хнн, нгх… Стоп! Погоди! Это больно!

— Ты забыл правило?

— Я люблю тебя... О! Ох!

К счастью, на этот раз его слова возымели действие. Сехон дернулся внутри Юншина и стал входить настойчивее.

— Это возбуждает. Скажи это, скажи это снова, — попросил Сехон.

— Я люблю тебя.

— Еще раз.

— Я люблю... Я реально хочу выстрелить тебе в голову!

Вынужденный терпеть боль и наслаждение одновременно, Юншин, наконец, разрыдался. Его мокрое от слез лицо терлось о кожаные сиденья, пока он задыхался. Почувствовав, что Юншин на пределе, Сехон нежно обхватил его за шею и заставил повернуть голову к себе. Он страстно поцеловал Юншина, сосредоточившись на его простате.

Их окружили хлюпающие звуки. Поняв, что они достигли привычной интенсивности, Юншин начал громко всхлипывать. Сехон с силой толкнулся по определенному месту, отчего Юншин громко застонал.

— Ух, ох! Точно... Кажется, я сейчас кончу.

Находясь на грани эякуляции, Юншин вытянул руку за спину. Сехон, который до этого всю ночь отталкивал его руку, отказывая ему в тепле, переплел свои пальцы с пальцами Юншина. От облегчения бедра Юншина задрожали, и он опустился на диван.

— Ох! А, мм...

Вскоре Сехон увеличил темп. Он крепко обхватил бедра Юншина и умело вошел в него. Наконец, из его члена хлынула белесая жидкость.

— Ха... черт…

Сехон сморщился, изливаясь внутрь Юншина, затем рухнул сверху на него сверху.

Сехон еще некоторое время лежал на Юншине, пока не почувствовал, что молодой человек задыхается под ним. Он отстранился и крепко сжал хрупкое тело в своих объятиях.

Юншин слабо опустился на крепкую грудь Сехона. В почти бессознательном состоянии, он слабо реагировал на происходящее. Его глаза были залиты слезами. Сехон поцеловал кожу вокруг глаз Юншина, а затем нежно помассировал чужое обнаженное тело.

— Юншин, — позвал Сехон.

Возможно, Юншин был не совсем без сознания, поскольку его рука дернулась, когда Сехон назвал его имя. Он прижался ближе, беззвучно передавая Сехону просьбу прижать его к себе. Тот вздохнул и погладил его по волосам, после чего заключил его в крепкие объятия.

Юншин совсем обмяк, но ему хватило сил, чтобы произнести.

— Иди к черту.

— Я не рассчитываю попасть в хорошее место, когда умру, — холодно ответил Сехон.

— Садист... Я так и знал.

Сехон криво усмехнулся, нежно погладив Юншина по мокрым от пота волосам.

Напряжение в гримерке постепенно рассеивалось.

Их измученное дыхание постепенно замедлялось.

***

Юншин сел на кровати, заставляя одеяло соскользнуть с его плеч и обнажить торс, украшенный синяками и красными пятнами.

С некоторым усилием Юншин прислонился к изголовью кровати, но его лицо исказилось от боли. Опустошающая боль охватила его, и он почти поверил, что кто-то безжалостно избил его стальной трубой за ночь. Каждый дюйм его тела пульсировал и болел — он не мог найти места, которое бы не ныло. Не говоря уже о неописуемой боли в нижней части тела. Он уставился на своего проклятого обидчика.

Сехон, проявив немного совести, сидел за чайным столом, а не в кабинете, заметив, что Юншин проснулся.

На мгновение они молча встретились взглядами.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — Спросил Сехон.

Лицу Юншина, с заметными следами от слез и усталостью, с трудом удалось изобразить язвительную ухмылку.

— Забавный вопрос. Ты просто шут.

Заметив реакцию Юншина, Сехон сузил глаза и спросил:

— Почему ты начинаешь ссориться с самого утра?

— Я ругался на тебя даже с закрытыми глазами. Разве я не разговаривал во сне?

— Разговаривал.

—С таким же успехом я мог бы вырезать ножницами новое отверстие. Это было бы гораздо спокойнее.

— Это один из вариантов решения проблемы. Запомню его.

Юншин нахмурился и ответил:

— Конечно, давай. В ответ я тебя кастрирую!

— Но мы же занимались любовью. Как всё прошло? Ты доволен?

Сехон бросил соблазнительный взгляд и кивнул в сторону члена Юншина. Даже в такой ситуации вечно гордый вид Сехона разжигал гнев Юншина.

— Тебе кажется, что я доволен? Это чертовски больно! Я даже не могу пойти в больницу. Что я скажу, если пойду? Я понятия не имею, занимался ли я любовью с Кан Сехоном или просто грубо и торопливо потрахался с твоей нижней половиной прошлой ночью!

http://bllate.org/book/13119/1162088